Юнджины

      Ранний подъем абсолютно не радует. Репетиция с парнями не несёт счастья. Подготовка к концерту вообще раздражает, столько суматохи. Юнги всё равно, во что он будет одет, лишь бы не трогали.       Когда парней оповещают о новой съёмке, Юнги только и сдерживает себя, чтобы не матернуться. Серьёзно, у них и так загруженный график, а они ещё куда-то их впихнуть пытаются. Судя по лицам мемберов, он понимает, что те тоже не в особом восторге, несмотря на то, что стафф пытается их как-то подбодрить. Да, это не так работает.       После ужина Юнги сообщает, что уходит работать в студию, после чего сразу же уходит, не давая мемберам что-либо ему сказать. Те явно были бы против, он знает. Они сильно устают, но парням не нужно знать истинную причину, по которой он уходит в студию.

***

      Джин последний принимал душ, поэтому не был рад, когда за общим ужином не обнаружил Юнги. - Он снова ушел? - спросил он, хотя уже знал ответ. - Ага, как обычно, - отвечает Намджун, оторвавшись от еды. - Не понимаю, как он может столько работать, - вздыхает Чонгук. - Может стоит приехать к нему? - С ума сошел? - усмехнулся Хосок, отложив палочки. - Хочешь чтобы он тебя прибил за то, что ты его отвлек? Лучше уж потом с ним поговорить, когда он не будет занят музыкой. - Хён прав, - соглашается Чимин. - Джин-хён, садись, кушай. - Да, конечно, - улыбается Джин, подсаживаясь к нему.       Все продолжали вести себя как обычно, но Джин понимал, что не он один беспокоится по поводу Юнги. Тот уходит так каждый вечер уже третью неделю, никому ничего особо не объясняя. То есть, ясно, что в студии работают, но не настолько же усердно, к тому же, до самого утра. Он помнит, как один раз проснулся рано утром из-за сухости во рту и пошел на кухню пить, а там стоит Юнги, оперевшись руками о стол и склонив голову. Ким спросил его, всё ли в порядке, хотя по нему и так было видно, что нет, но тот просто кивнул и негромко шаркая ушёл спать. Хоть Мин и выглядит стальным человеком, но Джин понимает, что всё не совсем так, и знает, что тот склонен к депрессии. У каждого есть предел, и он боится, что из-за всех этих подготовок, репетиций, камбека он выгорит и надолго завянет в этой пучине отрицательных мыслей и эмоций. Из этого состояния трудно выпутываться, поэтому он обязан узнать, точно ли тот в порядке, чтобы быть спокойным.       После ужина Сокджин незаметно уходит из общежития и направляется в студию. В дороге он размышляет о том, как бы правильнее и спокойнее начать разговор, ничего не испортив, и как вообще проникнуть в студию, если там пароль. Непонятно, но да ладно.       Уже стоя под дверью Ким начинает немного нервничать, так как все мысли просто разом покинули его голову. Он только знает, что надо обязательно увидеть Юнги и поговорить с ним. Нажав на звонок, он ждёт, когда откроют, или хотя бы что-то ему ответят, но этого не происходит ни через минуту, ни через пять. Тогда он ещё раз звонит, но опять же, никакой реакции в течении нескольких минут. И тогда он жмёт на звонок не переставая, надеясь, что если он здесь, то откроет, ведь должно же ему это когда-нибудь надоесть. Неожиданно дверь раскрывается перед ним, пугая, и он видит перед собой Юнги в темных очках. - Блять, ты заебал звонить, я же говорил, что работаю, хули приебался? - зло выплёвывает тот, смотря как Джин старается обработать сказанное им. - Как грубо, а ведь я старше. - Вообще похуй. Чё припёрся? - Я хотел поговорить с тобой о кое-чём. Я пройду?        Джин уже хотел было пройти, как Юнги резко прикрыл дверь, оставляя небольшую щёлочку. - Нет, либо говори здесь, либо жди завтра. - Ага, потом ещё нескольких таких завтраков и не о чем уже будет говорить. Впусти, - Джин толкает дверь, и удивляется, что ему так быстро удается проникнуть внутрь. То ли Юнги так слаб, то ли тот и не старался. - Блять, почему ты лезешь тогда, когда тебя не просят, - раздражённо произносит Юнги, забираясь на диван с ногами, - давай быстрее говори и проваливай.       Ким не понимает такого раздражения, так как обычно он более сдержанный. Тем не менее, он закрывает дверь и подсаживается к нему. - Почему ты в очках? - первое, что его заинтересовало, спросил Сокджин. - Какая разница? Ты здесь ради этого? - Ладно-ладно, не бесись только, - цокнул Ким. Ему не нравится такая резкая враждебность ни с места. - В последнее время ты только и сидишь в студии ночами на пролет, мы с парнями волнуемся за тебя, понимаешь? Работать - это хорошо, но не настолько. И в последнее время ты выглядишь все более подавленным. Не хочешь ничего рассказать? - Ничего, - отрезал Юн. - Я ценю вашу заботу, но я в порядке, а теперь можешь идти. - Я так не думаю, - понемногу злясь упрямости младшего, говорит он. - Я хочу поговорить с тобой по душам. - Слушай, сейчас не то время, чтобы говорить по душам, у меня нет желания, - говорит Мин, чувствуя себя менее комфортно из-за давления старшего. Ему не нравится это. И, если честно, он боится, что сейчас сорвётся прямо перед ним. - Пожалуйста, иди, я хочу поработать один. - Я не оставлю тебя, пока мы не поговорим, - настаивает на своём Джин, несмотря на то, что видит, как сильно сжимает Юнги свой кулак. Ничего, если он ударит, главное добиться того, зачем он сюда пришёл.        Мин несколько секунд дышит глубже, после чего встаёт и садится за рабочий стол, продолжая работать за компьютером. - Серьёзно? Ты будешь так прямо меня игнорировать? - Ты игнорируешь мои просьбы, я - твои, все логично, - коротко отвечает Мин, открывая какие-то вкладки на компьютере.       Пару минут Джин сидит в недоумении, вновь не понимая, как вовлечь того в разговор, но тут его взгляд падает на смятую бумажку под его стулом. На ней явно что-то написано, так как на краях виднеются буквы. Ким очень тихо подбирается к стулу, чтобы Мин не обратил на него внимания, и быстро забирает комок, возвращаясь обратно. Распрямив бумагу, Джин вчитывается в написанный текст, который был размазан в некоторых местах, как будто специально, и чувствует пальцами, что она ещё немного влажная, что нагоняет на некоторые мысли, несмотря на то, что они кажутся странными. - Довольно грустная лирика, - выдаёт Джин спустя несколько минут. - Ты о чём? - не понимает Мин.       Развернувшись, он замечает в руках старшего этот несчастный комок и вновь чувствует себя противно. Чего ж он так не вовремя пришёл? - Выкини его, а лучше сожги, - чуть сморщившись, говорит Юнги. - Почему? Получилось хорошо, правда, не совсем понятно из-за смазанных слов. Что ты такое делал, пока писал? - Да что ты пытаешься из меня что-то вытрясти, заебал, отстань от меня! Вот работал спокойно, а тебе надо было достать, блять. - А вдруг тебе было плохо? Вдруг ты плачешь тут и страдаешь втайне от нас? Думаешь, нам не страшно за тебя? - А думаешь, мне лучше станет, если ты будешь допытываться? - зло выпаливает Мин, снимая с себя очки. - Ты... - замялся Джин, видя его влажные, красные глаза. - Да, блять, я плакал, да, сука, я испытываю сложности, но такое бывает, и не всегда я обязан показывать свои чувства, если понимаю, что не буду чувствовать себя комфортно, ясно? - высказался он, чувствуя обиду на него. - Все услышал, то что хотел? А теперь проваливай!       Юнги подходит к двери, открывая ее, и ждёт, когда тот пойдет на выход, еле сдерживая чёртовы слезы, однако тот, кажется, не собирается. - А ты знаешь, как мы себя ужасно чувствуем, когда ты пропадаешь по ночам здесь и ходишь потом весь день с мешками под глазами? Ты не думал о том, что ты влияешь на всех нас? - Ты придурок блять? - спешно закрывает Мин дверь, надеясь, что никого поблизости не было. И смотрит на Джина, как на идиота. - Ты понимаешь, что мы здесь не одни? Думаешь нам нужно, чтобы кто-то сейчас знал о наших соплях? - Мне похуй, я хочу чтобы ты понял, что я, блять, пиздецки переживаю за тебя, - отвечает Ким, смотря на него с влажными глазами.        Джин тоже плачет, ахуеть. - Да ты гонишь? - издает смешок Мин от нелепости ситуации. - Решил меня поддержать и создать здесь клуб анонимных плакс? - В отличии от тебя я хочу, чтобы ты видел, что я тоже подавлен, чтобы ты знал, что со мной происходит, и чтобы знал, когда и правда меня лучше поддержать, а когда оставить в покое, а не скрываться от всех как ты и пугать своим мрачным состоянием. Это напрягает не меньше, чем загруженный график.        Мин опускает глаза, чувствуя, как слезы предательски скатываются по его щекам, и ненавидит его. - Пожалуйста, перестань, - вымученно выдает он. - Зачем ты говоришь это? Хочешь, чтобы я чувствовал себя мудаком? Поздравляю, именно так я себя и чувствую.       Джин видит, как дрожат его плечи, и просто притягивает его к себе в объятья. - Я просил тебя свалить, а ты всё равно творишь какую-то херню, - дрожащими голосом шепчет Юнги, но никак не сопротивляется. - Потому что я мудак. - Так и есть. - Подстать тебе, - усмехнулся Джин, чувствуя, как мокнет его плечо от слез Мина. - Иди на хер.       Некоторое время они стоят так молча, как придурки, издавая лишь судорожные выдохи из-за сбитого дыхания. Мин чувствует себя максимально глупо, но так хочется выплакать всё сейчас, аж голова болит. Он ощущает, как по его спине успокаивающе скользит большая, теплая ладонь Джина и хочет только ещё больше себя прибить за своё же ничтожество. Какого хера он так быстро оголяет свои чувства перед старшим? Ему это не нравится. - Я хочу сесть, отпусти, - говорит он, после чего его освобождают из хватки. - Из-за тебя у меня теперь голова болит. - У меня много чего из-за тебя болит. - Давай не будем больше ни о чем говорить, прошу, - кинув на него тоскливый взгляд, говорит Юнги, и садится на диван, подбирая ноги, отчего кажется совсем крошечным.       От него приятно пахло свежестью.       Джин подсаживается рядом, думая, что-то сказать, но тушуется, когда видит его скорченное лицо. Они вновь находятся в полном молчании, которое напрягает Кима. Он смотрит на Мина, как тот сидит, закрыв глаза и старается успокоиться, дыша размеренно, и вновь находит его красивым. Даже в такой момент он умудряется думать о чём-то подобном. - Знаешь, мне не даёт покоя одна вещь уже долгое время, - вдруг начинает Сокджин. - Я могу сделать кое-что в любой момент, но не делаю этого, пока мне не позволят. - Что это такое, что ты можешь сделать в любой момент, но не делаешь? - спрашиваешь Мин, посмотрев на него. - Поцелуй, - лаконично отвечает старший, вводя Мина в смущение. - П-поцелуй? Тебе кто-то нравится? - спрашивает Мин, стараясь не сильно вспоминать то, что между ними было. А уж тем более то, что он что-то испытывает к старшему. Это неправильно. - Да, я сейчас как раз рядом с ним сижу, - прямо выкладывает Ким, обескураживая Мина. - Надеюсь, это была шутка, - криво улыбается Мин, надеясь, что это не правда. - Нет, ты мне правда нравишься, - твёрдо говорит Ким, поворачиваясь к нему всем корпусом, - как парень. - Ты понимаешь, что это неправильно? - взволнованно произносит Юнги, сглатывая. Он не был готов, и теперь не знает, что ожидать. - Почему? Из-за быдла, которое не может принять однополую любовь за норму? Из-за чужого мнения? - склонившись к нему спрашивает Джин, замечая его сконфуженность. - Почему? - Потому что я не могу это принять, потому что я не такой, - говорит Юн, уткнувшись лицом в подобранные к груди колени. - Я не имею ввиду, что я ненавижу тех, кто любит свой пол, просто я вырос таким, мне сложно это принять. - Я понимаю, у меня такое было. - Было? - Да, когда я понял, что отличаюсь и не вхожу в рамки "нормального". - Я чувствую себя сейчас максимально некомфортно, - прямо говорит Юнги, не зная, куда себя девать. - Вся эта ситуация напрягает, потому что... Блять, ты хочешь меня поцеловать, а я... - Ты позволишь? - перебивает Ким, заставляя его подумать над этим, хотя он только что хотел его прогнать.       Мин молчит, чувствуя, как начинают краснеть его щёки от смущения и прикусывает губу. Как бы, ничего такого, если они разок поцелуются, он просто окажет ему услугу, да и не узнает никто. Но, в то же время, он не должен это делать?.. Почему он вообще задумывается над этим?       Джин, наблюдающий за ним, лишь надеется, что он не начнет его избегать. - Тебе станет легче, если мы сделаем это? - волнуясь, спрашивает Мин. Он не готов сейчас выдавать хоть какие-то свои чувства к нему, так как не до конца уверен в них, а от поцелуя он не сильно против. - Думаю, что да. - Думаешь или да? Можно быть увереннее, чтобы я понимал, что не зря иду на это? - Да, я уверен, что мне полегчает, - увереннее говорит Джин, чувствуя лёгкий трепет и взволнованность. - Хорошо, - выдыхает Мин, тоже поворачиваясь к нему корпусом, принимая позу лотоса. - Чёрт, эм, это так странно. - Что именно? - слегка улыбается Джин, и Мин видит, как из него так и льется любовь к нему, даже больно немного, потому что он не заслуживает. - Поцелуй. Я даже не знаю, как начать. - Хочешь, ты закроешь глаза, а я сам начну?       Мин молча кивнул и закрыл глаза, ощущая, как сердце начинает биться быстрее от лёгкой нервозности. Он чувствует, как сначала Джин аккуратно берёт его ладонь в свою, сплетая их пальцы, а после медленно тянется к его лицу и накрывает его дрожащие губы. Пару секунд Джин просто наслаждается теплом его губ, а после начинает мягко и нежно сминать их, ощущая, как Юнги ненадолго сжал его руку. Через минуту Мин начинает понемногу отвечать на поцелуй, радуя старшего, и старается не сильно показывать, что ему нравится. В этот момент он полностью погружается в нежность Сокджина, впитывает в себя его любовь, о которой порой грезил, и просто растворяется. Невольно к глазам снова подступают слёзы и Мин активнее отвечает ему, лишь бы тот не обратил на них внимание, если они скатятся по щекам. Джин скользит языком по его нижней губе и Мин сразу же приоткрывает рот, давая ему больше. Юнги чувствует его скользкий язык и, честно говоря, балдеет. Он скучал по этим ощущениям. Он не даёт себе отчёта о том, как кладет свою руку на бедро старшего, чуть сжимая его, но Джин это чувствует и только больше надеется на что-то. Мин прикусывает и зализывает его губу, почти как в прошлый раз, и Джина это возбуждает. Понимает, что нужно прекращать всё это и идти, чтобы не портить ещё больше их отношения, но не может, он слишком занят тем, что наслаждается любимым, по которому очень сильно скучал. Ему необходима близость с ним. Сокджин подносит свою руку к шее младшего и невесомо касается её, вырисовывая пальцами каракули, и Мин еле заметно стонет, получая кайф от этого. Он уже не сильно волновался о том, что пообещал обычный поцелуй, - который, кажется, не должен был быть таким долгим, - потому как соскучился на самом деле, а теперь ещё и возбуждение понемногу в голову бьёт. С каждой секундой хочется ещё и ещё. Хочется, чтобы Джин касался своими руками его боков, спуская их ниже, ласкал его шею, шепча всякие смущающие вещи, слышать его стоны, когда...       Рука от бедра переходит к руке Сокджина, что находится на его шее, и он останавливает его. Мин аккуратно прерывает поцелуй, но не отдаляется от его лица, наслаждаясь непозволительной близости. Он видит вблизи его влажные, блестящие губы, слышит рваное дыхание, которое кажется таким шумным в тишине, и вновь припадает к губам, чувственно целуя напоследок. - Этого более, чем достаточно, - чуть хриплым от возбуждения голосом произносит Мин ему в губы, и медленно отодвигается от него, смотря куда-то вниз. - Спасибо, - тихо произносит Ким, поднимая глаза на Юнги, что выглядел очень соблазнительно сейчас с алыми губами после поцелуя. - Уходи, - тихо говорит он, не поднимая глаза на старшего, и слышит, как тот без пререканий поднимается и идёт к двери. - Переставай задерживаться в студии хотя бы до утра, ладно? - просит Ким, стоя перед дверью.        Он ждёт, когда Мин ему как-нибудь ответит, и как только тот ему кивает, уходит.       Мин бесится, что он хочет больше, но тем не менее рад, что тот ушёл, потому что: - Ебучий стояк, да как так?