Сборник чего-то.

 — Когда-нибудь, лет через десять или двадцать, ты тоже станешь хреновым Боссом. Почему-то именно подобная фраза смогла произвести впечатление на Хизаши. Казалось, что её выдал человек из другой реальности, а может, из самого будущего. В ней что-то давало надежду, одновременно разочаровывало и злило. Его Босс — успешный работник бухгалтерии, вот только из своих обязанностей он ничего не делал. Носить спальный мешок и дрыхать в своём удобном кресле — ещё не входило в устав, правда? А самое обидное то, что этот мужчина сумел заполучить почти всё внимание к себе, пока Ямада, будучи ещё пешкой на огромной доске, молча выслушивал новую знакомую из другого отдела, редко кидая взгляды на чужую тушу. Как его вообще не выперли отсюда? Столько вопросов, которые хочется задать в порыве гнева, начать скрежетать зубами, встать целой горой, швырнуть заявление об увольнении прямо в лицо и, вздернув гордо нос, уйти. Вот только проблема в том, что зарплата у него каких-то жалких триста девяносто четыре тысячи йен в месяц. Это не особо мало, вполне хватает, но определённо ни один из этих зомби, даже Уважаемый Айзава Шота, не хочет окончательно превращаться в «офисного планктона». Бухгалтер желает петь, говорить с людьми, слушать их истории, восхищаться и грустить вместе, ставить любимые мелодии. Но для такой подработки или окончательного погружения в новую сферу не хватает только времени и сил. Подобную мечту следует оставлять в закрытом шкафу, не желая никому показывать. — Ты меня вообще слушаешь? — фыркает Каяма, смотря на Хизаши и мягко трепая за плечо, вовремя выводя его из раздумий. — Что? Ох, прости, Немури, я просто все ещё думаю об… Отчётах, — усмехнулся мужчина и откинулся на спинку стула, уложив руку на увесистую папку. Конечно, повезло, что он не один. Тем более, самой женщине тоже не нравится работать в маркетинге, но она хорошо зарабатывает и может позволить себе многое. — Да ты всё глазки строишь Айзаве, а? — тихо хихикнула брюнетка и поправила свои волосы, накручивая один локон на палец. Её взгляд тоже обратился к виновному, который сейчас о чем-то переговаривался с другим сотрудником. — Ты вообще думаешь, о чем говоришь? — недовольно буркает ей Ямада. Ему нет никакого дела до этого угрюмца. Не хватало ещё больше получить работы за лишний кивок или не дай Боже, ты проболтаешь свой перерыв дольше обычного. — И тебе пора идти, разве нет? — Так и желаешь, чтобы я поскорее свалила, да? — протягивает Каяма, но встаёт, при этом по-особенному долго вздыхая и только затем улыбаясь. — Ладно, я напишу тебе потом. Может, сходим выпить. — Ага, — махнув рукой в ответ, он провожает чужую удаляющуюся спину, прежде чем понимает, что над его столом нависла тень. Черт. — Смотрю, есть время на разговоры, — голос у Шоты хриплый; он не злой, но осуждающий, не громкий, а пугающий. Всё же, он Босс. Приходится поднять голову, выпрямиться и напрячься. Конфликтовать с ним, а тем более указывать — подписываешь себе смертный приговор и какое-то никчемное звание. Некоторые уже заслужили их и, отнюдь, звучат они совершенно не по-доброму. — Раз ты так свободен, то переделай документ. — на его стол взваливается папка ничуть не меньше, чем та, которую бухгалтер держал всего лишь несколько минут назад. — И будь добр, не порти другим людям работу. Босс смотрит на него совсем безразлично, хотя, не будь он близоруким, может, сумел бы разглядеть на фоне других работников, что уже начали шептаться. Многие говорят, что между ними какая-то химия, вот только к сожалению, подобная реакция может привести к взрыву всего офиса. Надо досчитать до трех и он обязательно станет прилежным рабочим. Один. У Айзавы слишком старомодные понятия. Они одногодки, но при нём почему-то блондин чувствует себя ребёнком. Два. Этот мужчина проводит вычисления на счётах*, иногда даже заставляя Хизаши переделывать отчёты, которые сам и составлял. Три. Как же он чертовски невыносим. Ямада тихо выдыхает, буквально на несколько секунду прикрывая глаза, но сразу же натягивает улыбку. — Конечно, Босс. Брюнет только фыркает ему в ответ и уходит. Хизаши же клянётся, что когда-нибудь точно отсюда уволится.

***

— Знаешь, думаю, что тебе стоит сходить на пьянку с Айзавой, — резко выдаёт Тошинори, аккуратно открывая свой бенто в столовой. — Иногда подобное помогает улучшить отношения. Да и… Он не такой уж и плохой человек. — Я вообще его знать не хочу. — недовольно стонет бухгалтер и, вовремя стянув очки со своего носа, утыкается лбом в изгиб локтя, тихо вздыхая. Только сразу вздрагивает и ойкает, когда ему прилетает в затылок. — Если ты не хочешь, чтобы он окончательно портил тебе жизнь, —подошедшая женщина хмыкает и сразу же усаживается рядом на стул. — То действительно легче пойти на контакт, чем ждать и жаловаться на свою работу. Все и так знают, что ты к нему неровно дышишь. — Я его ненавижу. Ауч! — Ямада скулит и свободной рукой трёт лоб, жмурясь от неприятной боли. — Нем, будь поласк. — — Нет, пусть сам разбирается. Я разгребать его дерьмовые отношения не буду. — сразу отрезает Каяма, кинув свой убийствинный взгляд на Яги, от чего тот вжал голову в плечи. На самом деле, идея не была такой уж и ужасной. Да и скидываться на подобные пьянки будут почти все, кто пойдёт, а Шота — тем более, потому что главный директор компании сам распорядился таким указом. Всем рабочим следует куда-то выбираться коллективом, хотя бы, большинством. И хоть по слухам Айзава вообще не любитель подобного, но все равно упорно ходит и что-то, да болтает. — Я попробую. — бормочет блондин, слегка хмурясь, но моментально настраивая себя. По крайней мере, облажаться будет весьма проблематично. Наверное… Никто из его знакомых толком и не ответил, рады они подобному решению или нет.

***

Что ж, все проходило довольно. Неплохо? Что странно, но Айзаву совсем не обделяли компанией, а наоборот, охотно созывали в любой спор или рассказывали анекдоты. Будто здесь он был вовсе не Боссом, а совершенно обычным мужчиной, с лёгким чувством юмора, даже с умением. Ухмыляться? А может, Хизаши показалось, хрен знает, сколько литров пива он смог осилить. Их взгляды почти не встречаются, лишь редко можно увидеть чужие расширенные зрачки, которые сразу же ускользают, как вода из ладоней. Не то, чтобы это сильно разочаровывало. Может, следовало бы относиться к нему куда более проще. Ведь, пожалуй, тяжело держать весь коллектив сплоченным, как один полноценный пазл. Тихо вздыхая, бухгалтер смотрит на оставшуюся банку пива и вскоре медленно поднимается, решая выйти на веранду данного заведения, потянувшись за пачкой в кармане. Этот поход не увенчался успехом и пожалуй, с самого начала был обречён на провал. Может, это блондин такой «особенный», либо Шота попадается ему просто не вовремя. Жизнь — штука хреновая и разбираться в ней, как копаться в чужих кишках: безнадёжно. В детстве мужчина даже и не задумывался, что будет работать на не особо приятной должности, иметь среднюю зарплату и курить после какой-то дряной выпивки, которую купил коллектив. Все дети мечтатели, разве нет? — Но. Все не так плохо, — тихо буркает себе под нос Ямада, зажав бычок между зубами и вскоре поднос пламя зажигалки к нужному месту, собираясь уже ощутить привычный горький вкус. — Ты ведь знаешь, что это вредно, не так ли? Здесь подобное может и статусу помешать. Блондин вздрагивает и чуть не роняет сигарету, глядя на нового гостя. Айзава подкрался к нему так не заметно… Либо он слишком был увлечён своими мыслями и не заметил брюнета. — Понятно… Одолжишь? — мозолистая рука, освещенная только уличным фонарём и луной, протягивается к нему и почему-то сейчас бухгалтер, как никогда понимает, что подобное действие — принятие и толчок к новому. Сказать ничего не получается, но он сам учтиво всё кладёт в чужую ладонь, успев уже поджечь свою сигарету. Они оба прислоняются к стене, выдыхают едкий дым и лишь изредка продолжают сталкиваться взглядами. — Ты хороший работник. Ты ведь понимаешь это, когда я доверяю тебе гораздо более важную работу, чем всем остальным? — выдаёт брюнет, тихо хмыкая и выдыхая через нос. От подобных слов Хизаши даже некоторое время стоит в шоке, соображая, не стало ли подобное галлюцинацией. Да Босс ведь над ним почти издевался, а оказывается, что для него это имеет совсем другое значение. — Что ж, спасибо, сэр. — Не надо условностей. Сегодня я просто Шота. Как тебе? —мужчина докуривает и лёгким движением пальцев, выкидывает окурок в мусорку, что стояла не так далеко. Похоже, когда он пьян, то ведёт себя, как ребёнок. Но. Почему-то такое состояние нравилось Ямаде куда больше. Теперь глава отдела был совсем нормальным человеком, с которым не страшно и поговорить. Тем более, может случиться так, что они оба об этом забудут. — Ха. Неплохо. Пожалуй, откажусь от попытки-и. — он будто задумывается на минуту. — Побить ваш рекорд, — блондин улыбается и просто отталкивается от стены, идя в сторону нужного ящика. — Очень жаль. Давно ищу подобного смельчака, — сразу следует ответ. — Знаешь… Я очень удивился, когда увидел твоё досье, — Айзава приглаживает свои тёмные волосы, слегка прикрывая глаза и опуская их в ноги. — Ты почти в ногу со мной и подобная мера была принята от того, что у тебя нет опыта работы. Они решили дать тебе пару годиков. Но вспоминая наш прошлый разговор., — вскоре следует характерный «ик» и запинание. Бухгалтер смотрит на того через плечо в ожидании продолжения. — Хочу сказать, что Боссом ты станешь определённо раньше. Возможно, даже заменишь меня. Обязательно будешь давать мне пинка, даже если я буду упираться, хорошо? — тихо хохочет Шота, закинув голову и смотря в тёмное небо, покрыто тысячами или миллионами звёзд. Как после подобного ненавидеть этого человека? Он хлопает ресницами, чувствуя, как щеки резко алеют, а после становится так неимоверно стыдно. Даже с другой стороны, это просто глупо, сразу так предвзято относиться к человеку, не решаясь узнать его поближе. Это не отменяет многочисленных издевательств, рабочих дней длиннее обычных, а также хмурые взгляды. Но что-то в туманной голове сменяется другим и Хизаши хихикает, прикрывая слегка рот рукой. Порой, алкоголь помогал сблизиться людям. Пусть это и не стало пока дружбой, но новым хорошим знакомством точно. А завтра всё будет по-старому, где они будут притворяться, что ненавидят друг друга, пока другие знают все наперёд.  — Я постараюсь не переусердствовать, Шота. —  блондин поворачивается к нему полностью и улыбается.