Смерть и право на Любовь

Я стояла у окна, глядя на темное небо. Огромное непроницаемо-черное полотно с россыпью миллиона светящихся звёзд… Завораживающее, необыкновенное, восхитительное зрелище… И все бы ничего, ночь, звёздное небо и тишина. Но было одно весомое «но». С минуты на минуту должен появиться Рэн, и тогда… Вот о том, что произойдет тогда, мне даже думать страшно. Я стала нервно расхаживать по комнате. Ну почему он так долго? Как сложно просто ждать... неизбежного. Бездна, как страшно… Я не знаю, сколько времени прошло, но в какой-то момент посреди спальни взревело ослепительно-яркое синее пламя, и из него шагнул Даррэн. С загадочной полуулыбкой он подошел, окинул меня восхищенным взглядом,.и тихо произнес, — Ты прекрасна, жизнь моя. И я мгновенно залилась смущенным румянцем, а в душе разрасталось такое теплое-теплое чувство. Мне подали руку, и я, секунду помедлив, вложила дрожащую от волнения ладонь в его, теплую, чуть шершавую, но такую надёжную . Меня резко дёрнули на себя, и, вскрикнув, я оказалась в крепких объятиях Даррэна. Вокруг нас взметнулось пламя, яростно треща. А я, уткнувшись носом в каменную грудь Магистра Смерти, пыталась выровнять сбивчивый ритм сердца. Огонь вокруг нас погас, и я, отстранившись, обвела любопытным взглядом открывшийся пейзаж. А он завораживал. Огромное, необъятное пространство черных песков, тянущихся далеко-далеко, поблескивающие серебром песчинки, и небо… Темное, залитое серебристым светом семи лун, с россыпью золотистых, серебряных и красноватых звёзд. Пустыня и небо соединялись своей темнотой воедино, и светлый, стелющийся туман служил размывчатой границей… Но самая волшебная, необычная и вызывающая искренний восторг вещь, — светящееся мягким, белым светом облако, вазвышающее прямо над головой. — Этшакарр, Хранитель Первой Ночи. — обдав шею теплым дыханием, прошептали мне на ухо, чуть касаясь. — Даррэн, а… Мы… Я… — сбивчиво начала, нервно кусая губы, но меня прервали, хрипло проговорив, — Дэя, любовь моя, перестань так нервничать, ты ведь уже была со мной, и тебе, заметь, весьма понравилось… — и на меня бросили такой хитрый-хитрый взгляд. Щеки опалил румянец, а я чувствовала себя… Странно. Да, я боялась, нервничала, смущалась, но... при воспоминании о том, что Рэн делал там, в том домике у океана, вмиг становилось жарко… Лорд Эллохар, подойдя совсем близко ко мне, настолько, что я отчётливо ощущала жар его тела, заглянув мне в глаза, тихо спросил, — Дэя Риате, моя любовь, мое дыхание, моя жизнь, та, кого признал своей мой Демон, та, ради кого я готов умереть… Готова ли ты быть рядом на протяжении всей жизни, готова ли быть верной, несмотря ни на что, готова ли отдать мне всю себя, готова ли любить, готова ли ты быть моей Шеарри, что значит «Сердцем Демона»? Затаив дыхание, я слушала его, и уже знала, что скажу. Я приняла решение ещё тогда, у океана, когда он подарил мне тот взгляд… Один-единственный взгляд решил все. И, глубоко вздохнув, глядя в такие родные серые глаза, полыхающие голубовато-синим пламенем, выдохнула, — Да… И передо мной вспыхнули горящие огнем буквы, и я догадалась, что нужно сделать, — Даррэн Эллохар, мой любимый, мой признанный, мой Демон, готов ли ты быть со мной всю жизнь, готов ли быть моим защитником, готов быть верным, не смотря ни на что, готов ли принять меня такой, какая я есть, готов любить, готов быть моим Шэошши, что значит «Воздухом для Сердца»? И демон, глядя на меня со всей той Бездной Любви, что чувствовал, твердо, но хрипло проговорил, — Да. И вокруг нас закружилось множество ярко-синих и ярко-малиновых светящихся нитей, и они, кружась, переплетаясь, сверкая, образовывали сияющий кокон, закрывая нас от всего мира… В какой-то момент демон подался вперёд, и впился в мои губы горячим, напористым поцелуем, выражая всю ту страсть, что чувствовал, и я растаяла… Светящийся кокон взорвался, осыпавшись золотистой пыльцой, а на отстранившейся от Магистра мне не осталось ничего… Кроме нити с ослепляюще-ярким, светящимся жемчугом на шее… А одежда Рэна вспыхнула пламенем, и, осыпавшись пеплом, открыла обзор на голое тело, с перекатывающимися под кожей горами мышц… Сердце забилось быстрее, во рту мгновенно пересохло, по венам побежало теплое, необычное чувство, а между ног мгновенно стало влажно. Меня окинули долгим, жадным взглядом, и Рэн, гулко сглотнув, резким движением повалил меня на белую, мягкую шкуру неведомого зверя. А затем накрыл собой, и, раздвинув мне ноги, прижался ко мне всем телом. И я отчётливо прочувствовала горячую, твердую плоть, упирающуюся мне в живот, и тело отозвалось, заныло в сладкой истоме… Демон вгляделся в мои глаза, и, видимо, что-то найдя, тепло улыбнулся, скользнул взглядом ниже, на ожерелье. Его взгляд полыхнул синим огнем, тело прижало меня сильнее, и он хрипло прошептал, — Все жемчужины сияют, любовь моя, это все, что мне нужно было узнать… — и его горячий язык скользнул по моей шее, ниже, вырисовывая неведомые узоры на моей теле. И я, уже не скрываясь, застонала от нахлынувшего удовольствия, что скапливалось внизу живота, сжимаясь, требуя большего, чем поцелуи… Рывок! И твердый, пульсирующий орган вошёл, заполняя всю меня. Его хриплый, рваный стон, полный наслаждения, и он стал двигаться. Сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее, набирая бешеный темп. Я стонала, выгибалась от сладкого, горячего чувства, что завладело телом. Он выходил из меня, и резко, на всю длину, входил снова и снова… Твердые, напряжённые мышцы, жар мужского тела, горячее дыхание, хриплые стоны, движение внутри заставляло меня гореть заживо в этом пламени страсти, поднимаясь на пик… В какой-то момент тело сотрясла агония наслаждения, прокатившаяся по телу волной… Я словно умирала и возрождалась вновь, поднимаясь все выше и выше, к самим звездам… А Даррэн, выйдя, перевернув меня на живот, сложил мои ноги в коленях, и, разведя, снова резко вошёл. И уже, казалось бы, прошедшая волна страсти захлестнула вновь… … Стоны, прерывистое дыхание, крики, жар двух тел… Это безумие продолжалось всю ночь, но я не замечала ничего вокруг, и уже не было ни страха, ни смущения, была лишь страсть. Сжигающая все на своем пути, заставляющая выгибаться, стонать и сгорать снова и снова… В какой-то момент я просто обессиленно откинулась на шкуру, и, засыпая, почувствовала, как меня сжали в крепких объятиях, а прижав к себе, мой демон прошептал,  — Моя сладкая маленькая Шеарри… И я, счастливо улыбнувшись Рэну, погрузилась в сон. И снился мне огромный демон с огненными волосами, тепло улыбающийся, и ярко-синее пламя, заполнившее все пространство вокруг…