Ученик Часовой Башни

      Стоя на одной из дозорных вышек, прикрываясь металлическим ростовым щитом, который удерживался при помощи широких кожаных ремней, Страйкер оглядывал поле развернувшегося боя через снятый со снайперской винтовки оптический прицел. Стекло имело светофильтр, так что лучи восходящего солнца не мешали видеть уродливые силуэты трупоедов, похожих на карикатурных монстров из детских сказок: у рядовых особей были длинные когтистые руки, маленькие головы и непропорционально большие пасти; погонщики же отличались разбухшими головами и более гармоничными телами... если так вообще можно говорить о мутантах. Кроме того, одежду и броню носили в основном "офицеры" врага, в то время как простые бойцы ограничивались тряпками, да самодельными "доспехами" из ржавого железа, примотанного к телам.       - Огонь на подавление! - рявкнул полковник, когда волна монстров подошла вплотную к стене.       Загрохотали пулемёты, винтовки и ружья, внутри периметра солдаты начали расчехлять гранатомёты, запас боеприпасов к которым берёгся на чёрный день (глава поселения опасался, что им придётся отбиваться от Амбала, если тот наберёт слишком много силы, либо от каких-нибудь залётных бандитов... если те сумеют пройти через земли мутантов и мёртвые зоны). Среди обычных зелёно-чёрно-коричневых и серо-чёрно-белых камуфляжных одежд показались и чёрно-красные костюмы "пожарников", за спинами коих висели ранцы с зажигательной смесью, а в руках находились трубки распрыскивателей.       Эта атака трупоедов отличалась от предыдущих не только численностью, так как раньше они редко собирались в толпу хотя бы в пять сотен, но и организацией: среди мутантов был не один, и даже не десять погонщиков, которые как руководили своими более тупыми сородичами, так и шли в атаку в их числе. Диверсия с убийством дозорных лапами диверсантов вовсе могла служить вершиной их стратегического мышления и, если бы не вовремя поднятая тревога, поселение было бы застигнуто "Со спущенными штанами". И даже сейчас враг не нёсся на стену сломя голову, завывая и брызгая слюной, а планомерно наступал, прикрываясь капотами автомобилей, кусками обшивки броневиков, другими листами металла...       "Либо среди них появился кто-то достаточно сильный и по-настоящему разумный... либо кто-то научился их контролировать. Даже не знаю, что хуже", - сердце немолодого мужчины радовалось при виде того как падают нападающие, а также как пули вырывают куски мяса у диких зверей...       Однако же тревога продолжала грызть Страйкера: во-первых, после обнаружения нападения и убийства второго диверсанта выяснилось, что первого устранил не солдат, из оружия коего производились выстрелы, так как со сломанной шеей на курок обычно не нажимают; во-вторых, врагов было слишком много, а их щиты пусть и были отвратительной защитой против крупнокалиберных пуль, но зато ухудшали видимость, из-за чего далеко не всегда можно было сказать то, поражена ли цель на самом деле; в-третьих, часть бойцов и вооружения пришлось отправить на другие стороны поселения, так как если уж трупоеды додумались совершить диверсию, а теперь ещё и броню применяют, их главному могла прийти в голову мысль об обходном манёвре, пока основные силы отвлекаются здесь. И пусть он догадывался, что неожиданным помощником оказался ночной гость, но не спешил рассыпаться в благодарностях, так как слишком уж удачно произошло это нападение...       "А не взяли ли эти пришельцы под контроль самих трупоедов? Это объяснило бы их неожиданную хитрость, да и причин поступить так полно: они могут дождаться момента, когда нас перебьют и забрать необходимое, или же прийти на выручку в самый последний момент", - зубы мужчины стиснулись в бессильной злости, а пальцы до судорог сжали оптическое устройство.       Пулемёты замолчали, когда перед стеной образовалось свободное пространство, а идущие волной мутанты отступили. Прошло меньше минуты, как многие металлические щиты стали подниматься в вертикальное положение, а казавшиеся убитыми трупоеды возобновили продвижение.       "Хрен вам, ублюдки! Человечество не сломить кучке каких-то уродов! Мы - чёртовы цари этого мира!", - вновь отдав приказ, Уильям сунул оптический прицел в карман разгрузки, закинул щит за спину, позволив ему повиснуть на ремнях, подхватил автомат и присоединился к отстрелу нападающих, парными выстрелами взрывая похожие на уродливые сморщенные орехи головы.       Первая волна трупоедов полегла полностью, но за ней пошла вторая волна, также прикрываясь импровизированными щитами. Некоторые из монстров напоминали подобие средневековых рыцарей, которые надели на себя деформированные мусорные баки вместо кирас, кастрюли вместо шлемов, и несли обрезы труб вместо копий. Но сколь бы нелепый вид не имела эта броня, свою функцию она выполняла, отражая или отклоняя одну из трёх-четырёх пуль... из тех, которые не летели мимо сами по себе. А ведь попадая под обстрел пулемётов, они падали, притворяясь мёртвыми, чтобы снова начать вставать при наступлении относительной тишины.       - Сэр, на западную стену совершён налёт группы из пятидесяти трупоедов с двумя погонщиками, - доложил адьютант, получивший сообщение при помощи телефона, спешно протянутого к стене от штаба, куда стекалась вся информация.       - Потери? - не отвлекаясь от стрельбы по особенно шустрым мишеням, коротко спросил Уильям.       - Никак нет, сэр, - отозвался мальчишка семнадцати лет. - Враг был подпущен к стене на расстояние гарантированного поражения, а затем накрыт огнём автоматчиков.       - Всем двойные пайки на неделю, - приказал полковник.       "Хороший ты парень, Стив: а ведь повернись судьба иначе, мог бы не мутантов отстреливать, а пить в компании приятелей и приставать к девчонкам... Мечты-мечты", - видя как очередная волна монстров отступает, оставив на залитом кровью грунте уже не меньше нескольких сотен своих сородичей, немолодой офицер позволил себе лёгкую улыбку...       - Запомни, парень: чтобы ни случилось, мы - возможно последний оплот демократии в этом мире, и наша задача сделать так, чтобы грядущие поколения могли вернуть утерянное нами величие Америки, - Страйкер сглотнул слюну, ощущая нестерпимую сухость в горле. - Когда-то наши предки пришли на эту землю и сделали её своей; они терпели тяготы и лишения, но не сдавались ни перед лицами дикарей-каннибалов, ни перед "хозяевами", ярмо которых душило свободу нашего народа, но было скинуто ценой огромных жертв. Теперь наша очередь доказать, что мы - достойные наследники Отцов-Основателей... И наша рука не дрогнет в решающий момент. Но...       - "Но", сэр? - переспросил адьютант.       Уильям повернулся к худому парню с бледным, обветренным лицом, начисто выбритой головой, яркими синими глазами, горящими решимостью и готовностью идти до конца. Его одежда была старой и потрёпанной, но аккуратно зашитой, чистой и тщательно выглаженной, как и требовал устав вооружённых сил...       - Мы должны знать, когда нужно сражаться, а когда следует уступить, - голос полковника звучал внушительно и проникновенно. - Если я погибну, то ты передашь мой приказ остальным: люди могут пойти на союз с чужаками, чтобы выжить и набраться сил, но они должны сохранить свою историю; свои законы и ценности. Только живой и гордый народ сможет вновь стать великим и свободным, не благодаря, а вопреки всему. Ты меня понял, солдат?       - Так точно, сэр, - отдал честь Стив.       Передышка не продлилась и пары минут, после чего трупоеды отправили на штурм стены ещё одну волну живого мяса. Солдаты подпустили их поближе, а затем встретили огнём пулемётов и другого оружия, заставляя атаку в очередной раз замедлиться. Но тут внезапно произошло неожиданное: среди мутантов стали вспыхивать шары огня, а разлетающиеся в стороны осколки рассекали их плоть, оставляя глубокие кровоточащие раны.       Полковник сперва подумал, что это начали стрелять гранатомётчики, но взгляд на их позицию показал, что те и сами не понимают происходящего. А тем временем поле боя потонуло в огне, поглотившем не менее четверти тысячи трупоедов, заставляя их бежать в разные стороны бросая щиты.       - Что встали?! - голос главы поселения загрохотал подобно рёву боевого рога. - Огонь-огонь-огонь! Не дайте гадам залечь!       "А вот вы и показались, "пришельцы". Раньше чем я думал... Решили продемонстрировать свою доброту? Чтобы мы считали вас спасителями? Ну что же... сыграем по вашим правилам. Если придётся, я сам буду ваши зелёные задницы целовать, пока это будет полезно моим людям, а потом... Уж не обессудьте: как вы с нами, так и мы с вами поступим", - автомат в руках вздрагивал каждый раз как отправлял в полёт кусочки свинца, а лицо мужчины превратилось в закаменевшую маску.       Лейтенант Стив Роджерс, стоя рядом со своим командиром испытывал нечто, что можно было бы назвать религиозным трепетом... Уильям Страйкер, спокойный и непоколебимый, уверенный и невозмутимый, словно бы выточенный из камня умелым скульптором, как никто иной подходил на роль нового спасителя человечества.       Адьютант полковника родился уже после конца света, но благодаря сохранившимся книгам и историям старших знал, что во все времена люди создавали себе идолов: сперва идеалом считался человек большой физической силы, с атлетичным телом и умеющий убивать мечом, затем его сменил образ духовно просветлённого священника, которому на смену пришли учёные мужи... И вот теперь эпоха воителей вернулась, но вместо варвара с щитом и мечом, идолом стал суровый мужчина с автоматом, который не поддался общему ликованию и продолжал стрелять по мутантам, даже когда те побежали.       Стив знал, что именно благодаря Страйкеру их поселение пусть и не купается в роскоши, но люди живут достойно, честно и постепенно восстанавливают утерянное. У них есть общедоступная медицина, общие школы, сытная еда, крыши над головами и тёплые постели. Многие взрослые знали, что каждое рождество Уильям наряжается Санта-Клаусом, отправляясь дарить детям нехитрые игрушки и редкие сладости. Сам Роджерс, до последнего момента не верил в эти слухи, пока не стал адьютантом главы поселения...       И если бы кто-нибудь дал парню выбор, позволить умереть полковнику или принять смерть за него, лейтенант не сомневался бы ни секунды. И пусть он не знал ту Америку, за которую до сих пор сражался его командир, но был искренне убеждён, что если кто-то и сможет построить её заново, то это только Уильям Страйкер.                   ***       - Так, красотки: выцеливаем большеголовых уродов, - приказала Хельга, закладывая вираж и выхватывая из-за спины электромагнитную винтовку, стреляющую дротиками с зажигательными капсулами. - Объявляю охоту пятёрками: маги - со мной.       - Принято, - вразнобой отозвались командиры отдельных "крыльев".       - У пони потеря, - доложил связной, выходя на личный канал связи. - Один летун подорвался на гранате.       - Пусть забирают тело и летят к магистру: если есть что, то он поднимет это и поставит в строй, - мысленно красная пташка добавила, что пони к некромантии относятся крайне негативно, но ради дела свои принципы могут засунуть куда подальше.       "Правда, после алхим-гранаты вряд ли там есть, что поднимать", - грифонша поморщилась, но быстро выкинула эти мысли из головы, начав скользить над откатившемся назад воинством противника.       В свете красно-оранжевого солнца, поднимающегося на болезненно-жёлтое небо, трупоеды сбивались в группы, поднимая над головами импровизированные щиты, если среди них был хоть один погонщик, либо же разбегались, если командир отсутствовал. Грифоны, чувствуя себя хозяевами положения, парили над мутантами и отстреливали обладателей раздутых голов, лишая орду командования. Достать же их в ответ было попросту нечем...       Внезапно из-под металлических листов, удерживаемых над головами трупоедами с маленькими головами, синхронно вышла группа из девяти погонщиков. Эти существа отличались от сородичей тем, что носили более или менее добротную одежду с бронежилетами, а в руках держали автоматы и какие-то трубы. Действуя с необычайной синхронностью они вскинули оружие и стали стрелять в воздух, сбивая маскировку с одной из пятёрок летунов.       - Они нас видят! - раздался возглас по общей связи.       - Все вверх! - рявкнула Хельга, первой приходя в себя.       Под градом пуль грифоны, благодаря броне, чувствовали себя уверенно, пока маленькие кусочки металла не стали пробивать кинетические барьеры, а затем вырывать из их крыльев целые куски. Первая пятёрка и опомниться не успела, как трое из них полетели вниз, рыча и ругаясь по общей связи, а навстречу бросившимся им на помощь напарникам устремились дымные следы из труб гранатомётов, разминувшиеся с вильнувшими в стороны летунами на какие-то сантиметры.       - Маги, убрать этих уродов! - указав на группу погонщиков, приказала красная пташка. - Забираем раненных и отступаем. Быстро...       Пять огненных шаров полетели в трупоедов, но те всё также синхронно отступили назад, а затем перед ними опустились щиты. Взрывы огненных снарядов разметали броню, но причинили явно меньше урона чем предполагалось.       Умудрившиеся не разбиться хищники, крылья коих превратились в решето, оказавшись в окружении не растерялись, а встав на четыре лапы бросились бежать, пользуясь общей тактической картой. Оставшиеся в небе сородичи поддержали напарников огнём, скашивая ближайших трупоедов. Стоило же грифонам оказаться на достаточно свободном участке, как их подхватывали двое здоровых летунов, тут же унося вверх и в сторону.       "Проклятье... Чувствую себя оплёванной", - злясь на свой недосмотр и беспечность подчинённых, уверившихся в том, что мутанты им не опасны, Хельга убедилась, что спасти удалось всех пострадавших (гранаты ни в кого не попали, а крылья... можно вылечить).       - У кого ещё остались гранаты? - грифонша окинула взглядом обозлённых, частично - потрёпанных сородичей, получив на свой вопрос поднятые лапы примерно трети. - Давайте их сюда. Раненных - в полевой штаб; остальные - отстреливайте мутантов по краям армии. Если ещё хоть один также глупо подставится, то ему лучше сдохнуть в когтях этих уродов, если он не хочет послужить пособием для некромантии. Выполнять.       "Ловите подарок, уродцы", - удобнее перехватив связку взрывающихся шариков, Хельга стала падать прямо на скопление щитов, полностью погрузившись в боевой транс для улучшения реакции.       Благодаря обострённым чувствам она заметила как разошлась импровизированная крыша, а в её сторону нацелились две трубы, а также стволы чего-то менее мощного. Закрутившись спиралью, она ушла с траектории выстрелов, а затем метнула "подарок" точно в зазор между листами металла, сразу же уходя в сторону, не дожидаясь результата своей атаки.       Распахнутые крылья помогли затормозить, а затем подкинули Красную пташку вверх одним сильным взмахом, отдавшемся болью в мышцах. Впрочем, она на такие мелочи внимания не обращала и продолжала подниматься в небо, чтобы оказавшись на достаточно большой высоте обернуться.       "Вот так-то!", - ликующе клёкотнув, грифонша позволила себе расслабиться.       На месте крыши из металлических листов теперь пылал алхимический огонь, а трупоеды, бросившие свои инструменты, разбегались в стороны без какой-либо системы. Можно было бы подумать, что это ещё какая-то хитрость, если бы мутанты не теряли оружие, не бросались друг на друга с целью порвать на куски, и не бежали в совершенно разные стороны.       - Возвращаемся на базу, - отдала приказ по общему каналу Хельга. - Тут мы закончили.       - А люди? - спросил кто-то из младших командиров.       - Мы им сопли подтирать не нанимались, - отозвалась красная грифонша, бросая взгляд на стену, где размахивали лапами, прыгали и потрясали оружием радующиеся победе двуногие. - Сперва позаботимся о своих, а потом пусть магистр решает, что с ними делать.       Поставив своеобразную точку, грифонша возглавила подлетевшую к ней пятёрку магов, снова уходя в скрыт и направляясь в сторону временной ставки командования.