Ты станешь частью моей истории

I

      Разговор Линча и Дженни походит на будничную беседу. По началу Питер рассказывает о себе, чуть после плавно переходя к вопросам, на которые получает спокойные ответы.       Умение Линча вести диалог и направлять беседу в правильное русло всегда нравилось брюнетке. Он бесконечно дает девушке дельные советы по любым поводам, за что она всегда остается благодарна.       Его рассудительность заставляет восхищаться им. Дженни внимательно слушает мужчину, попутно пытаясь выстроить у себя в голове план дальнейших действий.       Всё это ощущается особенно волнительным и пугающим. Но каждую из совершенных ею ошибок она может и хочет исправить, искренне надеясь, что у неё получится. В крайнем случае, она сильно постарается.       Перейдя из лежащего положения в сидячее, Дженни смотрит на куратора, который в очередной раз нацепил на себя имиджевые очки. Потирая ладони друг о друга, она мягко прерывает его слова, аккуратно начиная:       — Питер, послушай... — говорит брюнетка, чувствуя, как дыхание сбивается от накатывающих эмоций, — Знаю, что я не совсем хороший человек и далека от этого, — мужчина пытается возразить, но девушка останавливает его, поднимая ладонь, — Позволь мне договорить, — он неуверенно кивает, молча глядя на Дженни, — И ты всегда был рядом. Всегда поддерживал меня, оберегал и... — голос принимается дрожать, — защищал.       В глазах мужчины собираются слезы и Линч всеми силами пытается держаться. Честный и слишком откровенный разговор между ними и о них происходит впервые, ощущаясь чрезмерно глубинно и чутко.       — И я никогда... никогда не забуду и не смогу по-должному отблагодарить тебя за моё спасение, — губы подрагивают, — Как бы не пыталась. Просто не смогу.       — Тебе и не... — начинает мужчина, но Дженни поспешно перебивает, не успевая договорить.       — Нет. Послушай, я извиняюсь, — она встаёт со своего места, медленно подходя ближе и заглядывая в карие глаза, — За все мои выходки и всплески гнева, — девушка берет ладони Питера в свои и крепко сжимает, — Огромное тебе спасибо. Ты мой герой.       Лицо Линча украшает теплая улыбка, пока из глаз скатывается пара слез. Он обнимает Дженни, тихо говоря:       — Ты всегда будешь таким эмоциональным ребёнком.       — Вовсе нет, — шепчет Ким, чувствуя, как уже по собственным щекам стекают мокрые дорожки.       — Определенно да, — мягко шепчет Питер, отодвигаясь и уверенно договаривая, — А теперь продумай свои дальнейшие действия и верни Манобан на собрания.       Девушка утвердительно кивает, вставая и поправляя одежду.       — Я сделаю всё, что в моих силах, обещаю.       Линч с улыбкой смотрит на девушку, посмеиваясь:       — Перечитала комиксов. Реплики один в один, как у супергероев.       Дженни хохочет в ответ, понимая, что впереди нелегкий путь, который предстоит пройти.

II

      Время всегда будет идти вперёд, не щадя никого на своем пути. Суровая правда жизни, заставляющая задуматься о том, как дорога каждая её секунда.       Дженни пыталась всю неделю отчаянно пытается связаться с Лисой всеми возможными способами.       Ни одна попытка из всех ею совершенных не обвенчалась успехом. Бесконечные гудки. Автоответчик. Молчание в сообщениях.       Изматывая себя день за днём, она не могла думать хоть о чем-то или ком-то, кроме Лисы. Дженни начинало казаться, что ей понадобится медицинская помощь из-за стабильного недосыпа и беспокойных снов, вызывающих иррациональную тревогу.       Просиживая на паре, девушка пыталась написать и набрать номер сотни раз. Всё сводилось к безуспешному, но Дженни отчаянно не хотела опускать руки.       Сидящая рядом Эмма с жалостью оглядывает девушку и положив руку на плечо, спокойно говорит:       — Дженни, может тебе стоит прекратить?       — Нет, — тут же быстро отрезает она, мягче добавляя, — Можешь дать свой телефон?       Рыжеволосая разочарованно качает головой, доставая сотовый из кармана и протягивая Дженни. Последняя парта остается удобной для разговоров. Сидящие за ней, редко остаются замеченными за болтовней.       К обеим относились снисходительно, не находя прежде поводов для замечаний, но профессор все же раздраженно глядит на студенток.       — Дженни, он проклинает нас, серьёзно.       — Тише, — брюнетка прикладывает палец к губам, наклоняясь под парту.       Гудки проходили один за одним и с каждым разом в груди теплилась надежда, что сейчас она услышит тот самый чудесный насмешливый голос... Всё обрывается сообщением оператора.       Девушка разочаровано убирает телефон на стол, глядя перед собой стеклянным взглядом. Она должна поехать к ней. Увидеть и объясниться. Ей нужно было просто сделать это.       — Хочешь уйти отсюда? — улыбчиво говорит брюнетка, смотря на Эмму.       — Ты сдурела? Не хочешь хороший выпускной балл? — рыжеволосая кивнула в сторону мужчины, ведущего лекцию.       Развернувшийся одногруппник со злостью посмотрел на обеих, также гневно говоря.       — Вы заткнетесь хотя бы на секунду?       — Может ты лучше... — начинает Дженни.       — Извини нас, мы будем молчать. — быстро заверяет       Брюнетка злобно осмотрела его спину, пока со стороны раздается противный, писклявый голос.       — Да, Дженни, лучше бы ты свалила отсюда к своей нарко-подруге.       Девушка не выдерживает и подскакивает с места, двигаясь в сторону студентки. Рыжеволосая также быстро встает за ней, но Дженни уже стоит рядом с девушкой и злобно шепчет, приближаясь к её уху.       — Ещё хоть слово в её адрес, — стальным голосом произносит брюнетка, отодвигаясь и словно с горящим пламенем в глазах заканчивает, — И мы поговорим за пределами университета.       — Ким Дженни! — звучит грозный голос профессора, — Покиньте кабинет сейчас, иначе я отстраню вас от занятий на неделю.       Эмма хватает девушку за локоть, и та хочет вырваться, но понимает, что показывать характер сейчас совсем не стоит.       Молча проходя к их месту, она забирает сумку и телефон, выходя из аудитории стремительными шагами.       За ней рванула рыжеволосая, крича Дженни в спину с просьбами остановится.       — Пусть отстранит, мне всё равно... что они все из себя возо...       — Хватит, — пытаясь отдышаться говорит Эмма, хватая девушку за руку, — Прекрати себя вести подобным образом.       — О чем ты вообще? — Ким нервно одергивает свою руку, тяжело дыша от злости.       Студентка напротив мотает головой, также хмуро смотря на брюнетку.       — Прекрати делать это.       — Делать что? — продолжает спрашивать Ким.       Дженни всё ещё не совсем понимала, о чем говорит Эмма, поэтому начинала раздражаться ещё сильнее.       — Не делай вид, что всё в порядке, — грустный взгляд одаривает брюнетку, пока та молча продолжает сверлить студентку взглядом, — Ты достаточно настрадалась.       Дженни качает головой.       — Мне нужно идти.       — Я могу подвезти тебя.       — Не нуж...       — Идём. Рыжеволосая проходит вперёд, беря девушку под локоть и мягко говоря:       — Тебе не нужно притворяться, когда ты рядом со мной. Просто будь собой, — добродушно улыбнувшись, она добавила, — А лучше всегда.       Ким успокаивается и, молча кивнув, она выходит из здания, держась за Эмму.

III

      Картинка за окном менялась с каждой новой милей. Проезжая высотные здания, постепенно они выезжали на шоссе, ведущее в загородный посёлок. Деревья росли аллеей, так что опавшая, засохшая листва поднималась вихрем за ними.       Дженни сильно нервничала и её руки тряслись. Она прилегла на панель окна, смотря в стекло заднего вида. Удаляющиеся, горящие огни зданий отображались в нем, и это казалось безумно красивым.       — Хэй, всё будет нормально, — глянув на брюнетку, говорит Эмма.       Ким по-прежнему молчит, но на душе становится чуть спокойнее.       Въезжая на вылощенные улицы, Дженни замечает, что никогда не знала об этом месте. Тут было красиво и... спокойно? Именно спокойствие поселилось в её сердце, когда на улицах она замечала мило гуляющих прохожих.       Когда машина остановилась, Эмма убрала руки с руля и, поворачиваясь в пол оборота, спокойно сказала:       — Удачи тебе, я подожду здесь.       — Договорились.       Дженни выходит из машины, стоя на каменной дорожке перед домом. Огромный двухэтажный коттедж, на парковке которого стояла известная ей спортивная машина.       Девушка прикрывает глаза, глубоко дыша и считая.       Ей становится страшно, но обратного пути нет. Она должна это сделать.       Идя вперёд, брюнетка чувствовала, как адреналин бежит по венам, а сердце колотилось так сильно, что приглушало окружающие звуки своим стуком. По спине катятся капельки пота.       Ступая ногой на деревянное крыльцо, ноги начинают трястись. Всё тело дрожит. Один разговор и тысяча возможных развязок к нему. Выстроенный в голове план. Она обещала себе следовать ему.       "Вперёд..." — единственная мысль, и она поднимает руку, стуча в дверь.       Свет горит на втором этаже, а за дверью слышатся быстрые, сбегающие шаги.       Ветер на улице поднимается, поэтому от холодного воздуха по спине пробегает мелкая дрожь. Сжав руки в кулаки, она чувствует, как ногти соприкасаются с ладонью, создавая болевые ощущения.       — Бегу, пап! — до боли знакомый голос режет по ушам и, брюнетка готова плакать от радости.       Дверь открывается с неимоверной быстротой и стоящая в проеме девушка застывает.       И первое, что замечает Дженни – цвет волос Лисы. Теперь они были пепельного цвета и аккуратно подстрижены.       Свободные штаны и длинная футболка. Она выглядит так уютно, мило и по-домашнему, что девушке немедленно хочет стиснуть её в своих объятиях.       Улыбка сползает с лица Манобан, когда она безэмоционально говорит.       — Дженни.       Зрительный контакт. Дженни замечает пустоту в глазах напротив. Сердце сжимается от боли.       "Она снова пьёт таблетки, господи..."       Брюнетка впервые ощущает на себе разницу в росте. Она чувствовала, как глаза наполняются слезами. Студентка понимает, что ужасно виновата.       — Мне стоит извиниться, Лиса, — начинает девушка, но сразу перебивается Манобан.       — Не нужно, Дженни... — она говорит также нейтрально, как и прежде, — Просто уходи.       Очередной удар по сердцу девушки. Слова застревают в горле. Все тело трясётся.       Лиса хочет закрыть дверь, но брюнетка ставит ногу и вновь приоткрывает её.       — Прошу, выслушай меня, — почти кричит Дженни, пока Лиса сводит брови к переносице. — Просто... выслушай, — шепчет брюнетка, отступая назад.       Они продолжают смотреть друг на друга. Сейчас девушки были полными противоположностями по настроению друг другу.       Манобан была зла. Безумно зла, что девушка не поговорила с ней сразу, что врала ей, что не сказала ни слова в последнюю встречу.       Она выходит за дверь, хлопая ею настолько, что казалось, та слетит с петель. Складывая руки на груди и безразлично говоря.       — Я слушаю.       Дженни сжимает руки в кулаках сильнее, чувствуя, как ногти пробивают кожу. Физическая боль помогает отвлечься.       — Лиса... — она молчит с секунду, но вспоминает все напутствия со стороны Питера и Эммы, поэтому уверенно продолжает, — Я знаю, что была не права. Знаю, что сделала тебе больно. Знаю, что позволила подорвать доверие по отношению ко мне.       Манобан продолжала молча стоять, не издавая ни звука и не шевелясь.       — Мне жаль, Лиса... Безумно жаль, что всё сложилось таким образом, — брюнетка чувствует, что всё опять пошло не так, но пытается исправить ситуацию, — Я хочу вновь гулять с тобой и слушать твои забавные истории. Хочу пить с тобой кофе и слушать музыку в машине. Хочу вновь видеть твою счастливую улыбку и услышать твой смех... Я просто хочу, чтобы ты...       Дженни замолкает. Она не уверена, что стоит делать это подобным образом. Ранее, для неё эти слова казались чем-то запредельно интимным и важным, поэтому пока девушка точно не может.       Лиса выжидающе смотрит на неё ещё какое-то время, а потом, твёрдо говорит.       — А я хочу, чтобы ты ушла.       Сердце разбивается окончательно, больше она не может терпеть. Ей хочется кричать, бежать отсюда как можно дальше. Вернуть время назад... Что угодно, что способно спрятать её от пустого взора девушки.       — Я думала, мы могли доверять друг другу. Ты делала мою жизнь лучше, — слова, без каких-либо эмоций, — Ты делала меня лучше.       Лиса переступает с ноги на ногу, продолжая говорить.       — Я переживала за тебя тогда. Ты знала об этом? — девушка состроила насмешливое удивление, — Или может до тебя не доходили мои бесчисленные сообщения, которыми ты одариваешь меня сейчас? — Манобан смотрит на Дженни полными слез глазами.       "Ей больно даже с таблетками..." — думает брюнетка, пока сама сдерживает себя от срыва.       — Это всё неважно сейчас, — пугающе спокойно говорит Лалиса, — Ты знала, на что шла, когда мы начинали общаться, верно? — она не ждёт ответа, лишь напористо продолжает, — Ко мне всегда будет приковано много глаз, как бы печально это не звучало. Я выбрала такую судьбу для себя и оказалась загнана в угол.       По внешнему виду девушки оставалось заметно, что слова давались с трудом. Лиса сдерживала себя, но Дженни видела, что она на самом деле чувствует.       — Ты испугалась этого, я понимаю, ладно. Но такое будет происходить раз за разом... — звучит утвердительно и Манобан заканчивает, — И к этому невозможно привыкнуть, поэтому просто уходи, пока не поздно. Я не хочу этого не для тебя, не для себя, — слова становятся тише и она прикрывает дверь.       Брюнетка всё это время молчала. Ей становится до глубины души обидно, слыша мнение Лисы. Понимание режет в параллель, напоминая о том, что Дженни сама заставила её так думать.       Руки сжимаются опять, и слезы останавливаются, когда она кричит в спину Лисы.       — Ты не выбирала этого! — девушка застывает в дверях, — Ты не заслуживаешь этих оскорблений и клеветы в твой адрес, просто заяви об этом, тебя послушают.       Тихим голосом Манобан отвечает ей, не желая поворачиваться.       — Всем всегда будет всё равно, просто знай это, — наконец, она скрывается за дверью. А шаги отдаляются.       Дженни ощущает себя просто невыносимо, принимаясь сильно злится на себя. Венка на лбу пульсировала. Ногти могли бы пробить ладонь насквозь.       Она не выдерживает и громко кричит.       — Я докажу тебе, что всё не так. Ты увидишь, что всем не плевать, — горло начинает болеть, а слезы катятся из глаз. — Я докажу, что мне не плевать.       Развернувшись на сто восемьдесят, она почти бежит в сторону машины. В этот раз, Дженни даже не задумывается о том, что её в очередной раз провожают взглядом.

IV

      День летел за днём. Середина декабря. Дженни почти не посещала занятия в университете, но из-за их практики в конце месяца, им разрешалось подобное.       На собраниях девушка также не появлялась. Пока что, она решила отойти от социальной жизни, настраивая себя на работу.       В интернет пространстве люди не могли успокоиться и продолжали написывать о неизвестной девушке, что была замечена в компании бывшей модели.       Дженни не обращала на это внимание. Сутки напролёт уходили на создание образов. Она досконально продумывала каждую деталь, пытаясь делать всё идеально с первого раза.       Откинув мысли о попытках вернуть общение с Лисой, Ким строила куда более масштабный и серьёзный план.       Проснувшись и закончив с утренними делами, девушка считала дни на календаре. День на следующей неделе был обведён красным маркером. Первый показ, на котором три студента их университета, должны были представить себя, как состоявшиеся дизайнеры-модельеры.       Сегодня у неё была запланирована встреча, которую ей удалось с трудом устроить. С этим активно помогала Эмма, с которой они сближаются за последнее время. Девушка не давила на неё с расспросами, просто была рядом, поддерживая и помогая.       Её мать улетела в очередную командировку, обещая вернуться после Рождества. Дженни расстраивалась из-за её отсутствия, но не позволяла себе размусоливать мысли об этом на лишние минуты.       Быстро собравшись и не нанося косметики, она глянула в окно. Солнце стояло в зените. Один из самых хороших дней, радующий погодой. Девушка улыбается себе, подбирая с тумбы телефон вместе с солнцезащитными очками.       Возле дома уже ждала Эмма. Девушка посигналила, хотя Дженни и без того знала, как выглядит машина рыжеволосой.       — Я и так видела тебя, — первая говорит Ким, пристегивая ремень и смотря на девушку.       Подруга улыбается и радостно заявляет.       — Ты что-то видишь через свои огромные чёрные очки? Невероятно, — она хохочет, а Ким подхватывает её.       После обычного, бытового разговора ни о чем, Эмма произносит:       — Ты готова? Этого парня было очень тяжело найти.       Дженни серьёзно кивает и переводит взгляд с окна на девушку.       — Я очень благодарна тебе. Это очень много значит для меня, — уголки губ приподнимаются, — Ещё раз спасибо.       Рыжеволосая улыбается в ответ, спокойно говоря.       — Его зовут Джексон. Джексон Ван, если не ошибаюсь, — девушка задумалась, — Он будет ждать тебя в своём кабинете.       — Хорошо, — на выдохе говорит Дженни и начинает постукивать пальцами о ногу.       Они продолжили болтать и впервые за долгое время, девушка обратила внимание на то, как изменились их отношения. Ким всегда скептически относилась к другим людям, а если дело касалось личного, то сразу умолкала, сводя диалог к общим темам.       Теперь же, без стеснений и каких-либо рамок Дженни могла поговорить с Эммой о чем угодно, не боясь, что её осудят и посмотрят косо.       Они подъезжают к большому офисному зданию в центре города и Дженни охватывает толика волнения. Она предполагала, что встреча будет проходить в более непосредственных условиях.       Рыжеволосая свернула на парковку, ища свободные места и попутно говоря:       — С тобой сходить? Ну, я имею в виду подождать тебя.       — Да, если тебе не трудно, — брюнетка с каждой секундой волнуется сильнее.       Лифт с нижнего этажа сразу вёл на рабочие этажы, часто останавливаясь и набиваясь людьми. Девушки болтали между собой, не замечая работников.       На одном из этажей зашёл высокий брюнет и Дженни узнает его лицо. Брюнетка начинает сортировать воспоминания в голове, отвлекаясь от разговора.       "Я видела его на улице..." — Ким широко раскрывает глаза от удивления, вспоминая, как около двух или трёх недель назад, врезалась в какого-то незнакомца.       Лифт останавливается на нужном этаже и пока Дженни отходит от шока, мужчина разворачивается, глядя на девушек и широко улыбаясь и говоря.       — Дженни, я давно хотел с тобой познакомиться, — он вышел спиной из лифта, показывая документами дорогу, — Прошу пройти сюда.       Эмма стояла с ещё более удивленным выражением лица и тихо спросила:       — Ты же говорила, что ты не знаешь бывшего менеджера Лисы.       — Она и не знает меня, — ответил за неё брюнет и прошёл в свой кабинет, громче добавив из самого помещения. — Можешь заходить.       Поражённая рыжеволосая осталась в холле, пока менее удивлённая Ким проходит внутрь.

V

      Осматриваясь внутри кабинета, брюнетка приятно удивляется, отмечая интерьер и задумываясь над работой дизайнера.       Остановившись глазами на стенде, где находилось огромное количество фотографий с показов, Дженни замечает знакомое лицо и с улыбкой смотрит на снимок.       — Она невероятная, — звучит голос из-за спины.       Джексон подходит ближе, вставая рядом и поглядывая на Ким.       — Мы с Лисой знаем друг друга очень давно, мы хорошие друзья. Она рассказывала о тебе.       Дженни густо краснеет, понимая, что он может знать о ней куда больше, чем сама думает.       — Она все ещё надеется, что у тебя всё хорошо.       И без того наболевшее сердце сжимается, а брюнетка прокашливается и переводит взгляд на брюнета.       — Спасибо, что согласились встретится, — благодарно поклонившись, она выпрямляется, замечая усмешку на губах мужчины.       — Я лет на пять старше тебя, а ты кланяешься чуть ли не до пола, спасибо, — он хохочет, отходя к столу и садясь за него. — Мне правда приятно познакомиться с тобой, но я бы хотел обсудить цель твоего визита.       — Мне нужно поговорить о Лисе.       Джексон напрягается. С лица спадают счастливые эмоции и всем своим видом Джексон показывал, что относится к этому серьезно. Он указывает рукой на стул перед собой, проговаривая:       — Она не знает, что я встретился с тобой. И честно говоря, не думаю, что будет рада узнать, что я согласился...       — Я понимаю, — перебивает Дженни. — Но я здесь не для этого. Мне нужна помощь.       Ван хмурит брови и спрашивает.       — Чем я могу помочь?       — Мне нужна информация и фотографии с того случая в аэропорту. Я знаю...       — Это невозможно, — отрезает мужчина, качая головой.       Дженни напрягается, проводя языком по зубам, после сцепляя их. Она выдерживает небольшую паузу, задавая последующий вопрос спокойно:       — Почему? — голос звучит куда раздраженнее, чем она полагала.       — Она посчитала нужным не распространятся о случившемся и держать это в секрете.       — В секрете? — почти кричит девушка, вжимаясь в стул, — Вы серьёзно думаете, что можно держать в секрете жизнь знаменитости? Если да, то мне нужен совет по избавлению от журналистов.       — Я... — начинает Джексон, подкатывая глаза.       — Слушайте, я понимаю, что это может быть неправильным, что я прошу подобное. Но без Вас ко мне не прислушаются, — голос становится спокойным. — Никто не поверит девочке, что просто засветилась с ней. Без доказательств моё имя ничего не значит.       Наступает секундная тишина и тяжко выдыхая, Дженни продолжает.       — Она не заслуживает всей этой ненависти со стороны сообщества, — девушка качает головой. — Только не она...       Снова небольшая пауза и девушка уверенно завершает:       — Мой план продуман до мелочей, и если Вы действительно ею дорожите, то помогите мне раскрыть людям глаза.       Ван неодобрительно смотрит на неё, в то время как сердце Ким стучит от напряжения и страха. Во рту пересохло, но она молчит, ожидая ответа.       Джексон закусывает губу, стуча по столу.       — Думаю, что могу кое-что устроить.       Девушка победно улыбается, сдерживая себя, чтобы не закричать от радости.       Старт дан, а значит, оставалось успешно завершить дело.