Такой, какой есть.

      Ах, если бы люди умели летать, то герой бы взмыл в небеса, а не упал прямо на мокрую бетонную крышу десять метров на пять. Пока где-то далеко в попытках выровнять курс кружил вертолет, Рей медленно, но верно отключился от полученных после приземления увечий.

29 сентября, 1998 год

      Корпорация «Амбрелла» имела в своём распоряжении не только сотни учёных, работающих над созданием совершенных видов био-оружия в нескольких крупных секретных лабораториях и небольшую армию наёмников для устранения вышедших из-под контроля подопытных, но и обычные аптеки и их совершенно обычных работников.       И вот один из таких людей прямо сейчас вовсю пытался потешить своё эго.       — О, Эмма, ваши скулы такие острые, что о них можно порезаться.       А в ответ только раздражающий стук по клавишам.       — Это комплимент… вроде.       Реакции от объекта этих самых «комплиментов» всё ещё не было, лишь один раздражающий звук сменился другим: на этот раз шумом принтера.       Стыд. Стыд всегда преследовал Рея, где бы он ни был. Даже когда стыдиться было нечего, воспоминания о позорных вещах настигали его, а как только это происходило, герой непроизвольно, но очень тихо принимался осыпать себя оскорблениями.       — Придурок, — как вы поняли, этот случай не стал исключением.       В очередной раз убедившись в собственной никчёмности, он сначала уставился на стойку, за которой сидела секретарша, а потом и вовсе отвернулся. И снова волна воспоминаний о стыдных вещах…       И нет, не подумайте, он в жизни не сделал ничего из ряда вон выходящего, он слишком скромный и трусливый для такого. Для него «стыдная вещь» — это любая вещь, которая ему покажется какой-то не такой. К слову, когда другие люди совершали стыдные (на его взгляд) вещи, то он входил в их положение и всё прекрасно понимал. Хотя сам проклинает себя за каждую мелочь.       — Рей, — из воспоминаний и рассуждений его вывел голос Эммы.       — Да? — запоздало повернув голову, Рей ожидал увидеть лицо секретарши, но та уже уткнулась носом в финансовый отчёт.       — Эх, своим безразличием вы раните меня прямо в сердце!       Молчание, будто он призрак.       — Да пошла ты, Эмма! Все женщины — ведьмы, до свидания!       А в ответ опять тишина.