Огни неоновых ночей

Изначально Аллура не планировала устраивать праздничную вечеринку по случаю окончания восстановительных работ субару, но ее команда прошла через кучу трудностей, работала изо всех сил и нуждалась в поощрении. К тому же разрушенное кафе тоже потихоньку менялось, поднималось из пепла, как феникс из старых легенд, ему нужно было лишь немного денежных средств для того, чтобы заменить сгоревшие приборы и обновить интерьер. Ханк вообще не вылезал из-за прилавка, постоянно покрытый сажей и грязью, носящийся туда-сюда с черной водой и угольками досок. И Аллуре очень хотелось поддержать в первую очередь его, но все, что она могла сделать своими руками – она уже сделала, здесь нужен был более решительный шаг. Благотворительный вечер. Она вынашивала эту идею все последние дни, то сомневаясь, то решительно набирая номера. И чуть не отменила ее, после того как Кит сообщил о происшествии в день тест-драйва субару. Она пришла в ужас от мысли, что могло бы произойти, если бы обстоятельства сложились чуть иначе, но не стала порицать своего гонщика за желание обставить Лотора. Она сама отдала бы все на свете, чтобы стереть с его лица победоносную ухмылку на добрую сотню лет. Смена номеров в этом случае выглядела просто как подачка, от которой Аллура намерена была отказаться. Кит передал ей мысли Широ по поводу вероятной причастности Лотора к происходящему и проблемам, которые возникали у его команды. Но она не приняла во внимание все доводы, считая, что Широ слишком предвзят в этом вопросе и категорически забывая о том, насколько предвзята она сама. В итоге разговор зашел в тупик, и ребята закончили все тем, что отменили выезды субару до самого заезда, а Пидж навесила системы наблюдения на все доступные поверхности автомастерской, и поминутно заглядывала в смартфон, чтобы убедиться, что машина в порядке. То же самое она планировала сделать и с Китом, но его тяжелый взгляд и фраза «тебе не понравится то, что ты увидишь» слегка поумерили ее пыл. Когда все успокоились, Аллура вернулась к идее благотворительного вечера еще более решительно, чем раньше. Ей нужна была хотя бы одна победа. Учитывая то, что ее банковские карты были все еще частично заблокированы отцом (которого она все еще любила и не забывала напоминать себе об этом, когда не получалось оплатить стаканчик кофе), это был единственный возможный вариант. Работая в автомастерской, ребята могли набрать денег себе на еду, арендную плату и прочие бытовые мелочи, а вот на серьезный ремонт сгоревшего кафе требовалось гораздо большее. И Аллура намеревалась подключить все свои связи, чтобы собрать ослепительно-богатых знакомых в одном месте. И заодно превратиться в объект грязных сплетен и громких шепотков за спиной. О, она не обманывала себя в этом. Девушка, занятая своей нынешней жизнью, далекой от светской, постоянно отвергала предложения старых подруг встретиться и поболтать. Достаточно было, что ее фотографии то и дело мелькали в глянцевой прессе (где-то на предпоследних страницах – она была не настолько интересным скандалом, чтобы сдвигать звезд кино и музыки с обложек). И Аллура прекрасно знала, насколько сильно ее знакомые леди мечтают перетереть ей все косточки. Лишенная денег, вовлеченная в уличные гонки, якшающаяся с ремонтниками автомастерских и работавшая в безнадежном кафе, которое в добавок еще и сгорело – она была великолепным объектом для пересудов. И почти каждая из ее подружек с искусственным загаром и сумочками последней модели жаждала встретиться с ней наедине, чтобы обсудить происходящее, а затем донести это до всех вокруг, расширяя и преумножая слухи. И Аллура собиралась воспользоваться этим шансом. Договориться с ночным клубом оказалось очень легко. С нее даже не взяли денег, потому что она показала список гостей, кто уже дал свое согласие. Вход был бесплатным, а вот бар – нет. А у тех, кого она собиралась пригласить, было огромное количество денег и – чаще всего – неуемное желание потреблять текилу и коктейли до тех, пока они не польются из ушей. К тому же большая часть имен (а также гостей, которых они приведут с собой) гарантировала, что у неплохого, но малоизвестного клуба будет просто невероятная бесплатная реклама. Договорившись насчет процентов с продаж алкоголя, Аллура закончила обзванивать старых знакомых (к ее удивлению, откликнулись почти все, весьма заинтригованные приглашением и не имеющие ничего против того, чтобы хорошенько повеселиться этим вечером) и, наконец, сообщила о происходящем своей команде. Пидж, не привыкшая к подобным вечеринкам, старательно пыталась сбежать при первой же возможности, придумывая одну причину за другой, пока Ханк (до слез растроганный заботой Аллуры о кафе и промокающий глаза скатертью) не сказал ей, что не справится без ее помощи. Он с невероятным энтузиазмом взялся за идею организовать закуски, которые заодно как раз рекламировали бы тако-ресторанчик. Пидж согласилась с самым недовольным выражением лица на свете, но щенячьим глазам Ханка было невозможно противостоять. Кит только пожал плечами и сказал, что постарается присутствовать, но Аллура не сомневалась в том, что он придет, чтобы помочь ей следить за порядком, несмотря на то что все время, что она занималась организацией вечеринки, они почти не виделись. Воодушевленный Лэнс подал отличную мысль позвать в клуб гонщиков, прибывших на Кербер, и их команды, и девушка заключила, что это была отличная возможность узнать о них что-нибудь интересное, что могло бы помочь во время заезда, до которого уже оставались считанные дни. Неожиданно людей, задействованных в благотворительной вечеринке, становилось все больше, пока Аллура не обнаружила себя, в вечер пятницы, стоящей посреди танцпола в окружении толпы, на которую совершенно не рассчитывала. Организовывая все это, она думала, что соберется едва ли больше сорока человек, в то время как клуб оказался переполнен под завязку. И чем больше подходило людей, тем больше ужаса и восторга она испытывала, хотя уже через час после начала валилась с ног от усталости. Первые мгновения она честно просидела на втором этаже, где располагались вип-зоны с красными диванчиками, отделенные друг от друга перегородками. Там девушка отдала себя на растерзание своих старых подруг, честно отвечая на их вопросы и подливая масла в огонь сплетен о себе самой. Чувствуя себя то стойкой мученицей, то коварным арлекином, она постоянно просила обновляла знакомым пустеющие бокалы с текилой и легко поддерживала беседу, настолько отдаленную от статуса «светской», насколько это было возможно. Аллура с самого начала совершенно не собиралась пользоваться этой козырной картой – предоставить им себя на голубом блюдечке и выслушивать каждое мнение о своем поведении, но, в конце концов, неожиданно поняла, что слегка скучала по бессмысленным разговорам, пьяному воркованию девушек вокруг и беспечности, с которой исчезал алкоголь в гремящих льдом стаканах. И по Лотору, который в другое время был бы рядом с ней. И ей, возможно, пришлось бы слушать его приятный, бархатистый голос, полный ужасающего самодовольства. Вовремя забрать бутылку из его рук и спрятать от папарацци, выходя из клуба через черный ход. Пропускать сквозь пальцы серебристые пряди волос и улавливать в подтонах самоуверенности и небрежности одиночество и затаенную боль. Ей казалось… Это был глупый, детский спор. Она знала Лотора почти всю жизнь, но, как показывало последнее время, не знала по-настоящему. И может, оно и к лучшему. Если бы не все происходящее, Аллура так и не увидела бы в нем эту жестокость и непреодолимое желание идти по головам к своей цели. Лишить ее денег, едва не убить ее гонщика, сжечь кафе. Разве она смогла бы быть с таким человеком? - И зачем тебе эта забегаловка? – услышала Аллура сквозь грохот музыки и пьяный смех. Сейчас, когда ей больше не нужны были деньги на участие в гонках, это кафе – по идее – и правда ей было не нужно. Но оно уже давно стало чем-то большим, чем просто средство заработка, чем-то, что объединяло ее и ее команду воедино. Словно дом, в котором чувствуешь себя на своем месте, в безопасности. Где ты можешь расслабиться и выпить чай с фруктовыми пузырьками, разглаживая руками клетчатые скатерти. Где можно собраться с друзьями и обсуждать новости и находить решения проблем. Личный и светлый уголок спокойствия в этом мире. - Я просто хотела что-то свое, - сказала Аллура, - не принадлежащее отцовской империи. Что-то важное только для меня. Удивительно, но она видела понимание в глазах некоторых старых знакомых. Остальные, конечно, определенно считали ее сумасшедшей, учитывая, что она сейчас сидела без денег на обгорелых останках закусочной и своей беспечной жизни. Но сейчас Аллура осознала – ей не было никакого дела до того, что о ней думали эти люди. - Что бы там ни было, но эта сальса просто огненная, я сто лет ничего подобного не пробовал, - сообщил один из гостей, запихивая в рот утопающие в соусе начос и заливая их текилой. - Если мы соберем достаточно денег, чтобы восстановить кафе, сможешь объедаться ими хоть каждый день, - ответила девушка и получила в ответ довольное подмигивание. Кажется, все шло довольно неплохо. Чем больше было алкоголя, тем бессвязнее протекала беседа, поэтому Аллура получила возможность улизнуть, когда опустела очередная бутылка, что она и сделала с чистой совестью. Сама она почти не пила, считая себя номинальной хозяйкой вечера, потому что ей нужно было следить за тем, как все проходит. Сквозь завесу кальянного дыма, в котором мерцали неоновые лазерные лучи, она прокралась к лестнице на первый этаж, которая вела к танцполу и бару. Музыка оглушающе била по вискам, и сердце стучало тяжело, словно в такт басам. Толпа внизу весело взмахивала множеством рук и двигалась сотней ног, освещенная яркими красками ультрафиолета. Секьюрити были на своих местах, бармены сновали за стойкой, едва успевая выполнять заказы, за пультом диджея Вероника – сестра Лэнса – легко заводила людей, меняя треки один за другим. Когда она появилась здесь в начале вечера, Аллура не поверила своим глазам. Но, как оказалось, Лэнс, с кислой миной заверяющий, что она талантлива в этом необычном хобби, оказался абсолютно прав. Это была весьма нехилая экономия средств. «Не волнуйся, Аллура, - с ухмылкой сказала Вероника, - все будет настолько fabuloso, что даже моя бабуля в тысяче километров отсюда станцует, отбросив ходунки». На ворчание Лэнса о том, что их бабушка не пользуется ходунками, уже никто не обратил внимания. Все шло просто прекрасно, и Аллура неожиданно ощутила уверенность в том, что этот вечер уже можно считать удачным. Сколько бы ни было собрано денег, траты на сотрудников, продукты и прочие мелочи, с первого взгляда, уже окупились, а пара знакомых без вопросов обещала выписать чеки, так что все проходило не зря. Задумавшись о вероятной собранной сумме, Аллура поняла, что уже некоторое время пялится в полумрак танцпола, изо всех сил пытаясь кого-то разглядеть. Мелькнувшая тень на краю сознания показалась ей такой мимолетно знакомой, что постепенно заняла все внимание. И с нарастающей тревогой девушка узнала в этом силуэте Нарти, когда по лицу старой знакомой проскользнул зеленый неоновый свет. Она узнала бы ее где угодно, сквозь всю эту разношерстную толпу. И с гулко бьющимся сердцем Аллура бросилась вниз, расталкивая людей на лестнице и проливая их напитки под громкие возмущенные вскрики. Это был дурной знак, хотя Лотора, да и остальных его подчиненных, нигде не было видно. Но, возможно, они уже слились с толпой. Это попахивало манией преследования, но Аллура никогда раньше не видела никого из лоторовских девочек без самого принца. А он здесь мог появиться только с одной целью – устроить очередную пакость и сорвать ее планы. Учитывая то, сколько здесь собралось людей, Аллура ощущала себя ответственной за их безопасность и совершенно не хотела, чтобы кто-либо еще пострадал из-за дурацкого пари двух избалованных детей. Толпа выплеснула ее прямо к Нарти, и девушка, едва осознавая, что творит, вцепилась в запястье соперницы. Нарти окинула ее ленивым взглядом темных, густо подведенных глаз. - Аллура, - произнесла она со своим характерным тягучим и шипящим акцентом. На ней был черный атласный платок с бархатным узором, в тон кожаной куртке и ботильонам с металлическими носами. Она расслабленно держала в смуглых изящных пальцах бокал с шампанским и выглядела такой спокойной, но что-то в ней все равно выдавало опасность. Она была словно змея, готовая к внезапному броску. Аллура некстати вспомнила, что никогда не видела ее волосы – они всегда были спрятаны под платок, а девушка до сегодняшнего дня не задумывалась, в чем причина. Религия, плохая прическа или физические повреждения? - Что ты тут делаешь? – спросила Аллура. – Где твой босс? Нарти глянула на нее с непроницаемым лицом профессионального игрока в покер, а затем сладко ухмыльнулась. - Я не привязана к нему цепью и могу передвигаться одна, - сказала она. – На твой вечер у меня есть приглашение. - От кого? – наверное, удивление Аллуры было таким безграничным и очевидным, что Нарти разом поскучнела, словно потеряв к ней интерес. - От гонщика, - она повертела в пальцах бокал, разбалтывая шипящие пузырьки. Ладно, в этом была определенная логика. Она ведь вполне могла познакомиться с кем-то из тех, кто прибыл в город ради Кербера. Лотор, наверное, давно уже знал каждого из них. Да и Аллура собрала здесь соперников ради этой же цели. Гонщики имели полную свободу в выборе гостей для вечеринки, в приглашениях значилось только «плюс один» или «плюс два». Возможно, в этот раз девушка и правда перебарщивала с подозрительностью, но ничего не могла с собой поделать. Лучше уж перестраховаться, чем потом устранять последствия очередной диверсии. - Я буду следить за тобой, не отвлекаясь ни на мгновение, - сказала Аллура, вложив в эти слова всю свою горячую убежденность и для верности подкрепила жестом – два пальца, указывающие на глаза в глаза. Нарти скучающе глянула на нее, совершенно не впечатленная. - Хотя бы начос здесь хороши, - произнесла она, - жаль. Хотела бы я, чтобы на вкус они были как дерьмо. Она залпом осушила бокал и скрылась в толпе. Аллура предупредила вышибал насчет девушки в платке и отправилась на поиски членов своей команды, чтобы сообщить им о новости. Последние слова Нарти как-то выбили ее из колеи. Возможно, она правда была здесь как гость, а Аллура набросилась на нее со своими подозрениями и испортила вечер с каким-то парнем. Это вообще был удивительный факт. Аллура никогда не видела никого из помощниц Лотора вне самого Лотора. Не знала о них ни единой подробности. Ни пункты биографии, ни то, что они любят, ни чем интересуются. Они просто были как… приложение к принцу, всегда рядом, незаменимые, выполняющие поручения и жутко раздражающие. Аллура их слегка побаивалась, возможно – немного ревновала, чувствовала себя рядом с ними несколько неуверенно и при этом вела себя довольно прохладно, если не сказать «снисходительно». Понятно, почему Нарти ее ненавидит. Аллура из прошлого не обратила бы внимания на эту досадную мелочь. Аллура из настоящего ощущала, как ее грызет совесть. И все же… В Нарти было что-то не так, но девушка никак не могла уловить ускользающую мысль. В конце концов, всей команде удалось собраться в одном из диванных уголков на втором этаже, подальше от завес кальянного дыма, с которыми едва справлялась вытяжка. Благотворительный вечер, который сильно отличался от всех благотворительных вечеров, что посещала Аллура, длился уже три часа. И вроде бы – ни одного серьезного происшествия, кроме парочки разбитых бокалов и излишне пьяных товарищей, которых охрана быстро вывела из клуба. Пидж и Ханк, от которых пахло кукурузными лепешками и песто, сообщили, что практически все закуски распроданы – и каждый цент от них (в отличие от алкоголя) должен был пойти прямиком в фонд кафе, исключая, конечно, траты на продукты. Лэнс сказал, что Вероника устала, но он с радостью ее заменит, что вызвало единодушный недовольный возглас, порядком сбивший с него спесь. - Вообще-то, - сказал он, насупившись, - у меня весьма одаренные пальцы. Эта очень дурацкая скабрезная шутка заставила Аллуру рассмеяться, отпуская все переживания по поводу наличия Нарти на ее территории. Тем более что остальные члены команды – друзья, ее друзья – уверили ее, что мимо их взглядов не проскользнет на один уж. Наверное, впервые с начала вечера Аллура вновь ощутила это чувство чужого плеча: она не одна, ей не нужно все делать одной, и вместе они справятся с любой досадной неприятностью. Она действительно могла расслабиться в компании Пидж и Ханка, которые обсуждали достоинства заново изобретенной ими сальсы, и даже Лэнса, что заботливо принес всем коктейли, безошибочно угадав вкус каждого, и отпускал дурацкие шуточки по поводу всего вокруг. Да, спор с Лотором был дурацким и совершенно бессмысленным. Но без этого Аллура никогда бы не познакомилась с ребятами. А это стоило всех дорогущих лошадей ее отца. И когда появился Кит, все они уже были слегка пьяны от потрясающе бесконечных коктейлей, кальянного дыма вокруг и собственного успеха. Поэтому Аллура просто повисла на нем с радостным возгласом вместо приветствия. За ней подтянулась Пидж, и даже Ханк стиснул всех троих в мощных объятиях. Ошарашенный таким теплым приемом, Кит едва не рухнул на пол от веса подруг, но Аллура видела его искреннюю улыбку. Ай, в нем что-то изменилось за последние пару дней. Что-то неуловимое растворилось в тепле и приподнятом настроении, что он излучал, что пришли на смену мрачной хмурости первых встреч. Где-то позади него маячил Широ со своей металлической рукой, от которой отражались лазерные лучи и били во все стороны. Аллура сфокусировала на нем слегка плывущий взгляд, отпустила Кита и, сделав два стремительных шага, буквально воткнулась мужчине в грудь лицом, обнимая мускулистую спину. Вот этого он точно не ожидал, да и никто не ожидал – скосив глаза, Аллура увидела удивленные лица. Честно сказать, Аллура и сама не думала, что сделает это. Возможно, алкоголя было слишком много, а еще больше – этого пьянящего ощущения победы и уверенности в завтрашнем дне. Но опомнившись от первого шока, Широ слегка нагнулся, мягко обнимая девушку за плечи в ответ. Он столько времени провел рядом с ребятами Аллуры, что она невольно привыкла считать его одним из них. Глядя в прошлое, она понимала, что обращалась с ним несправедливо, и этим объятием, наверное, пыталась попросить прощения за все сразу. Принять его в… семью. - Ты изменилась, - сказал Широ, склонив голову. Сквозь грохот музыки его едва было слышно. Аллура улыбнулась ему в ответ, выпуская из рук и разглядывая первого гонщика Лотора. Он выглядел уверенным и спокойным, словно занимал больше пространства. И рука была на виду, привлекая ненужное внимание со стороны – только он сам едва ли это замечал. Да, это тоже был не тот же человек, которого она встретила в ту ночь, когда на ней были желтые тапочки Вероники. - Ты тоже, - сказала девушка, и он кивнул, подтверждая ее слова. Широ подбросил Кита до клуба, но ему самому нужно было уходить по каким-то делам. И когда он уже собрался покинуть шумную компанию, Кит поманил мужчину к себе, взял его лицо в ладони и мягко поцеловал. Пока длился поцелуй (которого Аллура ожидала и поэтому отнеслась к происходящему с убежденной невозмутимостью, как будто видела это уже не в первый раз, а возможно слегка помогал и алкоголь), для этих двоих не существовало ничего вокруг – ни грохочущей музыки, ни завесы дыма, ни толпы людей вокруг. Ни округленных глаз компании за столом, ни упавшей челюсти Лэнса. - Увидимся, - сказал Широ, улыбаясь Киту в губы, и мгновенно исчез в гуще дыма и человеческих силуэтов. Мечтательное выражение лица мгновенно слетело с Кита, когда он обернулся к друзьям. Ханк с отвлеченной улыбкой размешивал коктейль трубочкой в своем бокале, словно уже сто лет готовился к такому повороту событий. Пидж уже оправилась от удивления и, видимо, произвела в голове какие-то сложные вычисления, чтобы как следует пнуть ногой под столом Лэнса, чей рот все еще был неприлично открыт. Воцарилась неловкая тишина, пока Аллура ее не нарушила своим возгласом: - Да вы переспали! Туман алкоголя и совершенно неуместный восторг от того, что она решила загадку измененного состояния Кита, вытеснили из ее головы последние остатки правил приличия. Она выпалила это, прежде чем задумалась о последствиях и быстро прикусила губу, потому что лицо Кита залила краска. Он выхватил у нее бокал из рук и вцепился в него, словно это был спасательный круг. - Боже, прости, пожалуйста, - простонала Аллура, когда до нее самой дошел смысл сказанного. - Что-о-о-о, - Лэнс вперился взглядом в Кита, сидящего напротив, и наваливаясь на стол, чтобы поближе разглядеть парня, и совершенно не обращал внимания на Пидж, топчащую его ногу. - Какие-то проблемы? – с неожиданным спокойствием поинтересовался Кит, и в его голосе звучала неприкрытая враждебность. В отличие от всех остальных он пока еще был трезв. Аллура напряглась, в любое мгновение готовая вскочить и разнять этих двоих, хотя судя по спрятанной улыбке Ханка, никакой драки не должно было произойти. И он был прав. - Вообще-то у меня дядя трансгендер, и я ее безмерно люблю, - сообщил Лэнс таким тоном, словно это был общеизвестный факт, а все сидящие вокруг были идиотами, которые способны думать всякие глупости о самом Лэнсе, - но это… это… Пока он пытался подобрать слова, Кит расслабился и допил коктейль Аллуры. Девушка незамедлительно подтолкнула ему следующий. Этим вечером Текила Санрайз появлялась на их столе словно по взмаху волшебной палочки. Какой-то думающей частью своего сознания, Аллура могла предположить такую бурную реакцию Лэнса. Потому что, очевидно, все это время – все время, что они были знакомы – Лэнс ревновал ее к Киту. Это было очень заметно, хотя парень старательно (или не очень) прятал свои чувства. Даже сегодня, когда Аллура повисла на Ките в знак приветствия, Лэнс остался сидеть за столом, хмуро потягивая свой напиток. Неудивительно, что он был в полном шоке. - Когда это началось? Почему я ничего не знал? – спросил Лэнс, наконец. - Я тебя умоляю, - фыркнула Пидж, - даже если бы мы с тобой начали встречаться, ты узнал бы об этом последним. - Но он же твой соперник! – Лэнс отмахнулся от Пидж и возмущенно вернулся к Киту. Кит хмыкнул и неопределенно пожал плечами. Он словно всем своим видом говорил: «Мы не дети в песочнице, чтобы закапывать друг друга, потому что у нас солдатики разных цветов». Поскольку Кит не ответил, разум Лэнса запустил шестеренки, чтобы найти собственное решение этой дилеммы. - Надеюсь, это твой план, чтобы вскружить ему голову, узнать слабости и воспользоваться преимуществом, чтобы обставить в гонке, - выдал он, - в таком случае это отличная идея. Лицо Кита стало каменным. Очевидно, ему такое даже в голову не приходило. - Конечно, не забудь еще о пункте «оплатить учебу и взнос за участие в Кербере», - бросил он и встал из-за стола. - Схожу за ромом. - Ты иногда такой придурок, Лэнс, - с чувством произнесла Аллура, поднимаясь следом за парнем. Он, кажется, и сам это понял, потому что его плечи поникли, и носом он почти воткнулся в стакан в своих руках. Утешать его никто не собирался. Пидж обернулась к Ханку, и они вернулись к обсуждению сальсы и начос, а Аллура отправилась за Китом. Толпа несла ее в своем потоке, окруженном дымом и яркими световыми пятнами. Девушка давно так много не пила, и это сказалось на ее состоянии. Ей не было плохо, скорее наоборот – давно она не чувствовала себя такой легкой и воздушной, словно все вокруг подернулось волшебной позолотой, а сама она была способна на любой подвиг. Сердце билось легко. Кит сам нашел ее. В какой-то момент в запястье девушки вцепились его пальцы – и в следующее мгновение Аллура оказалась в объятиях. Она буквально выпала из людского потока в его руки. Оглядевшись, девушка обнаружила их обоих у барной стойки. Здесь грохочущая музыка была намного сильнее, чем на втором этаже. - Ты пьяная, - сказал Кит. - А ты нет, - ответила Аллура со смехом. Кит улыбнулся. У его была очень, очень красивая улыбка, искренняя, обнажавшая верхние слегка заостренные клыки. В его черных волосах переливались разноцветные лучи лазеров, словно какая-то волшебная корона. Ему надо было знать про улыбку. - У тебя красивая улыбка, - сообщила Аллура, - Широ очень с тобой повезло. Кит смущенно хмыкнул, выпуская девушку из своих рук. Ему надо было знать кое-что еще. - Это я, - сказала Аллура, пытаясь подобрать слова, и парень слушал ее очень внимательно, - я виновата, что Широ не было на ферме. Я ему сказала… Я поговорила с ним. Не очень удачно. Ладно, очень. Это было очень плохо с моей стороны. Я сказала. Прости, я не думала тогда, тебя только достали из воды, я слишком переживала. Я сказала, чтобы он оставил тебя в покое. Я знаю, что не должна была… Кит сжал ее руку, прерывая путанную речь, и она подняла на него взгляд. Он уже не улыбался, но в его взгляде Аллура видела мягкость и теплоту, которую никогда не замечала раньше. Он был таким… взрослым. - Все в порядке, - сказал он, - я понимаю. Аллура ощутила, как с ее души падает не просто камень, а целый огромный кусок скалы. И тут пошел дождь. Настоящий. Сначала Аллуре показалось, что это тоже часть алкогольного опьянения. Она задрала подбородок, чтобы увидеть, как лазерные лучи преломляются в миллионах капель, словно над танцполом разразилось настоящее северное сияние. Но видение было таким реалистичным, и крики людей звучали так натурально, что девушка опустила голову обратно, стараясь собрать мысли в кучу. А вокруг уже были потоки воды, и все пространство заполонил тропический ливень. Музыка резко заглохла, и в оглушающей тишине возмущенные и радостные вопли и шум воды заполонили пространство без остатка. Толпа ринулась к выходу, огибая улюлюкающих пьяных одиночек, мгновенно превратившихся в представителей конкурса мокрых маек. - Пожарная система, - сказал Кит, глядя наверх. Аллура уставилась на него, как завороженная. Мокрые волосы парня прилипли к его лицу. Змеевидные дорожки капель исчертили кожу, заполонили поры. Мир вокруг превратился в сказочный ливневый лес. Она не помнила, чтобы алкоголь раньше так на нее действовал. Все было так странно. А на Нарти был платок. Вот что было странно. Платок. Кусок платка в руках Широ. И Аллура ощутила, как пол уплывает у нее из-под ног.