Жойен Рид

— Т/и, — зовёт старик тебя. Ты отвлекаешься от своего разговора с Мирой и поворачиваешься к Ворону. Встаёшь и подходишь ближе, — Бран уже начал своё обучение, пора и тебе приступить. Вы здесь почти месяц. — Хорошо. С чего мне начать? Что делать? — ты разводишь руками, ожидая указаний, но он лишь устало вздыхает. — Ты отправишься вместе с детьми леса в чащу, где они научат тебя обращению, громкому крику, сметающему всё на своём пути и связи с другими животными, помимо Мерелин. Так же они помогут тебе развить свой слух, зрение и силу. — Как надолго она туда отправится? — спрашивает Бран, встрепенувшись, — Почему в лес?! Разве она не может обучаться здесь?! — Лес — естественная среда обитая фералов (Автор: это те же самые оборотни). Время учёбы зависит от того, насколько старательно твоя сестра будет учиться, но не меньше, чем несколько месяцев, возможно, годы… — Что?! Я не могу оставить Брана здесь! — Можешь и оставишь, но ты можешь взять с собой спутника, — Ворон выразительно смотрит на Жойена, и ты поворачиваешься к нему лицом, потом к Мире. — Но я не хочу оставлять своего брата… — Я понимаю, что ты заботишься о нём и очень любишь. Он — твой брат, это оправдано. Но сейчас от вас двоих может зависеть судьба всего мира. Вы должны спасти его. — Нам нужно… обсудить это. — Конечно, он может остаться, и ты можешь взять кого-нибудь другого, но не Брана. Ты отходишь к друзьям и обводишь всех печальным взглядом. Садишься рядом с братом и кладёшь голову ему на плечо. Вы сидите все впятером в кругу. У тебя сосёт под ложечкой. — Я думаю, что ты должна взять Жойена, — говорит Мира, прервав затянувшееся молчание, — Если ты не можешь остаться, а Бран не может уйти, нужно, чтобы кто-то защищал его. Жойен для этого не подходит, он не так хорошо обращается с оружием. Ходор нам нужен, я твоего брата утащить не смогу… — Ходор! — Я согласен, — кивает мальчик, ты печально смотришь ему в глаза, скрывая возмущение, — Не смотри так! Мы оба шли сюда, чтобы чему-нибудь научиться. Я уже целый месяц занимаюсь хоть чем-то, в то время как ты только и делаешь, что воркуешь с Жойеном, — вы с блондином усмехаетесь, переглядываясь, а остальные закатывают глаза, — Со мной всё будет хорошо, Т/и. — Может, лучше подождать, пока ты выучишься, а потом начать учить меня? У меня плохое предчувствие, Бран… — Так мы потратим слишком много времени, ходоки уже могут захватить мир, когда мы закончим обучение. Тебе не стоит переживать на счёт меня. Со мной будет Мира и Ходор. К тому же, мертвецы не смогут пройти в эту пещеру, помнишь? — У меня нет выбора, да? — все синхронно кивают, а ты вздыхаешь. Переводишь взгляд на блондина, и он нежно сжимает твои пальцы, — Ты хочешь идти со мной? Я могу и одна… — Можешь, но не пойдёшь. Не хочу, чтобы мы снова потеряли друг друга. Я же говорил тебе, что не оставлю тебя, — парень хмуриться и смотрит на Миру, которая снисходительно улыбается ему, — Прости, сестра. — Я всё понимаю. Никогда не видела тебя таким, и не хочу, чтобы ты возвращался к прежнему Жойену. Ты встаёшь на ноги и идёшь ближе к Трёхглазому Ворону. Он внимательно смотрит на тебя, а ты киваешь. — Вы отправитесь в путь завтра на рассвете. Ты вновь киваешь и идёшь к остальным ребятам. Садишься между братом и Жойеном, после чего целуешь парней по очереди в щёки. Они усмехаются и обнимают тебя. Последний вечер… кто знает, что сучиться потом? Жизнь непредсказуема… *** Месяц в дороге изнурил тебя, и первым делом, когда вы добрались до места тренировок, ты упала на постеленную шкуру со словами: «Сначала я высплюсь». Дети леса снисходительно улыбнулись и кивнули, получив твою ответную улыбку. Нет, конечно, вы спали в дороге, но не больше трёх часов, а это слишком мало. Если Жойен особо и не жаловался, потому что, судя по мешкам у него под глазами, он всегда так спит, то ты почти умирала без здорового сна. За стену добрались вы к вечеру, поэтому ты спокойно вздохнула и прикрыла глаза, кутаясь в плащ и меховой жилет. Только потом сквозь дымку сна ты почувствовала, что рядом с тобой лёг Рид, крепко обнимая и прижимая к себе. Сразу стало намного теплее. *** Первый месяц тренировок сводила тебя с ума. Твои голосовые связки ныли каждую секунду от постоянного крика, но как ты ни старалась, ты не могла повторить то, что сделала на озере перед тем, как провалиться под лёд. Твоей задаче было — разрушить с помощью голоса огромный камень, лежащий недалеко от вашего лагеря. В твою ежедневную программу входила медитация, тренировка и изучение теоретических знаний о силе голоса. Практика была самым страшным мучением для тебя, потому что под конец тренировки ты кричала уже сквозь слёзы от боли. Ты устало плюхнулась около дерева, задирая голову к небу. Оно было затянуто серыми тучами, которые сливались со снежными вершинами гор и прятали в себе стену, когда начинался снегопад. — Эй, всё будет хорошо. У тебя получится, — рядом с тобой появился блондин и успокаивающе положил руку тебе на колено, нежно поглаживая большим пальцем мех штанины. — Мне кажется, — ты прохрипела эти слова, а потом закашлялась, — Моё горло взорвётся быстрее, чем я научусь. — А ты попробуй сделать так, чтобы не горло, а камень взорвался. Я знаю, что ты всё сможешь, потому что ты — Т/и Старк! — он улыбается, и всё внутри тебя наполняется светом. Ты улыбаешься в ответ и придвигаешься ближе, кладя голову на плечо. Рид берёт твои руки в свои и начинает дышать на них, пытаясь согреть. Он всегда всё старается делать для тебя, совсем забывая о себе. Ты смотришь на него, а потом убираешь голову с его плеча. Парень непонимающе поворачивается к тебе, — Что такое? — Ты вздыхаешь, улыбаешься и тянешься к нему за поцелуем. Он улыбается в ответ и быстрее сокращает разделяющее вас расстояние, нежно касаясь твоих губ. Его губы холодные и шершавые, но такие мягкие и нежные, что тебе хочется провалиться в этот поцелуй и больше никогда не возвращаться в реальность. Забыть о чёртовых ходоках, детях леса, обучении, обо всём. Не замечаешь, как оказываешься сидящей у него на коленях, — Здесь слишком холодно. Не думаю, что это хорошая идея. Ты можешь простыть, — прерывисто шепчет он, отрываясь от твоих губ. — Какой ты заботливый, — закатываешь глаза, но всё равно улыбаешься и оставляешь ещё один поцелуй на губах Жойена. Только подумать… пару месяцев назад тебе хотелось всадить кинжал в его горло… — Т/и? — Листочек появляется так неожиданно, что ты чуть было не вскрикнула. Смотришь на неё, распахнутыми глазами, — Извини, — она потупила взгляд, сильно смущаясь, — Я вас отвлекла… — Всё нормально, — ты снисходительно улыбаешься и встаёшь с блондина, — Что ты хотела? — Нам нужно… продолжить. Кажется, мы придумали, как научить тебя… — Я сейчас, — девочка убежала к своим сёстрам, а ты повернулась к Риду с таким лицом, будто тебя сейчас убьют в муках. Он усмехается и кивает тебе, — Спасибо, что ты рядом. Ты убегаешь следом за жительницей леса. Все собрались перед тем самым валуном в ожидании тебя. — Раньше, мы заставляли тебя это делать, чтобы ты научилась, но ты должна это делать, чтобы защитить своих любимых. Ты должна представить, что случиться, если ты этого не сделаешь. Должна будешь запомнить эти ощущения, и потом развить эту способность до максимума. Т/и, представь, что если ты не разрушишь этот камень, то кто-то умрёт. Умрёт Ходор… — Перестань! — Это необходимо, Т/и. Ты понимаешь, что если не сделаешь этого, то их всех убьют. Они превратятся в ходоков. Они замёрзнут. Миру изнасилуют вороны, а потом убьют, отдав её разодранное тело псам! — Хватит! — тебя уже начинает потряхивать. — Джона разорвут ходоки. Его кожа станет белой и сухой, как лёд, кости обнажатся, и он встанет в эти ряды, вместе с Королём ночи атакуя твой дом, твои земли, твоих родных, оставшихся в живых… — Прекрати! — Умрёт Санса! Русе Болтон сдерёт с неё кожу! Умрёт Арья, её изобьют до смерти в лагере или храме красного бога! Умрёт Жойен! Ты убьёшь его собственными руками! Умрёт Бран! Король Ночи найдёт его и сломает защитные чары в пещеру! Одна из жительниц леса воспользовалась уязвимостью твоего разума, и сотворила все эти картины в реальность. Ты видела смерть каждого из своих близких. Видела, как Ходор падает на белый снег, видела, как Миру насилуют и бьют те уроды, поймавшие твоих друзей в доме Крастера, как Король Ночи протыкает Джона своим копьём, и его чёрные глаза становятся до невозможности синими. Видишь, как бастард Болтона делает надрез на безупречной коже Сансы и поддевает края щипцами… Видишь, как Арью избивают палками, ломая кости… Видишь, как ты втыкаешь когти в артерии Жойена, и эта картина делает тебе ещё больнее. Видишь, как Король ночи разрушает вход в пещеру, и его войска выволакивают оттуда твоего брата… Все эти видения давят на черепную коробку, пытаются сломать её изнутри, и в какой-то момент тебе начинает казаться, что ты слышишь треск своих костей. — ХВАТИТ! — твои крик становится таким резким и настолько громким, что камень треснул и раскололся пополам. Видения прекратились так же резко, как и начались. Ты замолчала и уставилась на этот самый пролом, пытаясь отдышаться, — У меня получилось? — еле выдавила ты из себя. Дети леса стояли рядом с тобой и улыбались. Листочек слегка толкнула тебя в спину в тот момент, когда к вам выбежал напуганный Жойен. Он уставился на тебя испуганными глазами и хотел подойти, но одна из твоих кураторов остановила его. — Давай ещё раз, — шепчет девочка. Ты переводишь на неё взгляд. Под глазами пролегли мешки буквально за пару минут видений, кожа посерела, а на лбу выступил пот. Спустя пару минут киваешь, набираешь в лёгкие больше воздуха, прикрываешь глаза, сосредотачиваясь на ощущениях, а затем громко кричишь. Да так сильно, что оставшиеся куски камня разлетаются в пыль. Ты открываешь глаза, а затем теряешь сознание, падая в руки своего возлюбленного. *** Следующие пару недель ты тренировала свой голос, чтобы он был сильнее и громче. Первое время силы тратились очень быстро, но со временем, после многих часов медитации, тебе удавалось всё легче и легче распределять силу и энергию. Сразу же с этим ты решила научить Жойена владеть оружием, на что он был согласен, и когда заканчивались твои тренировки — начинались ваши общие. Первое время парень казался нелепым, неуклюжим и неумелым, на что ты тихонько усмехалась, чтобы не обидеть его. Но потом ты стала с удивлением замечать, что с каждой минутой он всё ловчее и легче обращался с кинжалом. Не удивительно, Рид всегда быстро учился, и ты была удивлена, что Мира никогда не пыталась его научить. Видимо, ей нравилось быть для него нужной, защитницей, она боялась это потерять, но теперь у неё есть Бран. Так сказать, поменялись… Ты наносишь прямой удар, потом сбоку и сверху, но все удары блондин ловко отбивает, после чего нападает сам. Он делает несколько выпадов, смещая тебя назад, и ты ловишь момент, чтобы нырнуть под его рукой и приставить к горлу кинжал, однако, парень отбивает твоё лезвие и целует, выводя из колеи. Ещё через секунду твоя спина касается дерева, а руки оказываются в руке Рида над твоей головой, в то время как кинжалы упали в снег. — Седьмое пекло! Так не честно, — прерывисто шепчешь ты, когда возлюбленный отстраняется, — Ты и с другими собираешься так проделывать? — Только с самыми красивыми, — он усмехается, спускаясь поцелуями к твоей шее, сбивая к чертям твоё дыхание. — В мире много красивых девушек, которые умеют сражаться! Ты собираешься делать это со всеми?! — Я же сказал, что только с самыми красивыми. И я знаю только одну такую, — он улыбается, а ты закатываешь глаза, — Ты должна знать, что я — всегда твой. И только. А ты — всегда моя. — А если нет? — усмехаешься, хочешь подразнить его. — Ни за что на свете! Пусть только попробуют приблизиться! — он почти рычит… *** Следующие два месяца ты учишься обращаться в волка. Это оказывается гораздо сложнее и больнее, чем ты себе представляла. Первые дни у тебя не получалось ничего, кроме того, что было раньше — клыки, глаза и когти. Но когда ты впервые почувствовала дикую боль, ты испугалась, что делаешь что-то не так, однако, дети леса убедили тебя, что так и надо. Сейчас ты стояла посреди поляны, жалобно смотря на своего парня. Развязываешь плащ, жилеты и штаны, скидывая всё на снег. Блондин хочет что-то возразит по этому поводу, но дети леса не дают ему. Твои зубы стучат, но ты всё равно пытаешься вызвать превращение. Глубоко вдыхаешь и жмуришь глаза. В следующую секунду твоё тело пронзает невыносимая боль, которая в прямом смысле ломает твои кости. Громко рычишь, от чего всех отбрасывает на метр, а в следующую секунду твоё тело покрывается шерстью, но ты всё так же стоишь на двух ногах, лишь пальцы приобретают подушечки, как у волков. Тебе так больно, кажется, будто все внутренности перемалывают и превращают в кашу, которая вот-вот потечёт сквозь кожу наружу. Рычишь, кожа на твоей шее натягивается, а клыки уже не упираются, а царапают нижнюю губу. Не выдерживаешь и превращаешься обратно, падая на снег. Жойен тут же подбегает к тебе и накрывает плащом, прижимая твоё дрожащее тело к себе. Он шепчет что-то успокаивающее, гладит тебя по волосам, пока ты пытаешься восстановить дыхание. Твоё тело вспотело, лицо побледнело, и ты поднимаешь потемневшие глаза на детей леса. Они смотрят на тебя без злобы, сожаления или сочувствия. Они знают, что ты всё выдержишь. Закрываешь глаза и утыкаешься лбом в плечо Рида, глубоко вдыхая. Тебе кажется, что тебя постепенно отпускает, и ты вдыхаешь более глубоко, чувствуя, как твои лёгкие приобретают прежнюю форму. — Ещё раз, — проносится твой еле различимый шепот. — Что? Мне кажется, что на сегодня ты уже… — Ещё раз, — твёрдо говоришь ты, поднимаясь на ноги и снимая со своих плеч плащ. Глубоко вдыхаешь и закрываешь глаза. Медленно поднимаешь веки, демонстрируя ярко-синие радужки, окаймлённые чёрным. Мерелин преданно смотрит на тебя из чащи леса. Ещё раз вдыхаешь и запускаешь трансформацию. Вспоминаешь картины, когда дети леса вызывали у тебя галлюцинации. В этот раз боль притупилась, и когда ты открыла глаза, ты поняла — у тебя получилось. Все удивлённо смотрели на тебя, а ты на них. Улыбаешься в своей голове и бежишь к заледенелому озеру. Видишь в отражении огромную белую волчицу, больше, чем Мерелин и Лето, размером почти с лошадь. Поворачиваешься, чувствуя, что ты в теле волка. Перед тобой стоит Рид, держа в руках твой плащ. Закрываешь глаза и обращаешься обратно. Блондин укутывает тебя в плащ и ведёт к месту ночлега, где ты одеваешься в одежду полностью. *** Ещё два месяца уходят на обучение связываться с другими животными, кроме Мерелин, и развитие слуха, силы и выносливости. Спустя полгода ты уже обучена всему, что нужно знать, и собираешься вернуться в пещеру к брату, по которому безумно соскучилась. Сейчас ты вместе с Жойеном и Мерелин сидела у костра, наблюдая, как огонь пожирает поленья. — Завтра мы отправимся в путь, — тихо говоришь ты, откидывая голову на плечо Рида. Он крепче сцепляет пальцы на твоей талии и вздыхает, полностью облокачиваясь на дерево, — Как думаешь, Бран и Мира сильно изменились? — Не знаю, возможно. Если бы я мог проникать в их сны, я бы сказал тебе, — парень не хотел тебя обидеть, однако укол совести всё же оповестил о своём присутствии. Ты низко опустила голову и уже открыла рот, чтобы извиниться, как блондин прервал тебя, — Не нужно извиняться. Ты вернула меня к жизни, и ты рядом. Мне больше ничего не нужно. Знаешь, без этой способности мне даже легче, — Вы сидите какое-то время в тишине, пока его тихий и хриплый голос не нарушает её, — Я люблю тебя. Ты, словно кошка, закрываешь глаза, наслаждаясь этими словами. Он так давно не говорил этого. Лёгкое покалывание прошло по твоей коже. — Я тебя тоже люблю. Кстати, Бран и Мира действительно изменились за это время. Бран приходил ко мне во сне, — ты поворачиваешь голову, и Рид оставляет на твоих губах лёгкий поцелуй, затем на секунду отстраняется, и снова целует, но теперь более жадно и настойчиво. Уже через минуту ты лежишь на снегу, а окрепшее и подкачанное за полгода тело юноши прижимает тебя к земле. Ты наслаждаешься каждым мгновением, пока не чувствуешь лёгкую вибрацию. Резко отстраняешь парня и поворачиваешь в сторону, — Седьмое пекло! Быстро! — вскакиваешь и начинаешь тушить огонь. Вы оказываетесь в полной темноте, — Нас в любом случае уже заметили! — Ты подаёшь возлюбленному один из своих кинжалов и прячешься за ближайшим деревом. Блондин следует твоему примеру. Раздаётся топот копыт, и показываются всадники. Один из них проезжает мимо тебя и останавливается около вашего дымящегося костра. Он спрыгивает с лошади и подходит ближе. Ты считаешь в уме до трёх и в следующую секунду кидаешься на незнакомца. Валишь его на землю, приставляя свой кинжал к его горлу и угрожающе рычишь. Но как только видишь лицо незваного гостя, удивлённо хлопаешь глазами. — Джон? — вырывается у тебя, а широкая улыбка расползается по лицу юноши.