poleezman

▼

Стоя в кабинете начальника уголовного отдела, Сан все еще не может поверить в происходящее. Особенно странно то, что Юно действительно смог замолвить за него словечко, и теперь рождается новая тайна, откуда у этого солнечного кассира из их столовки такие связи. На нем все тот же выглаженный пиджак, идеально сидящий по фигуре, белая рубашка, брюки, аккуратно уложенные волосы – Сан, в общем-то, в своей манере подготовился к столь важному событию, чтобы произвести максимально хорошее впечатление. Стоит себе по стойке смирно, выжидая, пока на него обратят внимание. К слову, в кабинете настолько прокуренный воздух, что аж глаза режет, но Сан виду не подает. За красным дубовым столом восседает мужчина лет двадцати семи на вид, с черными волосами, концы которых выкрашены в синий и мило вьются; на переносице – очки в стильной оправе, а сам владелец их внимательно вчитывается в газетные новости, очевидно игнорируя парня, стоящего перед ним. В принципе, ничего другого Сан и не ожидал, все начальники всех полицейских подразделений пытаются выглядеть важно перед своими подчиненными, однако в этот раз чувствуется какой-то подвох.       - Как звать? – тишина слишком резко нарушается грубым низким голосом. Сан вздрагивает от неожиданности, чувствуя, как шустро из пространственных размышлений возвращается к реальности.       - Чхве Сан, сэр, - бойко выдает на одном дыхании парень, смотря на сидящего в кресле мужчину.       - М, - мычание звучит как-то одобрительно, кучерявый складывает газету вчетверо и откладывает в сторону. Выглядит так, словно своим именем Сан завоевал такое редкое внимание со стороны большой шишки. – Трупы видел?       - Что, простите?       - Трупы, - мужчина повторяет, очки немного съезжают с переносицы, но он не торопится их поправлять. Вопрос для Сана звучит максимально странно, однако сидящий в кресле перед ним начальник выглядит весьма серьезно, задавая его.       - Да, сэр. Бывало пару раз, - с неким колебанием отвечает парень спустя секунды, внутри себя пытаясь понять, почему этот вопрос был задан ему.       - М, - мужчина в кресле кивает с одобрением, пальцами одной руки тарабаня по поверхности стола. – Холост?       - Да, - вопросы один краше другого, и Сан уже чуть ли не гнет бровь в вопросительном жесте, однако все свои недоумения стойко подавляет. Начальник снова кивает головой несколько раз, смотря куда-то сквозь Сана, и медленно поднимается из-за стола. Все его движения пропитаны твердой уверенностью и властью, он обходит стол и опирается о его край, останавливаясь прямо перед новобранцем. Вблизи мужчина выглядит куда более уставшим, чем за завесой из очков и газеты.       - Какой кофе пьешь? – звучит финальный вопрос от начальника криминалистов, который скрещивает руки на груди.       - Американо со сливками, сэр, - последний вопрос вдруг кажется Сану самым логичным из всех трех, и это вызывает недоумение тоже. Он выдерживает стоически десять секунд изучающего твердого взгляда, после чего удостаивается весьма доброй улыбки и похлопывания по плечу широкой ладонью.       - Супер, - мужчина возвращается на свое место, по пути выуживая из пачки сигарету и прикуривая ее. – На выходе из кабинета по правую сторону первый стол. Ким Хонджун. Он тебе все расскажет. И это все? Сан откланивается три раза, выходит из кабинета и думает, что это все какой-то бред. Он, конечно, знал всегда, что криминалисты – люди максимально странные, отец очень много рассказывал о том, какие они серьезные и трудящиеся ребята, он был готов ко всему, но… но не к тому, что его будут спрашивать про то, холост ли он…       - Вы Ким Хонджун? – первый стол справа от выхода, куда Сан подруливает на ватных ногах, оказывается весь завален кружками с недопитым кофе, тоннами бумаг и коробок из-под пончиков. Его хозяин же трещит с кем-то по телефону без умолку, рассказывает, видимо, о деталях какого-то следствия, и параллельно скроллит страницы Naver на своем компе. В момент, когда к нему обращаются, парень радостно суетится, говоря, что перезвонит попозже, и обращает все свое внимание Сану.       - Да, - широкая улыбка компенсирует уставший вид парня, который, чуть ли не перепрыгивая через свой стол, стремится подойти к Сану, чтобы крепко пожать ему руку. – Старший следователь Ким Хонджун. Можно просто Хонджун, я тут был немного занят, ты уж извини. А ты у нас, видимо…?       - Чхве Сан, - с улыбкой представляется парень, пожимая руку в ответ. – Начальник отправил меня к... тебе, Хонджун, - тот слушает его внимательно, что совсем отличается от того, что было в кабинете ранее.       - А, Минги, ему вечно некогда тратить свое время на нас, - Хонджун отмахивается, успев с милой злобой на лице зыркнуть в сторону кабинета. – Можешь звать его просто Минги-хён, ему нормально, - Сан кивает, решая, что выяснять, почему они так неформально общаются с их шефом, нет смысла. Он просто принимает все к сведению, не задавая лишних глупых вопросов. – И, кстати, запиши кое-какую важную инфу, - Хонджун ждет, пока Сан достанет телефон из кармана пиджака, и начинает диктовать. – Фраппучино с мятой, горячий шоколад, американо на двойном эспрессо с двумя ложками сахара, латте с соленой карамелью, яблочный фреш… - краем глаза Сан видит, как мило выглядит его новый коллега, что-то высчитывая на пальцах в задумчивости. – Да, кажется, все назвал. Отвечая на твой немой вопрос: так как ты теперь у нас типа «трейни», то в твои прямые обязанности входит приносить каждый понедельник любимые напитки своим дражайшим коллегам. Своеобразная традиция, ритуал! – Хонджун гордо задирает подбородок, из-за чего Сан может получше разглядеть мешки под его глазами. – Американо для меня, фраппучино для Минги, латте для… Замявшись на полуслове, Хонджун внезапно оборачивается, обращая свое внимание еще одному парню, все это время находившегося с ними в одном помещении. Сан его отчего-то не заметил сразу, и от этого на секунду становится стыдно.       - Латте для Ёсана, - в легкой задумчивости бормочет Хонджун, быстрым взглядом оценивая уровень незаинтересованности розоволосого парня в происходящем. – Ёсан это он. Самый занятой волк-одиночка, к нему лучше не лезть, - Сана забавит тот факт, что Хонджун говорит об этом парне так, словно его здесь нет. Собственно, Ёсан и не реагирует никак на этих двоих, продолжая с крайне серьезным и сосредоточенным видом изучать что-то на экране монитора. Он одет в светло-розовую рубашку и черные брюки, а на красивом милом лице очки без оправы, которые парень поправляет, чтобы те не скатывались с его ровного носа. – Выглядит как ангел во плоти, но это все ложь и провокация, - Хонджун зачем-то переходит на шепот и выглядит вообще ужасно артистично при описании чего бы то ни было – Сана это умиляет. – В общем, пойдем-ка я тебе экскурсию небольшую проведу, раз такое дело. Он хватает Сана под локоть и в спешке ведет его по лабиринтам здания. По пути Хонджун рассказывает о том, что на первом этаже их корпуса восседают гражданские полицейские, откуда Сан к ним попал, в то время как на втором находится их территория. О взаимной негласной нелюбви отделов друг к другу Хонджун рассказывает шутливо и так естественно, в то время как Сан в непонимании вопрошает, почему же так сложилось?       - Они считают, что мы все психи и лишь делаем вид, что работаем, - пожимает плечами Хонджун, пока они идут по длинному коридору, соединяющему два разных корпуса одного здания. – Хотя ни один из них не бывал на месте преступления, не видел убитых собственными родителями детей и даже не чувствовал запах гнилой плоти, - все это звучит так легко и непринужденно из его уст, что Сану становится не по себе. Он думал, что давно готов ко всему этому, однако сейчас он чувствует себя одним из этих «полицейских», что ничего не знают о настоящем ужасе их работы. Этот коридор кажется Сану бесконечностью, однако под конец хонджуновского монолога они добираются до первого этажа соседнего корпуса. За закрытыми дверьми их встречает небольшая лаборатория, а от обилия белого цвета и света режет глаза похуже, чем в кабинете у Минги. Повсюду пробирки, микроскопы, компьютеры, какое-то оборудование, которое Сан впервые видит… Однако нужно быть глупым, чтобы не понять, куда Хонджун его привел.       - Как ты уже понял, сюда отправляются все наши улики на экспертизу, - объясняет старший Сану словно маленькому ребенку, параллельно пытаясь выловить взглядом тело, мечущееся от одних холодильников к другим. – Вон тот человек, что занят у микроскопа сейчас, - это Пак Сонхва, наш судмедэксперт. В лаборатории в принципе неуютно находиться, но этот Сонхва делает это место еще более мрачным. На нем белый халат, светлые волосы зачесаны назад, а на лице – очки, и это все, что Сан успевает рассмотреть издалека. Сонхва вовсю поглощен работой, и даже на приветствие Хонджуна никак не реагирует. Словно их двоих тут сейчас нет, и Сан с одной стороны восхищается подобной концентрацией, а с другой - его настораживает такая пугающая аура вокруг этого человека.       - Ему – горячий шоколад, - единственное, чем комментирует Хонджун их визит к лабораторному гению, после чего они спускаются по лестнице в подвал. Стоит только ступить на первую ступеньку, как нос заполняет отвратительный запах, и Сан рефлекторно торопится заткнуть нос ладонью. Морг. Хонджун понимающе хлопает его по плечу, когда они спускаются вниз. Среди нескольких дверей парни идут в ту, что по самому центру в конце небольшого мрачного коридора.       - Хён! – абсолютно блевотную обстановку разряжает парень, который с крепкими объятиями кидается Хонджуну на шею. Тот улюлюкает ему в плечо, хлопая по спине, обтянутой белым халатом, и снова широко улыбается.       - Рад тебя видеть! – когда объятия прекращаются, крепкий по комплекции парень с каштановым цветом волос в дружелюбной манере протягивает руку Сану. – Чхве Чонхо, вершитель судеб этих несчастных безмолвных тел, - после ответного рукопожатия Чонхо усаживается на стул рядом с кушеткой, на которой лежит почти полностью укрытое простыней тело, и, с тоской глядя на него, начинает уплетать сочный персик.       - Чхве Сан, - представляется парень, чувствуя, что органы внутри него устроили потасовку, и его нехорошо так мутит. Патологоанатомы – те люди, которых Сану никогда не понять. Они, наверное, просто привыкли к этой постоянной вони, к разбору мертвых тел на такие же мертвые органы, к одиночеству среди холодных молчаливых собеседников. Однако Чонхо кажется даже забавным и очень активным, особенно в сравнении с Сонхва, к которому они заходили ранее.       - Мне всегда покупай яблочный фреш, ибо он поднимает тонус организма! Не хочу оказаться как Хонджуни-хён, ты только глянь на него, - Чонхо громко смеется, получая затрещину от старшего. – Кстати, хён. По поводу того чувачка, которого я утром разбирал сегодня, - активно дожевывая персик, парень аккуратно откладывает оставшуюся косточку на металлическую чашу рядом с лужицей засохшей крови. – Его утопили. Как котенка маленького, видимо, там где-то в порту был спуск к воде, вот там он и напоролся на неприятности. Кто-то щедро наполнил его легкие морской водой, я чуть ли не насосом ее выкачивал. А потом умник взял и повесил его в одном из контейнеров, якобы суицид. Ага, какие-то тупенькие пошли убийцы, думали, что я не замечу типа? – Чонхо надевает перчатки на руки и обнажает лежащее на кушетке женское тело, возвращаясь к работе.       - Спасибо за информацию, - Хонджун улыбается уголками губ, вдруг крепко задумываясь. Сан в их разговор не лезет, выполняя роль стороннего наблюдателя и стараясь не выплюнуть содержимое своего желудка. – Значит, все же убийство.       - Эй, Сан, ты скоро привыкнешь, - звучит вдогонку весьма обнадеживающая фраза, видимо, от взора Чонхо не удалось скрыть нездоровую бледноту лица новенького. – Пару раз проблеваться можно, ничего в этом такого нет. Но потом нужно будет привыкнуть, это несложно, - Сан улыбается ему, кивая головой на прощание, и они с Хонджуном возвращаются обратно в офис. Весь оставшийся день Хонджун объясняет Сану принципы их работы. Показывает, какие папки на компе он юзает чаще всего, показывает корпоративную почту, а еще вскользь демонстрирует фотки своей собаки. Еще предупреждает, что первое время Сан будет как в жопу ужаленный носиться по любому требованию каждого из них и что это нормальная практика. Сану не в первой, ему кажется, что все будет лучше тех двух месяцев с параноидальным напарником. Под конец дня, когда они собираются уходить, Хонджун передает инфу по тому «утопленнику» Ёсану, который, кажется, за последние часов шесть позу так и не сменил, продолжая изучать что-то в своем компе. Кажется, что он даже не моргает, и это выглядит жутковато.       - Кстати, хён, - на выходе из отдела Сан вспоминает то, что так хотел спросить у Хонджуна. Тот выглядит бодро, но, опять же, глаза говорят об обратном – кажется, он не спит уже третьи сутки, если не больше. – Почему Минги-хён спросил меня, холост ли я?       - Оу, - Хонджун улыбается, смотря куда-то на лацканы пиджака Сана. Сам он выглядит очень домашним в своем полосатом свитере и темных джинсах. – С нашей работой совсем нет времени на любовь, Сан, - впервые за день голос этого парня звучит невероятно грустно, словно у него есть своя история, связанная с этим утверждением. – Ты либо отдаешься полностью спасению чужих жизней, либо ищешь другую работу, - он, наконец, поднимает взгляд на лицо Сана, и кладет руку ему на плечо. – Ты скоро все поймешь, а пока отдыхай. И, кстати, не надевай больше этот дурацкий пиджак, это необязательно, - Хонджун улыбается, крича вдогонку, чтобы тот не опаздывал завтра. И еще раз повторяет про пиджак.

▼

Дома Сана встречает Уён с бутылкой вина и вкусным ужином. Он бесконечно трещит, какой его друг молодец, радуется за него безмерно, в буквальном смысле прыгая вокруг него, пока тот переодевается в домашнее. За распитием алкоголя Сан рассказывает другу все в подробностях, не забывая и про комментарии Хонджуна касаемо необоснованной вражды между отделами. Уён, немного подумав, подтверждает слова криминалиста о том, что действительно между собой некоторые поговаривают, что «этажом выше психи собираются пообсуждать очередное убийство». Сана это ужасно задевает, однако Уён торопливо объясняет, что он-то понимает, зачем вообще его друг начал такой сложный путь, и что он его полностью поддерживает. Ужин получается вкуснейшим, а вино – сладким и дурманящим, и когда Сан доходит до части рассказа о странном судмедэксперте и его мрачности, то его вырубает с бокалом в руке прям за обеденным столом. Уён снова проявляет заботу, причитая себе под нос, что Сан достал уже засыпать где попало, однако укладывает товарища в кровать и проверяет корректность будильника на его смартфоне. У Сана впереди еще много трудных дней, а пока ему снятся трупы, улыбка Хонджуна и молчаливый Сонхва у микроскопа.