Elgara

      Ллараинэль давно не ощущала такой нервозности. Она то и дело перекладывала бумаги с края на край, открывала ящички и пересматривала содержимое в надежде найти что-то. Девушка правда бы хотела занять себя чем-то полезным, но мысли о приезде Дориана никак не давали сосредоточиться даже на самых простых вещах. Она то и дело поглядывала на часы или прислушивалась к звукам на улице, но ничего. По расчёт маг должен был прибыть ещё утром, но видимо в пути что-то пошло не так и вот уже стрелка часов перешагнула полдень, а от Дориана ни слуху ни духу. Нэль уже бы послала отряд на встречу, да что там, она бы сама помчалась вперёд навстречу возлюбленному, но её советники даже ворота закрыли. Вот же, собственные люди отказались открывать ей, ссылаясь на приказ от командора и Нэль не осталось ничего, кроме как вернуться к себе и ждать. Это убивало. Она всегда была в первых рядах и ожидание было в новинку. Теперь эльфийка прекрасно понимала, как чувствовал себя Дориан, когда она уходила без него на опасные миссии. Ллараинэль выдохнула и тут же услышала как с грохотом отворяются главные ворота.       Такой скорости от неё не видели пожалуй даже на поле боя. Она оказалась внизу так быстро, что Каллен, встречающий прибывших, вздрогнул когда она с ним заговорила.       — Иногда вы напоминаете мне Коула, Инквизитор, — мужчина повёл плечами и усмехнулся.       Нэль лишь покачала головой, но говорить ничего не стала. Она уже видела лёгкую улыбку на губах приближающегося мага и странный настороженный взгляд девушки рядом с ним. Темноволосая эльфийка была не знакома Ллараинэль и брови девушки тут же сошлись на переносице. Неужели из-за неё маг задержался?       — Ох, меня тут встречают не как блудного сына, а как самого короля, ну что вы ну что вы, не надо лишних оваций, — Дориан очень грациозно спрыгнул с коня и тут же махнул рукой Инквизитору и Каллену, которые стояли бок о бок.       Нэль осмотрелась. И правда, собралось немало народу, пожелавших посмотреть на вновь прибывших, но Ллараинэль обратила внимание совсем на другое. Насколько же поредело население крепости от этого на душе стало тоскливо. Но тут же это чувство перебила радость. Дориан тут, пусть и на время. И раз оно так сильно ограничено, то она тем более не имеет права так открыто грустить при нём. Вот только наличие странной темноволосой эльфийки немного омрачило прибытие мага, но Нэль старалась всеми силами делать вид, что ничего не происходит и всё в порядке. Она вместе с ребятами Быка подошла к Дориану и чинно поздоровалась. Ладно, может не совсем чинно, девушка не удержалась от объятий, но всё же их спокойно можно было назвать дружескими, потому что затем мага обнял Бык и вот эти объятия уже вызывали вопросы. Хоть Нэль и знала, что за этим ничего не стоит, но всё же было немного обидно видеть как открыто мог сделать нечто подобное коссит и не могла позволить себе эльфийка.       Как бы ни хотелось забыть о том, что она Инквизитор, а Дориан по сути её подчинённый, позволять себе этого было нельзя, особенно в присутствии такого количества людей. Потом, вечером, они смогут спокойно поговорить и отдохнуть в её покоях — без лишних глаз и ушей. А пока нужно узнать, почему маг прибыл не только с людьми Лелианы, но и с этой незнакомкой.       Компания быстро перебралась в ставшую уже такой родной ставку командования. Ллараинэль без лишних напоминаний встала во главе стола и сложила руки на груди, готовясь выслушать вновь прибывших. Дориан не мог не отметить этих изменений. Да, постепенно девушка менялась, она сумела сделать так, что вся крепость беспрекословно слушалась её во время войны с Корифеем, но всё же даже тогда оставалось в ней нечто такое — обычное и близкое. Сейчас увидев Нэль практически год спустя, да девять месяцев для мага тянулись по ощущениям даже больше, чем война с само названным богом, он видел изменения. Во взгляде эльфийки появилось нечто странное, едва уловимое — обретённая ранее твёрдость вперемешку с…с осознание собственной значимости. Она встала по другую сторону стола вместе с Калленом и Жозефиной без промедления махнула рукой позволяя говорить. И в этом всём чувствовалось нечто такое неестественное и чужое. Дориан тряхнул головой. Нет, всё правильно, Нэль смогла осознать себя Инквизитором и теперь не бежит от этого бремени и не пытается спрятаться за незнанием внешнего мира. Сейчас она часть его и очень неплохо слилась с ним. И вот это пугало.       — Моё имя — Теалисаал, — Ллараинэль тут же узнала знакомый акцент и её глаза расширились от удивления. Девушка перед ней склоняла голову и смотрела чётко в пол. — На наш отряд напали люди, всех забрали, теперь мы рабы.       Спутники Инквизитора переглянулись между собой — эльфийка говорила на всеобщем языке чуть лучше, чем их Вестница в самом начале путешествия.       — Откуда ты, друг мой?  — Ллараинэль без промедления переключилась на эльфийский.       Теалисаал тут же вскинула голову и встретилась взглядом с Инквизитором. В глазах их гостьи проступило узнавание, она чуть прищурилась сводя брови и тут же её рот приоткрылся, словно она собиралась что-то сказать, но никак не могла найти слов.       — Ты же дочь Хранительницы? — Нэль так и знала, что уже видела где-то эту женщину.       Их город был не таким большим, но всё же там проживало достаточно много народу, чтобы Ллараинэль помнила всех и каждого в лицо. Но вот её вполне себе знать могли, дочь Хранительницы не последний человек в поселении, тем более с такими узнаваемыми чертами внешности. Она была единственной златоглавой и златоглазой, такое не передаётся по наследству даже среди древних эльфов.       — Мы думали ты мертва, и твой валласлин, без него я тебя не узнала, — стоило Теалисаал понять, кто перед ней, как тут же развеялся страх и появилось привычное едва заметное пренебрежение.       Многие в городе относились к дочери Хранительницы хорошо, но остальные после случая с драконом едва ли не сторонились, а после принятия татуировок и вовсе смотрели свысока. Метка раба эванурис, стыд и позор, если она принята без осознания, а в качестве наказания.       От Дориана не скрылся изменившийся тон его спутницы и брови мага сошлись на переносице. Ему совсем не понравилось слышать, как вновь к эльфийке начали обращаться так, словно она одна из слуг в крепости, а не Инквизитор.       — Мне казалось, я давно уже отправляла письма, как и моя сестра, так что информация о моём благополучии должно было достигнуть города, — как странно, неужели мама до сих пор считает её мёртвой, даже после писем с заводной птицей.       — Видимо я ушла до их прибытия, — в голосе темноволосой эльфийки послышалась усталость. — Прости за моё невежество, — было заметно, что эти слова она произнесла ради галочки, а не для того, чтобы и правда принести свои извинения Инквизитору. — У меня плохо говорить на людской манер, расскажу Нэль, она вам.       Ллараинэль кивнула и предложила всем сесть. В ставке командования давно уже появились стулья, ещё с того раза, как они тут собирались всей толпой. Прошло столько времени с того момента, а для Нэль это словно было вчера. Не зря говорят, что для эльфов время идёт совершенно по другому относительно быстрых детей этого мира.       — Мы вышли в разведку, как это бывает, нужно было собрать информацию относительно происходящего во внешнем мире, о действиях людей после восстания магов, — эльфийка говорила вкрадчивым спокойным голосом, она словно пыталась заворожить всех вокруг себя. — Мы побывали в Киркволле, в месте с которого всё началось, — выдох. — После этого мы отправились в Денерим, там уже информации узнать удалось куда больше, после этого нам пришёл приказ возвращаться, но мы по пути решили заглянуть ещё в несколько городов и это стало ошибкой. На границе Неварры и Тевинтера мы встретили группу эльфов, они сказали что ищут место предназначенное только для эльфов. Я поняла, что их встретил кто-то из наших или же другой долийский клан, имеющий ещё остатки информации.       Теалисаал прервалась, чтобы отпить из своего стакана. Пока женщина молчала, Нэль постаралась как можно быстрее перевести первую часть рассказа на всеобщий. Это было забавно. Никогда бы она не могла подумать, что станет переводчиком, с её то знанием языка.       — Мы решили помочь им, но как только нам удалось выдвинуться в путь, как на нас напали эти проклятые тевинтерцы, — эльфийка с силой сжала стакан. — В их отряде уже были рабы, ты не поверишь, но это оказались Часовые из древнего храма Митал.       Всё встало на свои места. Вот почему Абелас со своими людьми так и не предупредил свой город о возможных союзниках в лице Инквизиции и другого такого же древнего города.       — Дальше всё просто, мы не смогли дать должный отпор и нас продали в рабство, — по лицу Теалисаал можно было понять, будь её воля она бы сейчас харкнула себе под ноги, но место и манеры не позволяли этого сделать. — Этот парень, — эльфийка ткнула пальцем в сторону Дориана, — со своими дружками вытащили нас, не всех, только тех кто ещё был на рынках или же у его знакомых в подчинении.       Ллараинэль быстро перевела оставшуюся часть спутникам и наступило молчание. Было сложно как-то охарактеризовать подобную ситуацию. Для этого мира было в порядке вещей, что повсюду снуют тевинтерские работорговцы и с периодичностью то разоряют долийские слабые кланы, то наведываются в эльфинажи. На Нэль же этот рассказ произвёл большое впечатление, и для того чтобы это понять не нужно было быть ясновидящим. Дориану хватило одного взгляда, чтобы прочувствовать всю ту боль, что сейчас ощущала эльфийка. Хотелось встать и обнять её, а не вот так чинно сидеть среди остальных. Ему было обидно и в какой-то степени стыдно, что именно его народ поступает так по отношению к эльфам. Теперь для мага это были не какие-то истории, сейчас он сам был свидетелем того, как именно вербуют так называемых «добровольных рабов, чья жизнь лучше, чем в эльфинажах». И это он умудрился тогда ляпнуть Ллараинэль? Хотелось вернуться обратно во времени и ударить себя.       Дориан Павус привык к наличию рабов у себя в доме. Он никогда не отдавал отчёта откуда они берутся, куда исчезают после того, как отец увольняет кого-то из них. Это было частью его повседневной жизни и он никогда не заглядывал за кулисы. Привычка быть обслуженным другими. В его доме никогда не относились к рабам жестоко, никто не пытал и не убивал их. Они всегда были, как часть интерьера, как удобное приспособление. Маг поморщился. Дориан и сам ведь относился к ним не как к живым существам со своими мыслями и историей жизни. Он насмотрелся на эльфинажи и думал, какой же хороший народ тевинтерцы, раз дали им такую возможность проживать в богатых дома или работать на предприятиях, получая за это кров и еду. Погрузившись в подпольный мир, маг всё чаще и чаще ловил себя на мысли о том, каким же слепцом он был до этого. Интриги, игра — все это было для него развлечением, как и для остальной привилегированной части народа тевинтера. На деле же от этого страдало столько ни в чем неповинных рабов, которые просто оказались заложниками ситуации и никоим образом не являлись пособниками своих господ, а просто жили у них и прислуживали.       — Значит, — Нэль пожевала губы, — часовые и часть наших охотников всё ещё в Тевинтере?       Теалисаал кивнула. Ллараинэль прикрыла глаза. Она не может вмешиваться в дела другой страны без её согласия, как было например с Орлеем. Там её никто не ждёт, вернее ждут — убийцы, которые с удовольствием отрубят голову и повесят в центре города в качестве напоминания остальным эльфам.       — Мы уже работаем над этим, — Дориан поднялся и подошёл к карте. — Марий и Тесс сейчас ищут информацию и по моим последним данным, некоторых из вашего отряда им уже удалось найти. Осталось придумать, как вытащить.       — Спасибо, — Ллараинэль кивнула магу, но он видел, что этот ответ не сильно успокоил эльфийку.       Он понимал её затруднительное положение. Она не может вот так просто сорваться и рвануть в другую страну на помощь соплеменникам, тем более будучи Инквизитором. Именно для этого у неё есть он. Дориан кивнул своим мыслям.       — Давайте дадим отдохнуть нашим гостям с дороги, сейчас мы всё равно не можем помочь, как бы нам этого не хотелось, — Мариан встала первой и посмотрела на Нэль так, словно пыталась таким образом одновременно успокоить её и привести в чувство.       Ллараинэль медленно шагала по ступеням в свою спальню. Радость от прибытия мага смешалась с горечью от той информации, что он привёз с собой. Охотники её клана сильны, часовые не уступают им в умениях, как же тогда эти работорговцы с такой лёгкостью завладели сразу и теми и другими? Нэль скрипнула зубами.       — Будешь так сильно сжимать челюсть, останешься без зубов, — родной голос, по которому так соскучилась эльфийка прозвучал прямо позади неё.       Девушка развернулась на каблуках и увидела мага стоящего буквально на пару ступеней ниже. Было уже невозможно сдерживать свои эмоции и Нэль едва ли не запрыгнула на мужчину. Только чудо не дало им упасть и не покатиться вместе кубарем по ступеням, Ллараинэль не хотела давать название этому чуду, Дориан же слишком чётко ощутил спиной давление чужой магии.       В комнате они оказались быстро, ещё быстрее упали на кровать. Было странно вновь ощущать прикосновения кожа к коже. Дориан уже и забыл, что эта девушка может вызывать в нём такую бурю эмоций несмотря на долгую дорогу и усталость от вечных тевинтерских интриг. На периферии сознания промелькнул образ кольца, спрятанного в один из многочисленных карманов, захотелось прямо в этот момент выхватить его, но вместо этого Дориан лишь сильнее прижал к себе хрупкое тело, наслаждаясь громким протяжным стоном.       Усталость всё же взяла своё и двое уже лежали на кровати. Ллараинэль гладила удивительно мягкие волосы мага, который устроил свою голову у неё на животе, она же сама полусидела на кровати и наслаждалась тихим посапыванием Дориана. Наверное счастье и правда состоит из таких вот незначительных, но очень тёплых моментов, которые хочется навсегда запечатлеть в своей памяти и никогда не забывать. Нэль улыбнулась, заметив как маг сморщил нос из-за внезапного грохота на улице. Судя по последующей за этим звуком брани, кто-то уронил с повозки вещи и теперь собирал их обратно. Уже и продавцы потихоньку покидают это место, совсем скоро оно вновь будет принадлежать ветру и снегу. Стало неожиданно печально.       Легкий морозный ветер навевал тоску, а тёплое дыхание на животе не только усиливало её, но и одновременно с тем сглаживало. Эльфийка прикрыла глаза прислушиваясь к своим чувствам и тому, что теплилось где-то чуть ниже груди, той самой вещи, которая спасла её от гибели совсем недавно. Маленький огонёк отзывался пульсацией, которая проходила через всё тело мягкой волной, но вот в районе левой руки она останавливалась, и словно накрывало руку, а не проходило через неё. Неужели и правда магия оберегает её от влияния метки? Хоть что-то хорошее от этого ужасного умения.       — О чём думаешь? — хриплый со сна голос заставил девушку вернуться к реальности.       — О магии, — честно ответила Нэль не задумавшись ни на секунду.       Дориан зашевелился и вот уже живот обдало прохладным воздухом, заставляя девушку едва заметно вздрогнуть. Мужчина внимательно посмотрел на эльфийку, глаза в глаза. Да, это правильное решение. Дориан решил, что уже хватит ждать подходящих моментов и событий, их жизнь слишком непредсказуема, чтобы вечно томиться от ожидание чего-то лучшего.       Соскользнув с кровати, мужчина пошарил по полу, в поисках своей верхней накидки. Не успела Нэль никак прокомментировать его странное поведение, как Дориан уже повернулся к ней сжимая в пальцах маленькую открытую коробочку. Пару минут девушка смотрела на поблескивающий в лучах солнца камешек и никак не могла понять на чём именно он закреплён. Вернее она поняла сразу, но никак не могла этого принять, словно её сон резко превратился в реальность и выбил весь воздух из лёгких.       — Ллараинэль Махариэль, ты выйдешь за меня? — эти слова прозвучали для Нэль так неожиданно громко, что ей казалось все в Скайхолде слышали их. На деле это конечно же было не так, маг произнёс их своим привычным вкрадчивым мягким голосом, настолько громко, чтобы только уши эльфийки могли это слышать. — Нэль, дыши, а то меня уже начинает пугать твой цвет лица. Настолько плохое кольцо? Простите, госпожа Инквизитор, на что хватило моих скромных запасов, — Дориан начал шутить, а это обозначало, что он стал нервничать.       Ллараинэль улыбнулась своей самой искренней и светлой улыбкой, от которой на душе мага стало легче. Казалось всё вокруг стало на пару тонов ярче и даже лучи солнца засияли куда активнее, чем прежде. Она только одним своим присутствием создавала вокруг себя атмосферу жизни. Девушка подняла было левую руку, но вспомнив, что именно на ней тут же одёрнула вниз.       — Ох, тебе больно? Могу надеть кольцо на другую руку, если это конечно был жест согласия, — маг чуть склонил голову, словно пытаясь взглянуть в лицо эльфийки, которая смотрела на свою левую руку.       — Нет, всё нормально, давай на эту, — она подняла свой взгляд на Дориана и протянула левую руку, позволяя надеть мужчине кольцо.       На глаза навернулись слёзы, но плакать Нэль не стала, только прильнула к мужчине, крепко сжимая его в своих объятиях. Она не могла поверить, что Дориан решится сделать нечто подобное, особенно учитывая в каком положении они находятся. Маг аккуратно, стараясь не касаться метки надел поблёскивающее золотом кольцо. Это было наверное слишком банально, покупать нечто такого цвета для девушки, которая и так сама сияла ярче любого золота, но как только маг увидел это кольцо ему сразу показалось, что он знает лучшую хозяйку для него.       Дориан улыбался глупой непривычной ему самому улыбкой и раскачивал в руках девушку. Впервые за долгое время его переполняло столько положительных эмоций, с которыми было так трудно справиться, маг открыл глаза и понял, что не ему одному тяжело справляться с чувствами. Вокруг них летали какие-то листки, шторы то и дело пытались взмыть к потолку.       — Мой дорогой Инквизитор, меня конечно же радует ваша реакция, но давайте не будет громить Скайхолд, — с усмешкой произнёс маг.       Нэль тут же отстранилась от мужчины и до этого момента летающие по комнате предметы вмиг посыпались на пол. Щёки девушки горели от смущения, но чувство радости всё равно перекрывало это и смеясь пара начала прибираться в комнате, попутно целуясь, обнимаясь и всячески отвлекая друг друга от работы.       Это был самый лучший день за последний год и Нэль старалась запомнить каждую его деталь, впитать в себя все эти чувства, которые помогали ей держаться на ногах. Ведь впереди ещё было много работы, а времени оставалось всё меньше.

***

      Ллараинэль ненавидела все эти светские рауты, но всё же как Инквизитор должна была присутствовать на них. Особенно если нужно было обсудить важные вопросы с королевой Ферелдена. Дориан и Бык сразу же вызвались сопровождать Инквизитора на этот нелёгкий словесный бой, вместе с ними также отправился Каллен и нынешняя названная верховная чародейка Кинхола, оказавшаяся дальней родственницей Мариан.       — Я уже и забыл насколько сильно пахнет собаками в Ферелдене, — скривился Дориан, когда они проходили по улице Денерима, в сторону замка королевы.       — Ещё одно слово про Ферелден, тевинтерец, и я заколдую твои волосы так, что ты уже никогда не сможешь их уложить, — сощурила глаза Солона.       Маг тут же прикрыл свои волосы руками и отошел подальше от вечно хмурной женщины, которая его очень сильно нервировала. Ллараинэль же тем временем рассматривала улочки Денерима и удивлялась тому, насколько сильно была велика разница между Орлеем и Ферелденом, словно два разных мира. Если Внутренние Земли она для себя называла просто небольшой деревушкой, то тут это была столица и по сравнению с Орлеем, едва ли отличалась от тысячи других невзрачных мрачных городов. На глаза девушки попалась табличка — «эльфинаж», то странное слово, которое произносили при ней множество раз, говоря о людских городах. Нэль тут же захотелось отправиться туда. Бык заметив куда свернул их Инквизитор, тут же перегородил ей дорогу.       — Босс, я конечно всё понимаю, но туда вам не стоит идти.       — Боюсь, что он прав, — Дориан встал рядом с косситом и выражение его лица было извиняющимся, словно он был ответственным за наличие эльфинажа в этом городе.       — Прекратите, вы оба, — брови Нэль сошлись на переносице. — Думаете, после всего произошедшего меня может что-то сильно шокировать?       Мужчины не нашлись, что ответить и перевели взгляд на командора, но и тот лишь пожал плечами.       Ллараинэль подумала, зайдя в эльфинаж, что может они и правы и не стоило ей этого видеть. Но дело было уже сделано и клокочущая ярость зародилась где-то глубоко внутри, хотя по лицу эльфийки было не понятно о чём именно она думает. Левая рука с готовностью отозвалась на эмоции девушки и незаметно маленькие черные линии продолжили свой путь выше, к своей цели.