(like the moon) my heart is tilting

Весной утро уже тёплое, поэтому Чонгук решает, что прогуляться в сад будет хорошей идеей. Он чувствует себя слишком плохо, чтобы идти и делать хоть что-то, поэтому решительно приземляется на траву, прямо напротив цветов. Цветы хороши: на них приятно смотреть, они вкусно пахнут и отлично получаются на рисунках. Единственное, что он сейчас хочет, — это заполнить пустующие страницы нового скетчбука, потренироваться в разных техниках, используя набор новых цветных карандашей. Сейчас он сам ставит себе задачи, а затем выполняет их, и, честно говоря, самостоятельность в новинку для него. Дома родители следили за любым его действием или движением, особенно в прошлом году. Сегодня же его тётя держит дистанцию, позволяя ему делать всё, что ему заблагорассудится, и Чонгук правда благодарен ей за это. Эти несколько недель он делал всё самостоятельно, а его тётя вежливо разговаривала с ним, когда приходила домой. «Так что сегодня день, посвящённый цветам», — думает Чонгук и садится на свободную скамейку в саду, который расположен в пятнадцати минутах езды от дома его тёти. Кладёт на свои колени блокнот, рядом с ним пенал со всевозможными цветными карандашами, начиная изображать на пустых листах полевые цветы, которые видит перед собой. Его натюрморты никогда не получались идеальными, но иногда забавно пытаться уловить все детали одного конкретного места. Рисование успокаивает. Когда Чонгук занимается чем-то таким, всепоглощающим и требующем много времени, он отвлекается от всех волнующих его проблем. Это то, из-за чего он начал заниматься искусством в первую очередь. Парень смешивает жёлтый карандаш с красным, надеясь получить цвет лепестков перед ним. Он не знает названия, но они приятно пахнут. Чонгук настолько сосредоточенно рисует, прикусывая нижнюю губу от напряжения, что не сразу замечает кота. А когда замечает, думает только о том, что его концентрация разрушена. Чонгук моргает. Кот просто сидит напротив цветов, рассекая хвостом воздух, будто рассматривает их. Выглядит необычно, как для кота: большой, но стройный, с длинными, явно неуклюжими конечностями и ушами, слишком большими для его тела. Мех кота полностью серый, короткий и гладкий. Когда он поворачивается к Чонгуку, парень обращает внимание, что его глаза имеют поразительно зелёный цвет, и думает, что было бы прекрасно зарисовать его, ибо он действительно заслуживает этого. Чонгук понимает, что кот всё ещё смотрит на него. Чувствует его осуждающий взгляд на себе, но ему трудно отвести взгляд. У парня никогда не получалось наладить контакт с котами. Или, как он догадывается, это коты никогда не хотели налаживать контакт между ними. Чонгук помнит, что пытался подружиться с ними ещё в детстве. Выслеживал каждого кота в своём дворе, однако это оказывалось провальной затеей. Тем не менее, сейчас у него появилось то же самое желание, что было раньше. Чонгук закидывает свой скетчбук и пенал в портфель, быстрым движением перебрасывает его через плечо и медленно подходит к коту. — Хэй, — мягко произносит Чон, — ты такой странный, но красивый. Пришёл посмотреть на цветы, да? Кот продолжает смотреть на него, внимательно рассматривая, прежде чем внезапно перевести свой взгляд обратно на цветы. Он наклоняется чуть вперёд, дотягиваясь до стеблей цветов, после нескольких укусов отгрызает несколько из них, и осторожно держит во рту. Чонгук удивлённо смотрит на него, нахмурившись. — Думаю, ты пришёл за цветами, — тихо, скорее для себя, произносит парень. Кот бросает на него последний взгляд, прежде чем развернуться, и гордо пойти в лес, расположенный за большим деревом. Чонгук, не задумываясь, следует за ним. Он не бежит, просто спокойно, почти в ногу с котом, идёт, иногда поглядывая на него. — Куда мы идём? — вслух произносит Чонгук, переступая через ветки, когда кот идёт ещё дальше, сквозь заросли деревьев. Кванджу всегда был маленькой сказкой для Чонгука, со всей этой природой и лесами. Он помнит, как ребёнком навещал свою тётю, и был ошарашен таким количеством деревьев. Они идут уже некоторое время, достаточное для того, чтобы Чонгук начал чувствовать себя тупо, но будет ещё тупее, если сейчас развернётся и пойдёт домой. Примерно через пять минут он замечает, что они приближаются к странному маленькому дому. Дом маленький и скромный, стоит посреди поляны, и Чонгук с интересом рассматривает его. Он внезапно понимает, что у этой игры нет финала. Если это именно то место, где живёт кот, то теперь он просто сумасшедший, стоящий посреди леса с котом. Если он сейчас уйдёт, значит, он чудик, который пытается что-то украсть в доме, стоящем посреди леса или он пытался преследовать кого-то, кто живёт внутри, или… что-то. Победы в этой игре нет, и всё потому, что Чонгук хотел остаться с симпатичным котом подольше и, возможно, погладить его. Думая, что уже достаточно далеко зашёл, парень покорно следует за котом, который подходит ко входной двери с таким видом, словно может открыть её сам. Как раз, когда Чонгук начинает сомневаться в своей адекватности, кот роняет цветы на коврик, лежащий возле двери, и резко поворачивает налево, начиная бегать вокруг дома. Чонгук вздыхает. Ну, довольно типично. Он делает шаг вперёд и приседает, чтобы поднять цветы, полагая, что сам положит их на почтовый ящик. В любом случае, на них хотя бы не наступят. Но как только он садится на колени, то слышит выдающий открывающую дверь скрип. Проклятье. — Наби? — спрашивает голос, но ему видны только босые ступни. Проклятье. Чонгук осторожно поднимает голову, скользит извиняющимся взглядом по ногам парня (мужчины?). Он одет в свободные шорты, достаточно короткие, чтобы Чонгук покраснел. «Ух ты, бедра» — думает Чонгук, и когда он замечает расширившиеся от удивления глаза человека, понимает, что сказал вслух. Он задумывается о своей смерти. — Ты не Наби, — сконфуженно говорит мужчина. — Гм, — очень красноречиво булькает Чонгук. Он ждёт, когда к нему вернётся способность говорить, но это всё ещё не происходит. Этот мужчина (парень?) продолжает оглядывать его сверху вниз, и, чёрт возьми, Чонгук забыл встать обратно. Он поднимается наверх, и оказывается на уровне глаз с человеком, и снова думает: «Вау». На этот раз ему удаётся удержать это в голове. Парень выглядит мило, выше, чем Чонгук, и выглядит мягко и сонно, будто только что проснулся. — Ты принёс мне цветы? — спрашивает парень, смущенно глядя на руку Чонгука. Кажется, это странная деталь, на которой стоило бы сосредоточиться, но Чонгук благодарен, что первым вопросом было это, а не гораздо более раздражающее: «Что ты забыл в моём доме?». — Нет, гм… это кот, — наконец говорит Чонгук. Это не прекрасное начало, но сойдёт. Почему красивые парни всегда делают с ним это? Парень смотрит на него мгновение, будто раздумывая над чем-то: — Серый кот? Худощавый и неуклюжий? — Да, — уверенно отвечает Чонгук. Хотя, если честно, это описание больше подходит парню, стоящему перед ним. — Я был в саду. Спокойно рисовал, а потом пришёл кот и... я просто хотел погладить его, но он ушёл. Парень снова смотрит на него: — И ты пошёл за ним. — Мне очень жаль, я не хотел оказаться… здесь. Я пойду, — Чонгук краснеет, начиная потихоньку отходить назад. — Нет, не уходи, — автоматически говорит парень, качая головой. — Хорошо, что ты последовал за ним. — Эм? — находясь в замешательстве, спрашивает Чон. Парень, стоящий в двери, впервые за разговор улыбается, и... Давайте не врать, это в десять раз привлекательнее, чем его обычное лицо. Чонгук действительно чувствует себя странно, хотя бы из-за того, что подмечает это. — Ох, это значит, что ты интересный. Хочешь кофе? Гук медлит. Он стоит у двери странного лесного коттеджа перед парнем, который даже не назвал своего имени, с цветами в руках, которые принёс кот этого парня. Чонгук с таким же успехом мог оказаться в «Алиса в стране чудес», и именно его сейчас пригласили на чёртову чайную вечеринку. Он должен уйти, это то, что сделал бы любой нормальный человек, но он не может. А ещё он должен запомнить, что, по-видимому, в Чолладо, в самом сердце леса есть странный дом с красивым мужчиной, который приводит Чонгука в забвение. Он должен уйти. Но затем, парень напротив опускает голову, будучи будто разочарованным его молчанием. И этого достаточно, чтобы Чонгук выпалил: — Окей. (Парень улыбается шире, и Чонгук почти теряет сознание.) Внутри дома странно, потому что кажется, что места гораздо больше, чем видно снаружи. Снаружи он едва ли размером с сарай, но Чонгук насчитал уже пять комнат, а ведь он только зашёл. Ещё одна вещь, которая смущает Чонгука — это беспорядок, покрывающий большинство поверхностей. Некоторые вещи вполне обычные, такие как книги и бумаги, но затем он замечает несколько стеклянных банок с непонятной жидкостью внутри, подписанных на английском языке. Чонгук оглядывается, озадаченный видом дома, и почти сталкивается нос к носу с хозяином. — Кстати, я Намджун, — внезапно представляется он, будто только вспомнив, что не говорил этого раньше. — Чонгук. — Ты хочешь обычный кофе или… ванильный? — спрашивает его Намджун так, будто всё нормально. — Можно ванильный, пожалуйста, — отвечает Чонгук немного безучастно, потому что замечает настоящий хрустальный шар, стоящий на кофейном столике в гостиной. — К нам обычно не приходят люди, извини за беспорядок, — парень извиняется, замечая, что Чонгук оглядывается по сторонам, и принимает это за путаницу из-за беспорядка. — Нет, всё в порядке, — бормочет Чонгук в ответ. — Это… котёл? — Ммм, — просто отвечает Намджун, ставя турку на огонь. Он отходит от плиты, садясь за маленький кухонный стол перед одним из четырёх мест. — Можешь садиться, если хочешь. Чонгук присаживается, хоть и чувствует себя немного неловко. Стол так же захламлён, как и всё остальное, в основном только бумагами. — Значит, ты художник? — интересуется Намджун, прерывая стоящую тишину. Чон в очередной раз краснеет. — Нет, совсем нет. Я... я только изучаю искусство. — Окей, значит художник, — утвердительно повторяет Намджун. Он звучит очень уверенным в себе, чем снова заставляет Чонгука волноваться. — Это восхитительно, я всегда хотел быть художником.  — Я тоже, — с лёгкой улыбкой отвечает Чонгук, и Намджун смеётся. И, ох, эти ямочки, которые появляются в последствии смеха, он с трудом заставляет себя оторвать от них взгляд. — Чем ты, хм, занимаешься? — спрашивает Чонгук, оглядываясь вокруг. — Я, вроде как, травник, — бормочет Намджун, проводя рукой по волосам. — Ох, — неуверенно отвечает Чонгук. — Это интересно. — И я варю зелья, — пожав плечами, отвечает травник. — Прям волшебные? — шутливо спрашивает Чонгук, улыбаясь. Намджун улыбается в ответ: — Ага. Чонгук хмурится, внимательно смотря на Джуна. — Прости, просто, твоё лицо, — немного посмеиваясь, отвечает парень. Турка закипает, что заставляет Намджуна встать изо стола, подходя к кружкам. — Тебе с сахаром? — Без, — бормочет Чонгук, шокировано оглядываясь. Волшебные зелья. Волшебные зелья? — Ты же шутишь, да? Про магию? — А как ты думаешь? — Я думаю, ты либо шутишь, либо ты сумасшедший, — с усмешкой проговаривает Гук, про себя думая, что это вообще не смешно. Намджун снова смеётся, громко и звучно, разрушая тишину, стоящую во всём доме.  — Ты можешь думать так, если хочешь. Я не против, — парень возвращается к столу и протягивает Чонгуку надколотую с одной стороны кружку с различными фазами луны на ней, и оставляет кружку с Пороро у себя. — Ну и что, ты... Ты типа волшебник или что-то такое? — задаёт вопрос Чонгук, чувствуя, что этот парень совершенно не в себе. Он не должен удивляться тому, что человек, живущий в лесу, является полным чудаком, но ему позволено быть немного разочарованным, учитывая, как красив этот парень. — Ведьма, — морщит нос Намджун. — Я думал, что это только для девочек. — Гендер — всего лишь социальная конструкция, — легко отвечает на это парень, отхлёбывая свой кофе. Чонгук пытается придумать, что ответить на это, но его мысли прерывает звук открывающейся двери. Она открывается и закрывается в коридоре, и со своего места Чонгук прекрасно может увидеть другого парня. Парень выглядит взъерошенным и сонным, его пепельно-каштановые волосы в полном беспорядке, на нём мешковатая одежда, видимо для сна, но Чонгук чувствует себя странно, смотря на его внешний вид. Он немного неземной, и на мгновенье он верит истории Намджуна о магии. — Утро, — говорит Намджун. Парень ничего не отвечает, только что-то напевает себе под нос, проходя к холодильнику и заглядывая туда. Это занимает у него секунды, прежде чем он оглядывается, скользит растерянным взглядом по кухонному столу, и замечает Чонгука. — Я не знаю тебя, — замечает парень, после чего поворачивается к Намджуну. — Кто он? — Его зовут Чонгук, он художник, который последовал за Наби из сада, — лаконично отвечает Намджун. — Мм, — допускает это парень, — он собирается остаться? Намджун смотрит на него с полуулыбкой. — Я не уверен. — Ну, я Тэхён, если тебя это волнует, — говорит ему парень, прежде чем вернуться к холодильнику и достать из него пакет с соком, открутить крышку и выпить один большой глоток. А затем этот Тэхён поворачивается к нему, с интересом разглядывая. — Твоя аура интересная. — Моя... аура? — недоуменно переспрашивает Чонгук. — Да, твоя аура. Она очень теплая, думаю это из-за того, что ты художник. Она напоминает мне о… хм, — невозмутимо отвечает парень. — Ауры? Зелья? Вы, ребят, действительно серьёзно? — хмурится Чон. — Ох, — бормочет Тэхён, выглядя немного грустным из-за этих слов. У Чонгука что-то ёкает внутри, когда он смотрит на это выражение лица. — Он похоже действительно не верит нам, хён. — Ты тоже умеешь читать мысли? — с взволнованным смешком отвечает Чонгук. — Нет, не мысли... Эмоции, — серьёзно отвечает Тэхён. Чонгук смеётся на это. — И что же за эмоции я чувствую? — Ты смущён. Тебе немного страшно. Кстати, небольшая симпатия тоже присутствует, — улыбается парень. — Не уверен, ко мне это или к Намджуну, но в любом случае спасибо. — Это... это, я имею в виду, ты же просто придумываешь, да? — краснеет Чонгук. Тэхён хихикает. — Ах, ты так смущён, мило. Надеюсь, он придёт к нам ещё раз, Джун-и, он мне нравится, — искренне отвечает он, шагнув вперёд и положив руки на волосы Намджуна. Тот наклоняет голову назад, чтобы с улыбкой посмотреть в глаза Тэхёна. — Он не придёт ещё раз, если ты будешь задирать его, — тихо отвечает Намджун. Что-то в их голосах заставляет Чонгука думать, что он прерывает что-то личное. Тэхён скользит рукой от волос до подбородка парня, снова напевая. — Возможно ты прав. Чонгук прочищает горло, и оба парня одновременно с интересом смотрят на него. — Ладно, мне пора. — Но ты не хочешь этого, — проговаривает Тэхён, приподнимая бровь. Это заставляет Чона снова покраснеть и выпалить тихое: «Возможно». — Нет, ты не понимаешь, — с улыбкой отвечает Тэхён, заставляя Намджуна закатить глаза. — Прекрати это, — говорит Намджун, хлопая себя по бедру. — Так ты художник? — спрашивает Тэхён, вместо того, чтобы отвечать ему. И это повторяется снова. — Я студент факультета искусств, начиная со следующей недели. — Ох, это весело. Ты очень нервничаешь, — с улыбкой говорит Тэхён, заставляя Чонгука приоткрыть рот в удивлении. — Тэхён-а, сколько раз я говорил тебе, не рассказывай людям, как они себя чувствуют. Это выглядит странно, — раздаётся новый, незнакомый голос, который выходит, по-видимому, из спальной комнаты. — Да сколько вас там? — нахмурено спрашивает Чонгук, поворачиваясь к этому незнакомому голосу. Это ещё один парень, намного меньше и ниже, но столь же отвлекающе красив. Но он, хотя бы, одет в привычную одежду. — Здесь живут только эти двое. Я только иногда прихожу сюда, — со смехом произносит пришедший парень. — Ты работать? — спрашивает травник, допивая свой кофе. — Да, у меня есть планы. Ты же придёшь сегодня вечером? — Мм, я думаю, у меня есть некоторые дела вечером, которые я должен сделать вечером. Ну, знаешь, луна? — говорит Намджун, размахивая руками, будто это всё объясняет. — Конечно. Тэ? — спрашивает он, поворачиваясь к Тэхёну. — Да, конечно. Парень улыбается, и Чонгук чувствует странный трепет в животе. Тэхён разворачивается к нему, чтобы посмотреть на него с ухмылкой, и глаза Чонгука расширяются. Тэхён просто мотает головой, и разворачивается к новоприбывшему. — Тогда увидимся сегодня вечером, — новоприбывший парень поворачивается к Чонгуку с нежной улыбкой, которая заставляет его чувствовать себя спокойным, и непринужденно говорит. — Кстати, привет. Я надеюсь увидеть тебя ещё раз, — после этого он отворачивается к Тэхёну, шагая вперёд, пока не соединяется с ним в поцелуе, который вызывает удивление у Чонгука. Что удивляет его больше, так это то, что парень наклоняется и делает то же самое с Намджуном. — Пока, Чиминн-и, — кричит Тэхён, когда парень (Чимин?) движется ко входной двери. — Это нормально? — моргает Чонгук, чувствуя себя безумно из-за всего происходящего. Возможно, это та нормальная часть мира, от которой Чонгук был слишком сильно защищён? Вот почему мама не хотела, чтобы он переезжал сюда? Потому что там полно весёлых ведьм? — Что ты имеешь в виду? — спрашивает Намджун, звуча по-искреннему любопытно. Тэхён возвращается к холодильнику, ставя на место сок, и начинает рыться в ящиках. — Вас трое, а ещё… магия? И, — Чонгук умолкает. — Я не отсюда, это нормально? — Нет, — отвечает Намджун с лёгкой улыбкой. — Не совсем нормально. Чонгук кивает, не уверенный, чувствует он от этого облегчение или нет. — Впрочем, это довольно хорошо, — добавляет Тэхён, радостно глядя на Чонгука. — Ты можешь идти, если хочешь, — предлагает Намджун. — Я просто думал, что ты выглядишь интересным. Обычно, люди, которые нравятся Наби, довольно интересные. — Коту? — спрашивает Чонгук. — Большинство людей не могут видеть её четко. Я имею в виду, они видят кошку, но, полагаю, их глаза как бы затуманивают её? — Большинство людей также не видит этот дом, — говорит Тэхён. Его рот полон хлопьев, пачку от которых он держит в руке. — Если ты здесь, то ты чувствителен к подобным вещам. — Как я могу быть чувствительным к чему-то ненастоящему? — спрашивает Чонгук. Тэхён и Намджун смотрят на него снисходительно, и это, будем честны, немного расстраивает. Он чувствует, что его будто «унижают» за то, что он всё ещё не спрыгнул под волшебный поезд. — Не смотрите на меня так. Вы, ребята, очень странные. — Ты прав, — легко соглашается Тэхён, — но в мире нас намного больше. Я имею в виду волшебников. Волшебные чудеса. Тебе разве не любопытно? «Да» — отвечает мозг Чонгука почти мгновенно. Но это кажется реально опасным вариантом. Что, если это всё тщательно продумано? А эти люди из какой-то секты? — Я должен идти, — говорит вслух Чонгук. Может быть, ему кажется, но он четко видит разочарование на лице Намджуна, а затем он ощущает себя виноватым. Но… он не может. Он просто не может сделать это сейчас, как бы красавчики-ведьмы не предлагали. — Хорошо, — говорит Намджун. — Если ты когда-нибудь захочешь вернуться, то… ну, ты знаешь где мы живём, — продолжает он, и Чонгук клянётся, что слышит нервозность в его голосе, видит это в застенчивой улыбке. — Приятно было познакомиться, — Тэхён всё ещё жуёт хлопья. — Ты будешь хорошо учиться, не переживай так. Это заставляет Чонгука замереть. — Ты знаешь будущее или что? Ты серьёзно можешь делать это? — Вроде как, — пожимает плечами Тэхён. — Я балуюсь гаданием. — Но в данный момент, он думает, что ты просто хорош, — улыбается Намджун. — Ох, — говорит Чонгук, чувствуя себя максимально тупым. — Спасибо. Он чувствует себя странно, когда выходит, а эти двое продолжают загадочно смотреть на него. Когда он закрывает за собой дверь, его охватывает странное чувство, напоминающее жар, и ему кажется, что всё это было сном. Часть его хочет открыть дверь снова и посмотреть, сидят ли там в своих пижамах Тэхён и Намджун, выглядящие слишком потусторонними для этого мира, но он лишь качает головой и просто идёт обратно в сады. Той ночью он спокойно ужинает со своей тётей, печатает дополнительную копию своего расписания, смотрит фильмы. Обычные вещи. Той ночью он переворачивает страницу в своём скетчбуке, чтобы нарисовать что-то новое и обнаруживает, что рисует красивых парней в мешковатых одеждах с волшебными палочками в руках.