Сборник чего-то.

Хизаши Ямаде больно. Да, несомненно, он рад видеть своего друга, хотя от него прежнего почти ничего не осталось. Теперь это какой-то непонятный сгусток, бормочащий что-то и лишь изредка хихикающий. И Мик бы сказал своему мужу, что ему страшно видеть Оборо таким, но смотря на Шоту, он понимает, что его сердце разбивается. В его взгляде столько надежды и даже ласки, которая была обращена явно не к нему. Ямада знал, что Шота любил Ширакумо. Что он хотел с ним встречаться и целоваться за стенами академии. Что этот облачный мальчик научил его улыбаться и смеяться. Но… Они женаты. В той тупой бумажке была его фамилия и имя, а не Ширакумо Оборо. А хотел бы Айзава его… Заменить? Хотел бы он, чтобы умер Ямада, а его любимый остался в живых? А любит ли Шота его вообще?

***

Мика это гложет неделю. Он начинает нервно хихикать, часто кусать губу и даже грызть ногти. Мужчина не хотел думать о том, что он действительно, словно запасная шина для автомобиля. Лежит в багажнике до того времени, пока первоначальная не проколится. Где-то внутри он знает, что Айзава никогда так не поступит. Он не такой человек. Но, к сожалению, мысли не могут остановить поезд страданий, лишь добавляя угля в топку.

***

Он не номер один. Ямада понимает это резко, будто в голове у него звонит будильник. Только вместо этого раздражающего звука, он видит мужа, который перелистывает старые фотографии в своём телефоне. И явно не с ним. И Мик не хочет быть каким-то убийцей или эгоистичным человеком, но почему-то ему до безумия хочется, чтобы мертвый друг так и оставался в гробу. Он не знает, почему Айзава не замечает этого: его молчаливого попугая, долгие взгляды на своей спине и тихие объятия по ночам, от которых он, кажется, стал отворачиваться. И почему-то именно в этот момент все ломается.

***

Хизаши всхлипывает в тот момент, моментально кусая губу и сжимая свою кожанку. Когда он стал таким эмоциональным? Когда маска дала трещину, а слабым местом оказался муж? — Мик? — Айзава, кажется, удивлён и поднимает взгляд на Хизаши. Возможно, он даже не заметил, когда блондин пришёл домой. Весьма неприятно. — В-всё в порядке, Шота… Не беспокойся, — бормочет Ямада, но он не в силах сдержать очередной сдавленный скулеж о помощи. Поэтому ему приходится лишь моментально развернуться и двинуться в сторону их спальни. Только точно ли она была для них двоих? Но его останавливает мозолистая рука и строгий взгляд, от которого Ямада лишь пуще сжимается, не желая даже начинать разговор, который хотел поднять ещё полторы недели назад. — Я же вижу, что с тобой что-то не так всю это неделю. Ты чуть ли не плачешь каждый день и мешки под глазами становятся все заметнее, — мужчина хмурится, откладывая телефон на стол. Хизаши лишь снова бросает туда взгляд и чувствует, как сердце вновь разбивается. Там очередная фотография с Шотой и Оборо. — - Ты можешь мне расска— — ХВАТИТ! — Мик не выдерживает со своей причудой, от которой, кажется, дребезжат окна. Блондин сразу вырывается и прижимается к столешнице, обнимая себя руками. Он весь дрожит, горло сжимает похуже, чем от старой модели его динамика, а глаза щипит, будто в них попал шампунь. — Я… Я знаю, что я для тебя никогда не был первым. Т-тебе не надо было встречаться со мной из-за жалости, — Ямада чувствует, что внутри все ломается, а голос становится хриплым и тихим. — Не надо было и жениться… Если бы ты сразу мне отказал, то жил бы гораздо спокойнее! — Хизаши сжимает теперь своей рукой волосы, отводя взгляд побитой собаки в сторону. — Лучше бы… Я умер тогда. Я же прав, Шота? — Мик лишь сильнее ломается и сразу же съезжает по стенке столешницы вниз, утыкаясь лицом в ладони. Он — сплошные проблемы и разочарование. А Шота стоит, не зная, что даже и сказать. Он никогда до этого не видел мужа настолько убитым и эмоционально потерянным. Сейчас он выглядит жалко и похож на котёнка, которого выбросили хозяева просто потому, что им не понравился цвет его глаз. — Хей. Почему ты так решил, милый? — Айзава старается подойти как можно аккуратнее и спокойнее, чтобы не спугнуть мужа ещё больше. Неужели он настолько плох для него, что допустил такое в их отношениях? — Потому что… Оборо вернулся, — спустя нескольких секунд всхлипов отвечает тот. — Ты его любил, я же знаю… Я просто запасной вариант. Мальчик, который сидит на скамейке и ждёт, пока кто-то лучше него отобьет мяч… Айзава молчит, кусая губу. Конечно, он рад видеть Оборо. Мужчина даже и не думал, что увидит его когда-либо ещё, если не на небе или в аду, но… Шота точно не хотел доводить это до такой степени, что Хизаши чувствует себя брошенным. — Нет, что ты… — Хватит. — тихо просит Ямада, снимая свои очки, иногда икая от сокращения диафрагмы. — Я знаю, что это правда. Что я замена. — он снова молчит пару секунд. — Я… Пойду спать. Прости за то, что потратил твоё время, — Мик сломлено улыбается, правда, через секунду это подобие сразу растворяется. Белокурый мужчина поднимается и забывает даже про очки, шаркая в сторону дверного проёма, слабо шмыгая носом. Шота чувствует себя безумно виноватым, поднимая аксессуар и заглядывая в эти оранжевые стекла. Он должен сказать Хизаши, что это не так. Что он его чёртов муж и Айзава выбрал его потому, что Мик значит весь мир для него.

***

Айзава решает поговорит с мужем утром. У них как раз суббота и, кажется, никто особо не спешит. Шота даже проспал ночь на диване, не решившись приходить к Хизаши. — Хей, милый… — тихо зовёт брюнет своего мужа, заглядывая за дверь. Тот лежит к нему спиной, волосы в каком-то беспорядке. — Что? — хриплый голос заставляет Айзаву сразу же улыбнуться. — Ты… Хочешь все ещё поговорить? — мужчина аккуратно садится на кровать, начиная поглаживать спину Хизаши. — Нет. Но уверен, что Оборо хотел бы, — Ямада не может не съязвить, кажется, давясь собственным ядом. Шота тихо вздыхает. Они просто остаются в тишине на несколько минут и брюнет почему-то понимает, что не привык к такому. Это было не то приятное молчание, в котором они нежели по утрам. Это означало то, что он на минном поле. — Хей, а как же щекотушки? — - Шота, я не в настр— Ахах! Айзава наступает, беспощадно щекоча своего мужа, а тот смеётся. — Хвааатит, — тянет Ямада и наконец поворачивается к тому лицом и мужчина сразу прекращает. Вид у блондина, мягко говоря, помятый. Глаза красные, усы слегка опущены, губы искусаны. И ведь до такого его довёл именно Шота. — Прости, — тихо бормочет Айзава, сразу же обнимая Мика и прижимая его к себе. Блондин немного напрягается, но сопротивляться не хочет. — Я… Не хотел, чтобы ты себя так чувствовал. Я был просто идиотом, когда решил, что оставить тебя в таком состоянии будет правильным. Ямада смотрит на него и молчит, тихо вздыхая. — Я просто. Ты же знаешь, как я винил себя. И… если бы такое произошло с тобой, Хизаши, поверь мне, я бы не пережил, — он берет ладонь мужа, аккуратно целуя. — Я знаю, что сейчас ты надумаешь себе много чего и я… Видел, как ты убиваешься. Я не хочу, чтобы ты так себя чувствовал. — он целует Ямаду в щеку. — Я люблю тебя. Люблю Хизаши Ямаду, а не Оборо Ширакумо. И тебе никогда не стоит думать, что ты — замена. Мой муж никогда ею не был и не будет. И теперь он слышит сдавленный всхлип. — Шота… прости, я такой идиот, — бормочет Мик, обнимая брюнета за шею и притягивая его к себе для объятий. — П-просто… Ты так скучаешь по нему и я… Ощущаю себя третьим лишним. — Ты никогда им не был, золотце. Я очень тебя люблю, слышишь? Перестань искать в себе изъяны. Если хочешь, я скажу завтра Оборо, что мы женаты. — Нет. Все в порядке. Я верю своему мужу.