Ты станешь частью моей истории

I

      Девушка стояла в подготовительной гримерке и смотрела на себя в зеркало. Макияж успешно скрыл все следы от бессонницы и беспокойного сна. Сказать о том, что она нервничала было очень легко. Дженни предстояло дать грандиозное заявление, которое, возможно, кардинально изменит её жизнь.       Она обещает себе, что в этот раз справится. Она обещает себе, что больше не будет бояться. Она обещает себе, что сделает всё для защиты Лисы.       В отражении на девушку смотрела совсем другая её версия. Если бы Дженни когда-нибудь сказали, что она собирается сделать что-то подобное, то наверняка, Ким думала бы, что это бред. Девушка обещает себе, что в последний раз успокаивает себя счетом и дыханием. Это было с ней на протяжении двух лет. Теперь, она хочет стать совсем другим человеком.       Ставя руки по обе стороны от трюмо, Дженни слышит аплодисменты со стороны кулис. Значит, вступительная речь Эммы подошла к концу. Судя по звукам, она действительно хорошо представила свои планы на предстоящую неделю. Девушка была неимоверна рада за подругу. Без помощи рыжеволосой, она бы вряд ли стояла здесь.       Прохладный воздух прошёлся по ногам и Дженни понимает, что входная дверь в концертном холле без конца закрывается и открывается, сигнализируя о том, что люди уходят и приходят. Она надеялась, что когда выйдет из-за кулис, то перед сценой будет стоять несколько людей, которые ранее были ей знакомы.       Размышления были прерваны звуком ведущего, который заводил толпу рассказом о Ким и её студенческих заслугах. Хотя наверняка, в сложившейся ситуации это мало кого интересовало. На повестке дня обсуждаемая тема крутилась вокруг её отношений с Манобан, как бы отчаянно брюнетка не хотела, чтобы это было правдой. Дженни равняется с уровнем сцены, поднимаясь по ступенькам рядом. Кулиса все ещё закрывала её от столпившихся людей. Девушка замечает множество маячащих репортеров с техникой, камерами и большими объективами в руках. Руки начинают предательски дрожать, но Ким с силой сжимает их в кулак.       "Больше никакого страха." — в очередной раз утверждает она у себя в голове, дабы успокоиться.       —... Поприветствуем Ким Дженни, — громко кричит ведущий в микрофон, отчего девушка секундно поморщилась.       — Сделай это, — едва слышимо шепчет Ким, расслабляя все мышцы лица. Она приподнимает уголки губ в вежливой улыбке.       Выйдя на сцену, её тут же начинают ослеплять десятком вспышек с разных сторон. Дженни уверенно движется к деревянной тумбе, на которой был установлен микрофон. Вопросы, которые старались выкрикнуть люди могли было ввести в ступор, но не сегодня. Она была готова.       Стук от высоких, чёрных каблуков отдавался цоканьем в ушах. Дженни, казалось, не слышала постороннего шума. Она стоит возле трибуны, осматривая всех присутствующих. Они продолжали вести себя бестактно, крича что-то в адрес Ким.       Девушка ждёт с минуту, прежде чем вокруг стало достаточно тихо, чтобы ей можно было хотя бы услышать мысли в своей голове. Дженни кланяется в знак приветствия, опускаясь чуть дольше положенного и прикрывав глаза на несколько секунд.       — Дамы и господа, спасибо, что пришли сегодня, — выровняв осанку, сказала девушка. — Мои сегодняшние слова будут направлены на то, чтобы кое-что прояснить. Я знаю, что большинство из пришедших здесь, вовсе не для того, чтобы узнать, какой будет моя показательная неделя. — голос звучал бесстрастно. Девушка переступила с ноги на ногу, посмотрев на присутствующих. — Я приношу свои извинения всем тем, кому действительно была интересна моя речь, как студента рассказывающего о предстоящих показах... — Ким тяжело выдохнула. — Но все же мне стоит начать.       Облизнув губы, девушка дождалась, пока некоторые люди покинули помещение. Всё время, что она стояла на месте, Дженни лишь продолжала осматривать публику, выискивая хотя бы одно знакомое лицо. Глаза привыкали к вспышкам от камер, поэтому теперь она более менее сосредоточилась. Ким вела себя сдержанно и отчасти отстранённо, касаемо выкриков от публики. У неё стояла совсем другая цель, нежели реагирование на подобное.       Спустя пару минут в зале становилось тише и Дженни начала говорить.       — Вы знаете, что относительно недавно, журналисты вроде собравшихся здесь, сообщили в СМИ о моих потенциальных отношениях с Лалисой Манобан, — снова поднявшийся гул заставил девушку не на шутку напрячься. Выкрик одного из людей, вынудил её выйти из себя окончательно.       — Это правда, что Лалиса употребляет наркотические средства? От неё самой не поступало ни одного официального заявления, после пропажи. Потом же, она была обнаружена в компании вас.       Брюнетка холодеет внутри. Безумное желание показать своё место этому журналисту рвалось изнутри, так что не слушая дальнейших слов мужчины, она пылко заговорила.       — Простите, не знаю как к Вам обращаться, но в данном случае отвечу вопросом на вопрос, — зрительный контакт с этим мерзавцем заставлял девушку разжигать рвущийся огонь наружу сильнее и сильнее. — Вы позволили ей сделать это заявление? — переплетая пальцы и складывая их на тумбу, продолжает девушка. — Конечно же, я не говорю конкретно о Вас... Возможно, это были ваши коллеги или же... — ей хочется выругаться, но подобным образом, она лишь может усугубить ситуацию. — Вы забываете одну вещь, — больше для себя говорит Дженни, вновь ища взглядом того журналиста. — Обвинения посыпались тут же, как вы увидели её в парижском аэропорту, верно? — брюнетка стучит каблуками по паркету, отходя к проектору сзади неё. Вставая с ним рядом, она кивает за кулисы, давая сигнал для старта. — Здесь вы видите, как она выходит из терминала, разговаривая по телефону, — слайд переключился и Ким посмотрела на него. — Думаю не секрет, насколько выматывающими могут быть перелёты из одного места в другое. — Дженни вспоминает слова Лисы на первой встрече. — Лалиса меняется в лице всего за секунды, после чего её мобильный моментально падает на асфальт. — девушка вновь осматривает слайды, где с каждой новой сделанной фотографией, лицо Манобан меняется и его искажает болезненная гримаса.       Брюнетке больно смотреть на это и она отводит глаза в сторону. Не ожидав такого мощного порыва эмоций, девушка пытается привести себя в норму.       Вновь вспоминая свои слова перед данным заявлением, Дженни сжимает кулаки и строгим голосом выговаривает.       — Видите эти кадры впервые, верно? — вспышки вновь начали ослеплять глаза. Слезы стояли в глазах, но больше это было от злости, чем от внутренних чувств, которые опять сдавили грудную клетку. — Потому что вы не потрудились узнать что произошло на самом деле, а начали поливать грязью человека, который совершено не причастен ни к одному сказанному Вами слову раннее.       Следующие снимки были вырезками из газет, что следовали сразу после потери девушкой телефона, на который никто даже не обратил внимания. Дженни вспомнила рассказ Манобан в первый день знакомства. Конкретнее о том, что произошло после. Как трясущееся от боли тело, обессилено рухнуло на бетонное покрытие.       Все эти кадры тоже были изображены на проекторе, но Ким не осмелилась на них посмотреть. Возвращаясь к тумбе вновь, голос звучит совсем безэмоционально и сухо.       — Я знаю, что у многих людей данные фотографии не вызывали доверия, но могу сказать наверняка, что теперь в вашей груди поселились сомнения и противоречивые чувства, — она продолжала нагнетать обстановку, не изменяя интонации своего голоса. Сердце бешено колотилось, но на лице сохраняюсь серьезное и сосредоточенное выражение.       — Тогда представляю вашему вниманию кадры того же дня в Нью-Йорке. Кому-нибудь из Вас было известно о пожаре в одном из высотных зданий? Сомневаюсь. Вы думали о том, как поскорее осквернить именитую личность, — Дженни продолжительно кивает, переводя дыхание. — Как насчёт того, чтобы посмотреть списки жертв, поступивших в больницу Верхнего Ист-Сайда в тот день с многочисленными ожогами по телу.       Девушка строит задумчивое выражение лица, хмуря брови и говоря.       — Не припоминаете её? Эту больницу? Разве нет? — слайд за спиной девушки переключается и на нем появляется девушка, заходящая внутрь его. — Единственная фотография. Вброс в интернет. Полнейший бред и выдумки... Сломали жизнь человека...       Дженни прикрывает глаза, чувствуя накапливающиеся в них слезы. Как же больно было вспоминать и осознавать то, через что прошла Манобан.       — В тот день Лиса потеряла свою мать и сестру, — негромко говорит девушка, не уделяя внимание тому, как в зале становится тихо. — Всё это было на просторах интернета. Всё это было в общем доступе и всё это правда. — За спиной брюнетки появилась нарезка из статей издательств, что писали о трагичной гибели членов семьи Лалисы Манобан.       — Мне безумно трудно, больно и печально осознавать, что в нашем мире люди зачастую верят в то, во что хотят верить, пока истинное находится прямо перед глазами, — она шмыгает носом, но сейчас девушку совсем не заботит то, как она смотрелась. — Мне тяжело принимать то, что все уделяют большое внимание тому, что можно было проигнорировать или же воспринять без шквала негатива. — девушка судорожно вдыхает. — И ещё труднее понимать то, что мы теряем людей в своей жизни из-за собственных ошибок и неправильных суждений.       Повисла тишина и в зале не было ни одного человека, кто издал хоть единый звук в это мгновение. Дженни понимает, что сказала всё, что нужно, дабы вернуть хоть долю правды в окружающий их мир.       — Я встретила Лалису на встречах в центре поддержки для людей, которые пережили ужасное в своей жизни. Раньше, я панически боялась говорить о всех воспоминаниях из прошлого, но именно эта девушка заставила меня жить и забыть всё это, — поднимая уверенный взгляд на публику, она говорит. — Меня пытались изнасиловать в одном из переулков Сиэтла. Никто не видел, как меня схватили и потащили в неизвестном для меня направлении. Никто не слышал моих криков, как думала я... — сердце вновь стучит с невероятной быстротой, что почти выскакивает из груди. — И если бы не человек, что просто зашёл покурить за угол, возможно меня бы тут не было.       Ким смотрит на людей стоящих перед ней. В груди поселилась надежда.       — Я благодарю Питера Линча, Эмму Гроуз, Лалису Манобан и свою маму за то, что были рядом со мной и помогали мне, — уголки губ приподнимаются в улыбке, а слезы сбегают по щекам вниз.       — Не бойтесь говорить о своих проблемах, не бойтесь быть искренними с кем-то и не бойтесь становиться счастливыми. Не отталкивайте это... — девушка поднимает глаза на камеры. — Не бойтесь быть собой. — на последнем выходе она завершает свою речь. — А также помните, что каждый, кого вы встречаете ведёт борьбу, о которой Вы ничего не знаете. Будьте добрыми. Всегда.       Девушка отходит от тумбы, кланяясь и задерживаясь в таком положении. Слезы упали на пол, а руки предательски дрожали вместе со всем телом. От прохладного воздуха, ноги были замёрзшие, но всё это было неважно.       Сейчас она плакала от счастья, что сделала то, к чему стремилась. Сделала то, что хотела. Сделала то, что пообещала самой себе.       Неожиданные раскаты аплодисментов проходятся по залу без выкриков и комментариев. Равняясь и осматриваясь вокруг в последний раз, девушка скрывается за кулисами, уходя со сцены.       И как всегда она не чувствует того, что за ней наблюдает чужая пара глаз.

II

      Уставшая и эмоциональная вымотанная девушка ехала домой на такси по автомобильной автостраде. Темнело рано, поэтому сейчас, когда время доходило до восьми после полудня, за чуть запотевшем окном на небе виднелись яркие звёзды.       Дженни сидела полулёжа, чуть прогибаясь в спине. Голова покоилась на выступе от окна машины и, она прижимались к нему щекой, продолжая рассматривать уличные фонари.       Навязчивые мысли одолевали и их проблема была не в том, что брюнетка хотела от них как-то избавиться или постараться забыть. Она всё ещё не могла принять того, что рядом нет той девушки, сумевшей заставить её жить вновь. Глаза обессилено закрылись.       Лиса почти всегда довозила Дженни до дома, за исключением случаев, когда после встреч они прогуливались по осенним улицам и близ лежащей набережной. Яркое событие, которое заставляло сердце девушки наполниться теплом. "...Шум морского прибоя сопровождался небольшими, прохладными порывами ветра. Это был конец осени, а значит, часть воды этого залива замёрзнет. Каждый раз посещая это место, Дженни не могла реагировать менее восхищенно, чем в предыдущие приходы. Теперь же, они пришли сюда вместе с Лисой, которой брюнетка хочет показать все известные ей, красивые места, не менее замечательного города. Девушки шли близко друг к другу, частенько, случайно касаясь плечами и руками. Лиса была одета совсем не по погоде и сейчас говорила о том, что совсем не переносит холод. — Нет, это просто жуть! Невозможно находится в такое ненастье на улице, — бурчит девушка. — И знаешь, знойная погода тоже по-своему нехороша! — Чуть громче обычного сказала Манобан, обнимая себя руками и зарываясь носом в шарф. — Вот как можно переносить вечную жару? Когда я была ребёнком и жила в Таиланде, то там это так не ощущалось, будто мне было не до этого, понимаешь? Но переехав сюда, я начала изнывать от каждой минуты проведённой под палящим солнцем! Дженни с улыбкой на лице наблюдала за девушкой, что искренне и с придыханием рассказывала о своей жизни. Девушке грело сердце то, что Лиса может поделиться с ней своими интересами и старыми воспоминаниями. — Ты меня вообще слушаешь или как обычно безостановочно пялишься? — шутливо говорит Лалиса, стукая брюнетку плечом. Ким возвращается к реальности от своих раздумий и сразу же густо краснеет, оттого, что была поймана с поличными. — Ничего я не пялилась... — голосом обиженного ребёнка отвечает Дженни. — О-да, просто смотрела сквозь меня, — продолжает издеваться Манобан. — С превеликим удовольствием. — Тихо говорит Лиса, прикладывая ладошку к губам и игриво подмигивая. Дженни смотрит на неё с секунды, прежде чем кивнуть и спокойно сказать. — Просто смотрела на одну из звёзд на небе, — кокетничает девушка и надеется, что Лиса не продолжит парировать. Она вновь переводит взгляд на воду, смотря за тем, как лунный свет падает на морскую гладь. Смущенная Манобан продолжает мысленно проклинать погоду, но после, молча придвигается к Дженни и обхватывает её своими руками, желая согреть девушку и себя..."       Дженни в очередной раз улыбается сама себе от упоминания Лисы в голове. Как бы сильно она не хотела, но избавиться от подобного рода мыслей ей просто не удавалось.       Оставляя пару банкнот водителю, девушка уходит без сдачи, желая поскорее добраться до своей квартиры, а в последствии комнаты и любимой кровати. На улице поднялся сильный ветер и Дженни ускорила шаг.       Ноги жутко ныли от проведённого дня на каблуках, поэтому как можно скорее заходя внутрь здания, она добирается до лифта и заходя внутрь него, снимает их и берет в руки. Устало откидывая голову назад, Дженни тяжело выдыхает. Брюнетка знает, что впереди начнётся сложный период жизни, ибо подобные признания достаточно резко могут изменить её положение.       Стажировку могут отменить, сославшись на некомпетентность и то, что она потратила свой первый день совсем не на вступительную речь. Люди продолжат косо смотреть на неё, но это заботило её в меньшей степени от всего произошедшего. Единственное чего она искренне желала и хотела, так это того, чтобы Лиса была в порядке. Дженни станет самым счастливым человеком на свете, если увидит её улыбку хотя бы ещё раз.       Босыми ногами брюнетка шла по коридору высотки и мысленно отчитывала себя, что наверняка занесёт кучу грязи в дом, но все же боль в ступнях буквально кричала об обратном. Доходя до входной двери, Дженни роется в сумочке, пытаясь найти свои ключи. Натыкаясь ладонью на брелок, девушка вытаскивает их и пытается попасть в замочную скважину.       Дверь отворяется и её как обычно встречает темнота с тишиной. Бросая вещи на пол, Ким проходит внутрь квартиры и забывает закрыть дверь, при виде выбегающего питомца.       — Лука! — радостно восклицает Дженни с усталой, но искренней улыбкой на лице. — Скучал по мне, малыш? — Подхватывая кота на руки, брюнетка тискает его, гладя животик и играясь с ним, тыкая в подушечки лапок.       — В первый же день хотела сделать это, — доносится мелодичный голос из-за спины.       Сердце Дженни останавливается, вместе со всем двигательным аппаратом и дыханием. Она замирает в немом шоке, боясь повернуться на источник звука. Ей не могло показаться. Просто не могло.       В комнате мгновенно стало тише прежнего и девушка отчетливо могла слышать любой шорох в доме. Писк в ушах усиливался с каждой секундой и Дженни становится невыносимо терпеть подобное, отчего она резко поворачивается и с изумлением смотрит на стоящую в проеме фигуру.       "Лиса..." — с выступающими слезами думает девушка, не веря своим глазам. Она продолжает смотреть на темноволосую, подстриженную девушку, словно перед ней другой человек.       Дженни не могла сглотнуть слюну, потому что в горле стоял ком, не позволяющий вымолвить ни слова. Шестерёнки в голове двигаются с запредельно медленной скоростью, отчего она окончательно теряется в пространстве и продолжает сверлить девушку в дверях взглядом.       — Могу войти? — ровно, без капли дрожи, изменений в голосе сказала Манобан. Лиса выглядела совсем иначе, чем в последнюю встречу возле её дома. Девушка переминается с ноги на ногу, неуверенно поглядывая на Дженни, в то время как хозяйка квартиры продолжала таращится, словно сквозь девушки.       Кивая бесчисленное количество раз, брюнетка утирает слезы рукавом и спуская питомца с рук, отходит к стене, переводя дыхание и боясь поднять глаз.       Шуршание свидетельствовало о том, что Лиса сняла верхнюю одежду и не торопясь, аккуратно повесила ту на вешалку рядом со входом. Она сняла обувь, а мозг Ким всё ещё отказывался верить в происходящее и как-либо запускать мыслительные процессы.       Так долго мечтая об этом самом моменте, её застают врасплох у неё же дома. В месте, где она все время чувствовала себя в безопасности, её загнали в угол, как жертву перед хищником. Дженни безумно боялась приближающегося разговора и каких-либо слов в целом.       Стоя молча около минуты после этого, брюнетке наконец удаётся громко сглотнуть и поднять глаза, встречаясь с чёрными глазами напротив. На секунду она вновь кажется другой, но Дженни помнила всё.       Глаза способны сказать намного больше, чем все могут представлять и ожидать.       — Я-я... могу тебе помочь? — запинаясь говорит девушка, сцепляя руки в замок сзади и нервно стуча ими о стену.       — Думаю, что ты сделала это пару часов назад, — тем же тоном продолжает Лиса. — Что сподвигло тебя на это?       И в Дженни секундно пробуждаются силы и энергия, что заставляют её напрячься и с твёрдостью в голосе заявить.       — Я понимаю, что поступила неправильно, делая это без твоего согласия на разглашение информации, — чувство недосказанности в груди наконец-то может исчезнуть, поэтому Дженни набирает темп и каждое слово говорит быстрее предыдущего, боясь, что будет перебита. — Мне действительно жаль, что ты прошла через это в своей жизни. Действительно жаль. — быстрота сменяется мягкостью. Лиса пытается поймать момент и возразить.       — Я не... — было начинает девушка, но брюнетка моментально ставит ладонь перед ней и строго смотрит на неё, перебивая.       — Просто выслушай меня, а после ты просто сможешь уйти, обещаю, — переизбыток эмоций в груди отдавался давящей болью на сердце. Конечно же, она совсем не хотела, чтобы Лиса уходила, но почему-то, именно эти слова казались правильными.       Манобан соглашается и кивает, складывая руки на груди и тяжело выдыхая.       — Хорошо... — Дженни кивает в ответ и продолжает говорить более спокойно и медленно. — Я не хочу извинятся за то, что сделала. — тихо говорит брюнетка, чувствуя как глаза наполняются слезами. — Я не могла видеть это отношение к тебе, понимаешь? Люди были несправедливы по отношению к тебе и я была одной из них. Была той, кто сделал тебе больно.       Она разочаровано качает головой, словно мысленно ругая себя за свои поступки в прошлом.       — Я испугалась, — твёрдо заявляет девушка и встречается с заинтересованным взглядом Манобан. — Совершила ошибку по отношению к тебе. Дважды. — Ким закусывает губу, пытаясь сдержать рвущиеся наружу слезы.       — Всё нормально, Дженни, я просто хотела... — опять пытается сказать темноволосая, видя, как Ким тяжело даются слова.       — Нет, всё, — она утирает слезы рукавом, слыша жалостливый голос Лисы. — Ты не должна говорить, что это нормально, потому что всё что с тобой случилось – сущий кошмар. Ты была человеком, что день за днём открывала во мне жизнь, понимаешь? Ты заставила меня вновь поверить в то, что я могу стать счастливой.— зрительный контакт не прекращался ни на секунду. — Ты заставила меня забыть о моем прошлом, в то время как я просто оставила тебя из-за вернувшихся страхов. — Дженни поджимает губу, выжидая около десяти секунд.       На секунду стало прохладно, отчего по спине прошлись мурашки. Манобан стояла напротив неё и не двигалась с места. Всего этого Ким не замечала.       — Я не должна была этого делать, но тогда, совсем не понимала того, что теряю. — с надеждой девушка смотрит на Лису, вновь мотая головой. — Мое сердце трепетало рядом с тобой, а я продолжала не обращать внимания на свои чувства, стараясь игнорировать их. Мы начинаем ценить что-то, когда потеряем это. Ужасно звучит, но это факт. — сглотнув, она продолжает. — Как я и сказала ранее, но извиняться за сказанную правду я не хочу. Просто не могу. Я не считаю неправильным то, что теперь большинство будет знать, что были неправы... — тяжело выдохнув, Дженни договаривает. — Но считаю неправильным своё отношение к тебе. За это я буду извиняться перед тобой вечность и не уверена, что смогу сама простить себя вообще.       Девушка поникла, говоря эти слова перед Манобан. Она опустила голову вниз и сжав кулаки со всей силы, с надрывом сказала.       — Прости меня, Лиса... Прости за всё, что сделала. Прости меня за причинённую тебе боль и прости за то, что я тебя...       Она не успевает договорить, потому что оказывается сжата в крепких, тёплых и таких нежных руках Лалисы Манобан. Её плечо мгновенно мокнет от слез девушки. Сердце трепещет от столь близкого контакта и ей самой хочется зарыдать.       — Разве позволительно злиться на человека, которого любишь? — почти шепчет Лиса и брюнетка была уверена, что ей послышалось. То, что только что сказанные слова Манобан не были правдой. Никогда не существовали и не исходили от неё.       Но темноволосая разрывает их объятия, застывая в полуметре и тихо говоря.       — Мне было тяжело осознавать, что ты не сможешь быть со мной, — сердце Дженни пропускает удар. — Я переживала за тебя и твоё состояние, а когда пресса объявилась, то это и вовсе разбило все мои ожидания. — Ещё один. — И когда ты стояла в дверях моего дома измученная и словно неживая, то я думала, что лучшим будет оттолкнуть тебя. — оно рассыпается на тысячи осколков. — Но как оказалось, то ты ещё та заноза в заднице.       Лиса хохочет искренним смехом, а слезы продолжают бежать из её глаз, в то время как Дженни с трудом продолжает сдерживать их.       Всё происходящее казалось нереальным для девушки. Она боится, что это сон, которому никогда не суждено сбыться...       Когда же Манобан кладёт ладони на её щеки и поглаживает их пальцами, то брюнетка поднимает глаза на приближающееся лицо Лалисы.       — Дженни, могу я... — она не успевает закончить, так как брюнетка делает шаг вперёд и прикасается к губам напротив. Поцелуй был соленым от слез, но это не мешало им обеим насладиться моментом. Губы двигались в такт друг другу, словно танцуя их собственный танец. Движения были мягкими, нежными и чувственными.       — Скажи мне, что это не сон, — тихо шепчет брюнетка, отрываясь от губ Лисы и тяжело дыша.       Соприкасаясь лбом о лоб Дженни, Манобан также переводит дыхание и перекладывая руки на талию брюнетки, мягко говорит.       — И даже если это он, то я хочу остаться в нём навсегда. Вместе с тобой.

III

      После выступления с разоблачающей речью Дженни прошла неделя. К Лисе тут же посыпалось бесчисленное количество предложений о потенциальном дальнейшем сотрудничестве, в то время как брюнетке выделили время на её вступительную речь, в которой теперь, она успела рассказать о том, что собирается представлять на время своей стажировки.       Манобан уже наскучило однозначно отвечать на телефон, выслушивая наигранные извинения со стороны своих старых, звездных и не только, знакомых. На третий день это совсем наскучило, поэтому Лисе пришлось обзавестись новым телефоном, номер от которого она дала лишь трём людям. Список которых возглавляла Дженни.       Всю неделю они провели вместе. Они пытались уделить друг другу большую часть своего свободного времени и даже когда Ким кропотливо работала в своей домашней мастерской, Лиса выполняла роль модели, по размерам которой брюнетка делала всю выставочную одежду.       В крайний из таких вечеров, между девушками завязался разговор, в котором Лисе пришлось сделать непростой выбор. "Дженни держит в зубах измерительную ленту, держа в руках пиджак, который она изучающе разглядывала. — Лиса, — сквозь сцепленные зубы говорит девушка, отчего сидящая на соседнем кресле темноволосая усмехнулась. Манобан тут же подошла к брюнетке и встала ровно, чтобы её личный дизайнер самостоятельно отметил все недочеты и нужные доработки. — Выглядит потрясно, тут уже нечего дорабатывать, — с улыбкой, но немного жалобно говорит девушка, добавив. — Времени уже час ночи. И стоит заметить, что тебе нужно встать раньше завтра. Дженни никак не реагирует, потому что целиком и полностью была вовлечена в процесс работы. Ей до безумия нравилось это и сейчас, к и без тому серьёзному виду, добавились хмурые брови Ким, отчего Лиса хохотнула. — Ты такая милая, когда сосредоточена на работе, — Манобан закусывает губу и смотрит за реакцией Дженни, что долго не заставила себя ждать. Брюнетка тут же смущенно подняла глаза, убирая ленту на стол и вешая готовый джемпер на спинку кресла. Она устало потирает затёкшую шею, прежде чем опустить взгляд и тихо сказать. — Лиса, я могу тебя кое о чем спросить? Девушка немного напрягается, но подходя ближе к Дженни, мягко отвечает. — Да, конечно, тебя что-то беспокоит? Ты хочешь поговорить? Встретившись с глазами напротив, Ким увидела обеспокоенность в глазах собеседницы, поэтому секундно ответила. — Нет-нет, всё в порядке, я не об этом, — Дженни сократила расстояние между ними, прежде чем неуверенно спросить. — Ты станешь моей моделью на последнем показе? Лиса молчит, сразу став куда серьёзнее, чем прежде. Брюнетка замечает реакцию и тут же ругает себя, сочтя это слишком ранним преложением для девушки. — Прости... И просто видела, как твои глаза загораются огоньком, когда ты видишь, как я делаю это. Мне показалось, тебе этого не хватает, — она неуверенно берет девушку за руку, в последствии переплетая их пальцы вместе. — Тебе не стоит соглашаться, если ты... — Я согласна. — Что? Дженни немного растерялась от столь быстрого ответа, но когда она видит усмешку на лице девушки напротив, то радостно заявляет. — Ты правда хочешь сделать это? Она пожимает плечами и вновь закусывает губу. Сомнения одолевали её, но всё же, Лиса решается попробовать, поэтому отвечает. — Почему бы и нет? А-то тебе явно без меня не справиться, — Лиса заливается смехом, качая их руки из стороны в сторону. Брюнетка по-прежнему наблюдает за Манобан с улыбкой на лице. Она больше никогда не позволит себе обидеть и дать в обиду эту девушку, ведь та успешно засела в сердце, откуда наверняка более не выберется. — Верно, без тебя мне никуда, — Дженни чуть приподнялась на носочках, впервые после их первого поцелуя, чмокая Лису в губы. — Ты произведёшь фурор. Темноволосая смущается и уголки губ приподнимаются в нежной улыбке. — Потому что рядом будешь ты..."       Всё вышло куда лучше, чем было сказано Дженни. На последний показ пришло, как показалось самому юному дизайнеру, бесчисленное количество человек. Лиса не нервничала, в отличии от своего предмета воздыхания, что безумно переживала в тот день.       Манобан пыталась все время быть рядом, заразительно улыбалась, смеясь заливистым смехом, рассказывая забавные истории и всеми другими возможными способами пыталась отвлечь Ким, что, кстати говоря, ей все же удалось.       Все новостные строчки были о молодой парочке из Сиэтла, что покорили сердца людей по всему миру. Также, отдельные статьи были посвящены извинениям в адрес Лисы, а другие о будущем дизайнере-легенде.       Девушки не обсуждали свои отношения, потому что как думали они, то были совсем не готовы. Хотя каждая уже обдумала всё до последней мелочи. Серьёзный разговор все же состоялся. Когда они возвращались с вечеринки, устроенной компанией, где проходила недельная стажировка Дженни.       Без лишних слов, день за днём Лиса и Дженни вместе приходили к ней домой, кушали и засыпали в обнимку. Им было тяжело без друга друга, поэтому лишних трудностей они решили себе не создавать и просто были вместе.       Идя по коридору и держась за руки, Дженни чуть покачивается и с румянцем на щеках, она глуповато улыбается, мягко говоря.       — Последний бокал шампанского был лишним.       — Да, дорогая, я заметила, — спокойно говорит Лиса, сдерживая рвущуюся наружу улыбку. Она впервые видела девушку в таком состоянии, поэтому для неё это казалось действительно забавным.       — Ты останешься сегодня? — внезапно спрашивает Дженни, будто переживая, что Лиса куда-то денется. Она чуть сильнее сжала ладонь девушки.       Манобан была готова заплакать от радости в этот момент. Ким редко проявляла знаки внимания первой, поэтому сердце забилось в груди сильнее и она в ответ поцеловала девушку в лоб, тихо говоря.       — Конечно я останусь.       Ключ повернулся в замочной скважине и они молча прошли внутрь, встречая тут же выбегавшего кота. Лиса души в нем не чаяла и тут же принялась тискать его, попутно шепча милости.       Дженни снимает верхнюю одежду и обувь. Она отлично провела время и была рада, что Лиса разделила этот момент с ней. Также, брюнетка надеялась, что девушке понравилось не меньше.       — Кстати твоя подруга Эмма очень забавная, — внезапно говорит Манобан, не отрывая взгляд от питомца. — Она каждый раз смотрит на меня, будто видит в первый раз.       Хохотнув и прикрыв глаза на несколько секунд, Дженни заявляет.       — Да, она чем-то похожа на тебя, — она прислоняется к стене и наблюдает за Лисой. — Такая же неугомонная, забавная, упёртая и в целом прекрасный человек.       Лиса улыбается и наконец поднявшись на ноги, встречается глазами с девушкой. От них веяло любовью и спокойствием. Девушка приближается к Ким и кладёт руку ей на щеку.       — Ты не менее прекрасна, Дженни, это я могу сказать наверняка.       Брюнетка была очарована Лисой. Сердце Дженни принадлежало ей. Цитрусовый парфюм хотелось ощущать вновь и вновь, когда брюнетка зарывалась носом в локоны Манобан.       Вместо ответа, Дженни поддаётся вперёд, почти невесомо касаясь губ Лисы. Девушка отвечает с уверенностью и желанием. Никаких быстрых движений. Действуя размеренно, брюнетка тянется к куртке девушки, откидывая её куда-то в сторону.       Лиса не сопротивляется, скорее, напротив, желает добавить огонька этому моменту, поэтому прижимается ещё ближе к телу любимой, сквозь вещи ощущая тепло.       Ким проводит руками по спине Лисы, чувствуя, как чрезмерное количество одежды мешает насладиться моментом сполна.       — Лиса, давай сменим нашу локацию? — открываясь от губ, шепчет Дженни, хитро улыбаясь. Румянец на щеках стал розоватым и ещё чуть более заметным.       Манобан закусывает губу и знает, что данный жест нравится девушке, поэтому подмигивая, она берет ту за руку и ведёт в спальню. Ей наконец хотелось показать сполна, насколько сильно она любит девушку и дорожит брюнеткой.       Усаживая её на кровати, Лиса быстро стягивает с себя водолазку, она чуть давит на плечи Дженни, опуская ту на мягкую поверхность. Брюнетка, словно зачарованная, следит за каждым движениям и действием Манобан.       — Ты уверена, что хочешь сделать это, Дженни?       Их зрительный контакт чуть смущает лежащую внизу девушку, поэтому она заводит руки за спину Лисы, щёлкая застёжкой лифчика и откидывая его в сторону.       — Сочту это за положительный ответ, — облизнув губы, темноволосая тянется за поцелуем и он разгорается с новой силой. Исходящая от него энергия, заставила тело Дженни ощущать собственное тело горячее. — На тебе все ещё слишком много одежды. — горячим дыханием, Лиса обдаёт ухо Дженни, поднимаясь чуть выше на постели и демонстрируя стройное тело.       Брюнетка не может оторвать своего взора от Лалисы. Та в свою очередь стягивает с Дженни платье, поднимая его выше. Мурашки покрывали каждый миллиметр тела, когда ткань покидала его.       Подняв руки, дабы помочь девушке наконец с ним расправиться, она чувствует, как в комнате накаляется обстановка, заставляя сердце стучать быстрее.       — Ты безупречна, — шепчет Лиса, прежде чем страстно впиться в губы Ким.       Брюнетке срывает крышу от получаемых наслаждений. Она хочет большего поэтому переплетает ноги за спиной девушки, прижимаясь ближе. Ей хочется почувствовать Лису всецело.       Манобан проводит ладонями по животу Дженни, в то же время губами переходит на шею девушки. Она покрывает поцелуями каждый миллиметр белоснежной кожи. Брюнетка тяжело сглатывает, а после начинает постанывать, явно жаждая большего.       Лиса сама более не может терпеть, поэтому расстёгивает бюстгальтер Дженни, чуть приподнимаясь над ней. Она рассматривает аккуратную грудь девушки, что высоко поднималась и опускалась.       Лиса мимолётно целует ту в губы, спускаясь ниже. Со свойственным звуком, она обводит языком ареол сосков Дженни, отчего та протяжно стонет, откидывая голову на постели.       Пальцами Манобан проводит по клитору девушки, отрываясь и поднимая взгляд на Дженни, словно спрашивая разрешения.       Брюнетка вновь тяжело выдыхает и дрожащим голосом произносит:       — Просто сделай это, Лиса, прошу тебя.       Большего для неё не нужно было. Она проникает под ткань белья, отчего Дженни поддаётся ближе навстречу. Лиса вновь проводит пальцами по клитору девушки, отчего та протяжно постанывает.       Манобан наблюдала за сложившейся картиной и чувствовала, как заводится с каждой секундой все сильнее и сильнее. Она быстро проникает внутрь Дженни двумя пальцами, пока тела жмутся к друг другу, почти не оставляя свободного пространства. Ким опускает собственную руку на клитор, массируя.       Лиса затыкает стоны девушки своими губами и двигается в такт движениям внизу. Наращивая темп с каждой секундой, она чувствует, как стенки внутри начинают сжиматься, а брюнетка усиленно двигается навстречу.       Ещё пара толчков и Дженни прогибается в спине, хватая губами воздух. Она ощущает полное расслабление тела, обмякая на постели.       Лиса довольствуется своим результатом и вовсе забывает про собственное возбуждение. Усталость оказывается сильнее, поэтому целуя девушку в лоб, она ложится рядом, кутая их в одеяло. Манобан полностью раздевается и прижимает Ким к себе.       Наконец, брюнетка приходит в себя и тихо шепча, поворачивается к Лисе, утыкаясь в её шею.       — Я люблю тебя, Лиса... — сладкое сопение слышится почти сразу после этих слов и Манобан чувствует себя самым счастливым человеком на Земле.

***

      Утро заглядывает в их комнату очень солнечно и ясно. Дженни просыпается первой и с трудом ей удаётся разлепить веки. Несколько секунд на соображение и осознание произошедшего. Она тут же тепло улыбается, чувствуя, как дыхание лежащей рядом девушки все ещё ровное и спокойное.       Брюнетка отодвигается чуть подальше, желая разглядеть её. Губы были чуть приоткрыты, а волосы закрывали часть лица. Дженни не может стерпеть, поэтому проводит ладонью по щеке и убирает прядь за ухо.       "Наверно я выиграла эту жизнь, если лежу с такой девушкой в кровати..." — думает Дженни и хохочет своим же мыслям.       Лиса спокойно выдыхает и приоткрывает глаза, глядя на проснувшуюся девушку. Она улыбается и мягко, хриплым голосом говорит.       — Уже проснулась.       Дженни чуть пугается, но улыбается в ответ.       — Да... — она кладёт руку на талию Манобан и придвигается ближе. — Прости, если разбудила.       — Я не прочь такого пробуждения, — шепчет она, утыкаясь в макушку Дженни.       — Сегодня Сочельник, — говорит брюнетка, вспоминая о любимом, надвигающемся празднике. — Ты встретишь это Рождество со мной? — с надеждой спрашивает Дженни, мягко оглаживая спину Манобан.       — Я встречу с тобой это Рождество. А ещё следующее Рождество и Рождество за ним... А дальше продолжи сама. — она отодвигается от девушки, серьёзно глядя на ту. — Так что просто перестань бояться, что я исчезну, ведь я люблю тебя.       Брюнетка вновь с искренним изумлением и восторгом смотрит на Лису, понимая, как сильно ей повезло. Глаза наполняют слезы, но они были от переполняемого её счастья. Дженни кратко целует девушку в губы, мягко говоря:       — Благодаря тебе, я больше ничего не боюсь.