Кровавая поездочка

***

             Первая ночь у ребят прошла спокойно, если только не считать странное поведение Беззубика. Все проснулись примерно в одно и то же время – ближе к обеду, ведь вчерашняя усталость не позволила им встать к утру. Казалось что может быть лучше – приятная прохлада в доме, Морфей никого не оставил обделенным, и все приезжие живы и здоровы. Хотя нет... Постойте... Ведь их было восемь если считать и питомцев, а на данный момент их только семеро.              — Эй, Иккинг ты не видел Громгильду? – спросила Астрид, стоя на дверном проходе спальни.              — О, Астрид, и тебя с добрым утром. И нет, я ее не видел со вчерашнего дня, – он продолжал нежиться в кровати.              — Странно. Она никогда не пропускала завтра, – она обвела комнату задумчивым взглядом и ушла.              Как только Астрид покинула второй этаж, Беззубик бегом поднялся в спальню к Иккингу и, прыгнув к нему на кровать, стал раздражительно мяукать.              — Братец, отстань, – Иккинг скинул его на пол и перевернулся на другой бок. Но кошака это не остановило. Он стал не только мяукать, но и издавать звуки, которые похожи на человеческую речь. Иккинга это достало.              — Что ж тебе неймется то, а? – он резко встал с постели и начал одеваться, — Ты хочешь кушать? Тогда пошли, бестолковое млекопитающее.              Хеддок младший прошествовал к кухне, а Беззубику ничего не оставалось делать, как идти за ним следом. На самом деле черныш пытался ему о чем-то рассказать, но Иккингу как человеку была непонятна кошачье мяуканье. Спустившись вниз, он начал готовить себе и остальным завтрак, а Беззубик снова топтался у него под ногами.              — Братец, харе. Ты можешь подождать минутку или нет? – он начал злиться на Беззубика, такое поведение для него было несвойственно. Хеддок насыпал ему кошачьего корма, только вот кошак не был соглачен с таким раскладом – он взял и перевернул миску.              — Ах, так?! Ну ладно, питайся, чем хочешь – но за мной не бегай. И так проблем выше крыши, так еще и ты бесишь.              Иккинг перестал обращать на него внимание. Хеддок решил приготовить простую яичницу – на другое у него настроения не было. Еще и Громгильда куда-то пропала, а это значит, что у Астрид не будет настроения, и Иккинг может и не надеяться. У него на лице появилась хитрая улыбка, когда он вспомнил вчерашний вечер, а после и ночь. Боже, это было нечто.              — Доброе утро, – зевая, сказал заходящий Задирака.              — Доброе, – ответил Хеддок, - Как спалось?              — Знаешь, все-таки моя идея с ночевкой была лучше, а то вы с Астрид дали моей фантазии такую волю, что ого-го-го, такое вам даже не присниться, - его этот разговор совершенно не смущал, в то время как у Иккинга даже уши покраснели.              — Задирака, ты уже с самого утра начал всякую чушь нести? Прекращай это дело, - возмутилась старшая Торстон, вошедшая на кухню следом за братом.              — Окай, – и это весь его ответ.              — Эм, ла-а-адно, – Хеддок думал над новой темой для разговора, ведь эта ему уже надоела, в том смысле, что шутки Задираки его смущали, а провести еще одну такую ночь он совершенно не против, - Так, где все остальные?              — Понятия не имею, – хоть вопрос и был адресован старшей Торстон, Задирака решил иначе, - Только знаю, что Астрид на улице.              — А что она там делает? – Забияка.              — Кто знает... Вроде Громгильду ищет, – беззаботно ответил он, поливая свой завтрак кетчупом.              — Кстати, никто ее не видел? – решил спросить Иккинг.              — Неа, - м-да, синхронный ответ близнецов это что-то с чем-то.              — А что с Беззубиком? – спросила Забияка, - Я вчера ночью слышала какие-то звуки. Это не вы случаем?              — Да, вчера ночью что-то заставило братца понервничать. Кто знает, хижина старая. Не удивлюсь, если встречу отожравшуюся крысу средь бела дня, - сказал Иккинг и мельком посмотрел на Беззубика, который уселся на подоконник и пристально следил за чем-то, находившимся на улице, параллельно нервно дергая свой тонкий и длинный черный хвост.              Некоторое время спустя начали приходить и остальные. Первым на кухню зашел Сморкала, который в кое-то веки выспался и не выпендривался перед остальными, а спокойно сидел. Он с нетерпением ждал того момента, когда хоть кто-нибудь из ребят предложит рассмотреть дом и прилежащую территорию. На то у него были свои причины.              Сразу после него на пороге появился и потирающий глаза Ингерман. Он рассмотрел всех присутствующих и сел рядом с Забиякой, чему никто из ребят не удивился. Вскоре появилась и Астрид.              — Черт, куда она могла подеваться... – размышляя над этим вопросом, она подошла к подоконнику и стала гладить Беззубика, который даже не взглянул на нее.              — М... – промычал Задирака, — А давайте рассмотрим хижино, кто знает может и Громгильду удастся найти.              — В кои-то веки ты предложил хорошую идею, - слова Забияка заставили младшего из близнецов Торстона закатить глаза.              — Я за! – прокричал Йоргенсон.              — Неплохая идея, - согласился Рыбьеног, — Эй, Иккинг, ты как считаешь? – ему почему-то потребовалось его мнение.              — Если все «за», то и я не против.              — Решено! Идем исследовать хижину! – проговорил Задирака.              — И искать Громгильду, - взглянула на него с укором Астрид.                     

***

             Было принято решение разделиться – Сморкала отпросился в лес (никто и не был против), Забияка и Астрид решили, что первый этаж должны будут рассмотреть именно они. Иккинг с бесстрашным Задиракой отправились на второй этаж – почему бы и нет? А Рыбьеног Ингерман на улицу – а что ему еще оставалось делать?              Девушки не стали заходить на кухню, ведь все уже знаю, что там да как. А вот две спальни и кладовка привлекли внимание двух блондинистых особ. Ту спальню, в которой ночевала старшая Торстон, они исследовать не стали, а направились в сторону кладовки. Но и там, оказалось, не было ничего интересно – там вообще ничего не было. Всего лишь маленькая комната, в которой жили разные жучки и паучки. Вторая спальня оказалась идентична первой. И лишь следы когтей на стенах их насторожили – кто мог их оставить?              — Ас, пошли на улицу, все равно ничего интересного, – заныла Забияка.              — Да подожди ты. Смотри, какие отметины. Откуда они могли взяться? – она заинтересованно рассматривала следы, — Я бы свалила все на Беззубика, но они выглядят старыми, - Астрид провела рукой по стене.              — Все? Довольна? Теперь пошли, – она быстрым шагом направилась на улицу.              — Зануда, – с улыбкой на губах прошептала Астрид, глядя вслед подруге.              — Я все слышу! – раздался крик снаружи.              — Пфф... Да кто бы сомневался.              Астрид понятия не имела, почему ее подругу потянуло на улицу, но, выйдя во двор, она поняла, в чем дело. Забияка Торстон крутилась вокруг Рыбьенога Ингермана – кто бы мог подумать? Хофферсон закатила глаза и направилась к ним.              — Ну, как успехи? – она решила прекратить милую беседу между этими голубками.              — О, Астрид, привет. Да вот, ничего особенного. Нет ни сарая, ни гаража, ни других построек, всего лишь туалет.              — Вот как... Ясно. Ну, я пойду, посмотрю, как там идут дела у тех двух раздолбаев.              — Да-да, Астрид, иди. Тут ничего интересного нет, – начала намекать ей Забияка, смотря на Хофферсон убийственным взглядом – и зачем она ее звала, если у нее тут мини-свидание?                     

***

             В это время Сморкала далеко ушел от той полянки с хижиной. Он не знал, что именно заставляло его двигаться все глубже и глубже в лес, но он никак не мог развернуться и уйти. Казалось, что что-то одурманило его, и лишь это самое что-то знало почему.              Вскоре он начал видеть очертания какого-то строения, а после Йоргенсон понял, что это сарай. Обычный сарай, который есть у каждого человека во дворе, но этот был обветшалым с гнилыми досками, которые еле-еле удерживали крышу на себе. И тут Сморкале резко захотелось посмотреть, что там внутри – одно место захотело приключений.              Дверь Йоргенсон сумел открыть без труда. А ведь посмотреть было на что... Внутри к каждой стене был приставлен шкаф без дверец, а их было три. В одном шкафу расположились топоры разных размеров и типов. Здесь был и бердыш, и альпийский топор, и боевой топор и многое другое. Сморкала подошел ко второму и увидел коробки, в которых были ножи. Как и топоры, они были разных типов и размеров. На полках третьего шкафа лежали пилы. Все они были ржавыми и старыми – видно, что никто их не чистил и не точил.              Удовлетворенный своей находкой Сморкала Йоргенсон пошел домой к хижине.                     

***

             Вечер. Все снова собрались на кухне, чтобы выпить чаю перед сном. Никто так и не смог найти еще несколько стульев, так что парням пришлось пить стоя. Но все молчали.              — Ну, и кто что нашел? – решил спросить Иккинг, чтобы убрать эту раздражающую тишину.              — Ничего, – ответили все, даже Йоргенсон. Он не хотел никому рассказывать о своей находке – не из-за характера, просто что-то не позволяло ему открывать рот по этому поводу.              — Единственное, что привлекло мое внимание, это туалет на улице, – внес свою лепту Рыбьеног.              — М, еще какие-то следы на стенах, – поддакнула Астрид.              — Это конечно странно, но давайте не будем забывать, что хижина уже старая, - сказал Йоргенсон.              — Так, никто не видел Громгильду? – спросил Задирака, как всегда не вовремя.              — Черт, – чертыхнулся Иккинг, когда увидел, что глаза Хофферсон подозрительно заблестели, — Давайте обсудим это завтра, хорошо? Мы спать, – и, не дожидаясь чьего-либо ответа, он потащил Астрид наверх.              — Думаю, Иккинг прав. Поговорим обо всем завтра утром. И да, о Громгильде рядом с Астрид не говорим, окей? – сказал Йоргенсон.              Ребята только собирались пойти по своим комнатам, как кто-то закричал.              — Черт, – взвизгнула старшая Торстон и отпрыгнула от окна, в которое ее потянуло взглянуть.              — Ну что еще? – спросил Задирака.              — Там кто-то есть, – еле слышным голосом ответила Забияка.              — Забияка, харе шутить, – раздражение Задираки переросло в злость.              — Но я не вру! – в уголках глаз старшей Торстон начали собираться слезы.              — Ребята, хватит! – прикрикнул Ингерман, который редко поднимает на кого-либо голос, — Все мы устали, вот нам и видится всякая херня.              — Но... – Забияка хотела было что-то сказать, но Сморкала потянул ее вон из кухни.              За всем этим наблюдал Беззубик, который после выбежал на улицу через дыру в коридоре, которую когда-то прогрызли мыши.