Ученик Часовой Башни

      - Приветик! - помахала мне правой передней лапкой зеркальщица, являющаяся отражением Греты, сидя на краю островка стабильного пространства первого слоя зеркали.       - Все целы? - подавив инстинктивное желание защититься, осматриваю отражение половины ванной комнаты, где расположились моя сестра, сын и дочь (отражений младших птенцов нигде не видно, что говорит о том, что с ними уже разобрались).       - А ты сомневался? - встав на задние лапы и заложив передние за спину, гордо выпятила грудь и вскинула голову зеркальщица, всем видом демонстрируя возмущение. - Пока тут я, никто не посмеет тронуть сестрёнку и её гостей!       "Хотелось бы верить", - мелькает в голове короткая мысль, а в следующий миг меня уже атаковал снаряд имени Галлуса.       - Папа! - радостно воскликнул голубой птенец, которого мне пришлось ловить передними лапами, чтобы он не сильно об меня ударился. - Мы были в комнате, а потом башня затряслась, а тётя Блум ушла узнать, что случилось, а Грета сказала...       - Тише-тише... - хохотнув, перехватываю сына правой передней лапой, левой кистью взлохмачиваю пёрышки у него на голове, из-за чего он возмущённо засопел и сердито насупился. - Давайте-ка по порядку и менее сумбурно.       - Мы играли в приставку, когда башня вздрогнула... - сидя на задних лапах, передними лапами прижимая к себе свёрток с племянницей, Грета, устроившаяся у ванны, несколькими короткими фразами описала причину, по которой они все оказались в зеркали. - Я решила, что здесь нам будет безопаснее.       - Тут их могу защищать я, - заявила зеркальщица, всё время повествования терпеливо ожидавшая чуть в стороне.       "Эх, сестрёнка, не уверен я, что тут действительно безопаснее хоть для кого-то", - мысленно поморщившись, решаю не делиться своими соображениями о том, что вслед за каким-нибудь магом, который придёт в настоящую комнату, на островок стабильности может заявиться опасный и опытный зеркальщик, с которым её отражение совладать не сможет (и если оригинальный чародей может оказаться другом, то вот его двойник, наверняка будет опасным хищником).       - Вы молодцы, что не растерялись, но опасаться было нечего, - стараюсь говорить уверенно, при этом не давя на птенцов. - Часовая Башня - одно из самых надёжных мест в империи, а в присутствии архимага, она вообще превращается в самую надёжную цитадель.       - И что, мы должны были сидеть в комнате? - насупилась Грета.       "Мне было бы куда спокойнее, поступи ты так", - опустив сына на пол зеркальной ванной, подхожу к сестрёнке и аккуратно её приобнимаю.       - Ты молодец, Грета, - потеревшись клювом о макушку пташки, произношу со всей возможной теплотой. - Мне очень повезло, что у меня есть такая сестра. Вы все - молодцы.       Привлекаю к себе и сына, обнимая его крылом. Зеркальщица, сложив передние лапки на груди, гордо отвернулась (что совершенно не мешает ей нас видеть), а я наконец-то чувствую облегчение от того, что птенцы в безопасности.       - Ты тоже - молодец, - произношу негромко, обращаясь к отражению сестры. - Но обнимать тебя я всё равно не буду.       - Больно надо мне обниматься с таким старикашкой, - фыркнула зеркальщица, затем повернулась к нам и состроила ехидное выражение на мордочке. - Или тебя так сильно тянет на маленьких грифоночек? Или на одну конкретную...?       - Помолчи, - оборвала своё отражение на полуслове Грета, заметно смутившаяся и потемневшая от прилившей крови. - Жак, прости...       - Отражения - они такие, - отпустив птенцов, отступаю на пару шагов, киваю зеркальщице, снова изображающей невозмутимое дружелюбие, а затем предлагаю: - не хотите прогуляться в другое место? Грета, ты там уже бывала. Думаю, что дедушка Альберт будет совсем не против нашего визита. Поможешь дойти через зеркаль?       Последний вопрос был адресован уже отражению сестрёнки.       - А-агась, - радостно хлопнула в ладоши зеркальщица. - Будет весело!       - А мама? - спросил Галлус, дёрнув меня за рукав зеркального плаща.       "Думается мне, что бояться следует за тех, кто решатся напасть на неё", - вспоминая историю о похождениях Герды во время прошлого мятежа, я одновременно испытываю гордость за супругу, и стыд за себя, так как не смог её защитить, явившись только в самый последний момент.       - Маму я тоже скоро приведу, - обещаю сыну, стараясь не показывать внутреннего беспокойства. - Ну а сейчас, Грета, дай-ка мне Цитрин, а сама возьми за лапу Галлуса...       Приняв свёрток с дочкой, любопытными глазками осматривающейся вокруг, терпеливо перенося все тяготы и лишения, не могу удержаться от улыбки. Всё же именно в такие моменты приходит осознание, что всё было не зря...       ...       Сообщение о мятеже и предательстве Чёрных Роз, вступивших в сговор с Башнями и Коронами, сумевшими обойти клятву верности императору, разнеслось по армии словно лесной пожар в засушливую летнюю погоду. Исчезновение магического щита над "Белогорьем" лишь убедило командиров в том, что случилось нечто очень плохое, а хлынувшие в столицу отряды бандитов, заставили действовать быстро и решительно.       Однако же не успели воины сцепиться между собой на улицах сердца империи, как в ночном небе вспыхнула яркая ало-золотая звезда, разогнавшая тьму и заставившая все взгляды подняться вверх. Долгие секунды ничего не происходило, но вот от сияющего шара отделились капли, яркими огненными кометами устремившиеся к домам, начав взрываться брызгами жидкого огня при столкновении с крышами, либо магическими полями, окутывающими отдельные строения. О том, чтобы в подобных условиях сражаться между собой уже не шло никакой речи...       "Желаете больше огня, птицекошки? Я дам вам его столько, сколько вы заслуживаете!", - мерно взмахивая крыльями, белая аликорница с багряно-красными гривой и хвостом, создав вокруг себя сферу жидкого пламени, устроила настоящий дождь из пламени, обрушившийся на её уже бывшую темницу.       Жар, создаваемый зеркальщицей с опытом в сотни лет, искажал само пространство, создавая вокруг маленького солнца подобие дымки, где гасли магические атаки и плавились снаряды, выстреливаемые из любого оружия. Дейбрейкер, впитывая расширенными при помощи зеркальных искажений духовными каналами всё больше магии, игнорируя нарастающую боль, продолжала готовить свою самую сильную атаку, которая могла одним ударом разрушить "Белогорье", над которым даже защитного купола больше не было (многие в эту ночь впервые задумались, на что же способен архимаг уровня принцессы Селестии).       Приказы об эвакуации посыпались через все артефакты связи; маги бросили попытки как-то навредить огненному шару, после чего тоже подключились к попытке спасти горожан и обитателей императорского дворца...       Внезапно всё изменилось: на долгую секунду мир будто бы застыл, а затем небеса расчертили ослепительно-яркие лучи, складывающиеся в форму куба, одним из углов направленного в землю. Всё, что находилось внутри обрисованного пространства остановилось, и даже пламя миниатюрной звезды не смогло сопротивляться этой силе, угасая буквально на глазах. Вскоре те, кто всё ещё смотрели ввысь, увидели белую аликорницу, медленно взмахивающую крыльями, кровавые грива и хвост которой застыли будто вода на морозе.       Багряно-золотой свет исчез, и лишь десяток столбов пламени, охвативших некоторые дома столицы, продолжали разгонять тьму, устремившуюся в долину хищными тенями. Крылато-рогатая пони же, сделав ещё один взмах... начала падать вниз, с каждым мгновением всё больше набирая скорость, пока наконец в один момент не врезалась в вымощенную булыжниками площадь, со стеклянным звоном разбиваясь на сотни осколков разных размеров.       В это же время, в одной из комнат Часовой Башни, с болезненным стоном осел на пол Роуг, передние лапы коего продолжали лихорадочно цепляться за посох, сияющий белым светом навершия. Двенадцатый архимаг империи, и без того раненный во время штурма школы, после применения столь мощной магии заморозки ощущал себя так, будто бы из него через глотку вырвали все внутренние органы, попутно разорвав одну половину духовных каналов, и перепутав между собой все остальные.       - Вот так... - прошелестел старый грифон, чувствуя как его разум погружается во тьму беспамятства. - Я всё же выполнил... свой долг... брат.       - Архимаг?! - ворвавшиеся в кабинет своего лидера чародеи замерли при виде столь невероятной картины как лежащий на полу без движения Роуг.       - ...       - ...       - Не стойте статуями, недоумки! - протолкалась вперёд наставница по освоению водной магии, чтобы сесть рядом с архимагом и возложить передние лапы ему на грудь и голову. - Зовите всех, кого только можете: нам нужны целители и те, кто смогут передавать свою силу... Шевелитесь!       Последний окрик подействовал, так что половина магов тут же рванулась за дверь, чтобы собрать старших учеников, ну а оставшиеся окружили своего нового временного лидера, ожидая инструкций (брать на себя ответственность никто не хотел).       ...       "Тупые кошкакурицы", - облизнув острые клыки, Дейбрейкер выскользнула из зеркали на вершине одной из гор, окружающих долину, где раскинулось "Белогорье".       Багряно-алая грива колыхнулась на потоках магии, белоснежные крылья расправились во всю ширь, худые, но от того ничуть не слабые ноги оттолкнулись от края уступа, подбрасывая свою хозяйку вверх. Ощущать гибель своего второго "Я" было неприятно, но оказалось вполне оправдано: архимаг клюнул на приманку, ударив по ней "из главного калибра", что означало его как минимум - временную, а то и постоянную недееспособность.       "Но... нужно убедиться, что с этой стороны мне больше ничто не грозит", - заложив вираж, белая крылато-рогатая пони полетела прямо к башне, возвышающейся на краю вершины горы, куда услужливо вела длинная каменная лестница...       Длинный витой рог засиял, вновь привлекая к своей хозяйке внимание грифонов, но они уже были бессильны что-либо ей противопоставить. С каждым взмахом крыльев, отражающих лунный свет словно свежий снег на далёком севере, похожие на кровавое пламя грива и хвост развевались всё сильнее, а встречный ветер завывал в прижатых к голове ушах.       Пока воины ещё только вскидывали своё слабое, нелепое оружие, а маги, стайкой перепуганных голубей взлетевшие над крышами домов выпускали огненные шары и электрические разряды, луч испепеляющего света уже устремился к своей цели, словно раскалённый нож замороженное масло рассекая землю и камень, под крутым углом срезая вершину горы (всё же сама цитадель магов была достаточно хорошо защищена, чтобы успешно сопротивляться атакам из вне, а лезть внутрь у пони не было ни малейшего желания).       - Мир рухнет в море страстей... Ха-ха-ха-ха-ха! - более не задерживаясь на поле боя, аликорница устремилась прочь, набирая высоту и скорость, которые были недоступны для обычных грифонов.       Медленно, словно бы неохотно, разрез на теле каменного монолита начал расширяться, под весом Часовой Башни съезжающей вниз. Те, кто видели это своими глазами потеряли дар речи, с открытыми в беззвучном крике клювами наблюдая за крушением символа силы, единства и могущества... Некоторые из молодых волшебников, считавшие школу своим единственным домом, забывали махать крыльями и начинали падать навстречу земле, не в силах поверить в происходящее, ну а другие бросались вперёд, в отчаянной и бессмысленной попытке поймать и удержать твердыню...       В эту ночь очередной мятеж, устроенный в Империи Грифонов провалился...       В эту ночь Империя Грифонов лишилась своего прошлого...       В эту ночь закончилась одна эпоха, чтобы началась новая эра!