Огни неоновых ночей

Это была красно-белая субару. Старая модель с царапинами и ржавчиной на крыльях. Но она все еще была на ходу, мотор плавно урчал в ответ на движения рук. Аллура сообщила, что они нашли машину по объявлению. Какой-то бывший гонщик продавал несколько трофейных автомобилей, освобождая свою стоянку. Его звали Сэмом, и он запросил за старую субару совсем небольшую сумму. Сказал, что выиграл ее много лет назад и даже ни разу не садился за руль. Просто старался сохранить ее в рабочем состоянии на всякий случай. Кит бросился к машине, едва вошел в гараж автомастерской. С полными восторга глазами он провел рукой по капоту, втиснулся в салон, пальцами пробегая по приборной панели, поправил зеркало и отрегулировал сиденье. Словно знал в этой машине все наизусть. Сквозь грязное лобовое стекло Широ видел его сияющее от счастья лицо. Пидж наклонилась к нему через открытое водительское окно, и они принялись что-то с жаром обсуждать. Возле Широ возникла Аллура с двумя стаканами кофе в руках. Она выглядела усталой, и под глазами залегли тени, которые она даже не пыталась скрыть косметикой. На ней были рабочие джинсы, а волосы небрежно заколоты в пучок на затылке. Переживания последних дней здорово на ней отразились. - Опять ты здесь ошиваешься, - буркнула она, напомнив этим Кита. - Хочу проверить, как работают мои вложенные деньги, - ответил Широ с улыбкой. Сегодня вообще ничего не могло испортить ему настроение. Сегодня он улыбался чаще, чем за два года до этого. Невозможно было печалиться, когда прямо перед его глазами Кит с редким энтузиазмом тыкал в кожаные сиденья, пытаясь что-то объяснить Пидж и подошедшему Ханку. Все трое эмоционально махали руками, а Пидж высчитывала на своем планшете непонятные параметры. Даже еще не отошедший от своего горя Ханк заразился всеобщим возбуждением и выглядел чуть более вдохновленным. Аллура с тяжким вздохом впихнула один из стаканов с кофе Широ и сделала большой глоток из своего. - Ты его подвез? – спросила она, не глядя на черного паладина. Широ кивнул, неловко сжимая стаканчик в механических пальцах. Кофе пах арахисом и карамелью. И на вкус был невероятным. Аллура молча стояла рядом, уставшая, но не сломленная, все еще так же высоко держала голову. Кто бы ни старался выбить ее из колеи, у него это не удалось. - Он выглядит счастливым, - сказала она. Оба собеседника взглянули на Кита. Так и есть. По сравнению с тем тихим парнем с моста или тем мрачным юношей с палкой в сгоревшем кафе, он и правда казался более свободным и открытым. Даже рассмеялся над какой-то шуткой Ханка. Возможно, дело было в новой машине, а – возможно – в тех нескольких часах в темноте трейлера. В это еще сложно было поверить, но Широ старался изо всех сил. И каждый раз, как Кит смотрел на него, на мгновение отвлекаясь от машины и своих собеседников, Широ не мог сдержать улыбку. Улыбаясь, он обернулся к Аллуре и наткнулся на ее внимательный взгляд. Ей не нужно было ничего объяснять, она и так все понимала. Возможно, знала о происходящем между ними двумя даже раньше, чем об этом догадался Широ. - Ты извини меня, - сказала Аллура, болтая кофе в своем стакане, - за тот дурацкий разговор. Я была взвинчена, не знала, кого винить. Широ покачал головой. - Это благословение? – спросил он с улыбкой. Аллура хмыкнула. - Ну что теперь делать, - сказала она, и ее лицо просветлело, - можешь считать, что так. Они стояли молча, пили кофе, наблюдая за тем, как ребята возятся с машиной, обсуждая, что здесь нужно переделать, какие новинки внести, чтобы эта старая гоночная модель могла стать хорошим конкурентом новеньким дорогим спорткарам. Этот момент грозился стать одним из самых теплых воспоминаний для Широ. Всего несколько дней назад тьма грызла его душу, грохотом турбин отдавалась в висках, а искалеченная рука простреливала болью. А сейчас? Как могла жизнь сделать такой резкий поворот буквально за неделю? - У тебя больше нет макларена? – спросила Аллура. – Уже выбрал новую машину? - Кенигсегг Сендака, - сказал Широ. Они как раз обсуждали это с Лотором в тот вечер, когда Широ сбежал из обгоревшего кафе подальше от мрачного взгляда Кита. Мэтт собирался поставить в кенигсегг ту же систему, что стояла в макларене. Естественно, Лотор строго запретил вообще выводить эту машину из гаража куда-либо кроме гоночной трассы. Паладин еще должен был ему за пропавший автомобиль. Фиолетовый кенигсегг был одним из лучших спорткаров в руках Лотора, да и к тому же, по заверению принца, это «будет отличный шанс подразнить Сендака и сбить с него спесь». - Уверена насчет субару? – спросил Широ, и Аллура неожиданно улыбнулась в ответ. - Ханк и Пидж переделают ее, - сказала она, - денег нам хватает. Если, конечно, ничего непредвиденного больше не случится. Ты знал, что мать Кита ездила на такой же? Так вот в чем дело. Дорис, соседка Кита по трейлерному парку, говорила что-то про «бело-красную тачку». Теперь понятно, откуда была та кожаная куртка парня в цвет машине, и откуда в его глазах столько восторга, вспыхнувшего сразу же, как только он увидел старую субару. И Широ помнил, как пару лет назад видел парня в похожей машине – только та субару была полностью алой. Это был прекрасный выбор со стороны Аллуры, и Широ был благодарен ей за все, что она сделала для Кита. В этой борьбе они были по одну сторону баррикад. - Мне сказали, что его мать тоже скинули с моста, - сказал мужчина, поколебавшись мгновение, - полиция посчитала, что это самоубийство, но те, кто ее знал, в это не верят. Аллура поджала губы. - Невероятное совпадение, - протянула она, - надо же, как звезды сошлись. Либо кто-то вдохновлялся этим фактом, либо кто-то просто идет по знакомой тропинке, - девушка вскинула глаза на собеседника и задумчиво спросила. - Как думаешь, если Кит выжил после падения, могла ли и она?.. Широ пожал плечами. Он уже обдумывал эту вероятность, но, честно говоря, она звучала больше как рождественское чудо. Киту «повезло», что у него появился такой настойчивый сталкер в лице запутавшегося в чувствах мужчины, но кто знал, повезло ли так же его матери? Может, стоило поспрашивать владельцев моторных лодок, один из которых помог ему в тот вечер. Многие из них занимались прокатом и рыбалкой в заливе целыми поколениями. Вдруг кто-то вспомнит этот случай. - Ну что же, - сказал Широ, - раз такое дело, то я оставлю Киту машину, когда выиграю в заезде. Аллура фыркнула, оглядев мужчину, прячущего улыбку за стаканом с кофе. Соревнование давно уже превратилось в дружеское между ними, но все еще оставалось соревнованием. - Это мы еще посмотрим, - ответила девушка, со смешком качнув головой.

***

Машина преображалась с каждым днем все больше. И день гонок приближался неумолимо. Кит был постоянно занят то на восстановлении кафе, то помогал ребятам с ремонтом субару. А по вечерам, когда им с Широ удавалось увидеться, просто засыпал от усталости на его плече или на пассажирском сиденье, стянутый ремнем безопасности. Широ же проводил время на испытаниях нового для него управления кенигсегга и занимался уборкой своей квартиры, намереваясь переехать в нее из дома Адама в ближайшее время. Оба – и Широ и Кит – были заняты по уши, и у них едва ли находилась пара часов увидеться за перекусом и перекинуться парой слов. Но обоих абсолютно не напрягала эта ситуация. Все шло своим чередом, и им некуда было торопиться. Даже в отдалении их словно связывала друг с другом алая нить, не позволяя забывать о том вечере с долгожданным поцелуем и о чувстве, что окутывало обоих. Нечто глубокое и бесконечное, слова, которые не требовали высказать их вслух. Умиротворение. Спокойствие. Доверие. Широ неизменно просыпался, ощущая сонное дыхание парня на своей груди и холодный нос Космо, что тыкался ему в руку. Утром Широ подбрасывал Кита к университету, где шли подготовительные курсы, по их обоюдному договору (правда, Кит сказал, что всегда учебу ему оплачивать не позволит, и деньги заработает сам, и они сошлись на частично оплаченном первом курсе). Днем оба подъезжали к кафе, где полным все еще шли восстановительные работы, и Ханк угощал их прохладными коктейлями, а Широ помогал, где мог – где его механическая рука могла пригодиться. Восстановление шло медленно. Когда убрали грязь и копоть, оказалось, что большая часть интерьера и оборудования оказалась потеряна и нуждалась в замене. Аллура и Ханк обсуждали это, оценивая ущерб и сумму, которая могла понадобиться для того, чтобы тако-ресторанчик вновь смог принимать гостей. И, судя по их нахмуренным бровям, сумма выходила не малая. Вечером Кит был занят подготовкой субару, а Широ – прогоном кенигсегга, так что встречались они уже после того, как зажигались фонари, и луна освещала небосклон. И оба почти сразу валились спать. И Широ было достаточно того, как Кит обнимает его и сопит во сне, а подрагивающие ресницы щекочут кожу. Благодаря этому загруженному графику и этому парню рядом, Широ забыл, когда в последний раз вообще думал об аварии и несправедливо отклоненных апелляциях. Субару была готова к испытаниям, когда оставалось меньше двух недель до заезда. Все были как на иголках. В мегаполис к тому времени уже начали стекаться участники и гости гонки, так что ночные улицы были заполнены дорогими машинами, которые катали наперегонки по деловым районам и закрытым докам. Полиции прибавилось дел, но гонщики неизменно выходили из катастрофических ситуаций невредимыми. К тому же многие из них имели достаточно денег, чтобы выйти сухими из воды, а полиция была привычной к масштабному событию вроде Кербера. К тому моменту уже объявили результаты жеребьевки по стартовым местам, и команда Аллуры казалась не сильно расстроенной шестым номером – они стояли в третьем ряду. Пока не стало известно, что команда Лотора под цифрой два целовала полосу старта. «Это все равно ничего не значит, - сказала Аллура с таким выражением лица, слово на самом деле это значило внезапно наступивший конец света, - это преимущество на самом деле легко потерять». И она была права. Широ не раз видел, как стоящий в самом хвосте участник вырывался в лидеры, а тот, кто шел в первой тройке – врезался в стену в первые минуты гонки. Все было готово. Оставался только последний тест-драйв. Пока Пидж с ее извечным планшетом объясняла Киту нововведения, Широ пил кофе с Аллурой, обсуждая последние новости мира уличных гонок. Этот ритуал с двумя картонными стаканами кофе на вынос уже стал для них своеобразной традицией. Субару выглядела так, словно только сошла с конвейера, где каждая ее деталь была собрана вручную. Свежевыкрашенные лакированные крылья сияли в свете ламп, колпаки колес, дверные ручки и остальные хромированные детали переливались не хуже бриллиантов. Какой-то коллекционер выложил бы за нее круглую сумму, истекая слюной. Но самые главные изменения произошли в начинке машины, и насколько это вышло удачно - только предстояло узнать. С каждой новой деталью Кит обкатывал субару по пустынной парковке, но только сегодня внесли последние по плану улучшения, так что номинально она была собрана полностью. Это должен был стать последний заезд, времени перед Кербером оставалось совсем мало. Кит выхватил стакан с кофе из рук Широ и выпил его залпом. Его глаза лихорадочно горели в предвкушении. Аллура протянула ему свой напиток, но он покачал головой. Парень нацепил мотоциклетные перчатки и встрепал себе волосы, взглянув на Широ. - Хочешь опробовать ее со мной? – спросил он. Очевидно, плохой мыслью было показывать возможности машины своему прямому конкуренту, но Аллура только развела руками, уже окончательно смирившись с происходящим. - Увидимся позже, - сказала она, зевнув и ткнув кулаком в плечо Кита, - у меня появились идеи по поводу спасения кафе, и мне нужна будет помощь. - Какие идеи? – почти одновременно поинтересовались ее собеседники, но она только загадочно хмыкнула и неопределенно повела плечом. Пришлось оставить девушку наедине с ее планами по завоевыванию мира. «Гоняйте осторожнее», - напутствовала она им вслед. - Как твоя нога? – спросил Широ, когда дверцы субару захлопнулись за водителем и пассажиром. Кит слегка поморщился и только коротко кивнул в ответ. Одной из целей этой поездки была возможность испытать нововведение, которое Пидж изобрела специально для Кита. Растянутые связки заживали, но все еще не были готовы к длительным нагрузкам, несмотря на все заверения парня, в которые никто не верил. Так что Пидж слегка переделала систему управления машиной, чтобы позволить Киту не обращать на это внимания. На ноге парня сейчас красовался алый кроссовок, из-под которого торчали бинты. Толстая подошва слегка сияла голубым, когда касалась педали, вдыхая жизнь в датчики и сенсоры. Пидж создала этот кроссовок, основываясь на сведениях, которые получила от Широ – о связи его металлической руки и системы управления маклареном, только в немного меньших масштабах. Первые несколько выездов были не слишком удачными – Киту приходилось приноравливаться к новому положению своей ноги и тем, как машина реагирует на каждое ее движение. А также терпеливо (или не очень – стаканчики с кофе периодически «случайно» падали из рук) сносить подколы со стороны Лэнса по поводу его нового прекрасного внешнего вида. Лэнс придумал ему кличку «Золушка» и казался себе великим стенд-ап комиком, и в конце концов Аллура не выдержала и пригрозила ему, что до конца жизни будет звать парня «Турбо», что в первый момент весьма польстило Лэнсу. Ровно до тех пор, пока Пидж, сияющая ехидством, не сообщила ему, что это в честь улитки из мультфильма. Бело-красная субару мягко вырулила из гаража, резко дернулась под чертыхания Кита, пока он вспоминал новое управление, а затем неслышно скользнула на дорогу. Кит бросил взгляд на Широ на пассажирском сиденье и хмыкнул: - Пристегнись. Широ ощутил, как его губы против воли растянулись в широкую улыбку. Возможно, Кит и был молчалив сам по себе, но он очевидно помнил каждое сказанное в его сторону слово. - Удиви меня, - сказал Широ, щелкнув ремнем сиденья. Все они постарались на славу. Каждый вложенный цент пошел в дело. Субару полностью была обновлена, легкая и быстрая, словно состояла не из металла, а из потоков ветра. Пока вокруг размыливались дома и фонарные столбы в разрешенных пределах скорости, это было не так заметно, как когда машина оказалась на части трассы Кербера, проходящей через промзону. Здесь можно было спустить тормоза, что Кит с удовольствием и сделал. Субару летела по гладкому асфальту, словно сливалась с дорогой, чутко повторяя ее изгибы и развилки. Бело-красная молния, ловящая полированным корпусом неоновые огни. Расслабленный Кит целиком отдался процессу, с видимым наслаждением впитывая кожей скорость и движение, и машина полностью была под его контролем. Широ даже не пытался втянуть его в разговор, не собираясь отвлекать парня от того, что разжигало огонь в его глазах. И если Кит следил за трассой и наслаждался скоростью, Широ украдкой следил за ним самим, словно старался запомнить каждую мелочь: улыбку на его губах, ветер в непослушных волосах, свет, мерцающий на черных ресницах. Частички, которые заполняли тьму в общей картине мира мужчины. Последний участок пути промзоны был безлюдным. Долгий промежуток, широкой и плавной дугой огибающий промышленную зону недалеко от доков, рыбный рынок и товарные склады. Здесь не было даже закоулков и резких поворотов. По крайней мере, так думал Широ. По крайней мере, даже если они и были, он сам ими здесь не пользовался – улочки слишком узкие, повсюду бордюры и ограждения, начиная с деревянных заборчиков, заканчивая металлической сеткой с колючей проволокой. Полностью свободной, наверное, была только площадь рыбного рынка – и та представляла собой лабиринт из лавочек и ящиков. В целом это была всего лишь прямая дорога для легкой и расслабленной езды. Была, пока на светофоре рядом с субару (так близко, что до нее можно было достать рукой) не притормозила маленькая, сияющая белая мазда. Широ узнал ее мгновенно, и ощутил острое желание накинуть на голову Кита его куртку, чтобы скрыть его от лишних глаз. Стекло на дверце мазды поползло вниз, вместе с хорошим настроением Широ. - Ого, приятно видеть, что вы готовы к гонке, - сказал Лотор, высовываясь из окна. В его солнечных очках (кто вообще носит солнечные очки по ночам?) отражались неоновые огни улицы и неясный силуэт бело-красной субару. Легкая ухмылка на мгновение продемонстрировала белоснежные зубы. За рулем его машины сидела Нарти, которая старательно делала вид, что ее абсолютно не интересует происходящее. Как обычно, ее смуглое лицо было непроницаемо. Из всех окружающих Лотора помощниц она всегда была наиболее скрытной и слегка отстраненной – из тех, кто не реагирует на шутки, в компаниях предпочитает отсиживаться в углу, а если пьет кофе – то исключительно эспрессо на основе робусты. Широ однажды пытался купить ей что-то другое (пока они вдвоем ждали, когда Лотор соберется на назначенную встречу), но у нее был такой давящий и темный взгляд, когда она подняла голову на Паладина, что Широ запомнил свою ошибку на всю жизнь и больше никогда не предлагал ей лавандовый раф. Необычно было видеть ее за рулем. Обычно принца нефтяных плантаций возила Акша. Мрачная, в черной кожаной куртке и с узорчато-алым платком на голове, скрывающим волосы, Нарти являла собой полную противоположность сверкающему мужчине рядом. Белоснежные волосы Лотора рассыпались по плечам, когда он оперся локтем об открытое окно, с любопытством оглядывая субару. - Привет, Широ, - сказал он с легкой полуулыбкой, - спасибо, что следишь за моими конкурентами. Неплохо перед стартом узнать все слабости противника. Признаться, я слегка удивлен, что это субару, а не макларен. Широ едва выдохнул, стараясь выглядеть расслабленно. Конечно, Лотор не был удивлен, увидев здесь своего Паладина. Хотя, признаться честно – Широ не хотел бы, чтобы он видел своего непосредственного подчиненного в машине противника. Не столько из-за нарушения соревновательной этики, сколько потому что этот «противник» был Китом, а ему сейчас меньше всего хотелось, чтобы богатый наследник с ехидной ухмылкой вообще имел отношение к этой теме. К этому человеку. Эгоистичное желание Широ спрятать Кита подальше от всех высунуло голову из песка и вовсю било в тревожные барабаны в его голове. Мужчина не обманывал себя в том, что Лотор не знает о его передвижениях, или о том, что он перевел немалую сумму денег, оплачивая участие команды Аллуры в этих гонках. Особенно после того, как в тот злополучный день со стоянки исчез победный макларен, о котором все еще с горькой любовью вспоминал Мэтт. И до некоторых пор у Широ даже складывалось впечатление, что его босс только рад невероятному вниманию, которое его гонщик оказывает команде противников. Словно это была какая-то изощренная, устроенная лично им веселая игра. Словно он от души наслаждался происходящим в целом. Вероятно, поэтому Широ и не мог воспринимать серьезно опасения Аллуры по поводу того, что ее злобный заклятый враг устраивает все эти ужасающие происшествия, чтобы свести их шансы на победу на минимум. Пообщавшись с «принцем» на протяжении долгого времени, он понимал: Лотора можно обвинить во многом, но назвать его безжалостным садистом язык у него не повернулся бы. Размышляя о том, как хорошо сложились обстоятельства, что рядом нет Аллуры – поскольку в этом случае, вероятно, здесь разгорелся бы скандал мирового масштаба – Широ на мгновение забыл о том, что рядом с ним сидит Кит. Человек, едва не потерявший здоровье и жизнь из-за махинаций незнакомого злодея, в роль которого так хорошо вписывался Лотор. Кит смотрел прямо перед собой, поджав губы. Его взгляд выражал крайнюю сосредоточенность. Возможно, прямо сейчас он боролся с собой, чтобы не распахнуть водительскую дверцу так резко, чтобы она как следует впечаталась в лицо Лотора, раз уж машины стояли так близко, а соперник услужливо высунулся из окна. Сигнал светофора уже успел смениться, но мазда и субару стояли бок о бок, не сдвинувшись с места. Кит и Нарти игнорировали ситуацию, а Лотор весьма миролюбиво разглядывал то, как пальцы Кита стискивают руль. - Есть предложения? – наконец, поинтересовался Широ, чтобы поскорее избавиться от ужасающе напряженной атмосферы. - О, да, почему бы нет, - с готовностью откликнулся Лотор, - не хотите небольшое дружеское соревнование? Скажем… на обмен номеров жеребьевки? Он что, следил за ними? Иначе откуда ему было известно, что субару выехала на тест-драйв? Широ с легкостью мог представить себе, как неприметная дорогущая белая мазда притаилась на парковке неподалеку от «Blue & Yellow» среди семейных машин с широкими багажниками и наклейками о детях и собаках на борту. Ничего подозрительного. - И зачем тебе это? – спросил Широ, слегка сбитый с толку. – Второй номер менять на шестой? Бессмыслица. - Я думал, тебе стоило бы больше верить в нашу команду, а не приписывать нам поражение изначально. Коснувшись металлическими пальцами лба, Широ неожиданно вспомнил, что его прекрасная, современная, идеально настроенная искусственная рука вообще-то принадлежит Лотору. А так же огромная куча денег, которую он ему должен за пропажу машины. Полыхнувшие голубым зазоры в пластинах руки осветили на мгновение скулы Кита, и Широ увидел, что парень хмуро скосил на него взгляд. Хотел бы он знать, что творится в голове парня сейчас. - Прости, но это правда выглядит подозрительно, и к тому же… - Широ кивнул в сторону изящной и сияющей мазды. Она была быстрой, красивой, но совершенно не шла ни в какое сравнение со спорткаром, готовым к гонке. - Что ж, значит, вы ничем не рискуете, не так ли? – хмыкнул Лотор, прекрасно понимая, что имеет в виду его паладин. – А насчет причин – может быть, я настолько уверен в победе и твоем мастерстве, мой дорогой друг, что мне хотелось бы немножко уравнять шансы, предоставив дилетантам возможность занять более выгодную позицию. Честное слово, Широ уже начал удивляться своей уверенности в том, что Лотор не причастен к падению Кита и сгоревшему кафе. А еще тому, что Аллура все еще не убила своего бывшего-нынешнего-постоянного-друга-врага. А еще Широ увидел, как по скулам Кита расползлись злые алые пятна, что вообще не предвещало ничего хорошего. - Я согласен, - сказал Кит, прежде чем рука Паладина коснулась его плеча. Он же не мог не понимать, что все это казалось тщательно подстроенной ловушкой. Да, Лотор не был посланцем Ада, но в то же время считать его белокудрым херувимом было бы самой большой ошибкой для человека рядом с ним. Его нельзя недооценивать. «Что ты делаешь?» - спросил Широ одними губами. Кит так же тихо ответил: «Доверься мне». И Широ так и сделал, несмотря на то, что больше всего на свете ему хотелось бы сейчас сгрести парня в мешок и унести отсюда подальше. Несмотря на то, что он давно уже отвык доверяться кому бы то ни было. Несмотря на то, что его голова уже просчитала несколько сотен трагичных исходов дела. Но сидящий рядом Кит, выпрямленный и напряженный, с волосами, взлохмоченными ветром, в глупом красном кроссовке на одной ноге, ждал от него поддержки, и Широ мог бы доверить ему все что угодно, включая собственную жизнь. - Прекрасно! – Лотор махнул рукой, засовывая голову обратно в салон мазды. – Только вынужден предупредить, что в этом дружеском забеге меня будет представлять другой человек. Увидимся на финише у Желтого склада. Старт с зеленого света светофора. - Что значит другой человек? Что за смена условий в последнюю секуду? – Широ задал эти вопросы уже в пустоту, потому что тонированное окно мазды закрылось. Он так и знал, что тут будет подвох. Взглянув на боковое зеркало, мужчина увидел позади, чуть в отдалении, машину – это была бугатти, ослепительно-желтая, с шахматным узором на крыльях. Ее нельзя было спутать с другими, Широ уже видел ее среди гостей, прибывших специально ради гонки в город. Номер девятый по жеребьевке. Что означало – в случае поражения, команда Аллуры спустится в самый хвост. Это же ничего страшного, верно? Выругавшись, Широ неожиданно увидел улыбку на лице Кита. Парень, кажется, вообще не был против такой нечестной подмены условий гонки со стороны Лотора. - Эй, если мы продуем сейчас, зачем вообще участвовать в соревнованиях? – сказал Кит в ответ на немой вопрос Широ. – К тому же, это отличный способ проверить машину. А может, даже избавиться от соперника. - На самом деле тебе это нравится, да? Кит усмехнулся. Светофор мигнул желтым. - Ты безнадежный адреналиновый наркоман, ты знаешь? – спросил Широ, ощущая, как что-то в его груди остро отзывается на эту беспечную и полную предвкушения ухмылку парня. Кит бросил на него быстрый взгляд, который мог означать только «уж кто бы говорил», но вслух произнес: - На самом деле это тебе нравится, да? Широ подумал, что никогда больше не сможет произнести ни слова. А потом алый всполох справа лизнул капот субару, и ночь смазалась в одну большую картину экспрессиониста. Сверкающая мазда Лотора осталась далеко позади, что было вполне ожидаемо. Розовые, синие и желтые неоновые огни и электрически-белые фонарей слились в нескончаемый света, ласкающий хромированные детали субару и скользящий по лицу Кита. Он был весь здесь – словно на своем месте, растворенный в ветре, шуме двигателя и аромате салонной кожи. Словно был рожден для свободного полета, беспечного и не ограниченного рамками безопасности. Во время разговора с Лотором каждый его мускул был напряжен, но сейчас Широ видел его небрежную расслабленность, штормовое спокойствие, как будто все шло своим чередом, а дни мягко чередовали за днями ленивого летнего безделья. Он явно был уверен в победе, к которой не пришлось бы приложить ни капли усилий. И пока мир вокруг размывался до палитры красок, Широ не мог оторвать взгляда от сидящего рядом парня, и понимал, что влюбился в него еще тогда – много дней, месяцев назад, когда увидел его впервые на заполненной гонщиками и зрителями парковке. И с тех пор каждое мгновение рядом с ним только все глубже погружало мужчину в это чувство, как бы сильно он не старался его отрицать. Как бы сильно не старался бежать от самого себя. Словно кусочки мозаики встали на свои места. Поймав взгляд Кита в зеркале заднего вида, Широ понял, что до неприличия долго пялится на лицо парня, его открытую шею и перекаты мышц на жилистых руках. И думает о том, на каком свидании в приличном обществе считается нормальным переспать с партнером. И что можно считать за свидания, если он и Кит практически не расстаются. И мимолетно – в полсилы – думает о коже, пахнущей попкорном, упругих бедрах, родинках, ямочке пупка. И не понимает, как дошел до этого, и подходящее ли сейчас время так растворяться в фантазиях о человеке, которого он впервые поцеловал несколько дней назад. Учитывая то, как настойчиво и бескомпромиссно он вообще делал вид, что ничего не происходит, и что хмурый взгляд темных глаз не торчит постоянно в его голове. Трасса мягко начала долгий изгиб вдоль доков. Сквозь открытые окна ветер принес с собой соль океана и запах мокрого железа. Субару легко и плавно скользила по пустынной дороге, и соперников уже не было видно позади. И Широ уже почти поверил, что в этот раз и правда все пройдет так легко и спокойно, пока одновременно не произошло несколько вещей: - Музыка, - сказал Кит, чуть подавшись в бок, чтобы протянуть руку к нужной кнопке. Где-то над заливом с грохотом распустились несколько ядовито-ярких цветков фейерверка. Краем глаза заметив движение в зеркале заднего вида, Широ успел вцепиться в руль рукой, в отчаянном желании сдвинуть машину с пути прямого столкновения. И в правый бок субару врезалась желтая молния бугатти, и скрежет металла и всполохи искр дополнили картину празднично-неестественного ночного неба, расцветающего вспышками пороховых абстракций. Сквозь вату в голове и нарастающий гул Широ услышал как Кит, за милисекунды справившийся с шоком, рассыпался проклятиями. Он схватился за руль, который выскользнул из слабых пальцев мужчины, и пытался удержать машину, визжащую шинами по асфальту. Бугатти протаранила зад субару вскользь и со всей дури врезалась в ограждение трассы. Ее капот вздыбился, и бампер превратился в дорогущий кусок металлолома. Ремень безопасности Широ замкнулся, лишая его свободного дыхания. Субару протащило по дороге, разворачивая в сторону, словно она в процессе самого красивого и опасного в мире дрифта. Благо на трассе больше не было машин. Визг шин и грохот фейерверка заполнили ночь, которая мгновение назад казалась оплотом спокойствия и безопасности. Для Широ уже не было ничего, кроме гула в голове. Он закрыл глаза и поднял руки, сдавливая виски пальцами. Гул взрывающихся турбин заполнил все вокруг. Перед закрытыми глазами разлились алые вспышки. Металлическая рука словно налилась болью, словно каждая голубая вена только из нее и состояла. И каждую мышцу подергивало и кололо, вплоть до самой шеи. Тяжелое дыхание грохотало в ушах бесперебойным молотком. Но прежде чем Широ успел полностью окунуться в бездну и утонуть в ней, как это было раньше, он услышал голос. Голос, который звал его по имени. Он почувствовал горячие пальцы, накрывающие его руки у висков. Голос мягко и настойчиво возвращал уплывающее сознание на твердую землю. Фокус, который не срабатывал ни у Адама, ни у психотерапевтов. Но этому голосу Широ верил, и был готов идти за ним, потому что он обещал наполненную пониманием тишину, осторожное доверие и свободное, чистое и высокое небо. Рассвет над заливом. Горький кофе. Ветер, треплющий волосы. Пахнущий карамелью попкорн. Силуэт косматого пса в дверном проеме. Глаза, в которых отражался космос. Глаза, которые встревоженно смотрели на него прямо сейчас. Ватный гул превратился в звон, затем истончился до комариного писка и исчез. Мышцы руки еще подергивало, но боль вроде бы ушла, вместе с ощущением фантомной живой плоти. Грохочущее сердце замедлило ритм. Широ смотрел на губы Кита и постепенно до него доходил смысл происходящего. Субару замерла на дороге. Позади нее, в далеких метрах, покореженным желтым пятном бугатти срасталась с оградой. Над заливом уже не было слышно грохота фейерверков. Кит отстегнул ремни безопасности, одним коленом забрался на свое сиденье и развернул Широ лицом к себе, вцепляясь руками в пальцы мужчины, прижатые к вискам. Все еще нестерпимо пахло мокрым железом и солью. - Ты в порядке? Широ, вернись ко мне. Ты в порядке? – повторял Кит, пристально вглядываясь в своего пассажира. Широ видел алую полосу на его шее, там где на нее давил ремень во время этого разворота на полном ходу. Было очень трудно вспомнить слова, но тьма уже отступила. Удивительно, но как бы это не выглядело, это было настоящей победой. Прорывом последних безрадостных лет. Потому что эта атака подсознания даже не сработала в полную силу, не успела размыть границы реальности и бросить Широ пленником в собственной панической тюрьме. Хотя все признаки были на лицо, но все же они очень отличались от отчаянного безумия обычных приступов. Психотерапевт Широ был бы в полном восторге. - Да, я… все нормально, - слова были как песок на вкус, - извини, извини, все в порядке. Их пальцы переплелись, когда Широ опустил руки. И внезапно на смену паники пришло монолитное спокойствие. Широ никогда не был так уверен в завтрашнем дне и скором выздоровлении, как в тот момент, когда сидел в помятой от столкновения машине, позади которой ярко-желтым измочаленным капотом дымилась бугатти, которая, очевидно, пыталась убить или покалечить пассажиров несчастной субару. - Пидж нас убьет, - неожиданно сказал Широ. Кит похлопал ресницами, а затем рассмеялся. И этот его искренний смех облегчения сделал этот момент еще более светлым. Это было так глупо и удивительно – словно они только что бегали босыми по цветочному лугу, а не были в зашкаливающе тревожной ситуации. И все стало гораздо сюрреалистичнее, когда парень сжал пальцами ладони Широ и слегка подался вперед, целуя бледные сухие губы. Почти целомудренный поцелуй, спокойный, размеренный, словно подтверждение факта: «Все в порядке, все живы и относительно целы». Удивительно. Кит был удивительным. - Поверь, МЕНЯ этим уже не напугать, - выдохнул Кит, отстраняясь. – Нужно проверить машину и девятого. Он был прав. Пока Широ тут наслаждался прогрессом в собственном психическом здоровье, водитель, едва не убивший его, все еще находился в покореженной бугатти. Как эгоистично с его стороны. Подавляя эмоции по этому поводу, Широ выбрался из машины вслед за Китом. Ноги гнулись плохо, словно тело, скрючившись, пролежало несколько лет в тесном пространстве. Ужасно хотелось пить. Но это все уже были несущественные мелочи. Одного взгляда на субару было достаточно, чтобы понять: она в полном порядке. Вмятина на заднем крыле, стертые шины, разбитая фара и искривленный бампер – это меньшее, что могло случиться в этой катастрофе. Широ видел аварии гораздо тяжелее. Думать о том, что случилось бы, если бы бугатти протаранила дверь с его стороны, не хотелось вообще. Субару была крепкой малышкой, но не бронированным танком. Касаясь пальцами поврежденной краски, Широ увидел, что Кит тем временем успел дохромать до дымящейся поверженной противницы, пересекая черные полосы на асфальте - след от маневра субару. Заглянув в окно со стороны водителя, он нахмурился. И к тому моменту как Широ подошел к нему, уже пытался открыть дверь, которую заклинило намертво. На машину было жалко смотреть: некогда красивый, дорогой спорткар наполовину выглядел монстром Франкенштейна. Если водитель оставался внутри, ему, скорее всего, здорово досталось. Если он еще был жив. Не то чтобы он заслуживал сочувствия, но Широ не мог игнорировать эту эмоцию. - Как он? – спросил мужчина, касаясь плеча Кита. Оставив попытки открыть неподдающуюся дверь, тот только помотал головой. - Выглядит очень неплохо для призрака, погибшего в автокатастрофе. И только теперь Широ получил возможность лицезреть то, что заставило Кита хмуриться: водительское сиденье было абсолютно пустым. И ничто в салоне не подавало признаков жизни вообще. И признаков смерти, в прочем, тоже – никаких следов умирающих окровавленных ниндзя, нанятых для устранения соперников в ночных городских гонках. Лобовое стекло, покрытое сеткой трещин, было относительно целым – в том плане, что никакой не пристегнутый человек не эвакуировался сквозь него при столкновении с оградой трассы. Задние сиденья тоже были пусты. Оставался только один вариант: водитель отстегнул ремень и выбрался из машины через пассажирскую дверцу. Согласившись с этим, Кит обошел бугатти и легко открыл ее со стороны пассажира. Следов вокруг машины не было, хотя Широ не мог поверить в то, что можно было оставаться невредимым при таком ударе. Пока Кит осматривал салон, Широ полсекунды думал о том, что стоило бы вызвать полицию – и так поступил бы любой здравомыслящий человек. Только стритрейсеров вряд ли можно было отнести к этой категории людей. Проблемы, вероятно, были бы у обеих сторон. Да и к тому же, сторона здесь вообще присутствовала лишь одна, и Широ был не настолько глуп, чтобы считать, что на них не спустят всех собак. Оглядев пустынную трассу, он мысленно прочертил траекторию движения бугатти. Сейчас он понял, что успел заметить ее, когда она вылетела из узкого пространства между складами – с той стороны, где трасса разветвлялась и была лишена защитных ограждений. Идеальный вариант. Оторвавшись от субару на старте, бугатти срезала путь по тем улочкам, которые мужчина отмел в самом начале. Маневрирование лишило ее большей части скорости, и внимательность Широ – а так же безусловное доверие и быстрая реакция со стороны Кита – намного уменьшили вероятные последствия столкновения. Основной вопрос заключался только в причинах нападения девятого. Или он был кем-то подкуплен, или… - Ого, - сказал Кит. Широ мгновенно обернулся к нему. - Ты только глянь, - Кит изучал руль с таким хмурым любопытством, словно на нем был записан один из секретов мироздания, - я где-то такое уже видел. Широ обошел машину и заглянул в салон со стороны пассажира. Предположение о сбежавшем водителе было в корне не верным. Потому что никакого водителя у бугатти не было изначально. К разъему в руле крепился уже потухший и неживой кусок металлического пальца. Он как две капли воды был похож на палец с искусственной руки Широ, и мужчине на секунду почудилось, как по пластинам пробежали фантомные мурашки. До этого момента он никогда не задумывался над тем, могла ли эта рука управлять машиной без ненужного балласта в виде человеческого тела. Хотя иногда у него возникало такое ощущение, и оно было не самым приятным. Выходило, что… может? В голове Широ отсутствовали необходимые знания, чтобы делать выводы по этому вопросу, но он знал, у кого следовало спрашивать. Рука, вроде бы, была детищем Мэтта? Или какого-то из подразделений многочисленных корпораций семьи Лотора? В любом случае, сейчас все выглядело так однозначно – все доказательства складывались в огромную мигающую неоном стрелку, указывающую в сторону принца нефтяной империи южного округа. Кит, очевидно, сделал те же выводы, потому что он решительно отодрал металлический палец от руля и вывалился из бугатти, кипя праведным гневом. Его злость не была излишне эмоциональной, не походила на феерическое конфетти из новогодней хлопушки. Скорее похоже на обманчивый штиль в океане перед тем, как цунами обрушится на город. Со стороны могло показаться, что ничего не происходит, но Широ буквально кожей ощущал волны решительной жажды мести, исходящие от парня. - Идем, - бросил Кит, шагая в сторону субару, - у нас еще финиш у Желтого склада. И у меня есть ощущение, что нас там совсем не ожидают увидеть. - Ты делаешь поспешные выводы, - сказал Широ, сам не веря в свои же слова. - Как будто ты сам не того же мнения! Справедливое замечание. Но только все равно здесь что-то не складывалось. Как-то удивительно все плавно выходило – все улики с самого начала вели к Лотору. Аллура на его месте, наверное, уже звонила бы личному киллеру. У всех же богатых семей есть свои киллеры? Широ знал, что Аллура во всем подозревала Лотора: и в падении Кита, и в пожаре, и вообще в любой случайности, что могла случиться. Но у нее был однобокий взгляд на вещи, и она как будто только искала очередной повод прицепиться к сопернику. Имея возможность видеть и вторую противоборствующую сторону (даже, скажем, «находиться в стане врага», который для самого Широ не особо был врагом), мужчина мог оценивать ситуацию и с иной точки зрения. А двойным агентам всегда так нелегко? - Я просто хочу, чтобы ты дал возможность Лотору вставить слово, прежде чем вцепишься ему в глотку. - Удивительно, как ты бросаешься на его защиту, адвокат Дьявола, учитывая, что он тебя только что чуть не угробил. - У нас нет доказательств. - Конечно, - рыкнул Кит, захлопнув за собой дверцу субару чуть громче, чем нужно, - кроме мотива, удивительно своевременного предложения поменяться номерами жеребьевки и этого чертового пальца от руки, которую, очевидно, можно купить в любом магазине «все за доллар»! - Ты сам согласился на гонку, - сказал Широ, и Кит бросил на него такой взгляд, что мужчина поднял руки в знак примирения. – Прости, это было очень нечестно с моей стороны. Я просто хочу, чтобы ты посмотрел на все субъективно. У нас в команде Лотора тоже были проблемы. - У нас? Кит смотрел на него, не моргая. Широ на мгновение прикусил губу. Хах, оговорка по Фрейду. Постоянное нахождение рядом с Аллурой и ее командой, рядом с Китом, беспечные разговоры и флер дружной сплоченности едва не выбил из мужчины тот факт, что он, вообще-то, все еще считался врагом. Стоял в стане врага. Прямо позади главного властелина мирового зла, да еще и был практически официальным его представителем. И – чуточку – рабом, который задолжал кучу денег и руку. - Да, - спокойно продолжил он, - у нас, в команде Лотора. В основном это были мелкие неприятности, но они здорово сбивали налаженный темп работы. Массовое отравление механиков, задержка доставки деталей, пропажи из лаборатории, троян в программе макларена, а потом и его угон. Выглядит все как случайности, но это далеко не так. - Во-первых, это звучит как теория заговора, - Кит фыркнул, - во-вторых, ты сейчас серьезно сравниваешь угон машины и попытку убийства? - Я хочу сказать, что сейчас я здесь. Я был с тобой в момент удара. Думаешь, Лотор настолько озадачен решением устранить соперника, что готов пожертвовать своим единственным гонщиком? Кит хмуро зыркнул на него из-под челки и ничего не сказал. Это все? Конец отношениям? Широ уже сто раз пожалел о том, что начал этот разговор, но не смог бы себе простить, если бы смолчал. Последнее, чего он хотел сейчас – это ссориться с Китом, но и начинать эту главу своей жизни со лжи тоже не собирался. Он слишком часто молчал тогда, когда нужно было говорить. Удивительно, конечно, что повод начать говорить правду был такой неоднозначный. Нельзя сказать, чтобы Широ питал к Лотору теплые чувства. Но это точно была не ненависть. Когда Широ оказался в такой глубокой яме, что готов был умереть, Лотор подобрал его как бездомного щенка, дал ему возможность хвататься за жизнь обеими руками и чувствовать ветер мнимой свободы за рулем дорогих спорткаров. За это Широ считал себя обязанным хотя бы дать ему шанс, поверить в его непричастность, пока не появятся более веские доказательства и на смену уважительной благодарности придет разочарование. И даже если Лотор оказался бы виноват во всем, разве Широ позволил бы Киту участвовать в линчевании? Скорее наоборот – он хотел бы спрятать его как можно дальше от всей этой грязи. Когда бело-красная субару тормознула на парковке у Желтого склада, Широ с опаской обернулся к Киту. Тот все еще молчал, упрямо поджав губы, и мужчина решил его не трогать. Вот что удивительно: это была их первая ссора, и в случае с кем-то другим Широ остро чувствовал бы неловкость или раздражение в сквозящей тишине, но сейчас… все ощущалось иначе. Тишина все еще казалась ему уютной, несмотря на хмурого парня, постукивающего большими пальцами по рулю. Очень некстати Широ вспомнил поцелуй сразу после отступившей паники на трассе и, проглотив укол вины из-за перебранки, выбрался из машины. Белая мазда стояла под фонарным столбом, сверкая, как новенький алмаз. На трассе ее не было, так что можно было предположить: Нарти знала этот район как свои пять пальцев, и легко нашла обходной путь. Лотор, вероятно, изначально не собирался участвовать в честной гонке, что в целом не удивляло, но выглядело очень подозрительно – черный камешек в обвинительную кучу. Широ и сам не знал, почему так настаивал на его невиновности. Позади Широ хлопнула дверца субару, но Кит вслед за ним не пошел. Вместо этого он облокотился о капот машины и внимательно следил за происходящим. Может, и правда внял совету мужчины и решил не лезть сразу в бой. Но решение это явно ему далось нелегко – даже отсюда Широ видел, как побелели пальцы, которыми парень стискивал собственные предплечья. Его можно было понять. Когда Широ ощутил аромат пиццы, он всерьез подумал, что переживания этой ночи что-то сломали в его голове, но оказалось, что этот запах вовсе не был плодом его воображения. Лотор уютно расположился на отодвинутом пассажирском кресле, поглощая слегка остывшую, но все еще весьма аппетитную маргариту. Дверца с его стороны была поднята. Сыр тянулся вслед за укусом, как в рекламе. Широ застыл на месте, наблюдая за этой идиллической картиной с отрешенным выражением лица. Пока они с Китом были втянуты в восстание машин, самоназванный принц тут наслаждался благами цивилизации. Современный джаз очень неплохо дополнял картину, внося в свидание с самим собой нотки романтики. - Где Нарти? – поинтересовался Широ, чтобы вообще хоть с чего-то начать разговор. Лотор протянул ему коробку с остатками пиццы, от которой тот отказался, и вместо ответа неопределенно помахал рукой. - Вы проиграли, - сказал он с улыбкой. Слегка озадаченной, надо сказать. Проведя с Лотором столько времени, Широ научился распознавать его эмоции. И то, что происходило сейчас, явно выбивалось из его планов. - Ты рассчитывал, что мы выиграем? – спросил Широ. – Очень любопытно. Лотор выпрямился в кресле и стряхнул крошки с рук. А затем опустил ноги в сверкающих туфлях на асфальт. Необычно было видеть его без толпы подхалимов и поклонниц, но ситуация вообще была необычной. Тем не менее распространяться о своих надеждах и планах он явно не собирался, даже перед собственным гонщиком. - Когда Нарти сказала, что знает короткий путь, я не думал, что он будет настолько коротким, что мне придется отправлять ее за пиццей в ожидании вашего прибытия. Попали в пробку? – поинтересовался Лотор так невинно, что на секунду Широ на сто процентов поверил в его виновность во всех грехах мира. - Если можно считать пробкой одну чертову машину, которая пыталась столкнуть нас в океан. Лотор уставился на него немигающим взглядом. - Где это произошло? – спросил он, мгновенно посерьезнев. - Недалеко от поворота к рыбному рынку, - раздался неожиданный голос Кита позади Широ. Пока мужчина занимался созерцанием величественной картины поедания пиццы, Кит, наконец, решился оставить субару и присоединился к разговору. Выглядел он куда спокойнее, чем несколько минут назад, но подозрительность из взгляда никуда не исчезла. Лотор кивнул ему в качестве приветствия, но тот не отреагировал, рассматривая соперника так пристально, словно надеялся прожечь в нем дыру. Такое внимание Лотора совершенно не смущало. - Что с гонщиком? – спросил он. Вместо ответа Кит бросил ему палец, который они нашли в покореженной бугатти. Принц поймал его ловко, будто всю жизнь только этим и занимался. И с полминуты с интересом вращал предмет в ладонях, рассматривая его в ярком фонарном свете. - Мэтт будет вне себя, - сказал он со смешком, - он переувольнял всю охрану и каждый день меняет пароли, как будто это вернет украденное. А вы, - Лотор поднял взгляд, оценивая и Широ, и Кита, - наверное, думаете, что это все моих рук дело? Все так удобно складывается. - Ты блефуешь, - сказал Кит. - Почему у меня ощущение, что ты совершенно не удивлен происходящему? – одновременно с ним произнес Широ. - А, - Лотор скривился, - я знал, что что-то произойдет, но не был уверен, что именно. Прошу прощения за то, что рисковал вашими жизнями, но все это очень интригует. Он вообще не извинялся. Ни капли сожаления во взгляде или интонации. Он скорее говорил «я поступил бы так еще раз». Возможно, Широ переоценил его привязанностью к нему как к гонщику, но оказался прав в подозрениях, что Лотор не причастен к происходящему. Если, конечно, он говорил правду, а не мастерски изображал святую невинность. Если задуматься, кто-то точил зуб на обе команды. Кто-то находился достаточно близко, чтобы устраивать диверсии и там, и тут. И этого кого-то необходимо было вычислить до того, как начнется последний заезд, потому что там дела могут быть гораздо серьезнее. Лотор устроил мини-гонку, чтобы подтвердить свои подозрения: что череда случайностей совершенно не случайна. - Нарти, - позвал мужчина. От правого крыла субару отделилась тень. Незамеченная никем, Нарти, очевидно, оценивала ущерб, нанесенный машине. Оказавшись перед Лотором, девушка четко произнесла: - Они на ходу. Лотор кивнул и устроился в кресле, регулируя его в нормальное положение. Широ видел, как Кит задумчиво пялится на своего главного врага. Да, Широ тоже был слегка озадачен тем, как заботливо Лотор интересуется их шансами на победу. До некоторых пор его, вроде бы, интересовало только собственное лидерство. По крайней мере, он краем уха слышал о споре между Лотором и Аллурой, и был уверен, что принц сделает все, чтобы переиграть принцессу. Он не знал о ставках, но они должны были быть существенными. Отчасти, наверное, из-за этого Аллура и винила соперника во всех грехах. - Я поспрашиваю другие команды, были ли у них проблемы в подготовке к гонкам, или это только мы такие избранники судьбы, - сказал Лотор, пока Нарти обходила машину, чтобы занять место водителя. – И нам нужно будет созвать поисковые группы, чтобы найти девятого водителя, потому что я точно помню, что общался с ним незадолго до происшествия, и он выглядел как слегка неряшливый молодой человек с золотым зубом, а не как металлический кусок пальца. Очень жаль, что он попал под раздачу. Нет, не жаль. Широ мог работать «адвокатом Дьявола», но не обманывался на его счет. Нарти с непроницаемым лицом подняла с водительского сиденья коробку с пиццей и бросила ее назад, нисколько не переживая, что может испачкать салон дорогой тачки. - В качестве компенсации давайте обменяемся номерами жеребьевки, - неожиданно добавил Лотор, обращаясь к Киту, - думаю, если бы гонка шла честно, вы бы победили. Тем более… вам понадобится легкая фора, чтобы наши шансы сравнялись хоть на полсантиметра, - добавил он с типичной лоторовской ухмылкой, и двери мазды опустились. А может, Широ и обманывался насчет своего подопечного в короткой адвокатской практике. Он уже ни в чем не был уверен. Когда мазда исчезла в ночной мгле, покинув парковку, Широ обернулся к Киту, который хмуро разглядывал пятно большого Желтого склада прямо перед ними. Он никак не среагировал на обмен номерами, хотя в самом начале этой ночи был вроде бы заинтересован в этой идее. Его лицо вообще было нечитаемо. Широ вроде бы оказался прав в той дурацкой перебранке, но чувствовал себя проигравшим. Может, и стоило отпустить Кита, чтобы он пару раз врезал Лотору? - Отвезешь меня домой? – спросил Широ, не уверенный, что сегодня стоило проситься ночевать в трейлер Кита. Кит качнул головой, звякнув ключами в кармане. Всю дорогу он был молчаливым по своему обыкновению, а Широ не решался нарушить его молчание и просто прикрыл глаза, вслушиваясь в тишину и шепот музыки радио на фоне. На этот раз субару скользила по городским улицам спокойно, аккуратно маневрируя между машин. Урчание мотора очень успокаивало. Фонари мягко исчерчивали веки изнутри бегущими пятнами. Несмотря на размолвку, Широ все еще ощущал себя на своем месте, словно все шло именно так как и должно быть. И когда субару притормозила у его холостяцкой квартиры, он обнаружил, что совершенно не хочет уходить. А Кит, вроде бы, не стремился его прогонять из машины. Они просидели в тишине некоторое время, пока Кит не сказал: - Ты был прав. - И очень этим огорчен, - сказал Широ, - часть меня хотела бы видеть, как ты надеваешь на Лотора коробку из-под пиццы. Короткая нервная усмешка – явно не то, на что Широ рассчитывал. Кит явно хотел что-то еще сказать, а он его сбил своей дурацкой шуткой. Он все испортил, да? - Я все испортил, да? – спросил Кит, буквально вынимая слова из головы Широ, только разворачивая их задом наперед. – Это все? Ты теперь меня бросишь? Широ уставился на парня, не веря своим ушам. Ого, у них явно было гораздо больше общего, чем он думал изначально. Хорошо, что они оба учатся разговаривать. Как дети, которые молчали полжизни, а потом, в один прекрасный день, поняли, что не обязательно есть пресный суп молча, а можно попросить передать солонку. Тем не менее, в Кит оказался смелее собеседника. Чтобы научиться говорить, Широ понадобилось намного больше времени. Кит смотрел на него из-под челки, и, кажется, был слегка ошарашен тем, что Широ улыбается, но тот не мог остановиться. Во-первых, это было первое официальное подтверждение со слов одного из них, что они на самом деле теперь… пара? А во-вторых… - Кит, это была всего лишь ссора. Люди ссорятся, так бывает. Я не собираюсь тебя бросать. - Я не… - Кит прикусил губу, и выглядел при этом таким непривычно встревоженным, что Широ хотелось закончить этот разговор здесь и сейчас, чтобы сгрести его в объятия и расцеловать каждую хмурую морщинку на его лбу (и чувствовать себя при этом совершенным идиотом с неприлично грохочущим сердцем), - я не слишком много знаю об отношениях. Широ хотел бы сказать, что знает больше, но последние два года с Адамом убедили его в обратном. Да и кто вообще мог бы честно сказать, что считает себя экспертом в отношениях? Воспоминания об Адаме опустили мужчину на землю. Там он испортил все, до чего только мог дотянуться, и второй раз не собирался совершать такой ошибки. Только не с Китом. - У меня ПТСР, - сказал Широ. - То, что ты видел сегодня после аварии, это небольшая часть шоу. Обычно все намного хуже. Это как будто тебя полностью обволакивает тьма, сквозь которую не пробиться. И я слышу только боль, звон в ушах и грохот той катастрофы, что лишила меня всего, что я знал и любил. Всегда одинаково, всегда все одно и то же, по единому сценарию. Кит смотрел на него внимательно, вслушиваясь в каждое слово. Не сочувствовал, не жалел, просто слушал, как в тот день в парке аттракционов. И говорить ему о своих проблемах Широ было гораздо легче, чем Адаму или любому из психотерапевтов. Тени вычерчивали его скулы, а на носу мерцал неоновый отсвет какой-то вывески. - Но не сегодня, - продолжал Широ, погружаясь в воспоминания о легком поцелуе в сухие губы. – Сегодня через эту черноту и грохот я слышал тебя. Я слышал, как ты повторяешь мое имя, и понял, что могу с этим справиться. Я смогу переступить через боль и безнадежное отчаяние. Может, не сразу, может, мне понадобится помощь, но я только сегодня поверил, что рано или поздно это у меня получится. Кит смотрел на него не отрываясь. Замолчав на секунду, Широ подумал о том, как это все звучит. Жалко? Возможно. Как мольба о помощи? Вероятно. Как признание в любви?... - Ты не можешь ничего испортить, - закончил он. – Даже если очень сильно постараешься. Честно говоря, я ведь сам чуть все не испортил («чуть» - пожалуй, было слишком уж большим преуменьшением тех дней, когда он старательно избегал парнишку). Я натворил много ошибок, мы все постоянно совершаем ошибки. Я не могу говорить обо всей жизни, потому что никто не знает, как все сложится дальше, но могу сказать, о чем я думаю сейчас: Я не оставлю тебя, если ты сам этого не захочешь. Я тебе уже это обещал. «Потому что ты спасаешь меня от самого себя каждый раз, как появляешься рядом». Закончив свою путанную речь, Широ был готов уйти, чтобы предоставить Киту время поразмыслить. Широ не обманывался. Он совсем не был идеальным парнем, у него была куча проблем, требующих решения, и он только начал идти по пути восстановления. Меньше всего он хотел бы разочаровать Кита или причинить ему боль. Он уже слышал о том, что изломанным людям нельзя вступать в отношения, чтобы не сломать других. Как это было с Адамом. Никто не обязан терпеть его тараканов и лечить его боль. Но правда была в том, что Кит тоже был сломан. И их раны подходили друг другу как кусочки пазла из разных наборов, по счастливой случайности идеально совпадающие формой. Широ не помнил, как Кит оказался у него на коленях. Когда он успел отстегнуть ремень и перебраться через свое сиденье и рычаги. И прохладная ночь неожиданно стала жарким июльским полднем. А мир вокруг замедлился и затих, из всех звуков оставив только влажные прикосновения губ и дрожащее дыхание. В салоне субару оказалось слишком тесно, некуда было девать ноги, и руки сталкивались с обшивкой, панелью и кожей кресел. Но все это – неудобство, затекшие конечности и зашкаливающее сердцебиение не имели никакого значения, пока Кит зарывался пальцами в волосы Широ и вздрагивал всем телом, когда губы касались пульса на его шее. Долгие и мягкие поцелуи давно уже стали жадными и отчаянными, и когда дыхания окончательно стало не хватать, Широ на мгновение прервался, чтобы выдавить из себя: - Я сказал все это не для того, чтобы склеить тебя на ночь. - Какая жалость, что я неправильно тебя понял, - совершенно серьезно отозвался Кит на эту глупую, неуверенную шутку, пропитанную отчаянием и сомнениями. Он не собирался отступать и не давал Широ такого шанса. Разведя ноги и сидя на его коленях, Кит вцепился в кресло по обе стороны головы мужчины и навис над ним, вдыхая раскалившийся воздух полной грудью. Их носы почти касались друг друга. Вряд ли сидеть так было удобно – Киту пришлось сгорбиться, чтобы не биться головой о потолок субару, но он, кажется, не возражал. Его губы припухли, глаза мерцали в полумраке, кожа на шее слегка покраснела от поцелуев, и он казался Широ квинтэссенцией всей красоты этого мира. Можно было умереть от желания сжать его в объятиях и целовать каждый миллиметр жилистого крепкого тела. И это было одновременно завораживающе и пугающе. Широ не помнил, чтобы вообще когда-то так сильно желал кого-либо. Гамма непрошенных, ужасающе сильных чувств заполнила его голову, пока руки скользили по спине Кита, прикрытой тканью футболки. На животе она задралась, и парень содрогнулся всем телом, когда металлические пальцы мягко прочертили путь по нежной коже. Ладонь Кита нырнула вниз и сомкнулась на холодном пластинчатом запястье, отводя его в сторону. Он ждал, и Широ прекрасно знал, чего именно. Но язык отказывался повиноваться, чтобы произнести слова приглашения. С ужасом Широ внезапно вспомнил, что занимался сексом в последний раз где-то миллиард лет назад. Определенно, тогда по Земле еще бродили динозавры. А после катастрофы он сам не мог смотреть на покрывающие тело шрамы, не то что демонстрировать их другим. И это в любом случае, все, что было раньше, очень сильно отличалось от того, что происходило сейчас. Это всегда было скорее чувственным и механическим, тогда как сейчас в дело вмешивались эмоции. Широ ощущал, как один только взгляд Кита мог распалить жар под его кожей, и разум буквально плавился в тумане от напористых и слегка агрессивных поцелуев. Кит мог целиком и полностью управлять им так же, как субару, не приложив к этому ни капли усилий. Подумать только, сколько неразбавленного огня скрывалось за хмурой маской одиночки. И сколько огня Широ обнаружил в себе самом. - Ты не хочешь… - Хочу. «…Подняться ко мне?» - по идее вопрос был таким. Но хрипловатого голоса хватило только на первые несколько слов. Кит, устав горбиться, практически вжался в тело Широ, заставляя его глотать окончание фразы. Пока он елозил по коленям мужчины, джинсы уже стали такими тесными, что дышать было тяжеловато. Его быстрый ответ, без капли раздумий, стегнул жаром по венам. И он снова захватил губы Широ, обнимая его шею руками. Нетерпеливо, словно выжидал этот момент всю последнюю неделю. Не рано ли? Не слишком ли они торопят события? Буквально пару часов назад они были на волоске от смерти, затем успели поссориться (правда, оглядываясь назад, можно было честно сказать, что это скорее был легкий обмен мнениями, а не настоящая ссора), а теперь Широ тащил парнишку к себе в хищническую берлогу. Хотя кто кого тащил – тут еще нужно было разобраться. Самым сложным оказалось прекратить целоваться, иначе никто не успел бы дойти до квартиры вообще. И когда Широ силой воли отстранился от Кита, тот бросил на него взгляд, обещавший либо жестокое убийство, либо что части одежды они лишатся еще в лифте. Они еле расцепились и буквально вывалились из машины на улицу. Широ чувствовал, что в его теле не осталось ни воздуха, ни крови, вместо которой теперь по жилам бежал только раскаленный жар, ни желания сопротивляться напору Кита. Точнее, последнего не было изначально – только собственные тараканы, страхи и неуверенность, которая слегка стихла, когда удалось перевести дыхание. А затем появилась вновь, когда он вспомнил, что в его квартире с полупустым холодильником и ванной с двумя флаконами геля и шампуня, нет абсолютно ничего для… кхм… технической стороны процесса. Удивительно было, что ему вообще лезли в голову эти мысли, но он действительно кошмарно боялся облажаться сейчас. Как будто вслед за этим наступил бы конец света. Кит с совершенно невозмутимым видом вернулся к машине, зарывшись в бардачок, и достал оттуда то, что заставило Широ поперхнуться. - Не говори мне, что ты готовился, - сказал он, глядя на презервативы и лубрикант в руках парня. - Я не готовился, - послушно сообщил Кит. Но в его ухмылке было нечто такое, отчего сладко заныли мышцы живота. Нервы Широ и так уже были на пределе, поэтому он просто развернулся и направился к зданию, вслушиваясь в легкие шаги позади себя. По пути он тщетно попытался восстановить дыхание, считая до десяти, и понять, когда Кит успел засунуть все это богатство в бардачок субару и знала ли об этом Пидж. Для нее это, наверное, было бы высшим святотатством, и никто бы из них больше не посмел коснуться машины до самых гонок. И как давно Кит вообще думал о сексе с ним, пока Широ напряженно делал вид, что ничего между ними не происходит? Он думал о них, фантазировал о металлических пальцах, сжимающих подбородок? Произносил его имя, когда… Эти мысли казались верхом эгоизма и перехватывали дыхание, но от них невозможно было отделаться. Мир вокруг то ускорялся, то замедлялся каждый раз, когда Широ смотрел на парня у другой стены лифта и представлял его в полумраке трейлера со знакомым именем на губах и рукой, скользящей по животу. Как вообще можно было спокойно жить дальше с такой информацией? Он точно облажается. Пропустив Кита вперед, Широ закрыл за собой дверь и бросил ключи на полку у зеркала. Мимолетно окинув свое отражение оценивающим (и осуждающим) взглядом, он коснулся выключателя, и квартира-студия мягко заполнилась светом. Длинные лампы из утопленных в стену панелей окрасили все в неоново-голубой и желтый полумрак. Пока Кит осматривал скудную обстановку необжитого помещения, Широ отправился за кухонную стойку. Они оба знали, зачем они здесь, и что будет дальше с молчаливого согласия обоих, поэтому их эмоции слегка поутихли, пока лифт медленно карабкался на нужный этаж, и спрятались за напускным спокойствием. Но Широ все равно чувствовал, как едва заметно подрагивают его пальцы, когда открывал холодильник. Образ Кита в полумраке трейлера, его прерывистое дыхание в субару пару минут назад, не выходили из головы. - Хочешь что-нибудь выпить? – спросил Широ, затем его накрыло осознание, что Кит сегодня за рулем, так что он неловко предложил первое, что пришло в голову: - Кофе? Кит обернулся на него, занятый разглядыванием картины мерцающего в полумраке Млечного Пути. Судя по всему, панно очень его зацепило, что окатило Широ еще одной волной тепла. Кит неожиданно хорошо вписывался в обстановку его квартиры. С легкостью можно было представить его лежащим здесь на диване в наушниках, сидящим на высоком барном стуле за кухонной стойкой, ноутбук на его коленях, попкорн в его волосах. - Я совершеннолетний, можно что-то и покрепче, - сказал Кит, отворачиваясь обратно к картине. Он только что сообщил Широ, что намерен оставаться здесь до утра. Ощущая свое бесполезное, барахлящее сердце, мужчина хлопнул холодильником громче, чем следовало, и заглянул в шкафчик мини-бара. До этого они пили только пиво, и как-то не доходило до вопросов, какой более крепкий алкоголь Кит предпочитал. Перебрав несколько вариантов, Широ остановился на пряном роме – пьянящий, острый и полный оттенков вкуса, вполне подходящий его характеру. Наверное, все равно не было никакого смысла в напитках, потому что все это сейчас было лишь легкой передышкой для обоих. Пара мгновений, чтобы привести мысли в порядок, и чтобы Кит привык к обстановке. Бросив пару охлаждающих звезд вместо льда (чтобы не разбавлять водой пряность рома) в оба бокала, Широ отправился к своему гостю. Кит стоял у панорамного окна, разглядывая ночной Нью-Альт, полный жизни и огней. Многочисленные неоновые вывески, голограмма волка, свет фонарей и далекий ореол сияния над аэропортом почти не оставляли шанса для тьмы, отгоняя ее подальше вглубь чернеющего залива. Звезд не было видно, их скрывала эта пелена ночной яркости, но диск луны все еще бледнел на небосклоне, рассыпая серебро по волнам океана. Из квартиры Широ открывался завораживающий вид на город, но сегодня он совершенно не был заинтересован в его созерцании. Гораздо больше его внимание захватывал парень, бок о бок стоящий рядом с ним. Там внизу, в городе, царило вечное ночное оживление, шум машин, уличная музыка, грохот ночных клубов, смех и ссоры людей. Здесь же стояла тишина, уютная и обволакивающая. Касающаяся только их двоих. Кит пригубил напиток, довольно зажмурился и прикончил его в два глотка. Охлаждающие звезды застучали по стеклу. - Понравилось? – спросил Широ, то ли про вид на город, то ли про алкоголь, то ли про все происходящее сразу. - Да, - сказал Кит, отвечая на все вопросы, которые крутились в голове мужчины. И слегка приподнялся на цыпочках, чтобы мягко его поцеловать. Ром остался на губах и языке, опаляя пряной остротой. Широ отставил свой напиток, к которому даже не притронулся, потому что пробовать его на вкус с губ Кита оказалось интереснее и слаще. Этот поцелуй был долгим, томным и тягучим, медленно разливался по телу потоком мурашек, углубляясь и зализывая оголенные нервы чувств, растворяя их друг в друге без остатка. Совсем не похоже на то, что происходило в машине. Кит намеренно дал Широ эту передышку, чтобы он собрался, отбросил все свои сомнения и страхи, чтобы передать бразды правления в его руки, не собираясь заставлять мужчину только подчиняться тому, что хочет сам Кит. Предоставляя ему выбор. Он действительно мог сейчас остановиться, если бы Широ сказал «нет», если бы он оказался не готов к напору эмоций, которые на него выплеснулись. Хотя казалось бы – должно быть наоборот. Но как только Кит переступил порог этой квартиры, Широ понял, что ни за что его не отпустит сегодня. Только не сейчас, когда парень буквально плавился под его руками, обнимая его шею и слегка оттягивая пальцами пряди волос. Когда этот бесконечный, чувственный, всепоглощающий поцелуй стирал все рамки и страхи, ставил на место невысказанные слова и заполнял мир вокруг теплым, ровным и сильным пламенем. И когда он сменился чередой восстанавливающих дыхание цепких поцелуев в саднящие губы, назад пути уже не было. - Я облажаюсь, - спокойно предупредил Широ. - Ага, - согласился Кит, занимая его рот своим, чтобы он перестал болтать чушь. И все смешалось. Время перестало существовать, и не было больше никаких законов и правил, кроме губительного притяжения. Только чужое дыхание со вкусом специй, только аромат соли и салонной кожи в чужих волосах. Ни о чем не думать было невыносимо приятно, с головой погружаться в ощущения и жаркий полумрак. Не отрываясь друг от друга ни на секунду, в неловких танцевальных па они добрались до серого дивана, по пути едва не свалив со столика часы и лампу и даже не обратив на это внимания. Кит упал на подушки, схватившись за майку Широ и утянув его за собой. Вот это Широ запомнил, потому что они на секунду столкнулись лбами в процессе. Вышло катастрофически неловко, но Кит только зафыркал от смеха, отпихнув от себя голову мужчины ладонью, все еще стянутой в мотоциклетную перчатку. Наверное, этот смех и заставил Широ окончательно расслабиться. С Китом невозможно было облажаться, с ним все происходило так правильно, свободно и легко, что не было нужды переживать о чем-либо. Любую катастрофу он воспринял бы как должное. Так же, как в первые дни смотрел на металлическую руку – она была частью Широ, а значит – самой обыкновенной и не заслуживающей усиленного внимания вещью. Он принимал мужчину целиком, вместе с рукой, неуверенностью, тараканами и тьмой в голове, таким, какой он есть. Эти довольные смешки стерли последние страхи Широ, и резко прекратились, сменившись судорожным вдохом, когда мужчина навис над парнем, вжимаясь в его тело между разведенных бедер. Мягкое голубое свечение пластин на металлической руке бросало неясные тени на довольную улыбку Кита и отражалось в его мерцающих глазах. В одежде уже было жутко тесно, и Широ кожей ощущал каждую складку грубой ткани, но картина распростертого под ним парня была настолько завораживающей, что хотелось на секунду замереть, чтобы запомнить каждую мелочь. Грубые пальцы мужчины скользнули по скулам, очерченным голубым сиянием, и Кит прикрыл глаза, отдаваясь этой невесомой ласке. - Ты уверен? – спросил Широ. - Ты должно быть шутишь, - хмыкнул Кит, глядя на него сквозь густые ресницы. - Да или нет? - Да. Он шепнул это ему в губы, приподнимаясь на локтях, чтобы урвать очередной нетерпеливый, жадный поцелуй, который закончился приглушенным стоном, потому что Широ запустил металлические пальцы под футболку, едва касаясь живота и задирая ткань выше. Они были холодными, гладкими и тяжелыми, резко контрастируя в ощущениях с горячей нежной кожей, согревались от долгого контакта, и, похоже, очень заводили парня. На каждое прикосновение, давление, оставляющее белеющие следы на животе, он реагировал довольными вдохами, кусая губы Широ, обнимая его шею и едва не повисая на ней. Он весь был словно сгусток огня, чуткий и отзывчивый, алчущий большего. Это горячее желание передавалось через поцелуи, вливалось в мужчину через его дыхание и заполняло вены нетерпеливым жаром. Этот огонь невозможно было сдерживать. И сдерживаться совершенно не хотелось. Кит с легкостью выскользнул из футболки, которая улетела куда-то в темноту комнаты. Воспользовавшись тем, что его руки были подняты, Широ перехватил запястья металлическими пальцами и удержал их над его головой, вдавливая в диванные подушки. Парень выгнулся, нисколько не возражая против легкой обездвиженности, красноречиво выдохнув. Не собираясь никуда торопиться, Широ покрыл его скулы невесомыми поцелуями, старательно игнорируя припухшие губы, а затем спустился ниже, языком чуя биение сердца на его шее. У него была неожиданно чувствительная, легко краснеющая кожа, пахнущая какофонией ароматов, что сплетались вместе и ловили сознание мужчины в свои сети. Попкорн и карамель, автомобильный салон, дешевый гель для душа, морская соль, мокрый металл свай под Лазурным мостом, воздух Нью-Альта, искрящийся неоном. Кит пах всем, что было так дорого Широ, и одновременно ничем – только собой, собственной кожей, влажной и покрывающейся мурашками от щекочущих прикосновений губ. Не человек, а целая атмосфера невыразимых чувств, живого пламени и окутывающего полумрака, в которой легко было заблудиться и утонуть. Его можно было исследовать бесконечно, как карту созвездий, и каждый раз находить что-то новое. Вслед за футболкой Кита отправились и его джинсы. И судя по облегченному вздоху, это следовало сделать уже давно. Парень был заведен донельзя, и его пальцы дрожали, когда он помогал Широ расстегнуть на себе штаны. Весь его вид, раскрасневшееся лицо, прерывистое дыхание и беззастенчивое движение бедрами навстречу прикосновению, когда ладонь мужчины легла на край черных боксеров, говорили о том, что он жаждет разрядки. Он так сильно завелся из-за поцелуев и легких ласк, что все это грозило закончиться, раньше, чем планировал кто-либо из них. Впрочем, Широ вообще не возражал – желание увидеть это лицо, прикушенную губу, напряженные мышцы, и услышать его голос в момент оргазма превышало все минусы. Но у самого Кита явно были другие планы, потому что он неловко оттолкнул руку мужчины от своих бедер и хрипло бросил: - Раздевайся. Это определенно далось ему нелегко – потому что когда грубоватые пальцы покинули скрытый натянутой тонкой тканью член, он вцепился в диванное сиденье, словно боялся с него свалиться. Его грудь тяжело вздымалась, и в голове происходила какая-то напряженная борьба с самим собой. В темном взгляде Широ видел неприкрытое желание содрать с него одежду и распотрошить ее на лоскуты, поэтому легко подчинился, ощущая этот взгляд кожей. Кит не помогал ему – либо боялся лишний раз двинуться из-за настойчивого трения ткани, либо был заворожен долгожданным зрелищем. Широ старался не обнажаться на виду у людей, потому что расчерченная перепутьями шрамов кожа привлекала к себе слишком много праздного любопытства. Они были повсюду, разных размеров - осколки прошлого, постоянно напоминающего о себе. Пальцы Кита невесомо скользнули по белесой огрубевшей ткани, словно повторяя траекторию боли Широ. А затем он потерял к ним интерес, принял шрамы так же, как металлическую руку, и за шею притянул мужчину к себе. И поцелуи стали отчаянными и смазанными, словно ему не хватало дыхания на что-то большее. Воздух вокруг уплотнился, горячо и тяжело касаясь красных отметин на коже. И в тишине каждый вздох казался громогласным, вливаясь в уши растопленным медом. Кит закинул ногу на поясницу Широ, подтягивая его ближе, вжимаясь в него всем телом и нетерпеливо ерзая. Его бедра дрожали от напряжения. Одной рукой он обнимал мужчину за шею, а другой скользнул вниз, между их телами, чтобы пробежать пальцами по твердому прессу, перекрестьям шрамов и коснуться головки члена сквозь ткань нижнего белья. И поймать судорожный вздох губами. Они оба уже были напряжены до предела, и Широ ощущал, как самоконтроль растворяется в полумраке от каждого движения жилистых тонких пальцев. На нем еще были мотоциклетные перчатки, про которые они благополучно забыли, и их грубая отделка царапала кожу над резинкой трусов. Широ позволил парню ласкать себя, отвечая на рваные поцелуи и чувствуя как по телу расползается жар. Рука, зажатая между двумя животами, двигалась скованно, обломанные ногти второй слегка царапали шею, с губ срывались вдохи, на диване было тесно, горячий воздух плавился вокруг, и все это вместе было так восхитительно, что Широ успел подумать о том, что не сможет стоять на ногах, если ему придется сейчас встать. А ему придется. Чтобы добраться до лубриканта и презервативов, которые остались у окна. Когда Широ поднялся с дивана, едва отцепившись от Кита, ему понадобились годы (на деле несколько секунд), чтобы прийти в себя и вернуть крупицы здравого смысла. Он чувствовал себя пьяным, хотя не брал в рот ни капли, не считая тех, что удалось слизнуть с языка парня. И точно так же как алкоголь обычно этот человек бил прямо в голову, лишая возможности сохранять самообладание и твердую походку. Шаг, еще шаг, глубокий вздох, ноющие мышцы живота, почти болезненное напряжение, горящие исцарапанные искусанные плечи, алеющие губы. Сердце, готовое выпрыгнуть из груди. Пока Широ восстанавливал дыхание своей небольшой прогулкой, Кит отполз к краю дивана, укладывая голову на мягкий подлокотник и спихивая на пол подушки для спины – чтобы освободить пространство и расположиться удобнее. Отметив про себя пункт про кровать или хотя бы диван, который можно разложить, Широ рассматривал парня издали, замерев на одно долгое мгновение. Сегодня утром он даже не мог предположить, чем закончится день. А пару недель назад буквально съел бы себя за мысли о подобном. Хах, и где теперь его шаги к «правильной» жизни? А затем – неожиданно – пришло осознание. Это они и были. Каждый шаг по направлению к Киту был таким. Каждый шаг, что Широ сейчас делал, приближаясь к дивану. Шаг в тепло, доверие, абсолютное взаимопонимание и яркие, ослепительно-горячие чувства. И в ворох будущих ошибок – куда же без них – но решать которые они будут оба. Вместе. Мысли растопились в поцелуе. Взгляд Кита изменился. Широ понял это, пока сидел между его ног, скользя пальцем в прозрачной смазке по нежной коже внутренней поверхности бедер. Большие глаза с расширенными зрачками смотрели на него из-под взмокшей челки с тем же бесконтрольным желанием и теплом, но теперь к ним добавилась еще… неуверенность? Легкая паника? Однако, прежде чем Широ открыл рот, чтобы задать вопрос, Кит шумно вздохнул и произнес едва слышно, на выдохе: «Заткнись». И стащил с себя боксеры, запустив их куда-то в темноту, не оставив мужчине ни шанса вмешаться. Широ хмыкнул и отогнал от себя возникшие подозрения. Его пальцы, влажные от смазки, обхватили освобожденный от плена ткани член, слегка сжались и проскользили по всей длине, сдвигая нежную кожу. Он сделал это специально, в отместку за то, что ему не дали открыть рот, и был немедленно вознагражден бурной реакцией. Кит чертыхнулся, слова вплелись в стон-полувздох, и он выгнулся навстречу движению, сжимая руками серую ткань диванных подушек. Долгожданная ласка пронеслась по его телу волной дрожи. И когда Широ убрал ладонь, протестующий стон заставил его довольно ухмыльнуться. Мужчина опустил голову, покрывая поцелуями плоский живот и прикусывая нежную кожу. Завтра на ней расцветут алые пятна, но сейчас это никого из них не волновало. Кит отвечал на каждое прикосновение, торопящийся, желающий большего, всхлипывал и кусал губы, глядя на Широ из-под челки. Он на мгновение замер в ошарашенном ожидании, когда прохладные металлические пальцы, отсвечивающие голубым неоном, сомкнулись вокруг его члена у самого основания. Это было совершенно новое ощущение, непривычное и отрезвляющее. Широ почти не двигал ими, поскольку несмотря на обманчивую гладкость это все же был металл. Это обостряло ощущения и выводило их на новый уровень. Кит прикрыл глаза, отдаваясь ощущениям, и протяжно застонал, когда губы мужчины обхватили головку члена, создавая разительный контраст между прохладой металла и влажным жаром языка. Колени парня сжались, но Широ раздвинул их снова скользкими от смазки пальцами, слегка приподняв бедра. Вздохи смешивались со сдержанными стонами, ругательствами и бессмысленными фразами, прерывистыми и едва слышными в тишине. Пальцы в перчатках дрожали в волосах мужчины, поглаживая и несдержанно надавливая. И когда у парня закончились слова, сменившись лишь шумным и тяжелым дыханием, а сам он близко подошел к черте, Широ отстранился и легко ввел один палец в горячее тело, заставив его вскрикнуть. И через несколько мгновений – второй, растягивая, ощущая каждое движение мышц в упругой тесноте. Это была своеобразная игра: довести Кита ближе до грани и отпустить, заставив его умолять большего. Из-за того, что он так чутко и охотно откликался на ласки, из-за его открытой и яркой реакции на любое прикосновение, эта игра была легким, но сносящим крышу наслаждением. Широ тонул в его шумном дыхании, и каждый сорванный стон, каждое умоляющее движение навстречу, несдержанные просьбы – были словно божественная музыка, растекающаяся под горячей кожей. Он и сам словно каждый раз оказывался на грани вместе с дрожащим гибким телом в его руках, ощущая как жар распирает его изнутри, и уже невозможно было с ним мириться, но так не хотелось заканчивать эту сладкую пытку для них обоих. Три пальца уже скользили свободно, и Кит под мужчиной был так распален, что попади на него вода – испарилась бы в мгновение ока. Широ выпрямился и стащил с себя белье, удивляясь тому, что оно еще не разошлось по швам. Кит смотрел на него нечитаемым темным взглядом, когда он шире развел его бедра, слегка приподнимая и придвигая к себе ближе. - Ты уверен? – Широ ощущал, как ноют в напряжении мышцы, нависая над парнем в миллиметре от того, чтобы рухнуть в бездну. - Я сейчас выкину тебя в окно, - едва слышно сообщил Кит в ответ, сжимая его бедра коленями. Его голос дрожал, слова срывались. Они оба задыхались, словно бежали марафон с препятствиями. Красные скулы парня, искусанные губы, прилипшие ко лбу черные волосы длинной челки и покрытая поцелуями кожа – картины прекраснее не существовало. Пальцы Широ сжались на алеющих бедрах, прохладные металлические – чуть сильнее, чем следовало, и Кит вздрогнул всем телом, пытаясь прижаться к мужчине ближе, отчаянно прося желаемого. - Да, - простонал он, - боже, тысячу раз да, пожалуйста… Широ навис над ним, закрывая его рот поцелуем, и одновременно слегка толкнулся вперед, направляя и сдерживая себя рукой, мучительно долго для них обоих – и наслаждаясь этой тягучей, испепеляющей минутой. Пока Кит тяжело дышал ему в рот, кусая ноющие губы и цепляясь за его плечи как за спасательный круг. Это время было бесконечным, хотя едва ли прошла минута, но Кит под мужчиной весь сладко изнылся, вплетая дрожащие пальцы в его волосы, когда тот остановился. Широ вошел до самого конца и замер на мгновение, ощущая восхитительную горячую тесноту и каждый перекат мышц, когда Кит двигал коленями. В голове царили вспышки едва ли не болезненного удовольствия. В наступившей тишине, пока они оба привыкали друг к другу, Кит, по коже которого рассыпался ворох мурашек, хрипловато предупредил: - Если ты спросишь меня, в порядке ли я, я тебя убью. Серьезная угроза. Широ выдохнул, сдерживая улыбку, и взглянул на него сверху вниз. - Ты в порядке? – поинтересовался он, потому что и правда собирался задать этот вопрос. Стоило качнуть бедрами – и возмущенное шипение Кита превратилось в стон, заставляющий самого Широ задерживать дыхание от восторга и невыразимого тепла, что окутывало его сейчас с ног до головы. Ближе уже невозможно было быть, но хотелось еще большего. Раствориться без остатка в огне, в запахе его кожи, запутаться в длинных черных волосах, смотреть в его космические глаза все оставшиеся секунды жизни этой вселенной, пока она не исчезнет во вспышке потухающего Солнца. Руки, ноги, аромат их кожи, дыхание, стоны и вздохи. Легкий дискомфорт в начале не заметил ни один из них, потому что он настолько быстро перерос в невыразимое, сладко-острое наслаждение, что совершенно не стоил внимания. Мир вокруг ускорялся и исчезал, утопая во всепоглощающем удовольствии. Кит откликнулся на рваный темп – когда медленные, размашистые движения сменялись отрывистыми и агрессивными. Он, уже не сдерживаясь, срывал голос, выдыхая имя Широ, словно это было последнее слово в его памяти. Пальцы и кожа перчаток царапали спину и плечи мужчины. Он тянулся к губам в отчаянных поцелуях, когда Широ замедлял темп и наклонялся к его лицу. Краски вокруг стали ярче, а чувства – обострились до предела. Так долго продолжаться уже не могло, они оба слишком беспечно ходили по самой грани. И в какой-то момент нарастающего темпа Кит вскрикнул, утыкаясь носом в шею мужчины и заглушая свой голос, обнимая его за плечи и вжимаясь в него всем телом. Еще несколько рваных толчков, чтобы обоих накрыло пламя всепоглощающего оргазма. Это произошло практически одновременно, вспышка удовольствия, волнами разливающаяся по телу, она поглотила собой всю вселенную. Если для Широ этот оргазм был словно фейерверк, то для Кита он был больше похож на сбивающее с ног цунами, учитывая сколько раз сегодня он подходил к разрядке слишком близко, но не мог ее получить. Он кончил, даже не касаясь себя руками. Все его тело сотрясала дрожь экстаза, каждая мышца словно наэлектризовалась, и он обессиленно рухнул на диван, выпустив Широ из удушающих объятий. Он слегка поморщился и издал стон, когда мужчина аккуратно отстранился, выскальзывая из горячей, сжимающейся тесноты. И слабо ответил на поцелуй. В нем больше вообще не было сил, ни в единой частичке тела. Только подрагивающая истома и невозможность пошевелить даже пальцем. Широ смотрел на него сверху, ощущая невыразимую легкость в теле и остаточные отзвуки оргазма. Разглядывал алые щеки и истерзанные губы, хватающие воздух, на подрагивающие ресницы и краснеющие следы поцелуев на шее и груди. И понимал, что любит его. Больше, чем себя, больше, чем кого бы то ни было на свете, больше, чем весь этот мир. Это знание было еще более сильным и всепоглощающим, чем оргазм. Это чувство было таким острым и мощным, что почти причиняло боль. Он любил каждую черточку в этом лице, каждый штрих, подчеркнутый неоновым светом, каждое слово, что срывается с припухших губ. Как он хмурится, как злится, улыбается своей особенной улыбкой, обращенной в сторону Широ. Любил его мотоцикл, трейлер, пса. Вспыльчивость, безрассудную храбрость, яркий и упрямый как сотня чертей характер. - Я больше не смогу встать с этого дивана, - сказал Кит. «Люблю тебя». - Тебе придется, потому что мне нужно постелить простынь. - Кто вообще придумал спать на простынях, мне и так неплохо. «Люблю тебя до бесконечности. Всего. Целиком. Без остатка». - А еще тебе придется сходить в душ. Кит недовольно простонал в ответ что-то нечленораздельное, прикрыв глаза рукой. Что-то похожее на «бессердечную жестокость». Широ мягко коснулся губами его лба, смахнув влажные пряди волос, и встал с дивана. Неожиданно открывшееся знание одновременно и окрыляло и внушало ужас. Но сообщать о нем он пока не собирался. Не время. Еще слишком рано, все слишком хорошо идет. Да, он обещал себе больше не лгать Киту и говорить с ним, вместо того чтобы вариться в собственных мыслях. Но это… Это же совсем другое. Когда он вышел из душа, Кит слегка пришел в себя. Широ вручил ему полотенце и одну из своих футболок, собрал вещи с пола и закинул их в стиральную машину. Прошло не так много времени с тех пор, как они вошли в квартиру, но ощущение было, словно закончилась одна жизнь и началась другая. Это был не идеальный секс, им еще нужно будет притираться и искать точки удовольствия, разговаривать и узнавать друг друга лучше. Но эта ночь определенно была одной из лучших, что Широ доводилось проводить с парнями. Все дело в эмоциональной близости и в том, каким открытым и чувствительным оказался Кит. Словно они знали друг друга уже целую сотню лет. Сквозь приоткрытое окно разговаривал никогда не стихающий город. За шумом машин слышался далекий шорох океана. Все было так гармонично и умиротворенно. Широ нашел свой бокал с ромом, который налил себе где-то с полвека назад, и сделал глоток. Этот напиток теперь всегда будет ассоциироваться с Китом. Вернувшийся из душа, парень пах чистой кожей и шампунем Широ. В футболке, которая была явно больше на несколько размеров, он выглядел довольно мило и беззащитно, взбираясь на диван и заворачиваясь в покрывало. Все еще такой же привычный элемент этой квартиры, словно ночевал здесь уже не первый раз. - Это было в первый раз, - неожиданно сказал он в пустоту, разглядывая Млечный Путь на стене, - в смысле… В первый раз по-настоящему, с живым… - Если я сейчас подавлюсь ромом, тебе придется потратить выигрыш на мои похороны, - предупредил Широ, получив в ответ довольную ухмылку из покрывального кокона. Забрав полупустой бокал с собой, Широ присоединился к парню на диване. От этого неожиданного признания сердце на секунду сорвалось с места и билось теперь где-то под горлом. Надо же, это практически не было заметно. Если бы Кит не сказал, Широ был бы уверен в том, что все происходящее было для парня так же естественно, как езда на машине. Хотя некоторые подозрения в его голове все же возникли. - Почему ты не сказал? – спросил Широ. Кит фыркнул. - Я боялся, что ты сбежишь, - сказал он, - или отложишь все это на тысячу лет, потому что первый раз должен быть «волшебным». Он старательно сложил пальцы в кавычки на последнем слове. Широ усмехнулся себе в бокал с ромом. А это и правда было похоже на него, очень справедливо. - И все и так было волшебно, - продолжил Кит с невозмутимым видом. И никаких кавычек на этот раз не было. Они проспали почти до полудня. Диван оказался не таким уж узким, как изначально опасался Широ. По крайней мере для двух человек, спящих в обнимку. Проснувшись, мужчина обнаружил руку парня на своей щеке, а его ногу – закинутую на свое бедро в таком бесхитростно собственническом жесте, что вставать абсолютно не хотелось. Нахлынувшие воспоминания о прошлой ночи взбодрили куда сильнее любого кофе, и около получаса Широ просто лежал рядом с Китом, разглядывая его безмятежное лицо, приоткрытый рот и подрагивающие во сне веки и утопая в собственных чувствах. Силясь поверить в произошедшее, в чем ему здорово помогали пятна засосов на шее парня. Широ хотел бы чувствовать стыд по этому поводу, но ничего не мог с собой поделать. Сегодня ему не снились сны, что было потрясающим фактом, учитывая то, что обычно это были кошмары, связанные с катастрофой. Спать с Китом на этом диване было жарко и тесно, но так уютно и спокойно, что Широ готов был повторить. И снова, и снова. И каждый день просыпаться рядом с этим взлохмоченным горячим парнем. Кит проснулся от будильника на телефоне – его ждали на учебе, а перед этим нужно было успеть отогнать субару в мастерскую и доложить о происшествии Аллуре. Сообщение от нее уже маячило уведомлением на весь экран. - Как насчет утреннего секса? – поинтересовался Кит, едва распахнув глаза и осознав, в какой ситуации и каком месте находится. - Даже не начинай, - хмыкнул Широ в ответ, - и сейчас уже день. - Зануда, - проворчал Кит, утыкаясь носом в шею мужчины и зевая. Да. Широ определенно хотел просыпаться так постоянно. И рано или поздно это все-таки дошло бы до утреннего секса. Как бы сильно не хотелось провести на диване весь день, в конце концов пришлось встать. Наскоро перекусив яичницей с беконом, Кит втиснулся в высохшую одежду и убежал, повиснув на мужчине для долгого прощального поцелуя. Судя по всему, последствия ночи не причиняли ему никакого дискомфорта, и Широ мог бы собой гордиться. Признание парня все еще совершенно по-дурацки грело сердце. Вспоминая свой первый раз, он пришел к выводу, что все происходило намного более неуклюже, неловко и слегка неприятно для обеих сторон. И да, Кит был прав – если бы он признался раньше, Широ вполне могло бы прийти в голову устроить что-то вроде цветов, свечей и музыки. Киту это все не подходило. Пиликнувший мобильник уведомил о сообщении от «Рэда». «В симуляторе, - написал он. – Скучаю». Удивительно, как всего несколько слов могли вызвать столько тепла и эту глупую широкую улыбку, которую хотя бы раз ощущал на своих губах каждый. И которая не сходит очень долго – только прячется, чтобы вернуться вновь при намеке на воспоминание о наборе букв на экране телефона. Убрав квартиру, Широ в великолепном настроении отправился к дому Адама, чтобы забрать часть своих вещей. Его бывшего партнера не было дома, и только сейчас Широ понял, что Адам, вообще-то, даже не знает о том, что Широ переезжает и обставляет свою старую квартиру. Как-то так сложилось в последние годы, что Адам не знал ничего о том, что делает и куда ходит Широ. Так что, честно говоря, в голове мужчины даже не возникла мысль о том, чтобы предупредить соседа по жилью об изменениях. Собирая свои вещи, Широ думал над тем, как это исправить. По телефону говорить не хотелось, это выглядело слишком уж трусливо и недостойно по отношению к Адаму. Они больше не чувствовали близости и романтической любви друг к другу, но все еще можно было сохранить теплые воспоминания. Адам был прав – они не чужие, и каждый будет занимать особенное место в жизни и памяти другого. Нужно было расстаться по-взрослому, спокойно, отпустить друг друга без тени в сердце. И что-то подсказывало Широ, что Адам уже давно был к этому готов. Продолжал заботиться о партнере, только потому что не хотел его бросать на произвол судьбы, сломленного и тонущего во тьме. Адам был хорошим человеком и прекрасным бойфрендом. Не его вина, что Широ оказался не тем, кто был ему нужен. И чем дольше Широ тянет, тем сильнее его предает. Проходя мимо холодильника, мужчина застыл на месте. Сердце на секунду ухнуло вниз, и хорошее настроение испарилось. К дверце магнитиками в виде глазастой еды была прикреплена распечатанная фотография. Широ уставился на нее, рассматривая так, словно там висел подлинник Моны Лизы. Это было изображение с камеры наблюдения, бесцветное в градациях серого. Но Широ все равно видел на ней красно-белую субару, стоящую у своего дома. И Кита на своих коленях. Хорошее, четкое фото, в мельчайших подробностях. Они целовались. Внизу, под фотографией, Адам прикрепил стикер с надписью: «Когда ты уже повзрослеешь?» Эта надпись стряхнула наваждение с Широ. Он глубоко вздохнул, возвращая себе спокойствие. Адам был прав, им давно нужно было поговорить. И не так, как он пытался в прошлый раз, а нормально. Как два взрослых самодостаточных человека, которые уже успели причинить друг другу много боли. С ослепительной ясностью Широ понял, что еще не говорил Киту об Адаме, и он совершенно не знает об его бывшем парне, у которого мужчина все еще жил несколько недель назад. Этот разговор должен будет стать следующим, но по его поводу Широ почти не переживал – Кит его понял бы, с ним легко было излагать мысли. Уверенность в этом факте успокоила мужчину окончательно, поставила на землю и сровняла сердечный ритм. «Скучаю», - сообщение мгновенно всплыло в памяти, заставив его улыбнуться. Куда важнее был вопрос – откуда у Адама эта фотография? Очень слабо верилось в то, что он мог нанять слежку за своим бывшим парнем. Широ не помнил ничего подозрительного вокруг своего дома. Не помнил припаркованных рядом машин. Но это и не удивительно – голова его была занята кое-чем другим. С этим нужно было разобраться, как и с разговором с Адамом. Широ разблокировал сотовый и набрал нужный номер, чтобы назначить встречу, которую нужно было провести уже очень давно.