Когда угроза укусить становится реальной

      Вчера Бакуго чудом вернулся в общежитие вовремя. А сегодня чудом не уснул на уроках, но это нормальное для него состояние.       Когда учебный день подошёл к концу, он с радостью возвращался к себе в комнату, чтобы с чуть меньшей радостью приступить к домашке.       Как только дверь распахнулась, Кацуки понял, что с его комнатой что-то не так. Первые секунд десять он пытался сообразить, в чём проблема, а следующие десять проклинал себя за ненаблюдательность и медлительность. Просто кто-то решил вздремнуть на его кровати, ничего необычного (Как и вероятность быть убитым после подобной выходки). — Деку, какого хрена ты здесь забыл?! — рявкнул Бакуго.       Мидория неохотно зашевелился и сел на кровати. — Катчан, тише. Ты же не хочешь, чтобы здесь собрались зеваки — пробормотал парень в костюме и потёр сонные глаза. — Ты, скорее всего, этого не знаешь, но никто не рискует находится ближе, чем в радиусе десяти метров от этой комнаты — блондин сбавляет громкость, но не уменьшает резкость своих слов. — Добавь примечание: «Кроме моего старого знакомого Мидории Изуку».       Сразу после этих слов зеленоволосый зевает. — Ты так и не ответил, что забыл на моей кровати. — Попрошу заметить, что про кровать уточнений не было — Мидория всё ещё был сонный — К тому же, всё довольно очевидно: я на ней сплю. — Кто ж тебе дома спать мешал, беспризорник? — процедил сквозь зубы Кацуки. — Катчан, я не был дома. — А что так? Коллекционные фигурки Всемогущего устроили бунт и вытурили на улицу?       Бакуго пристально смотрел на собеседника. — Кстати, Деку, тебе никто не говорил, что галстук нужно не буквально на шее завязывать? — Вообще-то я из-за тебя не могу вернуться домой — Зеленоволосый проигнорировал укол в сторону своего внешнего вида. — Отлично! И в чём же я перед тобой провинился? — Ты поставил мне метку! — повышает голос Изуку. Он тянет за один из ласкутов и развязывает свой галстук.       Альфа обмирает и превращается в неподвижный бетонный столб. У Деку на шее действительно была метка (До сих пор скрытая повязанным не в той области аксессуаром). В том самом месте, где Кацуки его вчера укусил. Она покраснела и была отчётлива видна на бледной шее. К слову, несмотря на случайность укуса, метка получилась довольно ровной. — Так что я поздравляю нас с началом отношений — продолжает Мидория, отпустив галстук, — Какой день будем считать первым: вчерашний или сегодняшний? Как только вернусь домой, занесу его в календарь. — Не неси чушь, Деку — прерывает его блондин и садится на край кровати — И поясняй за свой базар. Помниться в школе ты у нас ещё был бетой. — А ты видел мою медицинскую карту? — Не видел, но- — Если все считали меня бетой, это не значит, что так оно есть. — У тебя не было запаха, придурок! Кем прикажешь при таком раскладе тебя считать? — Очень хитрой омегой. — Скорее очень тупой. Харе тут загадки загадывать, мы с тобой не в детском саду. — А ты и не предполагал, что я могу оказаться омегой, да, Катчан? Наверное, ни на секунду не допускал такую мысль — ухмыльнулся Мидория. — И как ты это сделал? — Бакуго не собирался отвечать на очевидную провокацию. — Подавители — Отступает Изуку — Помнится, в школьные годы достать их было не так просто, но я справлялся. У них есть только один недочёт — скрывают лишь омежий запах. — А ты хочешь, чтобы они тебе ещё и чечётку танцевали? Что за претензия? — Кажется, ты не понимаешь, в чём суть проблемы, Катчан.       Кацуки сделал самое понимающее выражение лица, на которое только был способен. Изуку показалось, что тот хочет чихнуть. — Активируй на пару секунд все пять отделов своего головного мозга и принюхайся.       Бакуго гордый. Бакуго не будет делать то, что ему говорит какой-то задрот. Ну, если только на секундочку. Стоп, что за хрень.       Деку пах как... Как… Как Кацуки! Разве что раза в два приятней и раза в три сильнее. Кажется, на каком-то уроке биологии им рассказывали, что после появление метки именно что-то такое и происходит. В реальной жизни это поражает ещё больше, чем на словах. — Напомни-ка ещё раз, какого хрена ты в моей комнате, а не в своей? — прерывает тишину блондин. — Боже мой, Катчан. Кажется, твой возраст даёт о себе знать: у тебя определённо проявляются зачатки склероза. — Ближе к сути, Деку — прерывает поток сарказма Бакуго. — От меня вообще-то несёт твоим «парфюмом» на всю Ивановскую! И я не могу пойти домой, так как мне будет сложно объяснить маме, что произошло.       Мидория прочистил горло и сменил тон на более дружелюбный. — Привет, мам. Как у тебя дела? Почему от меня пахнет так, как будто я несколько дней провёл в лесу, спасаясь от огромного пожара? Понимаешь, просто я встретился со своим другом детства, а он, вроде как, меня укусил. Почему он это сделал? Ну, так, это, по работе… — Деку, кончай — Кацуки очень надеется, что его жутко покрасневшую шею совсем не видно, — Можно подумать, я один во всём виноват. — Нет. Но, скажем так, на жертву ты не тянешь. И драку, к слову, не я начал.       Блондин несколько раз порывается что-то сказать, но выходит только несвязное бормотание. — У тебя был нож — начинает оправдываться Катчан. — Он у меня и сейчас есть.       Кацуки как током прошибает. Он всё это время спокойно так разговаривал с человеком, который в любой момент может его убить? Иногда он забывает, что перед ним уже не старый знакомый Деку. — Ты хотел меня убить! — вспылил Бакуго и подскочил с кровати. — Ты правда так думаешь? — спокойно спрашивает Изуку.       Кацуки молчит. — Не вижу смысла тебя переубеждать, раз ты так уверен. Нож могу отдать, если тебе так будет спокойнее. Всё-таки нам ещё две недели вместе жить.       Мидории после произнесения этой фразы в пору было бы закурить — настолько грустный и задумчивый взгляд был у него в тот момент. — С какого фига ты это решил? — Бакуго был настолько ошарашен, что не придумал ничего лучше этой фразы. — Мне вкололи препарат, который поможет избавиться от метки. Сказали, что если ни к плечам, ни к шее не прикасаться, то за две недели она рассосётся. Если что, я цитировал. — А почему бы тебе не остаться у своих дружков из злодейской лиги? — Ты искренне считаешь, что был первым в моём списке знакомых, у которых можно перекантоваться? Как самонадеянно. Просто моих, как ты выразился, «дружков» раздражает, как они сказали, «запах горящей помойки», которым я теперь «благовоняю», поэтому в ближайшие две недели я безработный недоучка. — Это ничего не- — Катчан, а теперь побудь, пожалуйста, образцово показательным героем и дай мирному жителю отдохнуть.       Мидория лёг обратно на подушку и отвернулся от своего собеседника. — Мне вообще-то уроки делать надо! — А ты делаешь уроки на кровати? Мне казалось, для этого есть стол — пробормотал Изуку. — Знаешь что, хрен с тобой. Оставайся здесь сколько влезет. Но до тех пор, пока ты не будешь вредить моей успеваемости и не попадёшься на глаза кому-нибудь из студентов или учителей! — Угу, спасибо, Катчан, как скажешь.       Почему это прозвучало так искренне и мило? И почему у Бакуго опять покраснела шея?