Один Гордон хорошо, а два - лучше!

- Так. Обтягивающий кроп-топ. Джинсы с высокой талией. Начёс в стиле 90-х.– Настя колдовала над Яниным образом, чтобы он не выглядел, так сказать, по-свински, - И красная помада в стиле нуар… Готово! Посмотрись на себя в зеркало! Яна взглянула в ростовое зеркало в настиной комнате и не поверила своим глазам. На неё смотрела красотка, похожая на рыженькую Диту фон Тиз или Саманту Фокс. Но никак не супергерой Екатеринбурга по прозвищу «Жируха» -Хрю! Спасибо, Доска… Знаешь, а я ведь не хрютела идти после того, как меня заменили. -Пф. Мы ходим в театр для саморазвития и культурного просвящения, а не для того, чтобы потешить своё эго, Пенелопа! -Не зови меня так. Хрютя ты и права. Ты тоже, хрю, красоточка, Настюшка. Эх, как же там Ира на свету, интересно? Хрю! Ей придётся постараться, чтобы свет на сцене затмил таких звёздочек, как мы с тобой! Настя и Яна засмеялись. *** Обстановка тем временем накалялась по адресу 8 марта,8. Лизе, сидевшей на переводе, прилетало за то, что она читает зачастую слишком монотонно. Асару – за то, что он иногда не успевал по музыке (но Ира была лучшим световиком, однозначно). Но больше всех страдал Йусуф, который, хоть и знал, кто был его Мартином, всё равно чувствовал себя не в своей тарелке. Отвлекали посторонние мысли о проблемах в учёбе, снова он загнал себя мыслями о том, что его никто не хочет понять, хотя это совершенно не так. А ещё он боялся допустить ошибку, или того хуже – забыть слова. А ведь ещё и надо думать об этикете! Ладно, хоть ему нужно курить и пить, с этим он прекрасно справлялся. Но делать это как джентльмен? Все эти движения рук, пальцев казались ему до смешного нелепыми. Когда была не его очередь выходить на сцену, Йусуф сидел с листочком за кулисами, повторяя слова по двухостому кругу. И старался успокоиться. «Всё получится Йусуф», - говорил он себе. Но когда ему прилетело замечание: «Ты недостаточно трагичен! Может, театр – это вовсе не твоё?!» Йусуф старался себя контролировать, но это стало ещё сложнее. Колени начали трястить, и к горлу подкатил ком. На этих эмоциях он отыграл финальную сцену и фокстрот, где отдавил все ноги партнёрше. «Ужасно, Йусуф. И как мы будем это показывать? Это же такой позор…» - прилетело очередное колкое замечание. И Йусуф пошёл на диванчик к входу в зал, чтобы успокоиться. День премьеры, день, мать её, премьеры! Осталось два часа… «Я точно обосрусь», - подумал Йусуф, и закрыл лицо руками. Вдруг, кто-то обнял его. -Расслабься, старина, - прошептал ему на ухо Асар, - Это же день премьеры, все мы на нервах. Ты помнишь текст? Мизансцены? Значит, всё будет окей, главное – сосредоточиться на работе, и никаких посторонних мыслей. Верь в себя. - Тебе легко говорить, сидя за пультом звуковика. Я бы тоже хотел сидеть на музыке и свету. А ещё лучше – сдать долги. Нет, в следующем году я беру паузу! -Я тоже. Я буду перепоступать. Так что, не у одного тебя трабблы. -Удачи, - сказал Йусуф бесцветным голосом, - И спасибо за поддержку. Извини, если обидел. У меня часто так. Я делаю больно тем, кто добр со мной… Как какой-то эгоист и социопат… -Не говори так, Йусуф. Ты – хороший друг и человек. И все мы иногда ошибаемся, и делаем то, о чём потом жалеем. Я знаю, такие стандартные фразы по типу: «не грусти» и «не нервничай» не действуют, и вообще очень тупые, но это лучше, чем ничего. Никакой ты не эгоист. И уж точно, не социопат! Но тряпка и соплюша – уж точно. Соберись, давай перед премьерой! Йусуф засмеялся. «Соплюша» звучало так инородно из уст Асара, но в то же время невероятно мило. Теперь он не нервничал. Милые слова и тёплые обьятия любимого человека стали для него антидепрессантом. -Давайте разомнёмся! – послышался голос Любовь Алексеевны, - И не нервничайте так, ребята. Не первый раз на сцене. Всё будет хорошо. *** «Поворот» прошёл так быстро. Будто бы и не было стольких недель подготовки, стольких потраченных нервов. Премьера прошла так же быстро, как и стемнело в тот день. Летом обычно темнеет поздно, но тучи затянули небо, и создалось ощущение, что уже ночь. Воздух совершенно иной по ночам. Мало людей и отравляющих воздух машин. Уайтхаузы, Кэплены и прочие стали, наконец, самими собой. Но для начала, они стали рабочей силой, которая, вместе со всеми убирала реквизит. Уборка заняла в три раза меньше, чем наоборот, обставление сцены. Однако, закончили всё равно очень поздно. Почти никакой транспорт уже не ходит. За исключением, разве что, машины, которая отвозит паллеты. -Кому вызвать такси? – спросила Любовь Алексеевна, - Встаньте по группам, чтобы я могла вас видеть, - сказала она, и образовалось примерно четыре группы, - Яна, Настя? -Мы доедем на метро, - смущенно произнесла Яна, и перевела взгляд на Настю. Нелегко скрывать однополые отношения в театре. Обычные-то трудно. Особенно тяжело было девушке быть одной из многих, когда хотелось быть единственной, кто заслуживает любовь, чистую и искреннюю. И не важно, какого пола человек. Раз уж не добилась от парня, добьюсь от девушки. «Все созданы для счастья. Даже ведьмы», - думала Яна об этом, - «Я всегда любила не тех людей. Меня тянет к тем, кого уж точно никто не уведёт, но они слишком глупы для того, чтобы это осознать. Но когда тебя отшивает кто-то из них, это ужасный удар по самооценке. Надеюсь, это они считают себя недостойными. Только вот с Настюхой мне повезло. И с серпентарием. Может вот оно, счастье? Может, не в гетерасии счастье?» Йусуф не понимал её. У него всё наоборот. Нелегко держать в себе то, что ты уже целый месяц безответно влюблён в гомофоба. «Это ужасно несправедливо и нечестно», - думал он, - «Почему же жизнь так жестока?» -Йусуф? – отвлекла от размышлений Любовь Алексеевна. -Я…ээээ я пойду пешком. -Пешком? Ты живёшь тут, недалеко? -Да, - произнёс он. Нелегко было лгать режиссёру, но он не хотел признаваться в своём очередном странном увлечении – ночным прогулкам по городу. Особенно по центру, среди огней, когда в наушниках играет электроника! Это непередаваемые ощущения! -Ну ладно. -Всем пока! – сказал он. Он воткнул наушники в уши, и надеялся, что сладкий голос Шона Мэндеса сможет прогнать подступающие грустные мысли. «Никаких истерик. На сцене отистирил своё. Зато ЛА похвалила, сказала, что нашёл свой светлый образ в голове, ну да, конечно», - думал он, смотря на ночной город, и людей, спешащих с работы домой. Он любил наблюдать за людьми, в особенности погруженными в повседневные заботы. Они казались ему такими… живыми. Такими же, как и он сам. Вдруг, внезапно кто-то больно пнул его по заднице. Йусуфу пришлось достать из ушей наушники. -Слыш, уши заткнул, педрила? – услышал он гнусавый голос, - Чо те надо в этом районе, шмара с Мадагаскара? Йусуф повернулся, и хотел было втопить, но рука гопаря схватила его куртку. «Придётся драться», - подумал он. -Щас я тебе наваляю, петушок! – гопник испустил боевой клич, но ему тут же прилетело кулаком в живот. Йусуф слегка подофигел. Это был кулак Асара. -Отстань от моего друга, - спокойно произнёс он. Гопник согнулся от боли, и Асар пнул ему по заднице так же, как гопник пнул Йусуфа. Больше тот не поднимался с земли, - Пойдём, Йусуф. Нечего нам тратить время на этого засранца. *** Йусуф испытывал смешанные чувства. С одной стороны он был в шоке, что за него заступился его возлюбленный, что в огромном городе, из миллиона горожан именно он оказался рядом. А с другой – появился ещё один повод любить его. -Я бы и сам справился, - сказал он, - Не надо было, - добавил Йусуф. Он старался скрыть оба гнетущих его чувства. -«Спасибо, Асар», - саркастически произнёс Асар, - Видел я, как ты справился бы. Чуть в штаны не наложил от страха. Чего ты вообще пошёл так поздно пешком? -Не твоё дело, - обиженно произнёс Йусуф, - Пошёл и пошёл. Если я такой сопляк и сосунок, почему же ты защитил меня? И что же ты делаешь так поздно на улице? -Защитил и защитил. Как раз, потому что я не могу не предоставить помощь тем, кто в ней нуждается. А шёл я в гости к подруге. У неё день рождения, и она живёт недалеко. Но теперь я должен сопроводить тебя до дома, а то не дай боже в неприятности вляпаешься. -Не надо… я буду должен тебе. Я сам могу защитить себя. И сегодняшний вечер – не показатель. У меня просто настроение хуевое. Театр выжимает из меня все эмоции. - Ну теперь это закончилось. Премьера. Два месяца пролетели в одно мгновенье! Пойдём, я провожу тебя. Хотя бы дойдём вместе до дома Наты. Тебе, может быть, и всё равно, на самочувствие ближних, но я переживаю за тебя. Мог бы и не беспокоиться о том, кому это не упёрлось вообще… -А несколько часов назад пел другую песню, - обиженно произнёс Йусуф, - «Хороший друг и человек». Всё это была лишь ложь, чтобы успокоить меня? -Да, извини, если обидел. Ты и правда хороший человек. С тобой, мне кажется, можно говорить, о чём угодно. Но иногда ты не печёшься о чувствах людей. Я не могу не признать этого. -Вот я об этом и говорил. Эгоист, циник, и социопат. -Ты снова меня не понял. - Хватит уже об этом, - Йусуфу надоело чувство вины, и он всеми силами искал новую тему, - Ты пойдёшь на праздник без подарка? – он в очередной раз продемонстрировал чудеса наблюдательности. У Асара не было ни пакета, ни цветов, ни бутылки вина. -Нет, мой подарок компактный, - он достал из кармана небольшую коробочку светло-коричневого цвета. На ней золотыми буквами было написано «Б.Ю. Александров». -Ты хочешь подарить своей подруге сырок? -Это не просто сырок!- обиделся Асар, - Это самый вкусный сырок на свете! Да, он стоит пятьдесят рублей за штуку, но оно того стоит. Это как… даже не знаю, как поцелуй? -Я не знаю, каково это, - тихо и грустно прошептал Йусуф. -Ты никогда не целовался? – удивлённо произнёс Асар, глядя внимательно на Йусуфа. -Никогда, - уверенно сказал Йусуф, - Так уж вышло, не успел до девятнадцати, - он пожал плечами, - Вот ещё одна из миллиона черт, которые отличают меня от вас, нормальных людей! -Успокойся. Просто как так? Неужели всё дело в твоём… отличии? – он удивлённо рассматривал каждую черту лица Йусуфа. Его кудряшки, пухлые губы и светлые глаза, которые совершенно не сочетались со смуглой кожей. Он не походил на обделённого женским вниманием человека. -Видимо, да. Моя любовь никогда не бывает взаимной. Извини, я разнылся, как настоящий гребанный сопляк. Соплюша….Одиночество неизбежно для таких как я. Влюбился в гомофоба, - произнеся последнее, он прикусил язык, и не знал, что же делать, - Сказал наконец-то. Признался. -Да уж, - сказал Асар, - Не ты один. Я никак не мог разобраться в своих чувствах в последнее время, - Йусуф чувствовал себя сперва будто бы он не освободился от давно гнетущей тяжести, а наоборот, получил ушат с дерьмом на голову, а сейчас он удивлённо смотрел на приятеля. «Неужели Асар… Впервые мне улыбнулась удача?» - думал он, - Это началось давно. - С позапрошлых посиделок на настолках? У меня в то время, - Йусуфу было неловко спрашивать подобное. -Да, это началось тогда. Настолки… Я тогда убил и ограбил тебя три раза… Я думал об этом всё время. О нас с тобой. Считал тогда, что смогу разорвать. Сотни раз пытался. И сказать тебе об этом. Ну, когда уже смирился с этим, принял как факт. Иногда я говорил это про себя, и мне казалось, что я уже произнёс это, но это было не так. Смешно было поначалу представлять нашу совместную жизнь. Да даже поцелуи, не говоря уже о… - Возможно, некоторые гомофобы всего лишь скрытые геи? – опасливо сказал Йусуф. Он боялся, что понял что-то не так, что сейчас его вновь обстебут и обольют грязью. Но нет. -Возможно, - тихо сказал Асар. Теперь его черёд смутиться, - Я подозревал это в тебе, признаюсь. Так что, Йусуф? Впервые твои чувства к кому-то не безответны? – он глупо улыбнулся. Йусуф же светился от счастья, - Теперь я не гомофоб. Я могу выйти из шкафа. -Так что теперь, Асар? Я хочу расставить все точки над «и». Кто мы друг другу? У меня никогда не было подобного опыта, да, бля, и отношений вообще. Я хочу знать всё. Мне плевать на мнение общества, меня никогда не воспринимали всерьёз! А вот что ты? -Да мне всегда было всё равно, что думают другие, Йусуф. Я люблю тебя – и это единственное, что значит для меня. -А эти слова – антидепрессант для меня. В дни грусти и печали. -Закрой глаза, - тихо произнёс Асар. Йусуф послушался его, и их губы встретились, - Вот и случился твой первый раз, - прошептал Асар, - А о поцелуях по-французски ты слышал? -Это не те, что оставляют засосы на щеках? -Глупенький. Это когда языки встречаются. Я хочу попробовать это. -Давай же…