1000 и 1 оттенок страсти

       Соен тихо выходит из кабинета, не обращая внимания на разборки Лисы и Чонгука. Ей было на них все равно, к тому же она не хотела вмешиваться в чужую личную жизнь, в своей проблем полно. Она тихо прикрывает за собой дверь и идет в сторону выхода из здания.        Соен думает о вчерашнем дне. О ее вчерашней встрече с Намджуном. Ее очень удивило то, что он узнал в ней рэпершу из клуба, которой она являлась, но тщательно скрывала это. Соен льстил тот факт, что у нее есть фанаты, но ей нужно будет еще тщательнее скрываться, чтобы больше никто не узнал об этом.        Соен не боится раскрыть людям правду о себе, но боится своего отца, который старается держать дочь в строгости и не потерпит того, что его дочь выступает в клубах.        Она идет по коридору с низко опущенной головой, думая о том, что случилось вчера. Соен убежала от Намджуна, боясь, что отец заметит ее, так и не дав Киму договорить. Ее грызет совесть за это, а особенно за то, что она чуть не нагрубила ему. Намджун показался ей приятным человеком, и она с удовольствием встретилась бы с ним снова. Соен любит интересных людей, с которыми можно поговорить не только о работе, но и о чем-то еще.        Соен резко в кого-то врезается, сразу же приходя в себя. Она хватается за ушибленный лоб и поднимает виноватый взгляд на того, в кого умудрилась врезаться. Ее глаза становятся шире, когда перед собой она видит удивленного Намджуна. Ким смотрит на нее и не может поверить свои глазам, потому что после того, как она вчера убежала, он и не думал снова увидеть ее.        — Соен? — Удивленно спрашивает Намджун.        Она делает несколько шагов назад, чтобы немного отойти, но путается в своих ногах, начиная падать. Джун резко хватает ее за талию, не позволяя упасть, но оказываясь слишком близко к ее лицу. Щеки Соен начинают краснеть, когда она понимает, в каком положении они находятся. Намджун смотрит в ее глаза, не в состоянии отвести взгляда, а она смотрит на него, смущаясь такого пристального взгляда.        — Спасибо, что поймали меня. — Смущенно говорит Соен. — Но может вы отпустите меня?        Намджун спохватился и помог ей встать ровно, замечая румянец на ее щеках. Так Соен выглядит еще привлекательнее, но Джуну все еще интересна причина ее вчерашнего внезапного ухода. Однако его язык прилип к небу, отказываясь говорить. Намджун не может налюбоваться Соен. В близи она еще красивее. В повседневной жизни не такая дерзкая, но такая милая, что улыбка не слезает с лица.        Соен бегает глазами по всему коридору, стараясь не смотреть на Джуна и не пересекаться с ним взглядами. Его присутствие очень смущает ее, а взгляд, которым он на нее смотрит тем более. Соен не знает, что делать со своим смущением, но оно все никак не уходит. Соен ужасно смущена. Ей, чтобы просто посмотреть на Намджуна, нужно задирать голову вверх, потому что она очень низкая, и ее рост практически доходит до его локтя. Со стороны это наверняка выглядит очень убого, но она никогда не жаловалась на свой рост и сейчас не будет.        Резко в коридоре начинают слышаться крики и угрозы в чей-то адрес. Соен удивленно поворачивается, смотря себе за спину. Ее глаза становятся больше, когда она видит, как Чонгук несет Лису, перекинув ее через плечо. Она открывает рот, чтобы что-то сказать, но крик Лисы перебивает ее.        — Сволочь! Ублюдок! Поставь меня на землю. — Кричит она, ударяя Чонгука кулаками по спине. Тот морщится, шипит, но Лису не отпускает. — Ты меня слышишь? Это уголовное дело. Ты украл юридическое лицо, тебя посадить могут.        Чонгук снова морщится, видя перед собой Джуна и Соен. Он подходит к ним, ударяя Лису по попе, надеясь, что хоть так она заткнется, но она начала вопить еще громче.        — Сегодня офисная работа на тебе. — Говорит Чонгук Соен. — Меня сегодня в офисе не будет, будь на связи, иначе уволю.        — Господин Чон. — Соен все еще прибывает в шоке от этой картины, но она ничуть не удивлена тому, как громко кричит Лиса. — Прошу прощения, но я не позволю вам забрать Лису. Она моя подруга, поэтому, как бы вы ее не хотели, я не позволю.        — Соен права, Гук. — Намджун чувствует, что зря влезает в этот разговор, но Лиса работает в его фирме, и он не может дать в обиду своего сотрудника.        — Мне плевать на ваше мнение. — Чонгук зол, и начинает злиться еще больше. — Что хочу то и беру. Захотел эту сучку, забрал ее, или вам жить надоело?        Лисе обидно слышать то, что ее называют вещью, но она не теряет времени, кусая Чонгука за шею. Гук шипит от боли, отпуская Лису и хватаясь за место укуса, а Манобан падает на пол. Она шипит от боли, но замечая, что Гук смотрит на нее, как хищник на добычу, резко поднимается и смотрит ему в глаза.        Чонгук удивляется откуда в этой девушке столько смелости и силы. Краем глаза он замечает Джуна, который готов кинуться на помощь Лисе, но все они знают, что от Чонгука ее никто не спасет.        Соен мрачнеет на глазах. Ей также неприятно слышать такие слова в адрес своей подруги, даже если это говорит ее босс. Соен никому не простит оскорбления в сторону Лисы, так же, как и она в сторону Чон. Манобан не раз заступалась за Соен, и это у них взаимно.        Чонгук подходит к Лисе, смотря ей в глаза. Она его раздражает, но в тоже время возбуждает. Это странное сочетание, но оно умещается в Манобан, не поддаваясь объяснению. Он смотрит на ее смазливое лицо и не может понять, как она могла так измениться. Из пустышки в прекрасную леди.        — Кто такой Ким Тэхен? — С каждой секундой Чонгук злится еще больше, что веселит Лису.        Манобан знает, что он хочет услышать, но она хочет еще его побесить. Его разъяренное выражение лица ей нравится. Ей интересно откуда он знает Тэхена, а особенно то, что она с ним знакома.        — Мой парень. — Лиса усмехается, зная, что злит этим Чонгука еще больше, потому что она не может принадлежать ему.        Чонгуку противно смотреть на ее усмешку. Он чувствует, что она играет с ним, и это раздражает еще больше. С ним не играла ни одна девушка, но тут появилась Манобан разрушая все его идеалы, но самое главное в том, что Чонгук не знает, почему разрешает ей играть с собой. Он просто поддается на ее чары, а после попадает в ее сети. Она коварная, холодная стерва, которая не поддается Чонгуку, и это действительно его бесит, ведь он не привык бегать за девушками. Но Лиса ему интересна. Ему хочется знать, на что она способна, особенно после того, как вспомнила его. Почему-то Чонгук уверен, что Лиса хочет отомстить ему за смерть матери. Он усмехается. Если она хочет поиграть, то они будут играть, только по его правилам.        Чонгук замахивается и бьет ей пощечину. Шлепок эхом отдается по коридору, а Гук стоит в предвкушении слез. Он хочет, чтобы Лиса плакала, кричала, стонала, и пока он этого не получит, не остановится. Чонгук поднимает ее голову за подбородок, но не видит слез. Она смотрит на него своими большими глаза, в которых виден только океан ненависти и призрения, но в них нет ни обиды, ни слез.        — Почему ты не плачешь? — Шепчет ей на ухо Чонгук. Он не хочет, чтобы это слышали Намджун и Соен, потому что это только их с Лисой дело.        Соен больше не может это терпеть. Да, она знает, что Лиса может дать ему отпор. Да, она знает, что не должна лезть в это, но Лиса ее лучшая подруга, которая помогала ей в трудные минуты, и сейчас она просто не может кинуть ее вот так на произвол судьбы. Соен чувствует, как Джун кладет ей на плечо руку, стараясь остановить, но она спокойно скидывает ее, направляясь в сторону Чонгука.        Соен хватает Чонгука за руку и поворачивает к себе, шокируя всех, в том числе Лису, которая сто процентов против того, чтобы она в это лезла. Но Соен не хочет, чтобы ее подруга пострадала от рук ее директора, а может уже и не директора. Она хватает Чонгука за черный галстук, который висел у него на шее, и тянет на себя. Гук удивлен такой силе, и не ожидая чего-то подобного, пошатнулся и наклонился, оказываясь в нескольких сантиметрах от лица Соен.        — Я, кажется, сказала оставить ее в покое. — Соен говорит безразлично, удивляя этим Чонгука и Намджуна. Они оба не знали, что она способна на что-то. — Или у вас со слухом проблема?        Соен немного затягивает галстук Чонгука, из-за чего у него глаза становятся шире. Он точно не ожидал, что хрупкая Соен способна на что-то подобное, и был удивлен больше всех. Гук хватает ртом воздух, пытаясь остановить Соен, которая почти затянула галстук на его шее.        Девушка усмехается, смотря на его мучения. Она размахивается и с такой же силой, с которой Чонгук ударил Лису, бьет ему пощечину, отпуская галстук. Гук теряет равновесие, отшагивая на несколько шагов назад. Он хватает ртом воздух и трогает губу, которая начала болеть. Чонгук шипит и подносит руку к глазам, замечая там кровь. Соен умудрилась разбить ему губу.        Лиса улыбается во все тридцать два и начинает хлопать в ладоши, аплодируя своей подруге. Намджун шокировано смотрит то на Чонгука, то на Соен, которая следит за каждым движением первого, подходя к Лисе.        — Мои слезы давно высохли, Чонгук. — Говорит Лиса, надменно улыбаясь. — И я стала сильнее, поэтому из-за такого как ты, плакать не буду. Ты недостоин видеть моих слез.        Чонгук стирает кровь с губы и смотрит на Лису, после переводя взгляд на Соен. Он только сейчас заметил, что они похожи характерами. Интересный феномен. Ударил он Лису, а получил от Соен. Гук внезапно вспоминает про телефон Лисы, который все еще находился у него, и достает его из кармана штанов, показывая Лисе.        — Ты ничего не забыла? — Лиса удивленно смотрит на свой телефон, узнавая его по чехлу.        — Лео, Лука. — Кричит Лиса, пытаясь выхватить из рук Чона свой телефон, но у нее ничего не получается. — Этот ублюдок вас не обижал?        Чонгук изгибает бровь, смотря за тем, как Лиса разговаривает со своим чехлом, пытаясь забрать телефон. Он искренне удивлен тому, как изменилась Лиса, увидев свой чехол. Она стала менее дерзкой, более милой и заботливой. Такая резкая перемена характера выбила Чонгука из колеи. Он продолжал смотреть за тем, как она пытается достать свой телефон, стоя на носочках возле Чонгука. Их лица находились практически на одном уровне. Лиса тянула ручки вверх, почти дотягиваясь до телефона, а Чонгук просто смотрел в ее глаза, растворяясь в них.        Удивительный феномен. Сначала он хотел просто узнать кто она, воспользоваться ею, а потом бросить. Но его планы менялись с каждой новой ее выходкой, пока в конечном итоге, их взгляды не пересеклись. Может, в этот момент, у Чонгука разыгралось воображение, но он видел, как между ними сверкнула молния. Ему стало интересно, какая это молния. Молния любви или ненависти друг к другу.        Лиса внезапно остановилась, переводя взгляд на лицо Чонгука. Она чувствовала его пронзительный взгляд на себе и немного ежилась от этого. Помада на губах Лисы уже не была такой красной, как раньше, а стала более блеклой, из-за того, что она ее размазала, но ее губы все еще манили Чонгука, так и прося поцеловать.        Гук одной рукой хватает Лису за талию и впечатывает в ближайшую стену, все еще пряча ее телефон, чтобы она не смогла его забрать. Ей теперь понятно, откуда он знает Тэхена, но тот был для Лисы просто другом ничего большего, однако это был прекрасный способ поиздеваться над Чонгуком.        Одна рука Чонгука находится возле головы Лисы, а вторая спрятана за спиной. Они смотрят друг другу в глаза, но каждый по-разному. Чонгук с интересом, а Лиса с ненавистью. Она не может подавить в себе это чувство, потому что всем сердцем ненавидит этого человека, а особенно его сущность. Она приехала в Корею, даже не думая о встрече с ним или мести за мать, но стоило ей узнать его, как весь мир перевернулся. Лиса вспомнила, почему несколько лет назад сбежала из дома, а судьба сыграла с ней злую шутку.        Смотря в глаза Чонгука, она как будто видела, как он выстрелил в ее маму, даже не зная, что сзади него стоит Лиса, которая сломалась в тот самый момент, ведь мама была для нее спасательным кругом в этом мире лжи, убийств и ненависти. Дома Лисе приходилось прятать свою настоящую натуру, чтобы не провоцировать отца, но ее мама знала, что она занимается танцами и ей это нравится.        В тот момент, когда она увидела спину Чонгука и услышала выстрел, часть ее умерла вместе с мамой, слезы кончились в туже ночь, так же, как и страх. Лиса потеряла все в тот день и стала другим человеком. Она собрала все свои вещи и сбежала из дома. И вот, начиная с того момента, как Лиса приземлилась в Корее, у нее началась совершенно другая жизнь. Она жила так, как хотела сама, и никто не мог ей указывать, что и как делать.        С момента смерти мамы Лалиса повзрослела, перестала прятать настоящую себя, использовала все свои навыки и знания. Именно благодаря этому она попала к Намджуну и начала работать в клубе. Ей нравится танцевать, поэтому она не стала упускать возможности, познакомившись там с Соен и Тэхеном.        Она никак не ожидала снова встретить Чонгука, поэтому проклинала свою судьбу за эту встречу. С самого начала было понятно, что им не стать друзьями или чем-то большим. Они враги, и этого никак не исправить. Однако Чонгук забывает про это и тянется к губам Лисы, словно под гипнозом. Он хочет снова ощутить сладость ее губ.        Лиса вжимается в стену, пока не понимает, что это для нее шанс. Когда Чонгук оказывается максимально близко, она бьет его головой в разбитую губу, из-за чего он отшатывается от нее, а Лиса благополучно забирает свой телефон, слыша облегченный вздох Намджуна.        — А я уже подумал, что вашей войне конец. — Говорит он, получая тычок в бок от Соен. — А что? — Джун разводит руками, опуская взгляд на нее.        — У тебя кровь на лбу. — Говорит Соен, показывая на свой лоб и смотря на Лису, которая гладила свой чехол, прикладывая его к щеке.        Манобан подняла глаза и провела рукой по своему лбу.        — Все? — Соен кивнула, а Лиса сморщилась. Даже кровь Чонгука была ей противна.        Телефон в руках Лисы завибрировал, оповещая о новом сообщении. Она включила экран и посмотрела, кто ей написал. Сообщение было от Тэхена, который просил Лалису попозировать ему для нескольких рисунков.        Ким Тэхен начинающий художник. После их с Лисой знакомства, он часто просил ее о том, чтобы стать его моделью, и Лалиса с удовольствием соглашалась, потому что Тэхен и правда круто рисовал. Манобан нравились его работы, и некоторые даже висели у нее дома, но большинство Тэ ей не отдавал, ссылаясь на то, что они были ужасны, но Лиса то знала, что они прекрасны.        Она улыбнулась, видя его просьбу и предвкушая новую прекрасную работу. Ей было все равно на то, что это очень выматывает, ведь простоять или просидеть в одной позе несколько часов очень сложно, главное здесь было результатом, который всегда превосходил ожидания.        У Тэхена всегда были странные и нестандартные идеи, но это всегда выходило эффектно. Помнится, как-то раз, Тэхен попросил ее полежать на живом коне, и то, как он затащил живого коня в свою студию осталось загадкой для всех. Лиса думала, что свихнется, пока он закончит, и это будет выглядеть ужасно, ведь она несколько раз чуть не упала с лошади, но в итоге все получилось лучше, чем она думала.        Чонгук зло смотрит на нее, искренне надеясь, что она улыбается не сообщению от Тэхена. Держась за разбитую дважды губу, он подошел к ней сзади, заглядывая в телефон, в попытке успокоить свое чутье, но увидев сообщение от Кима, разозлился еще больше. Гук со злостью выхватил у нее телефон.        — Эй! Ты что делаешь? — Лиса развернулась, чтобы забрать у Чонгука свой телефон, но вместо этого уперлась в его грудь. — Какого…?        Чонгук что-то печатает на ее телефон, а после отправляет сообщение Тэхену. Он убирает мобильный обратно в свой карман и пристально смотрит на Лису. Из губы все еще течет кровь, но сейчас Чонгуку все равно.        — Ты только моя! — Говорит Чонгук, чувствуя, как телефон Лисы снова начал вибрировать. — Только посмей пойти на эту встречу, и ты узнаешь, каков я в гневе.        — Тебе разбитой губы что ли мало? — Лиса вопросительно изгибает бровь. — Давай исправим.        — Ты, блять, девушка или кто? — Чонгука раздражают ее поступки. Она действительно дьяволица, но он хочет приручить ее. — Ты должна быть…        Лиса перебивает Чонгука:        — Элегантной? — Чонгук только кивает, закрывая глаза на то, что она его перебила. — Видишь ту дверь? — Спрашивает Лиса, указывая на дверь в конце коридора. — Так выйди в нее, а заодно может и хуй найдешь.        Лису все это достало. Каждый ей тыкает в то, что она должна быть элегантной или хотя бы похожей на девушку, но ее устраивало и то, какая она сейчас. Даже Намджун сначала указывал ей на это, но после понял, что это бесполезно.        Джун смотрел на эту картину и ностальгировал по старым временам, когда только познакомился с Лисой. Он тоже говорил ей быть более элегантной, а не такой бунтаркой, но та послала его точно также, и даже глазом не моргнула, говоря это своему начальнику. Еще тогда он понял, что она нечто, а сейчас просто убедился, потому что Джун не знает ни одной девушки, которая поступала с Чонгуком также, как это делала Лиса.        — Перестань меня посылать. — Говорит Чонгук. — Я уже понял, что у тебя большой словарный запас, но давай ты будешь использовать его ночью? — Гук коварно усмехается кровавой улыбкой.        Намджун чувствует, что пахнет жареным, когда видит, как Соен сжимает кулаки. Он положил руку на плечо девушки, улыбаясь ей. Соен удивленно посмотрела на Намджуна, но ничего не сказала. Джун жестом руки пригласил ее пойти в сторону своего кабинета, а Со просто кивнула, но все еще не хотела оставлять Лису одну.        — С ней все будет в порядке. — Шепчет на ухо Джун, стараясь не прерывать ругань этих двоих.        На них было смешно смотреть, однако ни Соен, ни Намджуну не было смешно, потому что они оба знали этих двоих баранов, которые стояли на своем до самого конца. Они не знали, к чему в итоге приведет эта война, но оба знали, что это точно что-то плохое. Соен надеялась, что из-за этого Лиса не пострадает. Намджун уводил ее все дальше от этих двоих, но она по-прежнему оборачивалась, смотря за действиями Чонгука, который снова перекинул Лису через плечо, унося ее все дальше от Соен.        — С Лисой же правда все будет хорошо? — Тихо спрашивает Соен, поднимая голову и смотря на Намджуна.        Ему казалось, что она сейчас заплачет. Она смотрела на него большими глазами, словно кот в мультике про Шерека. Приделать бы ей уши и хвост, была бы точная копия. Джун хочет сказать, что с Лисой все будет отлично, но он знает своего друга, а соврать Соен язык не поворачивается. Он не знает, что делать. Намджун находятся между двух огней, и одно хуже другого.        — Я на это надеюсь. — Все, что сейчас может сказать Джун, касательно этой темы. — Давай не будем думать о плохом. Лиса сильная. Она сможет дать Чонгуку отпор.        Соен только кивает, вспоминая их первое знакомство. Тогда Соен спокойно сидела в комнате отведенной под гримерку и наносила макияж. Она слышала, как другие девушки оскорбляли ее, говоря, что она некрасива и никакой макияж не поможет это скрыть. Ей было все равно, потому что уже не первый раз слышит что-то подобное и привыкла не реагировать на подобные слова, но тут в гримерку зашла Лиса.        — Курица курицу видит из далека. — Усмехается она, облокачиваясь на дверь. — Больше обсудить нечего? — Лиса замечает, как те начали шептаться. — Тогда обсудите свою работу, ведь продажной шлюхой быть куда приятнее, чем некрасивой девственницей. — Одна из тех девушек хотела что-то сказать, как Лиса перебила ее. — Это гримерка для того, чтобы подготовиться к выступлению, всех не выступающих прошу на выход.        Лиса отступила в сторону, давая им дорогу к двери, чтобы они вышли. Две девушки спокойно прошли мимо нее, просто покосившись, а вот третья решила отличиться. Она задела ногу Лисы, замечая на ней бинт. Манобан кинула на нее спокойный взгляд, даже не думая шипеть от боли. Она взяла ту девушку за волосы и потащила назад, немного помяв ее лицо. Лиса совсем недавно ругалась с ней, потому что та чуть не сорвала ей выступление.        — Ты еще и уроки усваивать не умеешь. — Лиса говорит спокойно, совершенно не злясь, удивляя эту девушку. — Тогда поговорим иначе.        Лиса бьет ей под коленку, опуская ее на пол. Соен удивленно смотрит на нее, но молчит, стараясь не влезать в чужие разборки. Манобан за волосы поднимает голову девушки, смотря ей в глаза.        — Еще раз увижу тебя, простым ударом не отделаешься. — Голос Лисы звучит бесцветно, пугая ту девушку, из-за чего она бледнеет. — Я ненавижу тех людей, которым нравится чувствовать превосходство над другими, особенно, если они поднимают на меня руку или ногу. Я могу поднять в ответ, если меня разозлить. Ясно?        Та девушка быстро закивала головой, видимо вспомнив, что это именно из-за нее у Лисы на ноге бинт. Она была в подтанцовке Манобан и специально подставила подножку, из-за которой Лиса чуть не упала со сцены, но слава богу все обошлось.        Соен с улыбкой вспоминает те времена, даже не замечая, что уже сидит в кабинете Джуна. Тогда они с Лисой были не разлей вода, и она хочет вернуть те времена, однако Чонгук очень этому мешает. Соен уверена, что он не остановится, даже заполучив Лису. Пока она у него работает, Гук поменял не одну девушку и даже не две. Их была сотня, если не несколько. Лиса просто одна из его игрушек, которые приходили, прося встретиться с ним, а Соен приходилось их выставлять. Она знала, что Лиса так не сделает и не позволит Чонгуку воспользоваться собой, но на душе все равно было неспокойно.        Соен, как чувствовала, что что-то должно случиться. И ее никогда не обманывало это предчувствие, особенно, если дело касалось Лисы. Намджун осторожно опускает чашку с чаем на стол перед Соен. Он крайне обеспокоен тем, что Соен ни на что не реагирует. Джун садится на свое место и смотрит на Соен.        — Не грузи себя. — Говорит Намджун, делая глоток ароматного чая.        Соен переводит на него отсутствующий взгляд, не зная о чем и думать. Она не хочет грузить себя и напрягать своим состоянием Намджуна. Соен берет в руки чашку и делает большой глоток, горячего чая. Соен начинает кашлять, шипя и махая рукой у своего рта, стараясь остудить жидкость. Она не ожидала, что чай окажется таким горячим.        Джун подрывает к ней, хватая салфетки со стола и подавая их Соен. Намджун помогает ей вытереть рот. Он кладет свою ладонь на пухлую щечку Соен и прижимает краешек салфетки к уголку ее губ, стирая остатки чая. Джун наклоняется ближе к лицу Соен, нарушая дружескую дистанцию. Их губ почти соприкасаются, когда Соен упирается руками в грудь Намджуна, показывая, что он пересек черту.        Джун все понял и прокашлявшись отстранился на несколько сантиметров, но все равно не перестал вытирать остатки чая с губ Соен. Она замерла, наблюдая за его действиями. Их глаза периодически пересекались, а Соен затаивала дыхание, когда это случалось. Намджун замер, проводя салфеткой по ее губам. Их взгляды снова пересеклись и оба затаили дыхание, любуясь глазами друг друга.        Соен боялась сказать хоть что-то, пока Намджун смотрел на нее. Ее сердце замерло, а потом начало биться с бешеной силой. К щекам Соен снова приливает румянец. Она смотрит в глаза Джуна, замечая там странный огонек. Его глаза сверкали, но Соен никак не могла понять, что именно это был за блеск. Ее ничуть не устрашало это сияние, а наоборот, подогревало ее интерес. Соен было интересно узнать, какой Намджун человек, чем он увлекается внерабочее время, какие книги любит читать, какую музыку предпочитает.        Намджун тоже не может оторвать от нее взгляда, стараясь рассмотреть каждую черту ее лица, запомнить ее, записать на жесткий диск совей памяти и больше никогда не забывать. Девушка, что была ему интересна с самого первого увиденного им выступления, сейчас сидела перед ним и боялась моргнуть. Может Намджун спит? Иначе, как можно назвать такую встречу со своим кумиром?        — Может сходим на свидание? — Тихо спрашивает Намджун, водя рукой по щеке Соен.        — Св…свидание? — Заикаясь переспрашивает Соен, надеясь, что ей не послышалось, но Намджун кивает, подтверждая свои слова, надеясь на положительный ответ. — Только оно будет проходить не так, как проходят встречи Лисы и Чонгука.        Соен тихо посмеивается, вспоминая ссоры Лисы и Чонгука, но сразу же начиная беспокоиться за подругу, которая сейчас находилась в неизвестном для Соен месте. Намджун тоже улыбнулся на ее замечание, но эта улыбка была мимолетной, потому что после Намджун нахмурил брови, надеясь, что Чонгук не натворит дел.