i need somebody

— Ты можешь хотя бы день без бутылки прожить?! — Могу, но не стану, потому что без алкоголя тебя невозможно терпеть! Одно и то же, одни и те же слова, которые криком раздаются по всей квартире почти каждый день. Отец пришел со смены в больнице и увидел, что жена вновь пьет. Ничего нового. Ченле привык слушать это еще с лет десяти, когда после смерти бабушки, мать начала медленно, но верно уходить в запой. Ему было так противно видеть красное, опухшее лицо родной матери, что он старался не выходить из своей комнаты, а сейчас, будучи семнадцатилетним парнем, Ченле просто уходил на улицу или на ночевку к друзьям. Отец понимал рвение сына поскорее уйти из дома, даже сам несколько раз хотел подать на развод и уехать с сыном в другой город, но его останавливала хорошая должность и больной отец в доме престарелых. Он разрешал Ченле задерживаться на улице до ночи, но всегда просил писать смс или звонить хотя бы раз в два-три часа, чтобы знать, что с ним все в порядке. Положив в рюкзак первую попавшуюся одежду и взяв скейт, Ченле накинул капюшон и выбежал в подъезд. Дожидаясь лифта, парень написал Джено, чтобы тот выходил в парк, в котором они обычно собирались толпой и катались на скейтах. Надевая наушники и включая песню под настроение, Ченле решил отвлечься от семейных скандалов мыслями о мужчине, что он видит в зеркале уже года четыре. Знакомые ребята сразу поздравили Чжона и начали рассказывать, что ему просто сказочно повезло, и что этот молодой человек его соулмейт. В ту ночь парень провел в интернете около пяти-шести часов, изучая соулмейтов и истории людей, которые уже встретили своих вторых половинок. Тогда ему это казалось таким романтичным и одновременно неправильным. Да, это круто, что в этой вселенной у него есть человек, который предназначен только ему, но черт, парень? Серьезно? Нет, Ченле никогда не был против однополых отношений, но никогда бы не подумал, что ему придется лично столкнуться с этим. Как оказалось, что только он видит его в зеркале, потому что тот парень старше него, ведь свою вторую половинку можно увидеть лишь тогда, когда ей или ему исполнится восемнадцать. От осознания этого, в тот момент Чжону стало немного грустно, что его соулмейт не видит его. — Эй, друг, чего так сорвался из дома? Опять ругаются? Они с Джено как обычно обменялись рукопожатиями и сели на лавочку, ожидая других ребят. — Да, как обычно, ничего не меняется. Ли только сочувственно похлопал друга по плечу и начал оживленно говорить, что познакомился с милой девушкой из другой школы и о том, что он нашел кучу новых трюков, которые он бы хотел выучить. Как только подошли остальные друзья, ребята начали открывать чипсы и энергетики, попутно бурно обсуждая разные насущные темы. Через несколько часов интенсивного катания на скейтбордах, некоторые друзья уже шли домой, а Ченле и Джено еще остались в парке, продолжая учить трюки. Как только в очередной раз у Джено ничего не получилось, и он вновь упал на колени, разрывая джинсы и сдирая кожу, Ченле, смеясь, предложил зайти в магазин за пластырями и идти домой к Ли на ночевку. Зайдя в ближайший от дома Джено минимаркет, Ченле пошел тратить последние за этот месяц карманные деньги на различные закуски к фильму, а Джено пошел искать у кассы пачки с пластырями. Уже подойдя к холодильникам с холодными напитками, около Чжона пронеслась девочка лет пяти с криком, что нашла свой любимый сок, после чего послышался мужской голос, который на китайском отчитывал девочку за лишний шум. Ченле в удивлении повернул голову в сторону, куда побежала девочка, чтобы посмотреть, кто там говорит на его родном китайском. Кинув мимолетный взгляд на лицо мужчины, Ченле замер. Это лицо он мог узнать из миллиона других, потому что именно его он видел столько времени в зеркале. Так и застыв с широко открытыми глазами, парень и не заметил, что мужчина обеспокоенным голосом уже обращался именно к нему: — Простите, она вас не задела? Немного придя в себя, Чжон, немного заикаясь, начал уверять его, что все хорошо. — Еще раз простите за неё. После этого, молодой человек улыбнулся и пошел к кассе. «Отвиснув», Ченле, чуть ли не сбивая прилавки с продовольствиями, понесся на кассу к другу, чтобы сбивчивым шепотом рассказать, что только что произошло. — Да ладно?! Это серьезно он? — Джено широко улыбался, пока Чжон тащил его за руку к той кассе, куда только подошел незнакомец. Встав позади них, Ченле «спрятался» за спиной Ли и сказал ему смотреть на мужчину. — Черт, я так хочу познакомиться, но ведь он примет меня за дурака, ведь он-то меня не видел, мне ведь нет восемнадцати… — Ченле вдруг загрустил, но все еще старался украдкой следить за действиями своего соулмейта. Он хотел как можно больше запомнить его. Его улыбку, его сильные жилистые руки, а особенно он хотел запомнить его голос. Он был такой приятный, мягкий, с почти неслышной хрипотцой. Уже пройдя кассу и выйдя на улице, парни встали рядом с незнакомцем, который продолжал упаковывать продукты в пакеты. Джено продолжал посмеиваться над маниакальным видом друга, пока тот вслушивался в голос соулмейта и старался не палиться. — Кун, а мама завтра отвезет нас в парк? — Возможно, если ты будешь хорошо себя вести, то это сделаю я. В момент, когда Ченле услышал имя, он будто просиял изнутри. Наконец он узнал его имя! Это, конечно, не все личные данные, но хоть что-то. После того, как Кун и девочка пошли вниз по улице, Чжон потянул в ту же сторону Джено, пока тот писал смс Джемину о том, что только что на его глазах произошла долгожданная встреча. Как оказалось, он живет в соседнем доме Ли Джено. Ченле уже мысленно сказал себе, что он точно должен прийти сюда через месяц, когда ему уже будет восемнадцать и Кун увидит его. Он, скорее всего, даже не догадывается о том, что у него есть соулмейт-мальчишка, который сейчас грустно смотрит ему в след. — Похоже, ты слишком везучий, раз Кун живет рядом со мной, — Джено открывает дверь ключом и заходит в приятную прохладу темного подъезда. — Теперь буду писать тебе доклады о том, когда и с кем он вышел или зашел. На эти слова Ченле только смеется с другом и толкает его в плечо, говоря, что ему не стоит так утруждаться. Вечер и ночь они провели в пустой квартире, так как мать Джено уехала в командировку, оставив сына одного на два месяца. Как только Джено узнал, что мамы не будет дома еще неделю после дня рождения друга, парень предложил отпраздновать восемнадцатилетие Ченле у него, закатив вечеринку со всеми друзьями. Конечно Чжон обрадовался этой идее, и они начали обсуждать план и покупки к пиршеству. Все это время Ченле думал о том, когда же ему подойти к Куну. Сразу после двенадцати ночи сидеть и караулить его около подъезда, или же ждать случайной встречи? Первый вариант позабавил Джено, но они все же сошлись на мысли, что будет лучше просто через несколько дней после праздника проводить время на детской площадке перед домом. В это утро Куну было тяжелее всего просыпаться на ежедневную пробежку, а все потому, что вчера весь вечер до одиннадцати часов в соседнем доме подростки что-то бурно отмечали. Ближе к комендантскому часу, вечеринка немного утихла, но некоторые ребята продолжали тихо веселиться на площадке под окнами. Кто-то танцевал, кто-то пел песни под гитару. Выйдя на балкон в тот момент, Кун увидел, как к беседке несли торт с зажжёнными свечами и пели поздравительную песню. Молодой человек усмехнулся и мысленно поздравил именинника или именинницу. Наконец встав с кровати, Цянь, надев для приличия футболку и спортивные штаны, направился в ванну. Закрыв за собой дверь, Кун подошел к раковине, взял зубную щетку и наконец посмотрел в зеркало. Если сказать, что Цянь Кун чуть не поседел в тот момент, то точно не соврать. Давно молодой человек не был так напуган. Переведя дыхание и осмотревшись в ванной комнате на наличие других людей, мужчина все же вновь посмотрел в зеркало. Да, он все еще был там. Тот паренек с крашенными в зеленый цвет волосами, в растянутой худи и черных драных джинсах. В течение нескольких минут он продолжал рассматривать парня в зеркале позади себя. Он казался знакомым, но вот только все никак не мог понять, где они могли видеться. Все же приведя себя в порядок, Кун решил быстро порыться в интернете и убедиться в своих догадках, что он и тот зеленоволосый в зеркале были соулмейтами. Его догадки оправдались и ему стало легче, после чего он, с почти чистой душой, все же отправился на пробежку. Уже добегая до своего подъезда, Кун заметил, как из соседнего дома понемногу выходят те самые тусовщики. Все они были помятые, некоторые растрепанные, но всех их объединяло одно — они выглядели так, будто похмелье превратило их всех в зомби, которые вышли из своего укрытия ради бутылочки алкогольного. Немного посмеявшись над ними, Кун все же дошел до дома, где уже проснулась мама и сестра, которые ждали к завтраку только его. После быстрого душа, молодой человек спустился на кухню, пожелал всем доброго утра и потрепал по волосам сестру. — Кун, а давай сегодня пойдем в тот парк, где мальчики взрослые катаются на досках? Я тоже так хочу! — Так у тебя же нет скейта, да и маленькая ты еще, — Улыбнулся мужчина, допивая кофе и откидываясь на спинку стула. — Так давай купим? — Девочка с надеждой смотрела на брата. — Или можем у них попросить? А может они еще и научат меня?! — Посмотрим. Последний раз улыбнувшись девочке и сказав, чтобы она доедала завтрак, Кун пошел в свою комнату, потому что уборка там намечалась очень давно. Проводив остаток гостей, Ченле и Джено, бурно обсуждая прошедший праздник, складывали весь мусор в огромные черные пакеты. Через час вся квартира почти блестела, а ребята усталые увалились на диван, включив на фон какую-то передачу на телевизоре. — Как думаешь, Кун испугался, когда сегодня увидел кроме себя в зеркале еще и меня? — Ченле задумчиво глядел в потолок. — Да твоей рожи испугается даже слепой, — Громко смеясь ответил Ли. — Спасибо большое, друг, что бы я без тебя делал? — Чжон притворно обиделся и замолчал, копаясь в своих бесконечных мыслях. А если всерьез, Кун понял, что они соулмейты? Конечно понял, он ведь старше и умней! А понравился ли ему Ченле? Ну, это, наверное, пятьдесят на пятьдесят, ведь у него никогда не было того, кто был бы влюблен в него. А вот сам Чжон уже давно понял, что ему, кроме своего соулмейта, никто не нужен. Казалось, что Кун — это произведение искусства, состоящее из фетишей Ченле. Он был очень красив, нельзя это отрицать. Проведя в квартире Джено еще несколько часов, парни решили зайти домой к Ченле, чтобы тот «отметился» у отца и переоделся в одежду теплей, ведь на улице уже постепенно наступала осень. Ли, под предлогом, что в том самом магазине может оказаться Кун, повел друга в минимаркет за минералкой. Но, к великому сожалению Чжон Ченле, Куна там не оказалось. Оставив друга в парке, Ченле уже стоял у двери в родную квартиру, не осмеливаясь открыть её ключом. А что, если мать, в честь дня рождения сына, решила напиться до такого состояния, в котором она могла начать обвинять его во всех мыслимых и немыслимых грехах, а также поднять на него руку? В такие моменты Ченле просто терпел это, ведь она мать и женщина, а значит, как учил отец, на неё нельзя кричать в ответ и, не дай Бог, ударить в ответ. Тяжело вздохнув и посчитав до десяти, парень все же открыл дверь. Быстро перейдя через гостиную, он был уже так близок к своей цели — его комната, как вдруг властный тон матери остановил его и приказал идти к ней на кухню. Проклиная весь свет и мысленно зовя отца, Ченле направился к матери. То, что было дальше парень решает не запоминать, как обычно бывает в таких ситуациях. Обвинения, крики, пощечины, вновь обвинения и вновь пощечина, только в этот раз сильнее и прямо в нижнюю губу. Успокоившись, женщина прогнала его с глаз долой и продолжила топить своих личных демонов в алкоголе. Парень быстро промыл разбитую губу и приложил одноразовую мокрую салфетку к красной щеке. Переоделся и почти пулей вылетел из квартиры. Уже в лифте он принял поздравления отца по телефону и как обычно сказал, что все хорошо. По дороге в парк, Ченле выкинул салфетку и то и дело, что языком проводил по ранке на губе, думая о том, что же он такого сделал, что собственная мать ненавидит его и так поступает. Понимая, что если он продолжит размышлять в том же ключе, то скорее всего разрыдается на плече у Джено, Чжон старался быстрее доехать до парка. — Эй, друг, что случилось с твоим лицом за эти двадцать минут? — Джено обеспокоенно рассматривал лицо друга, пока держал его ладонью за подбородок. — Ты в порядке? — Да, конечно, я в норме, мне не привыкать, — Ченле отмахнул руку друга и опустил взгляд на ногу, которая двигала доску под ней вперед-назад. — Спасибо, что волнуешься, но не стоит, правда. — Ну, смотри мне, если что — я всегда с тобой, помнишь? — Джено ободряюще улыбнулся и похлопал друга по плечу. После этого разговора парни пошли практиковаться в том, что заучивали вот уже несколько месяцев. Уставший Чжон сел на скамейку и смотрел на веселого Джено, который во всю выпендривался перед девчонками на соседней скамье. Через несколько минут, Ли радостный подъехал к нему и, показывая рукой влево на дорогу, весело заговорил: — Брат, смотри, кто идет прямо к нам! Ченле заинтересованно посмотрел в нужную сторону и увидел, как к ним бежала сестра Куна, а за ней и сам молодой человек и, кажется, их мама. От такой картины Чжон весь встрепенулся и подскочил на ноги, не отрывая взгляда от улыбающегося соулмейта. — Ребята, а можете меня тоже научить кататься на скейте? Я очень хочу научиться! Пожалуйста! Я за это попрошу брата купить вам мороженого! Ребята рассмеялись на такие слова девочки, после чего приветственно поклонились Куну и женщине. И если Джено продолжал улыбаться и позвал девочку за собой, то Ченле не мог оторвать взгляда от Куна. Старший, в свою очередь, также не мог перестать удивляться тому, что они все же встретились. Мать Куна улыбнулась и сказав, что она пойдет все же купит всем мороженного, ушла к магазинам. — Я правда очень удивлен, что мы оказались именно теми несколькими исключениями в мире, у которых есть настоящая родственная душа, — Молодой человек улыбнулся и протянул руку к парню. — Меня зовут Цянь Кун, приятно познакомиться. — Это правда невероятно, — Согласился с первыми словами Ченле и пожал двумя руками протянутую ладонь и поклонился. — Я Чжон Ченле, мне тоже очень приятно. Проведя еще около двух часов в парке, наблюдая за Джено и малышкой, а так же разговаривая на разные темы и поедая мороженное принесенное матерью Куна, ребята все же решили расходиться. Первым ушел Джено, не забыв сказать на ухо Ченле тихое «Вы только предохраняться не забудьте, а то мало ли, чем заболеешь», смеясь ушел в сторону дома. Потом ушла мать с дочерью, сказав Куну позже догнать их. Но в планах Куна не было в скором времени идти домой, так что они с Ченле пошли дальше, в глубь парка, где был небольшой пруд, в котором красиво блестели последние желто-оранжевые лучи солнца. Уже у пруда, сидя на лавочке, Цянь любовался закатом, а Ченле любовался Куном, думая о том, что он, кажется, стал самым счастливым. Заметив, что на него так пристально смотрят, Кун улыбнулся и, поцеловав своего мальчишку в лоб, взял его за руку, чем смутил Чжона. Прямо сейчас, сидя здесь, с ним, Ченле не волновала саднящая губа, пьяная мать, и другие проблемы в его жизни, он просто хотел сидеть вот так вечность. — Слушай, я надеюсь, что ты не по принуждению будешь со мной, потому что я чертовски влюблен и я та еще заноза в заднице, которую иногда очень трудно терпеть. — Ха, ради твоей улыбки — я готов терпеть все твои выкидоны.