Мой необычный роман. Мицуки.

       — Какое яркое солнце, — произнесла я с широкой улыбкой.        — Да. Сегодня хорошо. Слушай, Кэти, — Моника кивнула и обратилась ко мне.        — Да? — я повернулась к ней.        — Ты же помнишь, что сегодня вечеринка, да? — спросила она.        — А? Вечеринка? — я подняла одну бровь.        — Ты забыла? Ну ты даёшь, — Моника усмехнулась.       Мы гуляли по парку, как вдруг Моника задала этот вопрос.        — А она сегодня? — уточнила я.        — Да. И ещё…       Она наклонилась к моему уху.        — День рождения Мицуки, — хитро прошептала Моника.        — Что?! — воскликнула я.        — Да не кричи ты так, — усмехнулась она.        — Ты не могла сказать об этом чуть пораньше? — возмутилась я.        — А что? Я же знаю, что у тебя есть подарок, — Моника пожала плечами.        — О-о чём ты? — не поняла я.        — О тех парных браслетах, что лежат в голубой коробке, — она хитро прищурила глазами.        — Ты трогала мои вещи?! — заорала я.        — Да не сердись ты. Я не показывала их Мицуки. Но это нечестно. Почему ты не рассказала? — Моника обиженно надула губы.        — Не хотела. К тому же, я не знала, как их подарить, — произнесла я.        — Будет возможность, — усмехнулась она.        — Да, — я кивнула и тоже усмехнулась.       Наступил вечер.       Я слышала звон бокалов.        — Ну что, ребята. Несмотря на все неудачи, что у нас были, наша практика удалась. Ура!        — Ура!!! — воскликнули все хором.       Все радовались окончанию практики. Мы собрались в маленьком баре и организовали вечеринку. Почему мы были в обычном баре? На это была особая причина.        — Кстати, а почему мы устроили вечеринку именно в этом баре? Может, нам стоит пойти в более приличное место, ведь с нами Моника? — спросила Аня.        — Нет. Я слышал, что именно Моника выбрала это место. Она давно хотела сходить в этот бар, так как давно не была в России, — ответил Стас.        — А я слышала, что она сама имеет русское происхождение, — рассказала Лена.        — Да ну. Правда? — не поверил Никита.        — Да. Говорят, что у неё даже племянница есть, — сказала Аня.        — Правда? И кто же она? — спросил Стас.        — Кэти! — крикнула Моника.        — Да?       Я подошла к ней.        — Что?        — Ничего. Я просто ответила, — ответила она.        — А? — удивилась я.       Вместе со мной удивились все.        — Эм…        — Кэти — моя племянница, — подытожила она.       Она была немного пьяна. Ох… И что теперь будет? Так, а где Мицуки? Я «отползла» от Моники и направилась к ребятам.        — Эй, Серхио, ты не знаешь, куда пропал Мицуки?       Я думала, что они все вместе сидят и пьют вино, но его нигде не было.        — Уверен, что он на улице. Мицуки не очень любит шумные сборища, — ответил Серхио.       Не знала, что ему не нравятся вечеринки. Теперь понятно, почему он молчал всю дорогу, пока мы шли сюда.        — Да дело не в том, что он не любит вечеринки. Просто ему не нравится запах алкоголя и сигарет, — поправил его Грей.       Да. Я тоже его не люблю.        — Налей ещё! — сказал Маркус.       Да уж, они пьют даже больше, чем остальные. Теперь я понимаю, почему Мицуки сбежал.        — Эй, Кейт, давай выпьем! — предложил Маркус.        — Спасибо, но я не пью, — я мило улыбнулась.        — А почему? — спросил Серхио.        — Не нравится, — пожала плечами я.        — Вы с Мицуки подходите друг другу, — сделал вывод Серхио.        — Серхио, — пристыдил его Грей.        — Чего? — невинно спросил он.       Пока они говорили, я незаметно сбежала.        — Мицуки?       Я увидела его, сидящим на ступеньках. Было лето, поэтому можно было сидеть.        — Кэти? — Мицуки посмотрел на меня.        — Не против, если я присоединюсь?        — Нет, конечно нет, — он кивнул.       Я хотела сесть, но…        — Подожди, — произнёс он.       Мицуки снял пиджак и положил на ступеньку.        — Спасибо, — я улыбнулась.       Я села рядом с ним и положила голову на его плечо.        — Знаешь, я тоже не люблю запах алкоголя и табака, — произнесла я.        — А почему ты тогда была там? — спросил Мицуки.        — Чтобы не обижать их. Сегодня же праздник. Ах! — я широко раскрыла глаза и подняла вверх указательный палец.       Я вспомнила про подарок Мицуки.        — Что? — спросил он.        — Сейчас! — произнесла я.       Я залезла в сумку и достала оттуда коробочку.        — Это тебе. С Днём рождения, Мицуки! — я улыбнулась.       Я поцеловала его в щеку.        — Откуда ты… — удивился Мицуки.        — Открывай! — произнесла я.       Мицуки открыл коробочку. Внутри неё лежали два браслетика. Я сама их сделала из дерева, бусин и прочей ерунды. Но главной отличительной чертой было то, что они были именные. На одном было имя «Мицуки», на другом — «Кэти».        — Кэти… — Мицуки в изумлении смотрел на мой подарок.        — Смотри.       Я достала один из браслетов        — На половинках написаны наши имена. Если соединить их, то получится «Кэти+Мицуки=любовь». Видишь.       Я достала второй браслет и соединила половинки.        — Где ты их взяла? — спросил Мицуки.        — Сама сделала. Надень его мне, — попросила я.        — Который? — уточнил он.        — Тот, что с твоим именем.       Мы надели браслеты.        — Здорово. Правда? — улыбнулась я.        — Ага, — Мицуки кивнул и улыбнулся.       Я была счастлива.        — Теперь мы всегда будем вместе, да? — спросила я и посмотрела ему в глаза.        — Да, — он кивнул.       Неожиданно, Мицуки погрустнел.        — Мицуки?        — А? Да?       Я позвала его. Мой голос вернул его в реальность. Мицуки помотал головой, будто пытался избавиться от плохих мыслей.        — Я что-то не так сказала? — обеспокоенно спросила я.        — Нет. Напротив. Я очень рад, — ответил Мицуки.       Несмотря на его ответ, лицо Мицуки выражало грусть.        — Мицуки, мы же не чужие. Ты можешь мне всё рассказать. Я пойму, — ободряюще произнесла я.        — Кэти, я… Я должен кое-что сказать… Я…       Мицуки отвёл глаза. Его кулаки сжимались и разжимались. Он так сильно нервничает. Что такого могло случиться? Мицуки… Я положила руки на его кулаки.        — Все в порядке, — мягко сказала я.       Но всё же. Я не знала, что именно он хотел рассказать. Глаза Мицуки смотрели в пол.        — Мы уезжаем, — еле выдавил он.        — Что? Когда? — удивлённо спросила я.        — Двадцать пятого. Вечером, — ответил Мицуки.        — Ты меня разыгрываешь, да? Скажи, — попросила я.        — Нет. Я серьёзно.       Его голос говорил о том же.        — Но…       Вот почему он так волновался. Я не должна его расстраивать ещё больше.        — Все будет хорошо, — произнесла я.       Я крепко обняла его, прижав его голову к своей груди.        — Обещаю, что буду ждать тебя, — прошептала я.       Я поцеловала его макушку. Такие мягкие волосы. Мы сидели под небом, которое было усеяно звёздами.       Прошло 2 дня        — Моника, всё готово, — со вздохом произнесла я.       Вчера мне пришло письмо. Оно было от отца. Сначала я не хотела его читать, но, подумав, всё же открыла письмо. В нём отец писал, что забирает от меня Монику, предложив ей контракт. Мне стало ещё больнее. Отец всегда забирал у меня то, что я любила больше всего. Он делал это, чтобы «уберечь». Я порвала письмо и выкинула в мусорку.        — Иду! — крикнула Моника.       Я огляделась. В комнате были одни коробки.        — Вау, какая чистота! — воскликнула она.        — А как у тебя, Моника?        — Я тоже закончила.       Весь дом Моники был завален коробками. Моника и Мицуки собирались завтра уехать. Уехать, чтобы никогда не вернуться. И все из-за отца. И как он узнал, что Моника здесь?        — Кэти, мне так жаль. Я хотела побыть здесь дольше, — вздохнула Моника.        — Все в порядке. Ты не виновата. Это работа, — произнесла я.        — Да. Это было неожиданно. Предложение поступило от человека, который много сделал для меня, — попыталась оправдаться она, скорее, перед собой.        — Да. Отец умеет удивлять, — вновь вздохнула я.        — А? — Моника подняла брови.        — Передай привет папе, — горько усмехнулась я.        — О-о чём ты? — спросила она.        — Это предложение сделал тебе мой отец. Ты что, не знала? — удивилась я.        — Нет, так этот козёл. Вот же сукин сын! — рыкнула Моника.        — Успокойся. Не горячи ты так, — произнесла я и положила ладонь на её плечо.       Моника опомнилась.        — Кстати, а где Мицуки? — спросила она.        — Мицуки? А он пошел погулять.        — Что?!       Глаза Моники округлились. Она была в шоке. С того дня, как он рассказал мне об отъезде, он стал избегать меня. Молчал за столом и совсем не улыбался. Мы говорили коротко и по делу. Всё совсем не так, как я хотела.        — Избегать девушку, которую он любит, только потому, что он должен её оставить, глупо. Сколько ему лет? Даже школьники ведут себя лучше! — неодобрительно произнесла она.       Моника продолжала бросать в воздух обвинения, подчёркивая, что Мицуки трус и мрачный нелюдимый тип. Я постаралась её успокоить.        — Моника, он уже во второй раз должен оставить меня. Он боится, что снова потеряет меня. Для него это большой удар, — пояснила я.        — Я не понимаю, почему ты так спокойна! Сегодня же последний день! — пролепетала она.        — Я не спокойна, — вздохнула я.       Наверное, я даже была немного рада. Потому что знала, что он не хочет уезжать. Кроме того, мы и не собирались расставаться совсем. Наш контракт всё ещё в силе. Мицуки как-то сказал мне, что я могу позвать его в любой момент, и он прилетит. По выражению его лица я поняла, что он прилетел бы ко мне даже с Северного полюса.        — Но я знаю одно, пока наши сердца бьются в такт, мы всегда будем вместе, даже если физически мы будем находиться в разных частях света, — произнесла я.        — Как же это всё романтично. Ты такая милая, что хочется украсть тебя у него, — хихикнула Моника.       Она обняла меня. Я обняла ее в ответ. Пока мы обнимались, дверь отворилась.        — Уже изменяешь мне, да? — усмехнулся Мицуки.        — Мицуки?        — Да. Мои чары привлекают её больше, чём твоя неразговорчивость, — произнесла Моника.        — Вранье. Отпусти её, — буркнул Мицуки.        — Хорошо.       Моника толкнула меня к Мицуки.        — Ой!        — Попалась, — на лице Мицуки появилась лёгкая улыбка.       Мицуки обнял меня.        — А?       Я улыбнулась и прижалась к нему. Так тепло. Не хочу. Не хочу, чтобы ты уезжал. Завтра он улетит и я больше не увижу его лицо вот так. Мне было грустно, но виду я не подала.