Огни неоновых ночей

Кружка в руках Аллуры издавала манящий аромат крепкого черного кофе. Кружка была старой, щербатой, но безупречно чистой, с изящными голубыми незабудками по краю. Вообще все вещи в доме родителей Лэнса были такими – без дизайнерского шика, простые, не с иголочки новые, но аккуратные и вычищенные до блеска. Новизной сверкал только маленький алый трактор, который Аллура видела во дворе. Здесь жили люди, которые знали цену деньгам. Сделав глоток, девушка поморщилась от крепости напитка и кинула в чашку пару кубиков сахара. Она не привыкла пить черный кофе, куда вкуснее мокко или черничный латте. Сквозь приоткрытые окна доносились голоса сестер Лэнса и переговоры многочисленных животных, населяющих семейную ферму МакКлейнов. Аллура размешала сахар посеребренной ложечкой и в сотый раз оглядела кухню. Желтые занавески, сквозь которые пробивалось полуденное солнце, синие стойки с посудой, клетчатая скатерть, разделочные доски, изрисованные вручную, висящие на стене. Много цвета, тепла и светлого уюта. Аллура приезжала сюда уже почти неделю и все еще не могла до конца освоиться в совершенно новой для нее атмосфере. Конечно, она бывала раньше на фермах. Но это были элитные и стерильно чистые безликие питомники скаковых лошадей, где, кажется, даже жеребята ходили строевым шагом. Здесь же все было иначе. Три часа езды от мегаполиса, и ты словно попадаешь в иной мир разрозненных фермерских владений и лоскутных полей. И совершенно никакого неона. Отсюда не было видно даже самого большого в мире колеса обозрения. И даже отсвет огней Нью-Альта не раздражал горизонт. Аллура настолько привыкла, что ее спину подпирают высотки, а глаза слепят голограммы, что даже не могла понять, нравится ей такая смена обстановки или нет. Но здесь определенно было спокойнее. Место как нельзя лучше подходило для восстановления физических и духовных сил. Для восстановления ее паладина. Когда в то утро вместо Кита на звонок ответил Широ, и Аллура услышала его ужасающе спокойный голос, она ощутила, как ее сердце замирает, словно скованное льдом. Сотня мыслей обозленными пчелами жгли сознание. В скорую девушка звонила уже на бегу. Мчалась в машине в рабочем платье, потому что оно оказалось под рукой, и нервно набирала номера ребят, которые наверняка еще спали. Сама она не смогла уснуть этой ночью, снова и снова прокручивая в голове разговор с Лотором и отсылая сообщения Киту. Он не ответил ни на одно, усиливая ее паранойю. И вот, словно вишенка на этом гребаном торте переживаний, голос Широ, призывающий ее вызвать скорую помощь. «Что он сделал? Что он с ним сделал?» - в ее голове эта мысль сверкала сигнальным маячком. Она повторяла это про себя снова и снова, точно заклинание. Как произошедшее выглядело с ее стороны? Соперник из команды Лотора, обещавшего что пойдет на все ради победы, выманил доверчивого парнишку Кита прямо в свои предательские маньячные лапы. И если бы это оказалось правдой, если бы Широ действительно сотворил нечто ужасное с Рэдом, Аллура никогда бы себе этого не простила. Все время, пока она гнала машину по трассе, отчаянно лавируя между редкими спешащими на работу людьми, девушка пыталась отогнать от себя кошмарные картины, которые ловко воспроизводило ее сознание. Сейчас, прокручивая в голове то утро, Аллура понимала, что никогда в жизни до этого не испытывала такого страха. На место она прибыла, опережая фургон скорой помощи почти на десять минут. Выскочив из своей машины, даже забыла закрыть за собой дверцу, хотя всегда считала это движение автоматизированным. Она видела только, как за сетчатой оградой на каменистом берегу лежал ее паладин, изломанная вымокшая фигурка, которая сейчас казалась хрупкой покореженной марионеткой. Он покоился на груде сваленных в кучу одеял и кусках брезента, и над ним нависли двое мужчин, в одном из которых Аллура в гневе разглядела Широ. - Отвали от него! – прокричала она, едва узнавая собственный голос. Мужчины подняли головы, и девушка увидела, как Широ отдернул руки от неподвижного тела Кита и поднялся. В голове Аллуры мелькнула мысль, что будь у нее сейчас в руке пистолет, она бы целилась в паладина, заставляя его отступать все дальше и дальше, пока он не окажется в холодной воде залива, пока не отодвинется от Кита на тысячи шагов. Аллура перебралась через ограду, зацепившись за нее ногой и едва не повалившись на землю. Она слышала, что сообщник Широ что-то говорит, но звуки никак не собирались в слова в ее сознании. Плюхнувшись с разбегу на колени перед Китом, Аллура даже не ощутила боли, хотя позже увидит синяки на нежной коже. Издали ей показалось, что парень не дышит, и она боялась обнаружить жуткое подтверждение своим мыслям. Но, к ее огромной радости, грудная клетка Кита поднималась. Дыхание его было тихим и едва различимым, пульс лениво бился под пальцами девушки. Аллура ощутила, как ее ноги стали ватными и голова закружилась от облегчения. На данный момент только это было важно – тихое дыхание Кита. Вдали завыла сирена скорой помощи, и мир, наконец-то, начал возвращаться в норму. - Что ты сделал? – спросила Аллура сиплым от волнения голосом, подняв ненавидящий взгляд на Широ, источник всех ее бед этого утра. Справиться с эмоциями было выше ее сил. Широ не смотрел на нее в ответ, уперся взглядом в землю, словно был действительно виновен во всех преступлениях в истории. Он был мокрым, так же как Кит. Белая футболка прилипла к телу, седые пряди челки разметались по лбу, но мужчина даже не пытался убрать их с глаз. Он слегка сгорбился, словно старался стать незаметным, сжал механические пальцы в кулак и всем своим видом напоминал Аллуре человека, сознавшегося в тяжком убийстве. Капли воды сверкали на металлической руке, вспыхивая сапфирами, когда зажигались неоновые вены под пластинами. Молчание затягивалось, но, прежде чем Аллура вывалила все накопившиеся и мучившие ее слова обвинений и чистой злости, незнакомый мужчина рядом (сообщник в преступлении?) возмущенно цыкнул языком, указывая в сторону девушки мозолистым пальцем. - Вы бы потише, дамочка, - сказал он, - этот парень спас жизнь мальчугану. Аллура едва не задохнулась от неожиданности, глотая невысказанную ярость, коньячно-горькую и болезненную. Сердце сжалось. Стоило ли верить этому упреку? А что если эти двое просто сговорились? Свет проблескового маячка скорой лизнул стоящих перед Аллурой людей. Она обернулась, чтобы увидеть как из машины выбираются санитары. Она поднялась с колен, испачканных землей и покрытых ссадинами, и помахала медикам, приподнявшись на цыпочки. Затем всплеснула руками, резко разворачиваясь к безмолвным мужчинам позади нее. - Куртка! – воскликнула она с таким отчаянием, словно ничего важнее этого несчастного элемента одежды больше не существовало. – Где его куртка? Она видела, как Широ вздрогнул всем телом, выходя из оцепенения, в которое его вогнали обвинения. Он покачал головой, глядя девушке в глаза. «Еще немного, - говорил его взгляд, - и здесь не было бы не только куртки, но и самого Кита». Парадоксально, но в тот момент Аллура возненавидела его за этот взгляд. Позже, раздумывая над этим, она решила, что по большей части злилась на саму себя и испытывала сильную растерянность, не понимая, что делать и что думать и за что хвататься в первую очередь. Именно поэтому красная кожаная куртка, канувшая в бездну, и казалась ей настолько важным предметом. Словно не будь этой куртки – Кит не пришел бы в себя никогда. Медики аккуратно погрузили Кита на носилки, предварительно удостоверившись в том, что состояние его тела позволяет перемещение. Пока они проводили все манипуляции, Аллура стояла рядом и заламывала пальцы, с тревогой глядя на восковую кожу хрупкого паладина. Она решила поехать вместе с ним на скорой, бросив здесь свою машину. И честно говоря, даже не вспомнив о ней. Когда она уже взбиралась вслед за носилками, Широ неожиданно схватил ее за руку. Его пальцы были ледяными. Когда девушка обернулась, она буквально наткнулась на его тяжелый, полный темной тревоги, взгляд. Будто штормовые тучи в самом преддверии урагана. Шрам на носу выделялся белесой чертой. - Он упал с моста, - сказал он тихо, будто каждое слово ему давалось с огромным трудом, - я не трогал его. Аллура отдернула ладонь, вырывая запястье из руки Широ. Видимо, неприязнь столь явственно отразилась на ее лице, что мужчина отступил на шаг, пряча кулаки в карманы, словно ненависть в глазах собеседницы по-настоящему ранила его. Весь мокрый, какой-то потухший, ничем не напоминающий того паладина, которого Аллура видела на гонках, он мог вызвать сострадание, но только не сейчас. Не в этой ситуации. И девушка не собиралась щадить его чувств. - Не смей больше приближаться к нему, - сказала она, даже не отдавая себе отчет в том, что говорит, но стоило ей произнести одно слово, как за ним потянулись другие – она была слишком усталой и взбудораженной, чтобы это контролировать. – Если я снова увижу, как ты отираешься рядом, я устрою тебе проблемы. Посмотри на себя! Почему ты вьешься рядом с мальчишкой, который тебе годится в младшие братья? Завоевать его доверие ведь так легко для тебя, такой совершенной отеческой фигуре. Что ты наобещал ему? Золотые горы, уютный дом, университет? Разве у тебя нет личной жизни? Вот и займись собой! Она видела, как с каждым словом Широ все больше тускнеет, словно замыкается в себе, словно чернильное предрассветное небо сгущается над его головой, и он закрывается в кокон боли. Она видела, как его взгляд упирается в землю, а фигура горбится, будто под тяжелой ношей. Голубые вены под пластинами металлической руки полыхали молниями. Но Аллура не могла остановиться. Она выпалила все, о чем успела подумать за эту бессонную ночь, выливая на Широ не только беспокойство за Кита, но и ненависть ко всем проблемам, свалившимся на нее в последнее время, и в том числе жгучую злость на Лотора. Она была несправедлива в тот момент. Но поняла это гораздо позже, в спокойной обстановке уютной кухни фермерского домика. А в то утро могла только обвинять молчащего и смиренно принимающего нападки парня, стоящего прямо перед распахнутыми дверцами скорой помощи. И закончив, ощутила, как ей больше не хватает дыхания. Медики поторопили ее, и она забралась внутрь фургона, стараясь не мешать тому парню, что ставил Киту капельницу. Но прежде чем двери за ней закрылись, она увидела, как Широ взглянул ей вслед. Взгляд этот был полон такой боли, что Аллура сжала зубы, только теперь осознав все то, что только что наговорила. Но отступать от своих слов не собиралась. Пока. - Я думаю, это не случайность, - сказал Широ, словно и не было сейчас гневной тирады в его сторону, но девушка слышала, как фальшивит его «спокойный» голос, - кто-то несет за это ответственность. Не спускай с него глаз. Прошу. И дверцы закрылись, отсекая Аллуру от ее собеседника. А затем была гонка в скорой по просыпающимся улицам Нью-Альта. Затем – бег по кафельному коридору больницы. И закрытые двери палат, в которые не допускались посетители. Аллура просидела в неудобных жестких креслах несколько часов, прежде чем ей сообщили, что опасность миновала, и что состояние Кита стабильное. Все это время девушка занималась тем, что прокручивала в голове события, что произошли за утро и в особенности – слова Широ. Она знала, что Кит любит торчать под Лазурным мостом в самом неудобном для отдыха месте. Мог ли он сам оступиться, поскользнуться и сверзнуться в пропасть с высоты чаячьего полета? Была ли это случайность? Или Широ врал ей и сам столкнул парня в воду? Но, подумав, последний вариант Аллура отмела сразу. Вид мужчины говорил ей обо всех грехах этого мира, кроме самого тяжелого – попытки убийства юного соперника. Да и к тому же, успел бы он, столкнув Кита, за несколько мгновений сбежать с моста, чтобы в лодке незнакомца доплыть до тонущего парня, потерявшего сознание от удара об воду? Это вряд ли. Аллура была склонна согласиться с Широ в данном вопросе – кто-то тоже знал о любви красного паладина к Лазурному мосту. Кто-то устроил засаду в тайном месте Кита. Кто-то серьезно планировал убийство парня, потому что шансы выжить в таком полете были не так уж велики. Не так высоко, чтобы умереть сразу, сломав себе шею, но достаточно, чтобы захлебнуться и пойти ко дну в бессознательном состоянии. Были ли у Рэда враги? Завистники? Ненавидящие своенравного вспыльчивого парня? В тот момент Аллура поняла, что почти ничего на самом деле не знает о жизни Кита. Он был скрытным, а она и не хотела лезть глубже, чем он ей позволял. Сугубо деловые отношения: она – работодатель, а он – ее гонщик, так ведь? Растирая пунцовые щеки, Аллура подумала о том, что, вероятнее всего, главный соперник ее паладина знает о нем больше, чем она сама. Она столько наговорила Широ, хотя сама была виновата не меньше. Среди всех неизвестных девушке врагов Кита, она точно знала одного, кого порадовал бы выход из игры Рэда. Она никогда не думала, что простые уличные гонки могут стать такими кровавыми. Это же просто игра, шуточный спорт скучающих жителей неонового мегаполиса с крутыми тачками. Или за этим фасадом из красивых машин и ярких стартовых огней скрывается мерзкая подноготная завистливых людей, готовых на все ради победы? Так ей сказал Лотор? «Ты на все готова, чтобы выиграть спор?» «Как и ты», - ответила она тогда. Но сейчас, глядя на больничный стерильный кафель, Аллура понимала, что она лукавила. Она не была готова к такому. Остальные ребята из ее команды примчались, как только получили сообщения. Первым был Ханк, он принес свежесваренный кофе для самой Аллуры и для тех, кто пришел позже. Второй влетела Пидж, она схватила стаканчик с напитком прямо из рук Ханка и опустошила его в три глотка, растрепанная и явно не выспавшаяся. Последним прибыл Лэнс и нетипично для него молча опустился в свободное кресло. Говорили они мало, по большей части смотрели в пустоту в ожидании новостей. Дважды медсестра пыталась выставить их из коридора в общий холл, но Пидж в последний раз наградила ее таким яростным взглядом, что больше она не рискнула появляться. В какой-то момент Ханк исчез на десяток минут и вернулся с сэндвичами из соседней кофейни. Аллура была уверена, что кусок не полезет ей в горло, но к собственному удивлению съела свою порцию за несколько секунд. И время шло и шло, пока один удивленный доктор, выглянувший в коридор, не сообщил компании, что Кит спокойно спит под действием лекарств, и ждать бессмысленно. И клятвенно обещал Аллуре, что сообщит о любых изменениях. И лагерь ожидания переместился в кофейню. Работа отвлекала от медленно текущих часов. И если клиенты и замечали, что персонал нынешним днем погружен в некое подобие анабиоза, виду никто не подавал. После закрытия Аллура честно рассказала всем обо всем, что знала, включая и свою пламенную речь, обращенную к Широ. И она видела осуждающий взгляд Пидж и согласные с ее позицией кивки Лэнса. От чувства вины не спасало ни то, ни другое. Ее ангела и демона прервал Ханк, рассудительно заявивший, что здесь нужно в первую очередь думать о том, кто виноват непосредственно в падении Кита и, если это происки противоположного гоночного лагеря, как следует огородить паладина от нового покушения. Слушая то, как ее команда всерьез обсуждает способы спрятать Рэда от шальной пули или смертельной инъекции, Аллура то и дело встряхивала головой, не веря в серьезность их предположений. Они же не в голливудском триллере, в конце концов? Но затем она вспоминала изломанное мокрое тело Кита и его восковую кожу под шерстяными одеялами на том берегу, и невольно соглашалась с планами команды. Звонок от врача поступил на следующий день после обеда. Бросив кафе на крайне недовольную Пидж (успевшую высказать все, что она думает по этому поводу) и Ханка с его молчаливой поддержкой, Аллура с Лэнсом примчались в больницу так быстро как смогли, создав по пути несколько явно опасных ситуаций на шоссе. Кит пришел в себя. Врач сообщил, что ему необычайно повезло, и помощь была оказана своевременно. Благодаря чему он отделался сотрясением мозга, вывихнутой лодыжкой и множественными ушибами по всему телу. После чего врач привел необязательную статистику выживания после падения с Лазурного моста и так же процент тех, кто получил переломы после такого трюка. Воодушевив этими живописными фактами, он назидательно посоветовал Аллуре следить за ее другом лучше, видимо, в полной уверенности, что это была попытка свести счеты с жизнью. - Я обязан буду вызвать к нему психотерапевта, - добавил врач напоследок. К Киту впускали по одному. Аллура заглянула к нему осторожно, неуверенная в том, как стоит себя вести в такой ситуации. Она была встрепанной, в мятом платье, без цветов и апельсинов – или как там принято ходить в гости к больным? Ситуация, в которой она оказывалась редко, и, глядя на Кита, она бы хотела, чтобы такие моменты возникали еще реже. Его кожа цветом почти не отличалась от белых простыней, под глазами залегли круги. Голова замотана в бинты, из-под которых местами торчали клоки черных волос. Аллура видела синие пятна гематом на руках, лежащих поверх одеяла. Большие темные упрямые глаза резко выделялись на бледном лице. «Как ты?» - хотела спросить Аллура, но, разглядывая парня, поняла, каким глупым был этот вопрос. Но прежде чем девушка успела сказать хоть что-то, Кит отрывисто произнес: - Это был не я, ясно? Очевидно, доктор и с ним провел доверительную беседу по поводу сигающих с моста самоубийц. Аллура покачала головой, встряхнув волосами. - Я знаю, - успокоила она парня, усаживаясь на стул рядом с кроватью. Кит сжимал и разжимал кулаки, словно не мог решить – злиться ему дальше или нет. - Там кто-то был, - продолжил он, - кто-то в темноте ждал меня, я не успел даже отреагировать. На его скулах проступили пятна лихорадочного румянца. Будто этот полет, это поражение он воспринимал как личное оскорбление, доказательство его собственной слабости. Аллура могла только представить, что он чувствовал. Что бы чувствовала она сама, если бы в ее убежище, тайное логово, где она восстанавливала душевное равновесие и наслаждалась тишиной одиночества, вторгся враг? Словно капля змеиного яда в чашке с мокко. Да и еще эти обвинения в том, что он пытался покончить с собой. Удачный выбор неудачливого убийцы – никто не поверил бы, что это было покушение, кроме друзей и близких Кита. А таких, кажется, было не так уж и много. И внезапно – Аллура даже почти уловила этот конкретный момент времени – Кит замкнулся в себе, словно не было всех этих дней, когда он учился доверять новым знакомым и общаться с ними. Она видела, как помрачнел его взгляд, и как парень вновь выстроил вокруг себя невидимую стену. Он замолчал. И больше не отвечал Аллуре ни на вопросы, ни на ее высказывания, как о его самочувствии, так и о делах в кафе и неуклонно растущей денежной сумме для гонок. Парень только хмурился и смотрел в пустоту. Так и потянулись дни. Вахту у палаты Кита несли по очереди. Но он по большей части отмалчивался, не выказывая никакого интереса, равнодушно реагируя на все новости. Аллура ломала голову, но никак не могла понять, с чем связана такая резкая отстраненность с его стороны. А после визита обещанного психотерапевта все стало только хуже. Ханк говорил, что парень оживлялся только когда чуял запах свежей выпечки, которую Ханк всегда брал с собой в качестве моральной компенсации долгого восстановления. Кит провел в больнице чуть меньше недели, после чего его выписали со строгим надзором круглосуточного наблюдения. Собравшись в его палате, команда тако-кафе долго обсуждала дальнейшие действия и способы защиты паладина, на что Кит взирал с непередаваемым выражением лица. В конце концов, он заявил, что не диснеевская принцесса, нуждающаяся в спасении, и что он возвращается в свой трейлер на окраине парка аттракционов. Услышав о трейлерном парке, Аллура пришла в ужас. А услышав о номере-люкс в отеле, где жила она сама, пришел в ужас уже Кит. И после долгих пересудов, все пришли к хрупкому соглашению, что Лэнс и его семья приютят парня на пару недель, обязательных для физического восстановления. В то же время Ханк вручил несказанно обрадованной Аллуре ключи от ее машины, которую та оставила на парковке в злосчастное утро, а затем потеряла из виду. Ханк сказал, что несколько дней просматривал сайты с эвакуированными машинами и в конце концов нашел ее там. Аллура могла только расцеловать большого парня, покрывая его щеки румянцем. Семья Лэнса была многочисленной, дружной и весьма приветливой. Аллура так до конца и не смогла разобраться во всех родственных связях и запомнить кто кому кем приходится, но каждый из обитателей фермы ни словом ни действием не дал понять, что недоволен гостями, свалившимися им на голову. Аллура никогда раньше не видела такой дружной семьи. В ее мире неона и больших денег семейные ценности не играли значения в умах большинства. Вероника, сестра Лэнса, такая же высокая и жилистая, как он сам, встретила Аллуру с компанией еще у ворот. Длинноногая и загорелая, она сидела на деревянных воротах, отбивая пятками такт какой-то песни. Девушка сообщила, что «бабуля приготовила для гостя бывшую комнату Лэнса». - То есть как это «бывшую»? – возмутился ее брат, но она вообще не обратила на него внимания. - Бабуля приготовила ла кальдоса в горшочке для Кита, - продолжила Вероника, втиснувшись в машину на заднее сиденье, порядком потеснив сгруппированных там Ханка, Пидж и Лэнса, - говорит, что это лучшее лекарство для восстановления сил. Под вопль «она даже меня так уже не кормит!» Лэнса и довольные вздохи Ханка, пустившегося в рассуждения о кубинской кухне, Аллура скосила взгляд на Кита и с едва заметной улыбкой заметила, как порозовели его скулы. Может, это и правда было отличное решение – отправиться сюда, в уютный деревенский дом, подальше от опасностей и взрывной энергии мегаполиса. Она рассчитывала, что новая обстановка позволит Киту расслабиться и вернуться в благодушное расположение духа, потому что почти чувствовала грозовое облако, нависшее над ним. Облако, которое все же разразилось штормом через несколько дней. В ту среду навещать Кита выпало ей. Она оставила кафе на попечении Ханка и Пидж, и отправилась на ферму вместе с коробкой фирменных пирожных Ханка. Попав в плен младших детей МакКлейнов, она лишилась нескольких воздушных десертов, затем Вероника украла по дороге клубнично-банановые капкейки, затем оказалось невозможным пройти мимо бабушки Лэнса и не угостить ее, и когда Аллура добралась до лестницы на второй этаж, в коробке красовалась лишь пара ванильных кексов. Впрочем, Аллура знала, что Кита здесь пытались закормить до смерти, поэтому почти не испытывала угрызений совести, снимая пальцем с одного из оставшихся пирожных невесомый сладкий крем. Она услышала грохот и звук падающего тела, как раз когда собиралась положить палец в рот. От неожиданности размазав крем по губам и подбородку, Аллура бросилась в комнату, которую вынужденно занимал Кит. Когда дверь распахнулась, девушка увидела, что парень лежит на полу, завернувшись в занавески, содранные окна. Кольца карниза еще сердито звякали. Аллура опустилась на колени, помогая Киту выпутаться из плена кукурузного узора, но он оттолкнул ее руки, сердито срывая с себя тенета. Его лицо было красным от гнева. Аллура молча отодвинулась. От ее внимания не укрылась вспухшая желто-алая кожа по краям бинтов на лодыжке парня. Видимо, Кит пытался встать с кровати, но не ожидал боли, стрельнувшей вверх по ноге, схватился за гардины, чтобы не упасть, но повалился на пол вместе с ними. - Врач запретил тебе вставать на ногу еще две недели, - сказала Аллура, и Кит ответил ей яростным взглядом. Он отбросил от себя занавески и поднялся сам, опираясь руками о кровать и стену. Бинты с его головы уже сняли, большинство синяков из фиолетовых превратились в желтые, маленькие ушибы зажили, но вывихнутая лодыжка и растянувшиеся сухожилия на ней обманчиво затаивали боль, создавая для Кита иллюзию здоровья. Аллура знала, что рано или поздно это случится. Очевидно, для парня ситуация казалась раздражающе унизительной. - У тебя крем на подбородке, - выдохнул Кит, силясь справиться с собственными эмоциями. Если бы от злости у людей мог идти пар, Кит сейчас бы свистел им, словно металлический чайник. - Да, прости, - Аллура спохватилась, стерла ладонью следы своего преступления, - Ханк передал тебе… Только сейчас она осознала, что коробка с пирожными выпала у нее из рук еще в коридоре, когда девушка открывала дверь. И хуже того – от неожиданности она сжала ее в ладонях, сминая угощение. Полураздавленная, коробка лежала у порога, являя собой печальное зрелище. Еще более печальным зрелищем оказалось обилие нетронутой еды на столе. Повернувшись обратно к Киту, Аллура, наконец, заметила, как сильно он отощал за последнее время. Парнишка и раньше был не шибко упитанным, но сейчас его ключицы и ребра сильно выделялись на голом торсе. - Ты совсем не ешь? – спросила она, но не успела договорить мысль, потому что Кит ее перебил. - Я больше не могу, Аллура, - сказал он, - и больше не хочу. Ей не нужно было переспрашивать, чтобы понять, о чем он говорит. Дело было явно не в питании. Девушка ощутила горький привкус во рту, который не смогли бы исправить даже сладости Ханка. Но разве она могла винить Кита? Она выдернула его из привычного обиталища, наобещала золотые горы, заставила работать днями и ночами, он даже продал свой драгоценный мотоцикл – и ради чего? Чтобы какой-то незнакомец забрался в его тайное убежище и попытался его убить? Вероятно, за непроницаемым лицом Кита крылось еще что-то, но лезть глубже не было необходимости. Он сделал свой выбор – и имела ли она право укорять или уговаривать его? Так что Аллура только кивнула и медленно поднялась с пола. Медленно, словно ожидала, что парень передумает и заберет свои слова назад. Но он не проронил ни слова, пока она не вышла из комнаты и не закрыла за собой дверь. Ее встретил Лэнс, подозрительно глядящий на девушку с лестничных ступеней. - Долго ты там, - сказал он. Аллура качнула головой, не намеренная вступать в пререкания по поводу мнимой ревности Лэнса, которая начала проявляться все чаще с момента первого ужина девушки с его семьей. Словно она давала ему какие-то обещания, и теперь он ждал их выполнения. С Китом в последнее время она действительно проводила больше времени, но без всяких задних мыслей – едва ли ее сейчас в принципе занимали романтические вопросы. - Ты все еще хочешь быть моим паладином? – спросила она только ради приличия, потому что этого предложения Лэнс ждал весь месяц Естественно, он согласился. И начал тренировки на соседнем кукурузном поле на старой машине Вероники. Из окна Кита было видно пыль, которую поднимали колеса. Она клубами возвышалась над стеблями кукурузы, иногда сплетаясь с выхлопным дымом пожилого автомобиля. Может быть, в глубине души Аллура надеялась, что это зрелище подстегнет Кита вернуться в команду, но, кажется, противостояние между ним и Лэнсом существовало только в голове последнего. Он по-прежнему отмалчивался, и иногда Аллура слышала за дверью его робкие шаги, когда парень пытался разминать ногу. Лэнс тренировался каждый день, и за каждым ужином рассказывал о своих успехах. Затем эти разговоры перешли в разряд ежечасных и в какой-то момент Лэнс начал вставлять ремарки по поводу своей великолепной езды в каждый диалог и стал почти невыносимым. Аллура помнила момент, когда Пидж ворвалась в комнату Кита и заявила, что если он не вернется в команду, она лично прикончит Лэнса, а вину полностью переложит на хрупкие плечи Рэда. В отличие от Аллуры, она была крайне недовольна решением Кита и не преминула сообщить ему об этом в лицо в самых красноречивых выражениях. Но у Аллуры больше не было выбора. Ей оставалось только надеяться на возможности и талант Лэнса. Изначально веселое и простенькое соревнование, невинное пари, уже давно переросло в нечто непосильное. Выдохнув, Аллура положила чашку из-под кофе в раковину и включила воду, подставив под упругую струю руки. Словно хотела смыть с себя все тяжелые мысли последних дней. Возникшее в окне лицо Лэнса едва не заставило ее вскрикнуть от неожиданности. Завернув кран, она, наконец, услышала, что он пытается ей сказать: - …как тебе идея? - Что? – переспросила она, раздвигая занавески, чтобы получше видеть собеседника. - В городе пройдет местный заезд, - повторил Лэнс, прижимаясь носом к стеклу, - я мог бы записаться, чтобы потренироваться на настоящем поле. И ты как раз увидишь, на что я способен. Как тебе идея, принцесса? - У тебя же нет машины, - Аллура задумчиво прикусила губу. Идея была отличной. Ей нужно было всерьез взглянуть на Лэнса в реальной гонке, а не среди початков кукурузы, где его единственные соперники – вороны. Задумавшись об этом, она невзначай поймала мысль: «почему Лэнс должен доказывать свою пригодность, а Киту ничего не нужно было делать, чтобы в него поверили?». - Мы с Ханком поколдуем над машиной Вероники, - ответил парень, - для местных этого будет достаточно. - Эй!! Лэнс и Аллура повернулись на крик, чтобы увидеть, как Вероника машет им рукой. - Тут гости, - сказала она, указывая на кого-то позади себя. И Аллура мгновенно узнала высокую фигуру за ней. Широ. Но без сияющего черным обсидианом макларена далеко у ворот. Вместо изящного ягуара в лице автомобиля – невзрачная серебристая ауди. Выскакивая на крыльцо, Аллура ощутила, как воинственность, взметнувшаяся в ее душе, слегка успокоилась. Она помнила все свои слова, которыми ранила Широ в то самое утро, и помнила о каждой минуте, которую провела, анализируя собственный поступок и осознавая, насколько нечестно и неправильно поступила. Но в одном она все еще была уверена – Широ не место здесь, рядом с ее бывшим паладином. И она не намерена была разрешать им встречу. Она и так подпустила черного рыцаря Лотора слишком близко. Девушка стояла на крыльце и смотрела, как Широ приближается. Как солнце серебрит его седые волосы на челке и играет лучами на пластинах металлической руки. Его шаг был тяжелым, но твердым, словно он решил что-то в своей голове и намерен был идти до конца. Аллура не знала, что он задумал, но тоже готова была биться до последнего. Воинственно вскинув подбородок, она спустилась с крыльца, обогнула застывшего столбом Лэнса и пошла навстречу мужчине. И с досадой подумала о том, что из окна Кита будет очень хорошо видно эту встречу. - Лотор знает, что ты здесь? – она решила начать первой, ведь «лучшая защита – это нападение». Тон ее голоса должен был сообщить незваному гостю, что ему здесь не рады. Смесь злости и стыда захлестнула Аллуру, когда Широ посмотрел ей прямо в глаза. Не обвиняя, не оправдываясь. Прямой, честный и спокойный взгляд. От которого хотелось отвернуться. Мужчина поднял руку в примирительном жесте. - Не знает, - сказал он, - я здесь не по его поручению и не для того, чтобы ссориться. Аллура недоверчиво поджала губы. Всю эту неделю она ждала, что Широ попытается связаться с ее паладином, который, очевидно, странным образом запал ему в душу. Всю неделю она ждала вопросов от Кита. И боялась их в глубине души. Что бы Аллура ответила большим темным глазам на «ты не видела Широ?». «Где он?». «Почему он даже не спрашивает, как я?». Разве она могла рассказать, что при последней встрече с Широ повела себя, словно безумная мать, сходящая с ума от гиперопеки над ребенком? Но слава всем богам, Кит вообще ни разу не вспомнил о черном паладине. Даже невзначай не упомянул о мужчине и о его роли в происшествии. А сам Широ, кажется, воспринял ее слова всерьез и решил и впрямь не приближаться больше к парню с его нездоровым подозрительным интересом. Аллура могла бы гордиться собой. Но вместо этого почему-то ощущала тяжесть в глубине груди. - Эй, а где твоя черная тачка? – неожиданно встрял Лэнс, и Аллура повернулась, чтобы окинуть его уничтожающим взглядом. - Ее украли, - ответил Широ с необычайным спокойствием, - угнали прямо с охраняемой стоянки. Лэнс присвистнул. Аллура была готова поклясться, что Широ слегка улыбнулся, сообщая эту новость. Не был ли он сам причастен к потере дорогущей машины? Сделал это, чтобы уровнять шансы? Довольно глупо, ведь у Лотора достаточно денег, чтобы позволить себе лучший городской спорткар и оборудовать его заново. - Нам все равно, - отрезала Аллура, чтобы остановить этот обмен любезностями и перейти прямо к делу, - зачем ты здесь? Широ протянул ей запечатанный коричневый конверт. Она слегка помедлила и взяла его в руки, разглядывая официальный шрифт на лицевой стороне. В графе адресата значились только имя и фамилия. Кита. - Я бы хотел, чтобы ты передала ему документы, - сказал Широ. - А что если я не захочу это делать? – спросила Аллура, поднимая голову. Широ был просто неестественно спокойным. Держался перед ней прямо, словно проглотил доску. Будто она была высшим начальством, а Широ – подчиненным, вызванным на ковер. Он явно боялся демонстрировать больше эмоций, чем разрешил самому себе. - Полагаю, у меня все равно нет выбора, - ответил мужчина ровным голосом и попытался улыбнуться. Улыбка вышла так себе. Аллура сжала конверт в пальцах и снова взглянула на отправителя. Это было какое-то учебное заведение? - Как ты узнал, что мы здесь? – поинтересовалась девушка, не отрывая взгляда от официальных отпечатанных букв. Что это значило? Что это за конверт? Хитрый маневр, чтобы привлечь Кита на его сторону? Чтобы лишить его равновесия и выбить из соревнования? Что за учебное заведение и при чем здесь вообще ее алый паладин? - Вы особо и не скрывались, - на этот раз Широ улыбнулся по-настоящему, - хорошая была идея уехать из города. Там становится не безопасно. Он помолчал, затем произнес нечто, что заставило Аллуру прикусить язык и со всей силы зажмуриться, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями. - Спасибо, что заботишься о нем, - сказал Широ, и его голос прозвучал для Аллуры где-то очень далеко, словно сквозь толстый слой ваты. Не прошенная, несправедливая похвала со стороны врага, каковым девушка считала соперника, окатила ее ледяной водой опустошения. Она вскинула голову, чтобы сказать ему что-то в ответ. Наверное, что-то злое. Снова слова, о которых она потом пожалела бы. Например, о том, что Кит даже не вспоминал его имени все это время. Но Широ уже уходил от нее по пыльной грунтовой дороге к своей серебристой ауди, оставляя Аллуру в потерянных чувствах. На этот раз он был победителем, а она – полноправной проигравшей. - Скажи ему, что с его собакой все в порядке, - крикнул мужчина напоследок, прежде чем сесть за руль. Аллуре оставалось только смотреть ему вслед, следить за тем, как солнце бликует на крыше автомобиля и прижимать к груди коричневый конверт. Один вопрос яркими алыми буквами пульсировал в ее голове: «У Кита что, есть собака?»

***

Она была права. Она говорила его собственными словами, озвучивала его тайные мысли. Каждая фраза, слетевшая с губ Аллуры, била по самому больному, словно бы девушка знала, что творится в голове Широ, вынимала стыд и отчаяние, которые он прятал в глубине души. Она была права каждым своим словом. Он стоял, беспомощно глядя вслед машине скорой помощи. Вода стекала по рукам и спине, ледяными пальцами скользила по позвоночнику, заставляя кожу покрываться противными мурашками. Майка липла к груди, дыхание вырывалось изо рта с хрипотцой, сердце все еще стучало как бешеное из-за адреналина, переполнявшего кровь. А он просто стоял и смотрел вслед исчезающей возможности следить за состоянием Кита. Возможности убедиться, что с ним все будет в порядке. Возможности поговорить с ним или помолчать, выпить кофе или пиво, посидеть на крыше трейлера под бесконечно звездным небом. - Эй, - владелец катера позади Широ сплюнул на землю и щелкнул зажигалкой, - выброси это из головы, парень. Дамочка была на нервах. Главное – ты мальчишке жизнь спас. Широ вышел из оцепенения и покачнулся на негнущихся ногах. Да. Да, верно. Главное – он успел, и Кит теперь был вне опасности, в надежных руках врачей. И Аллуры. Напряженные мышцы начало отпускать, и по телу побежала лихорадочная дрожь. Сомкнутые пластины металлической руки щелкнули, открывая неровное мерцание голубых вен. Ритмичные всплески неона соответствовали биению сердца. В голове шумело. Словно в космической пустоте гудел рой пчел. Словно темная вода залива все еще окружала мужчину, перехватывая дыхание, заливая уши и вонзая иглы в распахнутые глаза. Когда Широ прыгнул в черную бездну, едва подсвеченную ранним солнцем, все мысли улетучились из его головы. Он знал только, что нужно плыть вперед, рассекая толщу воды мощными гребками, пока тьма все больше захватывает его тело, ловит ноги, застилает зрение, лишая его всех чувств, кроме всепоглощающего холода. Кроме отчаянной сосредоточенности в поисках пропавшего парня. Страху нельзя было поддаваться, но с каждым гребком Широ все больше погружался в кошмар. Воздуха стало не хватать, и как раз когда вокруг легких кольцами сомкнулась боль, Широ увидел белое пятно во тьме – раскрытую ладонь Кита. Бледные пальцы, едва заметные во мраке. Легкие обожгло долгожданным вдохом, когда мужчина поднялся на поверхность вместе со своей драгоценной ношей. Под водой едва ли прошло три минуты, но Широ казалось – они пробыли там вечность, позволяя чернильной тьме поглощать свет и заполнять мысли. Снаружи он остался спокойным и сосредоточенным, как всегда было во время критических ситуаций – разум обострялся, а на все чувства словно падала металлическая цепь, не позволяя им выходить из-под контроля. Но в самой глубине сердца мужчина ощущал нарастающую панику. Кит не дышал, когда его подняли на палубу, но едва заметный пульс бился под пальцами Широ, когда он коснулся шеи парня. Он успел вовремя. И когда вода хлынула изо рта и носа Кита, после того, как мужчина вспомнил все уроки первой помощи, которые когда-либо получал в своей жизни, Широ ощутил, как сковавшее его напряжение рушится и уступает место головокружительному облегчению, от которого ноги словно набило ватой. Широ держал Кита на руках все время, пока катер мчался к берегу. Кутал его в одеяла и бессознательно прижимал к себе, будто в запоздалой попытке защитить от чего-то. Болезненное дыхание парня звучало для него прекраснее любой музыки на свете. Гневный крик Аллуры настиг Широ, когда он аккуратно уложил Кита в одеяла на берегу, когда проблесковые всполохи уже заполнили пристань алым и синим. Все еще пребывая в состоянии шока и с затуманенной адреналином головой, Широ не сразу понял, что она говорит. В чем обвиняет его. А затем услышал ее слова. Каждое ее слово, каждую паузу и интонацию. Они намертво впечатались в его опустошенном сознании. Она не говорила, а читала его тайны, словно выворачивала его душу наизнанку. И с каждым звуком ее голоса на плечи Широ падала многотонная плита, придавливая его к земле. Краем глаза он заметил движение и на автомате выбросил руку, схватив металлическими пальцами бежевое полотенце. От махровой ткани пахло рыбой. - Реакция что надо, - уважительно отозвался владелец лодки, - оставь себе. Так же машинально Широ поблагодарил своего временного напарника, с трудом подбирая слова. Мир вокруг словно замедлился, и сквозь пелену тяжелых мыслей едва пробивались автоматические реакции на окружение. Хотелось вернуться домой, спрятаться в берлогу и забыться черным сном. Но дома он не получил бы желанного забвения и чувства безопасности. Хоть это и было несправедливо по отношению к Адаму, в его квартире в данный момент Широ стало бы только хуже. А сейчас ему нужно было о многом подумать. Проходя мимо машины Аллуры, Широ почти автоматически заглянул внутрь и увидел, что владелица даже не удосужилась забрать с собой ключи. В этом районе не стоило оставлять так автомобиль. Поэтому мужчина взял их и захлопнул дверцу, заблокировав легкий доступ к дорогой машине, намереваясь позже позвонить эвакуатору. Он вернулся к своему макларену, с рыбным полотенцем на голове, забарабанил пальцами по рулю. Мокрая одежда вызывала озноб, холод пробирал до самых костей. В салоне автомобиля было не теплее, чем на улице. Но прежде чем отправляться куда-либо в тепло, нырнуть в горячий душ и согреть руки большой чашкой кофе, у Широ оставалась одна важная задача. Против воли его взгляд обратился ко тьме под мостом. Ни за что в жизни Широ не поверил бы в то, что Кит мог спрыгнуть в воду сам. Он провел с парнем не то чтобы много времени, но успел увидеть в нем отчаянную жажду жизни, которая никак не вязалась с суицидальным поведением. Да и с чего бы ему сводить счеты с жизнью? Широ видел в нем безрассудную храбрость, и как любой сорвиголова он мог бы прыгнуть в огонь ради друга, но тьма в его глазах не была беспросветной. И он цеплялся за жизнь, оказавшись в воде – если иначе, когда Широ вытащил бы парня на поверхность, спасать было бы уже некого, и время, необходимое катеру, чтобы добраться до утопающего, стало бы роковым. Точно так же маловероятным казалось, что Кит мог упасть с балок, подхваченный порывом ветра. Или сделав неосторожный шаг в бездну. Кит едва ли не с рождения прятался в этом укромном месте, наблюдая за бесконечными рассветами над заливом Нью-Альта. Скорее всего, он знал обо всех опасностях и проблемах этого места. И знал, как себя вести в той или иной ситуации. Оставалась только одна причина этого чаячьего полета. Его сбросили с моста специально. И Широ был намерен разгадать эту загадку. Это утро было почти безветренным, но даже малейшее дуновение словно вонзало холодные шипы в кожу Широ, когда он спускался по лестнице к тайнику Кита. Человеческая рука мужчины уже почти ничего не чувствовала, пальцы деревенели и казались ледяными. Зато механическая работала как часы, подсвечивая лицо и разгоняя мрак голубоватым мерцанием. Даже вынужденное купание в черной воде залива было для нее нипочем. Солнце еще не поднялось полностью, так что Широ пришлось использовать фонарь на смартфоне, внимательно оглядывая балки и перекладины. Здесь было пусто, словно бы никто никогда не спускался по лестнице в бездну, чтобы безрассудно встретить самый красивый и опасный рассвет в жизни. Только многочисленные царапины и шероховатости от ботинок указывали на многолетнее присутствие Кита в этом месте. Широ не знал, что он рассчитывал здесь увидеть. Записку с признанием? Кровавые отпечатки пальцев? Убийца, если он существовал в реальности, давно уже успел исчезнуть. И он, очевидно, был не так уж и глуп, чтобы оставлять следы своего преступления. Хотя. Отблеск чего-то светлого в луче фонарика заставил мужчину напрячься. На дальней перекладине, куда Кит ни разу не поднимался в присутствии Широ, мягко колыхался обрывок ткани, зацепившийся за железные клепки пересечения балок. Крохотный, едва заметный кусочек платка или шарфа. Возможно, он скрывал лицо нападавшего. Деревянными пальцами мужчина аккуратно вынул лоскут. Легкий материал, бежево-коричневого цвета, с ненавязчивым изящным узором. Хотел бы Широ, чтобы в его голове мгновенно зажегся огонек узнавания, и за секунды он смог вычислить коварного убийцу. Но чуда не случилось – он понятия не имел, чей это был предмет одежды и, вроде бы, никогда не видел его раньше. Снова оставалось только гадать. Но все же это был крохотный шаг в верном направлении. А все загадки распутываются, начиная с этого первого шага. Он вел машину, едва осознавая, куда едет. Фонари и люди мелькали вокруг, словно смазанные кистью краски. Взгляд не фокусировался ни на чем конкретном, и руки действовали механически. Широ пытался понять, что ему делать дальше, как теперь быть с Аллурой и своими чувствами, которые копошились в его душе, будто клубок змей, отравляя спокойную и простую жизнь, что была у него до встречи с Китом и командой Аллуры. Спокойную, пустую и полную скрытой тьмы, не выпускающей его душу из тисков. Нужно было решить, что выбрать и как себя вести, нужно понять, кто желал Киту зла и что за обрывок ткани остался на месте преступления. Все тело болело от холода, легкие медленно наполнялись огнем, неуловимый запах рыбы от полотенца заполнял салон машины. Нужно было уделить внимание слишком многому, а моральных сил уже не хватало. Плечо рядом с соединением металлической руки ныло и простреливало болью. Когда автомобиль наконец остановился, Широ понял, что находится на грани. И нужно было притормозить, чтобы не рухнуть во мрак целиком. Он поднял голову, рассчитывая увидеть незнакомую стоянку или парковку у дома Адама, или, на худой конец, безликий дорожный мотель. Но перед ним возвышалась громада колеса обозрения, выныривая за рядом ярмарочных павильонов и игровых площадок. Занятый тяжелыми мыслями, Широ не заметил, как собственные руки и машина привели его прямо к дому Кита, решив вопрос об убежище. Широ сидел, разглядывая колесо и ощущая, как медленно бьется его сердце. По-хорошему нужно было развернуться и уехать отсюда. Но у него уже не осталось сил спорить с самим собой. Сейчас ему нужно было выспаться, и оставалось только надеяться, что Кит был бы не против такого вторжения. Оставив машину на стоянке, Широ прошествовал мимо аттракционов к трейлерному парку. Ноги сами несли его вперед, в голове звенела пустота. Знакомый трейлер казался островком безопасности в этом безумном мире в это безумное утро. Широ услышал, как с внутренней стороны двери скребутся когти Космо. Пес завыл. Словно ощущал, что мужчина может его выпустить. - Слава богу, - из соседнего импровизированного дома высунулась женщина, - он так воет уже пару часов. Бигуди, накрученные на иссиня-черные волосы, колыхнулись словно рой тяжелых ночных бабочек. Женщина подозрительно уставилась на Широ, и, видимо, только сейчас осознала, что этот человек ей не знаком. - А где Кит? – поинтересовалась она. Широ услышал собственный голос со стороны: - Несчастный случай, он в больнице. Сухие губы едва двигались. Голос был хриплым, и напряжение горла словно подбросило дров в пламя, разгоревшееся в легких. - Вот беда, - охнула женщина, - вот что пес-то выл. Чуял беду. Надеюсь, у парнишки все будет хорошо. Он отличный сосед, всегда поможет, если попросишь. Вот на той неделе… Широ был бы только рад послушать милые истории о Ките, но не сейчас. Сейчас его тело и его разум находились в критическом состоянии. И он ощущал, как по коже то и дело пробегает судорожная дрожь. - Простите, у вас нет запасных ключей? – спросил он, не особо надеясь на удачу. - Есть, а как же, - отозвалась женщина, прерывая свой монолог, - я иногда за псом приглядываю. Погоди секунду. Она скрылась в окне, но появилась снова через пару секунд. И кинула в подставленные ладони Широ маленький ключик. Даже не сомневаясь ни мгновение. Широ успел подумать о сомнительной безопасности этого трейлерного парка, где тебе выдадут ключи от любого дома, стоит попросить. Но женщина с прищуром добавила: - Я ведь видела тебя вчера, - она распахнула глаза, обрамленные искусственными завитыми ресницами, - с Китом. Вы на крыше сидели. У нас сообщество тут маленькое и все друг друга знают. Джефф сказал, он тебе колесо показывал. - Спасибо, - коротко ответил Широ, избегая навязчивого разговора, не в состоянии поддерживать светскую беседу. И направился к двери трейлера, ощущая как с неохотой гнутся колени. - Как скажешь, красавчик, - донеслось ему вслед, - если нужно будет что – соль там, или еще какие просьбы, ты не стесняйся. Ключ повернулся в двери, и взволнованный Космо оперся передними лапами о живот освободителя, поднявшись во весь рост. Огромный косматый пес, поскуливая, махал хвостом, заглядывая Широ прямо в глаза. Будто задавал вопрос, ответ на который хотел бы знать и сам мужчина. - С ним все будет в порядке, - сказал Широ, словно бы собака могла понять его слова. Космо облизал его подбородок и спрыгнул на пол. Он словно бы слегка успокоился, хотя, вероятно, Широ просто додумывал себе его реакции. Людям вообще свойственно очеловечивать животных. Когда мужчина посторонился, Космо вылетел на улицу и скрылся между трейлеров. Широ оставил дверь открытой, чтобы пес мог вернуться, и вошел в глубь логова Кита. Пространство внутри было небольшим, и с первого взгляда казалось необжитым. Использовался каждый сантиметр помещения, вмещавшего кровать, аккуратную кухоньку, навесные шкафы и комоды. Но здесь не было мелочей, которые могли бы придать месту толику уюта. Ни фотографий, ни побрякушек и статуэток, ничего, что могло бы рассказать о личности владельца. И все по-армейски аккуратно: постель заправлена, посуда вымыта и все точно на своих местах. Здесь было безукоризненно чисто. Словно трейлер только что купили и не успели толком попользоваться. Сил хватило, только чтобы добраться до кровати и рухнуть на нее, стащив с себя мокрую одежду. И забыться черным сном без сновидений. Широ просыпался только раз – чтобы увидеть силуэт Космо в лучах солнца, лежащего у распахнутой двери. Огромный косматый пес, охраняющий дом и сон мужчины. Его присутствие внушало умиротворяющее спокойствие, и Широ уснул снова, кутаясь в одеяло, пахнущее Китом. Когда аромат жареной курицы и куркумы раздразнил обоняние Широ, заставив его сонно распахнуть глаза, за окнами уже светили фонари. Он проспал весь день, но хотя бы ощущал теперь себя не таким разбитым. В груди все еще ныло, но в целом состояние было удовлетворительным. Широ повернул голову и уставился прямо в лицо женщины-соседки, которая с нескрываемым любопытством рассматривала мужчину. Она сняла бигуди, и теперь пружинки локонов обрамляли ее круглое личико, придавая ей задорный и ехидный вид. - Ого, - сказала она, покачав в воздухе деревянной лопаткой, - хотела добавить чилийского перцу в соус, но вижу, блюдо и без того выйдет горя-а-чим. Она хихикнула прямо как девчонка, а Широ ощутил, как начинают гореть его уши, и поспешно натянул на себя сбившееся одеяло. Соседка в ответ рассмеялась и распрямилась, направившись к плитке, на которой скворчали желтые от приправ куриные голени. Возле нее крутился Космо, попадал женщине под ноги и повиливал хвостом, когда она ласково отпихивала тяжелую морду. - Ты оденься, если я тебя смущаю, - сказала женщина, переворачивая ножки лопаточкой, - я высушила твою одежду. Широ удивленно увидел аккуратную стопку на стуле рядом. И не преминул воспользоваться советом знакомой незнакомки. Женщина кокетливо украдкой бросала на него взгляды, пока мужчина переодевался. Когда он закончил, она плюхнула на тарелку макароны, курицу и щедро сдобрила все желтым соусом. И протянула все это великолепие Широ, под обиженным взглядом Космо. - Спасибо, - выдавил из себя мужчина, принимая тарелку из рук своей спасительницы. Желудок настойчиво давал о себе знать. - Ну, - сказала женщина, - я иногда слежу за псом. Следить за одним парнем или за двумя – не бог весть какая сильная разница. Тем более когда они оба такие милашки. И она потрепала Космо за ушами, хмыкнув, когда Широ на мгновение подавился едой. Ей, кажется, нравилось развешивать комплименты и смущать парня. И что удивительно – Широ уже успел это отметить – она тоже не обращала внимания на механическую руку собеседника. Словно в мире Кита и его окружения подобные вещи были обыденностью. Это было приятно и мгновенно располагало к себе. - Давно вы знаете Кита? – спросил Широ, отправив в рот кусок ароматной, излишне приправленной курицы. Вкус специй взрывался во рту фейерверком. - Дай подумать, - женщина оперлась спиной о столешницу и сложила руки на груди, - с тех самых пор, как он поселился здесь. Так, по-соседски. А до того – знала его мать. Суровая такая была девица, себе на уме. Палец в рот не клади – отгрызет по самую руку. При мне никогда не улыбалась, только мужу своему. Парень весь в нее пошел характером. Жаль, что погибла, ребенку любому без матери туго. А тут еще отец… - Погибла? – эхом повторил Широ, сжав вилку в металлической руке. - Ага, - женщина вздохнула, но в ее голосе помимо искренней жалости еще и слышалось острое желание посплетничать, - спрыгнула с Лазурного моста. Что-то со звоном покатилось по полу. Широ и женщина одновременно уставились на то, как верхняя часть вилки исчезает в пасти Космо. С воинственным криком соседка ринулась на пса, и тот выплюнул добычу от неожиданности, попятившись от громогласной дамы. - Эй, - возмутилась женщина, потрясая обрубленной вилкой в воздухе, - посуда тут не бесплатная! Широ кашлянул, разжал металлические пальцы и выбросил оставшийся кусок столового прибора. - Простите, - сказал он, - я… Вы сказали, она спрыгнула с моста? - Ну, это официальная версия, - женщина кивнула, - мой бывший в то время пытался строить из себя крутого и гонял на развалюхе по улицам. Естественно, он всегда приходил последним. А она – нет. Она всем там заправляла на своей бело-красной тачке. Лучшей была, ни шанса не оставляла соперникам. Поговаривают, ее спихнул кто-то из завистников. Все знали, что по утрам она на мосту торчит. Но из полиции, конечно, никто не поверил. Тем более что тело так и не нашли. Широ задумался, перебирая макаронины в тарелке новой вилкой. Интересная складывалась ситуация. Кто-то захотел убрать сына так же, как и мать? С ней же сработало – удалось ее вывести из игры. Только кому нужна была смерть Кита? Уж точно не самому Широ. И не Лотору – по крайней мере так хотелось думать. Принц нефтяного округа привык добиваться желаемого, но не верилось, что в данном случае он мог действовать настолько грязными методами. Совсем не в его стиле. Или..? - Позаботишься о нем? – из раздумий мужчину вывел голос соседки. Широ растерянно взглянул на нее. После всего, что произошло вчера, после той гневной тирады Аллуры, разве он мог вообще приближаться к парню? Он ведь действительно слишком много времени уделял своим мыслям о нем, следил за ним у моста, словно какой-то одержимый маньяк. Ждал… Чего? Разве он мог ждать от юноши чего-то больше, чем рукопожатие и дружеское похлопывание по спине. Разве он мог пользоваться тем, что Кит, очевидно, принимал его покровительство. Разве он имел право дать парню нечто большее, чем забота? Все остальное было неправильным, Аллура была права в этом. Нужно было вести себя как ответственный взрослый, а не бросаться с головой в омут темных глаз. У него ведь тоже есть своя жизнь. Была своя жизнь. - Я не знаю, смогу ли… Мне надо подумать, - Широ нервно пригладил челку, - он сейчас в больнице. Я обещал ему помочь с учебой, но… - Стой, стой, стой, - собеседница прикусила губу, едва сдерживая смешинки, - погоди. Я спрашивала про собаку, а не про мальчика. Второй раз за этот вечер Широ ощутил, как горят его уши. - Я не всегда могу заходить, - продолжила женщина, - иногда работаю в две смены. Просто заглядывай сюда по утрам. Широ кивнул, слишком поспешно, и от собеседницы не скрылось его смущение и красные уши. Она приблизилась и заглянула ему в глаза. И томно вздохнула. - Ну теперь все понятно, - сказала она, - я вижу, моя соль тебе не понадобится. И женщина смачно шлепнула себя по полноватому бедру, и рассмеялась, довольная вытянувшимся лицом мужчины. - Насчет мальца тоже подумай как следует, - добавила она, на этот раз совершенно серьезно, - я не помню, чтобы видела тут кого-либо вообще, не только девушку или парня. А даже друга. Он вечно один со своим псом, общается односложно, хотя и всегда вежлив, и вроде бы не заводит врагов на пустом месте. Ты был первым, кто побывал у него дома. Да и в последнее время я вижу, как посветлело его лицо, как он стал спокойнее. Договорись со своими демонами, - она ткнула длинным ногтем в лоб мужчине и улыбнулась, когда он потер это место. - Спасибо, - медленно ответил Широ, и неожиданно спохватился, поняв, что даже не знает ее имени, - мисс..? - О, как благородно, - протянула женщина и уголки ее губ растянулись в непроизвольной широкой улыбке, - зови меня Дорис. Он и правда заходил сюда каждое утро. Выгуливал Космо, бродил с ним между выключенных аттракционов и лавок в пустынном сонном парке – словно два друга-одиночки посреди апокалипсиса. Пару раз вывозил пса за город, в большую парковую заповедную зону, где Космо вволю носился между деревьев, наверняка ощущая себя настоящим диким зверем. Еще пару раз Широ оставался в трейлере Кита с ночевкой, по вечерам молчаливо кивая приветливой Дорис, вернувшейся с работы. В одну из таких ночей угнали макларен. Беспечно было оставлять на стоянке такую дорогую машину, но Широ привык к тому, что ее все здесь знали, и знали, кому эта красавица принадлежит. К тому же, Мэтт напичкал ее всеми возможными средствами защиты и слежения, так что угнать ее мог только самоубийца. Что, собственно, какой-то бесстрашный парень и сделал. И не помогла никакая электроника, на которую полагались Мэтт и его команда. Когда Широ видел юного гениального инженера в последний раз, тот был готов волосы выдирать на голове в попытке достучаться хотя бы до одного прибора в макларене. И никто не мог понять – в чем был смысл этого угона. Такую тачку не продать – сразу же поползут слухи, и жаждущие наживы мигом сдадут нерадивого угонщика. Только если разобрать на запчасти и скинуть на черный рынок. Но многие детали этого автомобиля были уникальны, так что этот вариант почти ничем не отличался от прошлого. Лотор, конечно, был в ярости. И больше всего его интересовало, какого черта его паладин забыл в закрытом на ночь парке аттракционов. Широ предпочел промолчать, и в итоге Лотору пришлось довольствоваться тем, что стоимость украденной машины мужчине нужно будет отработать. В целом, Широ показалось, что он легко отделался в данной ситуации, словно Лотор злился только на публику, но на деле знал, что нечто подобное произойдет. Да и к тому же это была не первая и не последняя машина, которую паладин для него выигрывал. И все это время Широ не переставал думать. О том, что происходило с ним сейчас, о том, как ему быть дальше. Пытался структурировать хаотичные мысли, но никак не мог прийти к однозначному выводу. К тому же беспокойство о судьбе Кита не оставляло его ни на секунду. И у него даже не было возможности узнать о его состоянии. Он не знал, в какую больницу его увезли, и не мог найти в себе силы, чтобы напрямую наведаться в кафе Аллуры и задать ей этот вопрос. Она бы не стала его слушать. И каждое утро, пытаясь разобраться в себе, а может, в ностальгической меланхолии, Широ, перед прогулкой с Космо, приезжал на Лазурный мост. В какой-то из таких дней его нашел Ханк. Он принес с собой два больших картонных стакана с кофе и пару самодельных пончиков с корицей и белым нежным кремом. Первые несколько минут стояли бок-о-бок молча, остро напомнив Широ ту первую встречу с алым паладином. Но Ханк был иного склада характера, так что молчание долго не продлилось. - Я думаю, тебе интересно узнать, что с Китом все в порядке, - сказал он, широко улыбнувшись, - думаю, его гордость пострадала больше, чем тело, - и парень добавил настоятельно, - ты ешь пончик, пока он не остыл. Особый рецепт. - Спасибо, - от души поблагодарил Широ за все вместе – и за пончик, и за драгоценные сведения. Несколько дней подряд кусок едва лез ему в горло, но сейчас он ощутил как на смену страху и напряжению приходит голод. Пончик и правда был очень вкусным. Кофейно-кокосовый крем и коричная пудра, запачкавшая пальцы. Он прекрасно подходил черному ароматному напитку, сваренному из обжаренных в сиропе зерен. Ханк довольно зажмурился в ответ на благодарность. - Аллура знает, что ты здесь? – поинтересовался Широ, хотя и так знал ответ. Ханк качнул головой. - Я просто подумал, что ты имеешь право знать, - сказал он, - и думаю, Кит хотел бы, чтобы ты знал. Широ замолк и вместо ответа отпил еще кофе. Последние несколько дней его мысли бросались из крайности в крайность. Он долго размышлял о сложившейся ситуации. О том, как поступать будет правильно, запихивая глубже собственные желания и эгоистичные планы. Сейчас он не должен думать только о себе. Так что он вернулся к единственно верному варианту: помочь Киту с поступлением в родной университет, а затем исчезнуть. Раствориться в своей тьме, не втягивая в нее парня. Пока все дело не зайдет дальше бесповоротной точки. Для Кита так было бы лучше, а у Широ и правда ведь когда-то была своя личная жизнь. Может, не поздно было ее вернуть? - Он спрашивал обо мне? Ханк чуть помедлил, а затем с сожалением покачал головой. - Думаю, случившееся выбило его из колеи. Улыбка на губах Широ неожиданно вышла более искренней, чем он думал. Что ж. Хорошо, так даже будет лучше. Выбранный путь становился менее призрачным, а намерения – более твердыми. Может быть, он вообще надумал себе все эти проблемы, и нравился Киту только как наставник и друг. И если подумать, ведь не было никаких предпосылок? Так определенно становилось проще. Несмотря на боль в предплечье. - Мы перевезем его на время на ферму Лэнса, - продолжил Ханк, - чтобы он был подальше отсюда. Все считают, что с моста его скинули намеренно. Поэтому надо обезопасить парня хотя бы пока он не восстановится. - Хорошая мысль, - Широ одобрительно кивнул, - я осмотрел место под мостом, но нашел только это. Мужчина протянул Ханку кусок ткани от шарфа-платка. С тех пор, как он взял обрывок в руки, то перекладывал его из одного кармана в другой, словно это был его личный трофей. Словно однажды он будет идти по улице и случайно увидит такую же ткань и такой же узор на незнакомце и сможет поймать злодея с поличным. Хотя с другой стороны, он надеялся никогда оказываться лицом к лицу к этому убийце. Потому что при мысли об этом его металлическая рука сама собой сжималась в кулак. Ханк повертел в пальцах ткань, понюхал ее и покачал головой. - Вам всем стоит быть осторожнее в ближайшее время, - сказал Широ, - кто бы это ни был, вряд ли он остановится на полпути. У меня есть предположение, что все это связано с состязанием Кербера. Но я уверен, что просить вас отказаться от него – совершенно бесполезное занятие. Он вручил ключи машины Аллуры Ханку и подытожил: - Просто будьте осторожнее и следите за Китом. Ханк улыбнулся и с готовностью кивнул. Через несколько дней Широ встретился со своим другом, договорился о внеочередном испытании для Кита, несмотря на то, что возвращаться в университет оказалось тяжелее, чем мужчина ожидал изначально. Родные стены только напоминали о том, что Широ имел раньше и чего у него больше не будет никогда. «Будешь отвечать за мальчика головой», - сказал ему друг. У Кита были только его рекомендации, и знакомые Широ шли на определенный риск, устраивая смотр для ребенка с улиц, у которого даже не было нормального образования, только отметки о взрывоопасном характере и ужасном поведении. - Я в нем уверен, - сказал Широ, и никто не посмел больше усомниться в его словах. Несмотря на слухи, ходившие о той катастрофе и роли Широ в ней, старые друзья с учебы, кажется, предпочли держаться в стороне от событий и принимать нейтральную позицию. В конце концов, они достаточно долго знали мужчину, чтобы понять, на что он способен, а на что нет. И, кажется, все они думали, что задолжали ему услугу за свое бездействие в критический момент. - Ты мог бы вернуться к нам, - сказали ему, - вести занятия у детей. Быть инструктором. Но Широ лишь выдавил из себя улыбку. Находиться здесь для него все еще было слишком тяжело. Получив официальное приглашение из рук ректора, Широ направился по адресу фермы МакКлейнов, который легко было найти в интернете. А вечером ему предстоял разговор с Адамом.

***

День гонок выдался солнечным и неожиданно теплым. Трасса затрагивала часть окраин небольшого городка, но наибольшими ее участками были поля и грунтовые тропы, а так же мост и железнодорожные грузовые пути. Кит передал бразды правления Лэнсу, но когда тот начал выбирать машину для гонки по своим вкусам, парень больше не мог делать вид, что ему все равно. Еще прошлым вечером Кит заставил всю компанию проехать маршрут полностью, чтобы осмотреть все возможные проблемные места и тщательно выстроить схемы их обхода. В паре мест они останавливались по требованию Кита и обходили дорогу пешком, с Китом, опирающимся о трость бабули Лэнса. Лэнс только тяжко вздыхал на эту преувеличенную серьезность действий. «Я знаю эти места с детства, - заявил он, - все, как свои пять пальцев. Я уже выигрывал этот заезд. Глазом моргнуть не успеешь, как я буду на финише». Аллура, подкупленная его самоуверенностью, почти согласилась с тем, что необходимости повторять трассу перед гонкой нет, но позже признала правоту Кита. К тому же, ей самой было интересно посмотреть на маршрут местных деревенских гонок. Все очень сильно отличалось от города – гораздо больше препятствий, резких поворотов и опасных мест, включая саму железную дорогу. И никакого асфальта – только утрамбованный (а местами и едва проходимый) грунт. - Много идиотов разбилось, пытаясь проскочить поезд? – невинно поинтересовалась Пидж, когда они остановились у железной дороги второй раз. - Обычно гонку проводят в то время, когда поездов нет, - ответил Лэнс, закатив глаза. С тем же невинным видом Пидж покачнулась на сиденье машины и пролила колу со льдом на штаны Лэнса. - Ой, прости, - воскликнула она под гневные крики парня, - обычно я держу стакан крепче. Выбирая машину на заезд, Лэнс хотел остановиться на симпатичных и быстрых машинах Аллуры и Вероники, либо перебрать и улучшить старый автомобиль, на котором тренировался в полях, но Кит настоял на потрепанном форде мустанге Пидж. Зеленый невзрачный форд послужил предметом горячего спора. В конце концов Лэнс сдался, когда Аллура выслушала обе позиции, и он не смог дать достаточно аргументов к своему выбору. - Ты вроде сказал, что больше не хочешь быть паладином, - огрызнулся Лэнс в тот вечер, недовольный не только тем, что Кит лезет на его поле, которое он завоевывал с таким трудом, но и потерянной поддержкой Аллуры. - Но я все еще хочу вернуть свои деньги, чтобы выкупить байк, - спокойно ответил Кит, и его темные глаза не выражали никаких эмоций кроме равнодушия. Возможно, это было правдой. А возможно, дело было в другом. Аллура все же отдала ему документы, что передал Широ, после долгих и тяжелых размышлений. Когда на следующий день она заглянула в комнату к Киту, парень сидел в кровати, среди официальных бумаг и выглядел мрачнее, чем обычно. Аллура уже успела укорить себя в том, что пошла на поводу у паладина Лотора, когда Кит повернулся к ней и сказал, что поможет команде с этой гонкой. Девушке хотелось задать множество вопросов. Вроде: «почему ты передумал», «что это за документы», «это взятка, чтобы убрать тебя с пути?». И прочее, прочее. Но она боялась спугнуть этот воинственный и жизнелюбивый настрой Кита, так что просто молча согласилась, в глубине души ликуя. Ханк и Пидж колдовали над зеленым фордом два вечера. И к старту машина прибыла хоть и не в чистейшем с иголочки состоянии, но готовой к битве. Ханк не смог участвовать в событии, оставшись на день следить за кафе, но успел пожелать удачи своему подопечному автомобилю накануне, погладив черные полоски на капоте, чем заслужил обиженный взгляд водителя. - Лэнс, я надеюсь на тебя, - серьезно сказала Аллура, - мы заплатили за участие и за детали к форду немалую сумму, а сейчас каждый цент у нас на счету. Лэнс кивнул, но промолчал. Бахвальство неожиданно покинуло парня, когда старт приблизился. Теперь он уже не выглядел таким самодовольным и всезнающим, наоборот – казался напряженным и тихим, и даже Пидж перестала его подначивать. Людей было много. Среди полей гонять было проще – местная полиция не собиралась мешать детям катать по грунтовке в свое удовольствие, тем более что несчастных случаев, как сказал Лэнс, не было. Отношение к таким видам спорта в сельской местности было гораздо проще, чем в городе. Большая площадка из песчаника была почти вся заполнена людьми, хотя здесь их все равно было меньше, чем на соревнованиях, что были организованы Лотором. Участвовать планировали шесть машин, и все далеки от сверкающих лоском дорогих автомобилей Нью-Альта. Да и люди проще. Никакого шампанского и неоновых огней. Да и сами гонки проходили под солнечным небом, а не ночью. - МакКлейн! – громкий окрик заставил обернуться не только Лэнса, но и всех его друзей. Симпатичный парень в кожаной куртке пригладил длинные каштановые волосы и лучезарно улыбнулся. Он прислонился к синей субару с ярко-желтыми наклейками. Из всех присутствующих машин эта выглядела наиболее дорогой и ухоженной. Солнце играло на ее лощеных лазурных боках. Девушки в джинсовых шортах, стоящие рядом с парнем, заулыбались вслед за своим кумиром. Аллура увидела, как Лэнс сжал кулаки, отворачиваясь от веселой компании. Концы его ушей покраснели. - Эй, МакКлейн! – снова донеслось издали. – Пришел подарить мне еще одну машину? - Заткнись, Гриффин! – проорал Лэнс, усиленно разглядывая свой временный зеленый форд. - Можешь сделать это сразу, пока гонка не началась, - продолжал его собеседник, - зачем же терять время. Ты ведь можешь ее и разбить. - Я буду гонять на Кербере, Гриффин, пока ты облизываешь одну и ту же трассу, - крикнул Лэнс. - Сначала на велосипеде гонять научись! Лицо Лэнса вспыхнуло вслед за ушами. Он развернулся и открыл рот, очевидно, намереваясь вылить все известные ему бранные слова в лицо сопернику. Но Аллура перехватила его за руку и подтолкнула к форду, закрывая собой компанию хихикающих девиц и парней. Конечно, она могла бы задать ему вопрос, вертевшийся на языке: «Ты же говорил, что уже побеждал в этом соревновании?» Но сейчас было не время. - Он хочет вывести тебя. Не обращай на него внимания, - вместо этого произнесла она, сжимая пальцы Лэнса в своей ладони. Аллура честно пыталась не сомневаться в своем плане. Не сомневаться в Лэнсе и в том, что согласилась на эту гонку. Но с каждой следующей заминкой она все больше погружалась в уныние. Лэнс молча уставился на руку, которую она держала, и девушка с неловкой улыбкой аккуратно разжала пальцы. - Все будет отлично, - сказала она, исполняя обязанности духовного лидера, - главное держи себя в руках и не позволяй сбивать с пути. - Я знаю, - Лэнс встрепал себе волосы и застонал, - просто этот Гриффин… - Забудь о нем, - встряла Пидж, протягивая парню маленькую ракушку беспроводного наушника, - надень это. Будем следить за тобой всю дорогу. - Мне не нужны няньки! – возмутился Лэнс. Но Кит, который стоял рядом молча все это время, не собирался тратить время на препирательства. Он просто взял наушник с руки Пидж и воткнул его в ухо Лэнса, вдавив его слегка сильнее, чем нужно. - Нам нужна победа в этот раз, - сказал он мрачно. - Никакого давления, понятно, - раздраженно выдохнул Лэнс и нырнул за руль. Машины выстроились на старте в порядке, который выпал им по жребию. И как на зло, зеленый форд Лэнса замер в ожидании рядом с синей субару. «Нехороший знак», - решила Аллура, глядя на то, как соперник Лэнса поворачивается в его сторону и открывает рот. Она помахала рукой Пидж и, получив себе наушник, быстро надела его, как раз чтобы услышать гневную тираду своего гонщика и смех на заднем плане. - Нужно было выдать ему беруши вместо наушников, - сказала Пидж. Аллура воззрилась на нее со всей мрачностью, на которую была способна. Крепкая высокая девица в ковбойских сапогах и джинсовой юбке махнула импровизированным флагом, развернувшись на каблуках, и машины рванули с места под крики и улюлюканье зрителей. В тот же момент Пидж защелкала кнопками на пульте, который держала в руках, и в небо поднялся жужжащий квадрокоптер. Аллура напряженно глядела вслед машинам, пока они не растворились в поднятой пыли, а затем присоединилась к Киту, сидящему на капоте. Оба мрачно уставились на экран планшета, на котором гонщики преодолевали первый поворот. Зеленый форд вошел в него по широкой дуге, уступив место синей субару. В наушнике Аллуры Лэнс заскрежетал зубами. Лазурная молния рванула вперед, слепя глаза неоново-желтыми наклейками. Земля и мелкие камни разлетелись из-под шин. Зрители бросились врассыпную, когда красный, покрытый грязью, ниссан крутанулся, уходя от столкновения с субару, и едва не врезался в толпу. - Вы видели, что он делает? – проорал Лэнс прямо в ухо Аллуре. - Не обращай внимания, держись ближе к внутреннему кругу, - сказал Кит, покусывая губу от напряжения, - я думаю, он хочет срезать поворот перед мостом. Извилистая трасса изобиловала резкими поворотами и развилками почти под прямым углом. Дорога была обнесена старыми покрышками, которые лишь символически обозначали границы, но на них легко можно было не обращать внимания. Правила в таких гонках были созданы только для того, чтобы их нарушать. - Но он не должен! Это не по… Лэнс не успел закончить. Потому что синяя субару, порядком оторвавшись от соперников, и правда со всей скорости нырнула носом в покрышки. Ряд шин словно взорвался. Они взмыли в воздух, ударились о капот и покатились в стороны. Субару повело в сторону от удара, но твердая рука гонщика вырулила ее на прямую. Задние колеса выплюнули фонтан грязи и травы. - Давай, вперед! – вопль Кита заставил Аллуру зажмуриться на мгновение, представляя, как Лэнс от этого крика в наушниках оглох на одну пятую. Но это подействовало – форд рванул вперед, распугивая добровольцев, которые уже начали складывать шины в новую стену. Кто-то из них показал вслед машине кулак. - У нас будут проблемы, - подытожил Лэнс. Форд подпрыгнул на неровном грунте, заставив его проглотить конец фразы. - Нет, - сказала Пидж, ее глаза сверкнули под стеклами очков, - это у него будут проблемы! Форд Лэнса легко догнал лидера любительского заезда – Гриффина. Лэнс, обнаружив эту великолепную деталь, завопил и опустил стекло с водительской стороны. Он явно намеревался сказать пару ласковых своему вечному сопернику, когда их машины сравняются. Сейчас гонку вели двое. Срезать через барьер решились немногие, и последующим вновь пришлось разбивать стену из покрышек, отчего они потеряли в скорости. - Забей, Лэнс, сейчас вообще не время для этого, - Аллура видела, как Кит сжал планшет в руках, - впереди крутой поворот на песчаной насыпи. Гонка стремительно приближалась к железнодорожным путям, минуя извилистые линии неезженных троп. Но Лэнс, кажется, только упрямо встряхнул головой. Аллура могла легко представить, как он закатывает глаза на предостережение Кита. Дурное предчувствие закралось в мысли девушки. Главный соперник Лэнса был слишком близко. Это был настоящий момент триумфа, разве можно упустить такой шанс? И ко всеобщей досаде второй идиот в синей субару, кажется, был такого же мнения. Потому что стоило машинам соприкоснуться крыльями, как он опустил окно со своей стороны. Кит зло цокнул языком. Аллура вполне понимала его чувства. Вчера они проезжали эту трассу, и Кит особенно напирал на то, каким коварным может быть момент с насыпью – искусственной песчаной возвышенностью почти перед самой железной дорогой. Здесь укатанная тропа вихляла, песчаник заставлял колеса пробуксовывать, а сама узкая насыпь с одной стороны скатывалась крутым, сыпучим склоном к берегу реки. И при неосторожной езде все это грозило водителю красочным полетом с насыпи вниз, в цветистые кусты колючек. Видимо, донести эту мысль до Лэнса у него так и не вышло. Потому что сейчас на экране планшета два местных героя самозабвенно переругивались. И начал все это дело Лэнс, заметив, что наконец-то настал тот день, когда Гриффин будет обречен глотать пыль за его машиной. На что Гриффин любезно уточнил, что неизвестно, не придется ли самому Лэнсу затем проглотить нечто иное. С каждым новым ругательством оба соперника все больше распалялись, Кит все больше мрачнел, а его бровь начала нервно подергиваться. Аллура, которая сначала только посмеивалась над бравадой своего Палладина, уже не знала куда деться, подальше от этого темного взгляда Рэда. С одной стороны ей было смешно, но с другой – разве этой стычке сейчас было время и место? И окончательно это все перестало быть забавным, когда Лэнс задел самолюбие Гриффина очередным выпадом, и тот резко выкрутил руль, намеренно направляя машину к прямому столкновению с фордом. Песок фейерверком разлетелся из-под взревевших колес. Зрители у планшета одновременно взвыли, но форд в последнее мгновение успел вильнуть в сторону. - Твою мать, Гриффин, что ты творишь? – громкий крик Лэнса было слышно даже тем, кто не надел наушники. Кит даже вздрогнул всем телом от неожиданности. - Что? Боишься взрослой езды? – проорал в ответ Гриффин. Квадрокоптер уловил его силуэт в окне машины и средний палец, который парень демонстрировал своему сопернику. Лэнс громко скрипнул зубами. - Лэнс, забей, - Кит повысил голос, - ты слышишь меня? Не обращай на него внимания. Врежешь ему потом. Лэнс! И вся команда взвыла вновь. Но теперь уже когда Лэнс сам вывернул руль, чтобы повторить маневр собеседника. Гриффин легко ушел от контакта, и его задорный смех было слышно даже в наушниках Лэнса сквозь шум ветра и двигателей. Продолжение здесь могло быть только одно – Гриффин принял вызов. Но на этот раз субару со скрежетом столкнулась с крылом форда. Лэнс издал вопль. Теперь ему в уши кричали все, кто был поблизости. Но Лэнсу было уже все равно. И чтобы не слышать все эти раздражающие напутствия и упреки, он просто вынул наушник, чтобы прекратить какофонию в голове. Если бы Аллура не повисла на руке Кита, он бы разбил планшет о землю. Теперь все, что им оставалось – мучительно наблюдать за тем, как весь их план летит к чертям. Две машины, едва не сцепившись колесами, таранили друг друга на полном ходу, словно два сумоиста, и каждый старался столкнуть соперника с насыпи. А водители что-то кричали в открытые окна. Их голоса едва долетали до квадрокоптера набором неразборчивых звуков. Колеса машин то проскальзывали, то буксовали в песке. Соперники, кажется, вообще забыли о том, что окружает их вокруг и что гонка все еще идет полным ходом. Из-за их ребяческого дурацкого дерганья за косички остальные участники уже почти нагнали время, потерянное из-за хитрого маневра Гриффина в самом начале. Форд и субару шли плечом к плечу, и никто не хотел сдавать позиций. Пока в какой-то момент синяя машина Гриффина не сбросила резко скорость, уходя из столь страстных объятий. Форд повело носом за ней, и Лэнс не успел среагировать, когда субару, чуть оказавшись позади, резко кинулась вперед, словно молодая лань впечатавшись бампером в бок форда со всей дури. Автомобиль Лэнса вильнул задом, колеса заскрипели по песку, и паладин Аллуры совершенно потерял контроль над ситуацией. Словно на льду, форд начало разворачивать поперек трассы, и грунт нисколько не помогал замедлить движение, только усиливал крен. И в следующее мгновение машина зависла задними колесами над краем насыпи и ухнула вниз, расшвыривая в стороны камни и мелкий щебень и уходя далеко от трассы и гоночного маршрута. Когда передние колеса резко задрались, Лэнс приложился лбом о руль. Но никакая боль физическая не могла унять его отчаянной злости на происходящее. Когда форд, наконец, замедлил скольжение и мирно остановился в кустах в самом низу песчаной горы, Аллура увидела, как на экране планшета Лэнс выбирается из машины и едва не воет волком, рассматривая, как наверху один за другим проносятся вперед его соперники. Единственное, что он мог сделать в этой ситуации – с чувством пнуть по колесу многострадального автомобиля. Разглядывая эту красноречивую пантомиму, Аллура едва не завыла вместе с Лэнсом. Пока Пидж грозилась собственноручно придушить этого выскочку, едва он попадется в ее хрупкие, но сильные пальцы, Аллура не отрываясь смотрела на то, как ее паладин, сидящий на капоте форда, обхватил голову руками, не смея поднять взгляд на реющий над ним квадрокоптер. Мысли в ее голове путались. Она могла себе представить, что сейчас чувствовал Лэнс. Должна ли она была сердиться на него с полным правом? Или, как бесславному лидеру команды, ей следовало поберечь его чувства и отделаться какой-то плохой шуткой? Нужно ли ему было наказание, или ему вполне хватало собственных демонов и угрызений совести? Далекий гудок поезда прозвучал в прозрачном воздухе словно молот наковальни, ударив по вискам. Аллура, занятая своими размышлениями, даже не сразу поняла, что этот звук генерирует не ее богатое воображение. - Это поезд? – голос Пидж звучал неясно в тумане мыслей, - его же вроде не должно быть? Он сейчас заблокирует трассу. Так и есть. Первая машина – синяя субару Гриффина гнала прямо на опущенный шлагбаум, с очевидным намерением протаранить и его. Но здравый смысл и приближающийся многотонный грузовой состав, гудок которого звучал уже без остановки, все же заставили лидера гонки затормозить так резко, что субару даже слегка развернуло. Если бы не громкий вой поезда, все бы легко услышали, как Гриффин горячо матерится. - Аллура, - Кит поднял голову от экрана, его горячие пальцы вцепились в запястье девушки, - еще не все потеряно. У меня есть план. Подкинешь? Все еще находясь в оцепенении своих мыслей, Аллура неожиданно быстро среагировала на его предложение. Мгновенно, словно она только этого и ждала, девушка спрыгнула с капота и впихнула планшет в руки Пидж. И меньше чем за долю секунды она уже сидела за рулем своей машины, а Кит приземлился на пассажирское сиденье с грацией слона и выкинул трость в окно. - Теперь гони и чем быстрее, тем лучше! – воскликнул он. Аллура не была мастерским водителем, и гоняла только по пустынной трассе, чтобы ощутить ветер в волосах и успокоить нервы, но этот приказ она выполнила исправно. Благо, изучивший трассу вдоль и поперек Кит криком направлял ее через короткие пути и отрезки совершенно не пригодного для езды грунта. Прошло меньше десяти минут, когда машина Аллуры тормознула рядом с зеленым фордом. Ошеломленный ее внезапным появлением, Лэнс огромными глазами глядел на то, как из автомобиля неуклюже выбирается с пассажирского сиденья. Не зажившая до конца перетянутая бинтами нога, видимо, прострельнула болью, когда он опустил ее на землю, опираясь на нее всем весом. И парень грохнулся бы на колени, если бы Аллура не схватила его за футболку, перегнувшись через сиденье. Сам Кит почти не обратил внимания на произошедшее. - Быстро за руль! – гаркнул он, ткнув пальцем в сторону Лэнса. Аллура была готова благодарить всех богов за то, что тот не стал спорить или стоять столбом, хлопая глазами. Он просто подхватил Кита под руку и помог ему добраться до пассажирского сиденья форда, хотя парень всячески отбрыкивался и орал, что они просто теряют время, а он не немощный инвалид. Аллура пожалела о том, что не может втиснуться между ними, чтобы самолично участвовать в гонке. Ей до смерти было интересно, что же задумал Кит. Азарт бурлил в крови, подстегнутый быстрой ездой. Близкий поезд вновь издал гудок. Прежде чем хлопнули дверцы форда и он умчался, резко тронувшись с места, Кит махнул Аллуре, демонстрируя, что наушники все еще работают. Спохватившись, девушка легко коснулась своего, включая звук. Высоко в небе мерно трещал квадрокоптер, устремляясь за машиной, словно прицепленный к ней воздушный змей. Форд быстро скрылся в клубах пыли. Аллура завела свой потрепанный кадиллак и тронулась в противоположную сторону. - Пидж, что там с поездом? – услышала она голос Кита. - Состав почти прошел, - ответила Пидж, - по моим подсчетам еще около пяти минут шлагбаумы будут опущены. Все скопились там. Двое решили обогнуть поезд с хвоста, в том числе и наш самодовольный лидер. - Гонка начинается заново? – поинтересовалась Аллура, с трудом сдерживая распирающую ее радость. Это же означало, что у них появился шанс нагнать соперников, а не проигрывать им с разгромным счетом. - Чтобы выбраться из этой ямы обратно на трассу, надо будет сделать крюк и потратить на это большое количество времени, - проворчал Лэнс. Его убитый голос неожиданно прервался звонким шлепком. Возмущенное «ЭЙ» Лэнса заставило Аллуру улыбнуться. - Меньше думай, больше действуй! – сказал Кит. В наушнике Аллуры раздались его четкие и твердые указания, куда поворачивать руль и где прибавить, а где снизить скорость. Кит явно знал, что делать. Лэнс ворчал вслух, но скорее для приличия, набирая свое обычное настроение с каждой минутой. Самоуверенный и полный надежды Лэнс возвращался, оставляя свою неудачу позади. - Они тронулись с места! – воскликнула Пидж. Аллура тоже вжала педаль в пол, и через пару мгновений уже прибыла в место сбора своей команды. Как раз вовремя, чтобы взбудораженная Пидж впихнула ей в руки планшет с изменившимся изображением. Теперь помимо картинки с квадрокоптера, на экране отображалась карта местности. На ней мигали маячки машин. Форд Лэнса двигался параллельно железнодорожным путям по заросшей дороге рабочих грузовых машин. Трасса гонки шла почти по тому же маршруту, но по другую сторону. - Что он задумал? – спросила Аллура у Пидж, потому что пока что все выглядело так, словно Кит просто хотел завершить гонку со своей стороны в зеркальном отражении реальности. - Вчера мы с вами проходили весь маршрут, - вместо Пидж ответил штурман зеленого форда, и его голос в наушниках звучал глухо, словно он прижимал микрофон подбородком к плечу, - и я заметил кое-что совершенно прекрасное. - Там тоннель!! – вопль Лэнса едва не стоил слуха всем обладателям наушников. Картинка с квадрокоптера передавала красочный вид широкого тоннеля под железной дорогой, ведущего на противоположную сторону. Видимо здесь раньше была река – об этом говорили голое дно и размытые берега. Но сейчас остался только небольшой ручеек, огибающий голыши и островки травы. Зеленый форд нырнул в тоннель, балансируя на камнях, тонущих в песке. Шорох, шум и сосредоточенное дыхание в наушниках сообщал о том, что эта поездка больше напоминала прогулку по аттракционам. Аллура и Пидж прилепились к экрану планшета. Аллура ощутила, как зашкаливает ее пульс, будто она сама сидит за рулем машины, исчезнувшей в тоннеле. Прошло всего несколько секунд – и зеленый форд вырвался наружу из тьмы, сверкнув солнечными бликами в брызгах воды. Девушки у планшета ударились кулаками, обменявшись восторженными взглядами. Этот маленький форд с переделанными внутренностями словно внедорожник преодолевал любые препятствия и идеально подходил для гонки на такой трассе. - А теперь гони! – закричал Кит. И форд и правда рванул вперед, выбравшись на ровный грунт. Издали увидев мчащийся во весь опор зеленый форд, некоторые участники заезда загудели клаксонами. Так как гонка началась заново у железнодорожных путей, а Лэнс вел машину параллельно трассе, он не слишком сильно потерял во времени. Несколько мгновений – и машина вылетела на гоночную трассу, врезавшись боком в ряд покрышек и разметав их по дороге. Спасаясь от летящих во все стороны шин, несколько гонщиков вдарили по тормозам, разворачивая бамперы в стороны. Двое столкнулись носами, издав громкий скрежет. Лэнс успел вернуться в гонку, вонзившись прямо в середину потока машин. Далеко впереди сверкали желтые наклейки синей молнии субару. Финиш был уже близко. - Нам точно не успеть, - простонал Лэнс. Форд мчался вперед, лавируя в поворотах и приближаясь лидерам гонки. Им нужно было преимущество, чтобы вырваться на первое место, но это чудо сейчас казалось нереальным. - Ну, хотя бы придем не последними, - Аллура попыталась утешить команду, хотя сейчас ей самой нужно было утешение. Не только из-за проигрыша в целом, но и из-за утекающих из рук денег, заработанных с большим трудом. - Перед самым финишем есть резкий поворот, - сказал Кит, - у нас есть возможность. Лэнс, держись близко к внутренней стороне дороги. - Это слишком крутой маневр, - возразил Лэнс, - тачка не справится. - Лэнс, это форд мустанг, - Кит почти заскрежетал зубами, - это одна из лучших машин для дрифта. Если не справится она, то не справится никто. - На твоей совести, - подытожил Лэнс, и его голос прозвучал в стиле «я-предупреждал-и-ты-в-этом-убедишься». Вихляющая дорога позволила им оторваться от парней, не привыкших к такой езде, благодаря чуткому руководству Кита. Это были городские парни, любящие спринт по скоростному шоссе, но не лабиринты бездорожья. Самая легкая добыча. Деревенские отсеялись из-за простеньких машин, чутко входя в поворот, но теряя время на прямых участках, а некоторые - из-за агрессивного вождения, врезаясь в покрышки по краям дороги. Трасса отделилась от железнодорожной параллели, уходя в поля и приближаясь последнему пункту маршрута и толпе народа возле финишной прямой. Форд прижался к краю, готовясь к резкому повороту. Впереди оставалось только несколько соперников, и машина почти утыкалась в зад последнему участнику. Аллура у планшета затаила дыхание. - У нас ничего не выйдет! Ничего не выйдет! – напряжение в голосе Лэнса соседствовало рядом с отчаянием. И под нечленораздельные крики Кита и воинственный вопль Лэнса форд вошел в поворот, развернувшись почти на одном колесе, описав половину идеальной окружности. Скрипящие шины подняли столбы пыли, клубами заполонившие прозрачный воздух. И пока остальные огибали дугу, зеленый мустанг уже бросился вперед, выплюнув из-под задних колес мелкие камни. Аллура и Пидж вскричали, едва не бросившись обнимать друг друга. Только синяя субару оставалась впереди. Секунда – две – и разрыв стремительно сокращался, машины сравнялись, и Аллура услышала, как Лэнс в восторге матерится. Очевидно, увидев обозленное лицо Гриффина, он мгновенно восстановил свой петушиный дух соперничества. Квадрокоптер уловил, как опустилось окно с водительской стороны субару, но когда Лэнс собирался сделать то же самое, как в самом начале заезда, Кит остановил его мрачным «только попробуй». Два раза напоминать о собственной ошибке Лэнсу было не нужно. Поэтому он, вместо новых препирательств с извечным соперником, вдавил педаль в пол. Финиш был уже совсем близко. Разрисованную черно-белым песком черту было уже видно, и по бокам трассы кричали и улюлюкали люди, поддерживая своих фаворитов. Аллура и Пидж кричали в экран планшета, даже сами этого не замечая. До финиша оставалась пара метров. Зеленый форд вырвался вперед. Внезапно синяя субару, оставшаяся позади на несколько сантиметров, сделала натужный ревущий бросок и врезалась бампером в зад соперника. Аллура услышала собственный крик свозь гул мотора и скрежет в наушниках. Очевидно, Гриффин рассчитывал развернуть машину, сбить ее с пути, лишить ее баланса, но вышло все как раз наоборот – он словно подтолкнул форд к победе. Разноцветный песок финишной черты разлетелся в стороны из-под колес, и зеленый мустанг заскользил на тормозах, оставляя за собой фигурную песчаную колею. Синяя субару финишировала второй, уступив буквально на минуту. Крики парней в наушниках оглушили Аллуру, да и она сама с Пидж не отставала от всеобщей радости. Синяя субару теперь должна будет поселиться на ферме МакКлейнов, а команде Аллуры хватало денег на взнос за участие в Кербере. Когда все ребята наконец-то воссоединились, прямо на этом же победном поле, Аллура обняла обоих парней, приведших зеленый форд к победе, а Пидж открыла бутылку шампанского, выстрелив пробкой в небо, и облила обнимающихся друзей шипящим и искрящимся потоком. По большей части почему-то попадая на Лэнса. - Эй! – возмущенно воскликнул Лэнс, стряхивая с волос и лица ароматный золотистый алкоголь. - Я видела это в кино, - невозмутимо ответила Пидж, - так всегда делают при победе в гонках! - Лучше бы выпить дала, чтобы отметить победу! – проворчал Лэнс под общий смех. - Погодите, у меня есть бумажные стаканчики, - сказала Аллура, когда Пидж поболтала бутылкой и обнаружила, что еще почти половина напитка в ней осталась, - пойдем, поможешь мне. Она не просто так увела Пидж с собой. Она видела, как удивительно тихим выглядит Лэнс, и как он старается не смотреть в глаза Аллуре, которую так нелепо подвел в начале заезда. Подслушивать было не хорошо, но, оказавшись возле своего кадиллака, девушка коснулась ракушки наушника, включая звук. Никто из них еще не снял устройства, слишком все были возбуждены свалившейся на голову победой. - Спасибо, - сказал Лэнс, - спасибо, что вытащил меня. Аллура обернулась украдкой. Кит и Лэнс стояли рядом, и ни один, ни другой не смотрели в сторону собеседника. Лэнс смотрел в землю, а Кит обозревал плывущие по небу облака. Оба опирались спинами о пыльный бок зеленого форда. Оба с мокрыми от шампанского волосами. Кит качнул головой, но промолчал. Аллура напряженно делала вид, что ищет стаканчики, пока Пидж копалась в ее бардачке, потряхивая бутылку с остатками шампанского. Скоро этот напиток превратится в сплошной набор пузырьков, и пить его станет невозможно. Но Аллура ждала продолжения разговора в паре метров от нее. Словно чувствовала сердцем, что сейчас должно было произойти нечто из ряда вон выходящее. - Я… - начал Лэнс и запнулся на мгновение, - я думаю, ты должен вести машину на Кербере. Аллура замерла. Судя по тому, как неожиданно застыла Пидж, обратив большие глаза в сторону подруги, она тоже слышала все в своих наушниках. Стекла ее очков сверкали в свете солнца, и Аллура видела на них бриллиантовые брызги шампанского. - Спасибо, - ответил Кит, и собеседники наконец-то взглянули друг на друга, - спасибо, но моя нога… - А с ногой я что-нибудь придумаю! С этим возгласом Пидж повисла на шее Кита. Лэнс взглянул на Аллуру поверх головы восторженной Пидж, и та виновато пожала плечами, указывая на наушник в правом ухе. «Я так горжусь тобой», - шепнула она одними губами, и лицо Лэнса залилось краской. Звонок смартфона раздался как раз тогда, когда все четверо чокнулись стаканчиками с остатками шампанского, издав восторженный боевой клич. Звонил Ханк. Аллура залпом допила напиток и отошла на пару шагов, чтобы довольные крики команды не мешали разговору. - Эй, Ханк! – произнесла она в телефон. - Мы выиграли заезд! Но то, что ей сказал Ханк, стерло улыбку с ее лица в одно мгновение, словно по мановению волшебной палочки. - Аллура! – в панике кричал он. – В кафе пожар!

***

Весь день проварившись в котле собственных мыслей, Широ едва дождался вечера. Отвозя документы на ферму МакКлейнов, Кита он не увидел, и готов был расцеловать настороженную недовольную Аллуру за это. Он не знал, хватит ли ему сил придерживаться плана, если вновь окажется напротив этих штормовых глаз. Даже находясь за несколько метров от парня, понимая, что их разделяет только одна дверь – даже это делало Широ бессильным, и он бесконечно корил себя за колебания и неопределенность. Разве не должно быть так: принял решение – придерживаешься его, невзирая на окружение и внешние факторы. Где же твердость его убеждений? Сегодняшний вечерний выгул Космо должен был стать последним. Только Дорис, когда Широ сообщил ей об этом, скептически взглянула на парня и закашлялась, тщательно скрывая смех. Впрочем, она могла думать, что хотела, потому что, если все пойдет по плану, он с ней больше не увидится. Когда Широ вернулся домой, прокручивая в голове предстоящий разговор, Адам собирался выйти из квартиры. Они едва не столкнулись носами на самом пороге. - Привет, - сказал Широ. - Привет, - ответил Адам. Вроде бы разговор начинался дружелюбно, но неловкость так и сквозила в каждом движении. Еще более неловкой ситуация стала, когда Широ протянул руку, чтобы поправить шарф Адама, а тот отшатнулся от прикосновения. Едва заметно – миллиметровое движение, но мгновенно заставило обоих почувствовать напряжение. Широ закусил губу. Конечно. А чего он хотел спустя два года своего холодного, отстраненного отношения к человеку, который столько времени потратил на заботу о сломленном мужчине? Было бы удивительно, если бы Адам с криками счастья бросился в его объятия, целиком и полностью поддерживая его решение вернуться в правильную, а значит – счастливую жизнь. - Прости, я собирался в ресторан, - Адам сам поправил шарф и протиснулся мимо Широ, - там, на столе, еще горячие оладьи, накрыты миской, если ты голоден. - Вообще-то я хотел бы пойти с тобой, - неожиданно сказал Широ, закрывая дверь в квартиру. Отступать от намеченного плана он не собирался. Иначе никаких моральных сил не хватит бегать вокруг да около, мысли и так слишком сильно давили, с каждым мгновением набирая обороты. И… Адам и правда приготовил ему оладьи? Ждал, когда он вернется? Он всегда был очень заботливым, ко всем – будь то бездомная собака или собственный парень, не замечающий тепла вокруг себя и тонущий в собственной тьме. - Может, это не лучшая идея? – Адам замер, порядком удивленный репликой собеседника. – Ты точно этого хочешь? - Ты сам твердил, что нам нужно поговорить. - Верно, - Адам улыбнулся, и это была первая за множество недель улыбка, предназначенная Широ. – Ладно, тогда пойдем. В ресторане было уютно: медовые лампы, живые растения, клетчатые скатерти с плетеными корзинками для специй и ароматы свежей выпечки и карамельного кофе. Все, что делал и что выбирал Адам, всегда сопровождалось уютом и теплом. А Широ, к сожалению, часто ощущал себя ненужным на этом празднике жизни. Неловкий сгусток боли в солнечном, окутывающем любовью мире. Вот и сейчас – он сидел на стуле, сгорбившись, не снимая куртку, чтобы никто из благовоспитанных (юбки ниже колена, жемчуга вместо броских драгоценностей, штаны со стрелочками и дети в чистой новенькой одежде) посетителей в этом заведении не пялился на его механическую руку. Он словно был чуждым элементом в этой мозаике на тысячу деталей. Поэтому первый бокал вина, которое принесли по заказу Адама, он выпил залпом. Словно оно помогло бы справиться с нервозностью. - Горьковатое, - сказал Широ, отставив бокал. - Потому что выдержано в дубе, - пояснил Адам, разглядывая меню. - Мы с тобой не разговаривали нормально миллиард лет, хотя живем в одной квартире. С чего вдруг такие изменения? Он взглянул на собеседника поверх очков. И смотрел так, словно вопрос был всего лишь формальностью, а сам он давно уже знал ответ. И Широ казалось, что смотрит он не на его лицо, а в самую душу, видит там все, что мужчина пытался скрыть – в первую очередь, от самого себя. Всю боль, все отчаяние и злость, и все эти негативные эмоции, которые попрятали головы в песок, стоило появиться мальчишке на красном байке. «С чего вдруг такие изменения?» С того, что Кит, ничего особо не делая, умудрился вытащить сломленного, потерявшего вкус к жизни пилота из бездны. И мир вновь двинулся с места, а не замер, бесцветный, возле ног Широ, заключая его в снежный шар замерзших чувств. И все вокруг оживало, не только когда ветер свистел в волосах, а рев мотора закладывал уши. Широ пригладил волосы механической рукой и глубоко вздохнул. Он не должен был думать о парнишке сейчас, когда пытается наладить свою правильную жизнь. Шаг в его сторону - шаг к правдивости гневных слов Аллуры. «Мама, смотри, тот дядя робот», - излишне громко произнес какой-то ребенок, впечатленный черными металлическими пальцами, выглянувшими из рукава куртки. Мать зашикала на него. Адам взглянул в их сторону, но ничего не сказал. Кит точно высказался бы в этой ситуации. - Я долго думал насчет этого, - наконец, произнес Широ, собравшись с духом, - прости, что эти два года я вел себя как скотина. Ты ведь всегда… был мне хорошим другом. Всегда заботился обо мне, особенно в долгие месяцы реабилитации после травмы. И поддерживал меня, кроме, конечно, той космической программы… Адам сузил глаза. «Серьезно? Ты собираешься говорить об этом сейчас?» - спрашивал его взгляд. Широ выдохнул. И правда, они собрались здесь не ради старых обид, а ради того, чтобы наладить отношения. Адам сейчас был единственной семьей Широ, и, конечно, он заслуживал того, о чем мечтал много лет: спокойной правильной жизни с человеком, которого любил. - Прости, я… - неужели так сложно говорить об этом? Когда ему стало сложно говорить с Адамом о личном? Мужчина напротив следил за Широ внимательно и слушал его, не упуская ни слова, ни вздоха. Словно ждал чего-то. Словно в его голове тоже давно сложился сценарий этого разговора, и теперь он мысленно отмечал совпадающие пункты. Под его изучающим взглядом любой собеседник растерялся бы. Неожиданно все слова пропали, все, что Широ хотел сказать сегодня, казалось лживым и режущим слух. Выпитого вина явно было недостаточно. - Ты еще любишь меня? – неожиданно спросил он. Неожиданно для обоих, потому что Адам вздрогнул. Что ж, этот пункт явно выбивался из его плана разговора. - Широ, к чему вся эта беседа? – Адам отложил меню, которое все это время мял в руках. – Я думал, ты принял какое-то решение. - Да, но… - Широ глубоко вдохнул, стараясь отогнать от себя кричащие мысли о парке аттракционов, об уютном пустом трейлере, о косматом псе и чудесной соседке Дорис. И о парне, чьи волосы треплет ветер в самой высокой точке колеса обозрения. Неправильные, соблазнительные мысли, от которых болело сердце. Потому что верное решение сейчас сидело прямо напротив – хороший, внимательный, добрый человек, к которому Широ долгое время относился просто отвратительно. Да, Широ изменился с момента первой их встречи в далеком прошлом, когда оба были еще зелеными юнцами с мечтами о великих свершениях. Да, их отношения и не были идеальны с самого начала. Но разве не у всех пар так? И было бы гораздо лучше, если бы сейчас Широ просто… постарался. Постарался быть лучше, усмирить тьму внутри себя, стянуть злость, заключить себя в оковы, спрятать чувства. Быть хорошим семейным парнем. Разве не в этом весь смысл быть с кем-то? - Прости, что я не съездил с тобой к родителям, - сказал Широ, - прости, что пропадал ночами на трассах, хотя знал, что ты волнуешься. Прости, что (встретил его и поддался – на мгновение – поддался грезам о том, что было и что могло бы быть, если…) молчал, когда нужно было говорить. Ты всегда хотел вытянуть из меня слова, но это… сложно. - Говорить всегда сложно, - Адам слегка улыбнулся, - спасибо за извинения. - Как ты думаешь, мы могли бы… Ты мог бы принять меня снова? – эта часть далась тяжелее всего, словно каждый звук весил более тонны, и Широ все еще сам не верил, что действительно говорит это вслух. И едва он произнес это, как в его душе разверзлась пустота. Адам уставился в бокал вина в своей руке. Если бы он пил сейчас, то выплюнул бы напиток от удивления, явно отразившегося на его лице. Широ смотрел на него, не отрывая взгляда, и понимал, что этот разговор не шел ни по чьему плану. И он свернул не в ту сторону еще на стадии принятия решений. - Ты пошел со мной ради этого? – спросил Адам. – Об этом хотел поговорить? Широ не ответил, потому что этот вопрос не требовал ответа. Достоин ли он был второго шанса?.. А нужен ли им был вообще второй шанс? - Широ, - бокал вина вертелся в жилистых пальцах, сверкая золотом края в медовом свете ламп, - я люблю тебя и всегда буду заботиться о тебе, ведь ты мне совсем не чужой человек. Но пожалуйста, я хочу, чтобы ты как следует подумал обо всем. Сможешь ли ты бросить гонки? Сможешь ли ты продолжать ходить к психотерапевту? Хочешь ли ты видеть меня каждый день? И есть мои оладьи, которые – скажем прямо – звезд с неба не хватают? Он улыбнулся своей же дурацкой шутке, чтобы разрядить обстановку. Вышло не очень удачно. Теперь настала очередь Широ следить за ним и слушать его внимательно, словно от этого разговора зависела вся его жизнь. - Ты изменился после катастрофы, - продолжил Адам, - но ты не замечаешь, что я изменился тоже. И дело не только в тебе, знаешь ли. У других людей, у твоих собеседников и окружающих тоже есть чувства. Он поднялся, набросил на шею полосатый шарф. - Подумай обо всем, и зови поговорить, когда точно все решишь. Это уже огромный шаг вперед, и я горжусь тобой. Но последнее, чего я хочу – это чтобы ты хотел быть рядом только из чувства долга или из каких-то еще твоих надуманных причин, - сказал он, сняв легкое пальто с вешалки. – Я бы остался с тобой, но мне уже пора. А насчет вина не беспокойся, я уже оплатил. Удивительное дело. Разговор состоялся отвратительный. Они ничего не прояснили, и хуже того – Широ теперь чувствовал себя школьником, которого отчитала строгая учительница. Но вместо того, чтобы расстроиться или разозлиться, мужчина неожиданно ощутил окрыляющее облегчение. Словно до этого момента стоял в шаге от пропасти и готовился совершить главную ошибку в своей жизни. - Адам, - позвал он, и мужчина обернулся, будто ждал этого вопроса, - ты шел в ресторан… на встречу с кем-то? Адам поправил очки на переносице и улыбнулся, тепло и мягко. Как когда-то давным-давно, миллиард лет назад, улыбался Широ по утрам. Эта выражение лица и свет в глазах были такими родными, но Широ почувствовал только легкую ностальгию и радость от осознания, что Адам еще способен смотреть так на кого-то, и жизнь с мрачным, несправедливым парнем, и эти тяжелые отношения не разрушили его окончательно. - Ты не знаешь его, - ответил Адам, - это Кертис, мой коллега с работы. Тоже инженер, мы готовим общий проект. Хотели встретиться и обсудить детали. - Удачи с проектом, - сказал Широ, и Адам кивнул ему на прощание. А Широ остался наедине с бутылкой вина и полупустым бокалом напротив.