Маска. Возвращение

– Сладкая моя девочка! Лили потрепала дочь за щеки, предварительно расцеловав. Эмма сидела посередине кровати мамы на заботливо расстеленной простыне в окружении игрушек, довольно погуливая. Она могла то заливисто рассмеяться, то начать лепетать, разговаривая сама с собой, перебирая ассортимент игрушек вокруг. Элвис сидел рядом с кроватью, с завистью смотря на ребенка, мечтая присоединиться, но один взгляд хозяйки ясно давал понять, что делать этого не стоит. Оставалось довольствоваться видом. Сама Лили металась по комнате в одном белье и макияже, в тщетных попытках подобрать подходящее платье для ужина с Дарреном. На самом деле, ей было плевать, в чем ужинать, но не плевать, в чем дразнить Спроуса. Одно платье было слишком простым и закрытым, во второе не вошла грудь, слегка увеличившаяся после родов. – Не слишком ли ты тщательно подбираешь наряд для ужина с этим твердолобым? Девушка вздрогнула, резко разворачиваясь на голос. В дверном проеме, облокотившись плечом о косяк, стоял Коул, сложив руки на груди. Пара секунд прошло до того момента, пока Лили не вспомнила, что голая. В руках ничего не было, и она ладонями попыталась как-то прикрыться, но это было глупо и бессмысленно, поэтому выдохнув и закатив глаза к потолку, она подбоченилась. – Правильное решение. Я видел тебя не только в белье, но и без него. И должен признаться, что твоя фигура сейчас мне нравится значительно больше, чем год назад. – Какого черта ты здесь делаешь? Без стука, без звонка? – недовольно сощурилась Лили, но комплимент про фигуру приняла. – Взаимный вопрос: какого черта ты не запираешь дверь? Запирайся смело, у меня есть ключ,– Коул прошел внутрь и сел на кровать рядом с дочерью, ласково поцеловав в макушку. – Привет, моя принцесса. Эмма радостно подняла голову на отца в качестве приветствия, и снова принялась за разноцветные игрушки, продолжая лепетать. – Есть. Только кто дал тебе право сделать его? – пробурчала Лили, уходя в ванную с очередным платьем. Спроус так ее бесил в этот момент, что она именно его и наденет, хоть и выглядит в нем, как проститутка. – Согласись, что это практично. Мне не приходится стоять под дверью с Эми после прогулки, когда ты в душе. Лили фыркнула. Он не выносим. Заносчивый болван. Платье село как никогда хорошо, но Лили недовольно нахмурила брови. Уж больно длина его была экстремально короткой. Приталенное черное платье с длинным рукавом и глубоким V-образным вырезом легко село на фигуру, и было дополнено крупным ожерельем. Спроус точно должен оценить. Вдохнув в грудь побольше воздуха, девушка вышла в комнату, умышленно не смотря в сторону парня. Но даже избегая прямых взглядов, она отчетливо чувствовала на себе его взгляд. – У портного что, кончилась ткань на этом платье? – Ты о чем? – «непонимающе» уточнила Лили, наклоняясь за туфлями, задом к Коулу. – Если ты собиралась этим платьем заставить меня ревновать и вывести из себя – поздравляю, тебе удалось. Можешь переодеться теперь, – Коул смотрел на нее широко открытыми от шока глазами, что они даже кровью налились. – Ты слишком высокого мнения о себе, – равнодушно пожала плечами Рейнхарт, внутренне ругая себя за слишком очевидный поступок. – С чего ты взял, что мне есть дело до твоей ревности и чего бы там ни было? И переодеваться я не собираюсь. Надеюсь, Даррен, – она сделала акцент на имени, – оценит мой вид. Прихватив заранее приготовленный клатч с комода вместе с телефоном, Лили поцеловала Эмму, и уже почти вышла из комнаты, как путь ей перегородила оперевшаяся в косяк мужская рука. – Лил, правда, хватит, – Коул устало помотал головой и прикрыл глаза. – Хватит мучить и меня, и себя… Проснувшаяся злость в девушке оттолкнула руку Спроуса перед собой, и стальным голосом ответила: – Это даже не часть того, что испытывала я, думая, где и с кем ты был последний год. Так что, приятного времяпровождения. Скоро не жди. Дверь за ней уже с грохотом захлопнулась, а Коул так и продолжал стоять, прикрыв глаза. Он все это заслужил. Ее наигранное безразличие, холодность, гнев и обиду. И он должен теперь искупить свою вину, отработать каждый день ее одиночества, заставить снова поверить ему и признать, что она по-прежнему любит. Просто так он не отдаст ее никому. – Принцесса, – взяв себя в руки, парень повернулся к дочери, к которой на кровать залез Элвис, воспользовавшись отсутствием хозяйки, – как ты смотришь на то, чтобы прогуляться? Она явно перестаралась с нарядом. Даррен, словно голодный волк, смотрел на нее с самого первого момента, как только она вышла из дома. Подаренный букет красных роз (классика, но как-то скучно) стоял на столе в заботливо принесенной официантом вазе, а Лили не знала, куда себя деть. Глупая идея была вообще идти сюда. Вообще все идеи, связанные со Спроусом, глупые. А Даррен оказался в этой ситуации лишь разменной монетой. Хотя парень-то хороший, и интерес явно бескорыстный, но это всё не то… Точнее, не тот… – Лили. Девушка вздрогнула и рассеянным взглядом посмотрела на мужчину перед собой. – Что? – Ты совсем не слушаешь меня. О чем задумалась? Переживаешь за дочку? – Да… Нет, с Коулом она себя чувствует даже лучше, чем со мной. Поэтому, все в порядке. Извини, – Лили с трудом давалось собраться с мыслями и продемонстрировать хоть какую-то увлеченность беседой. – Так о чем ты говорил? – Забудь. Скажи мне лучше, как тебе удалось скрывать Эми от общественности? Я нигде не встречал даже предположений о том, что у тебя есть ребенок. – Секрет прост – я просто не выходила из дома, а если выходила, то там и тогда, когда меня никто не мог заметить. Переезды опять же… Но с возвращением Спроуса все мои труды пойдут прахом. Потому что везде пишут только о его чудесном воскрешении, а папарацци так и вообще спят под его дверьми, соответственно и под моими, и оставить существование Эми в этой ситуации в тайне невозможно. – Ты бы так и так не смогла ее прятать всю жизнь… – Но я хотела максимально продлить это неведение. Хорошо хоть в самый сложный момент моей жизни мне это удалось. Потому что вопросы про смерть Коула, и еще ребенка, я бы не потянула. – Что между вами? Ты любишь его? Лили оторопело посмотрела на Даррена, будучи совершенно не готовой к такому вопросу прямо в лоб. И даже не смогла сразу определить возмущает ее это или заставляет задуматься. – Между нами только дочь. И всё. И вообще, разговоров о Спроусе слишком много. Почему ты вообще спрашиваешь о нем? – Потому что он здесь, – пожал плечами Даррен и кивком указал ей за плечо. Лили не поверила и недоверчиво нахмурила брови, но развернулась к входу лицом. Коул с Эми на руках стоял у дверей, разглядывая столики, очевидно, ища кого-то (интересно, кто бы это мог быть?). Подошедший менеджер остался не у дел, потому что Спроус нашел, что искал, и довольно улыбаясь, уже приближался к столику, за которыми сидели Лили и Даррен. – Какого черта, Спроус? – зашипела девушка, совершенно не зная, что с этим делать и как себя вести. – Ну же, милая, не выражайся при ребенке! – Коул бесцеремонно отодвинул свободный стул и уселся на него, весело окидывая взглядом пару за столом. – Ты что здесь делаешь? – глаз Лили уже начинал нервно дергаться, а она продолжала шипеть на него, с тревогой оглядываясь по сторонам, считая, сколько вопросительных взглядов уже направлены в их сторону. – Эми соскучилась, – Коул впервые повернул голову в ее сторону и посмотрел в глаза Лили. Не смотря на то, что всем своим внешним видом он изображал веселье, в глазах была ярость, граничащая с безумием. Девушка даже отшатнулась. – Проверь, не надо ли памперс поменять. Не дожидаясь ответа, и пока Лили сообразила, что происходит, Коул буквально всучил ребенка в руки матери. – Ты что творишь? – ситуация становилась все более абсурднее, Лили хотелось провалиться под землю, убить Спроуса и стереть память всем присутствующим, которые не отрывая глаз следили за развитием событий. Коул сжигал ее взглядом, не говоря ни слова. Словно почувствовав напряжение, Эми капризно заворчала, намереваясь заплакать. Не дожидаясь концерта громкоголосого ребенка, Лили вскочила с места, и прежде чем скрыться в стороне туалета, прошептала Даррену: – Прости… Коул только этого и ждал. Дождавшись, когда Лили скроется из виду, он посмотрел на соперника, не оставляя на лице ни капли прежнего веселья. – Ну и как, план по совращению моей девушки работает? – Что? – Даррен недовольно свел брови, но эмоций не выдавал, хотя конкурент выводил именно на них. – Во-первых, я не маньяк, чтобы совращать, а во-вторых, насколько я знаю, она не Ваша девушка. – Это не тебе решать, чья она… – Но и не Вам, – Даррену с трудом удавалось сохранять самообладание, но он держался. – Стоит задать этот вопрос Лили, и я не уверен, что она примет решение в Вашу пользу. – Ты жалок, – с неким отвращением заговорил Коул. – Неужели ты не видишь, что она здесь только из-за того, чтобы позлить меня. Она обижена и зла на меня, а ты всего лишь способ отомстить мне. Она любит меня. Я люблю ее. У нас ребенок. А здесь ты с желанием заполучить очередную красотку в свой список побед. – Лили не очередная. – Тогда дай ей возможность разобраться в самой себе. – И отдать ее тебе? – Даррен чуть не рассмеялся в голос. – Если она честно скажет мне, что больше не любит, я отпущу ее, – выдохнул Коул и опустил глаза. Лили стремительно возвращалась к столику. – Что за бред с памперсом? Она абсолютно сухая, но засыпает на ходу. Зачем ты ее привез? – негодование клокотало в ней. Пропуская мимо ушей все вопросы, Коул снова примерил маску веселья, и сообщил, вставая: – Вот и чудесно, нагуляли сон! – он забрал дочь из рук Лили. – Поехали, как раз уложишь. – Ты издеваешься?! Я попросила тебя о самой малости, посидеть с ней, ты и это сделать не можешь! – Лили еле сдерживалась, чтобы не перейти на крик. – Про уложить спать разговора не было, – как ни в чем не бывало, пожал плечами Коул. – Давай, собирайся. Тебе еще ее кормить… – Я… Лили приготовилась говорить очередную тираду, но поняла бессмысленность этого. Закрыв глаза и поглубже вдохнув, она повернулась к молчавшему Даррену. – Прости. Но сегодня видимо не судьба уже нормально посидеть… – Все в порядке, – убедительный тон не мог покрыть разочарование в мужских глазах. Но он был настоящим джентльменом. – Я обещаю исправить все в следующий раз. Этот самодовольный кретин… – Лили! – окликнул нетерпеливо Коул, уже стоя у двери. – Прости… – еще раз прошептала девушка Даррену, прежде чем уйти следом за Спроусом, оставив в вазе забытые розы. – Надеюсь тебе не надо говорить, что я тебя ненавижу, что ты меня бесишь и я не хочу сейчас тебя видеть, – впервые после выхода из ресторана заговорила Лили, когда, вернувшись домой, положила на кровать заснувшую Эмму, и, выйдя в гостиную, увидела там не ушедшего Коула. – На сейчас я согласен, – не споря, поднялся с места Коул, однозначно довольный сложившейся ситуацией. – Зайду завтра. – Зачем ты это делаешь? – устало, еле слышно спросила Лили. Мужчина замер, придавая лицу серьезности. – Делаю что? Не даю тебе совершить ошибку? – Ты моя ошибка! – чуть не плача вскинула руки Лили. – Ошибаешься. Я – твоя судьба. Ты просто не хочешь это пока принять. Спокойной ночи, любимая. Коул в одно мгновение оказался рядом и чмокнул застывшую Лили в щечку, прежде чем оставить ее одну.