Перезагрузка

Было очень приятно ощущать себя важной шишкой. Не каждого рядового охранника депутата переводят в охрану элитного засекреченного государственного заведения. Точнее, организации мирового уровня, а если уж совсем начистоту, то сверхсекретной лаборатории. Юлий Онешко гордо шествовал в сопровождении конвоя в чёрную машину, на вид BMW, оснащённую синей мигалкой, как и у всех машин для госслужащих. Окна были так сильно затонированы, что создавалось впечатление, что стекло не пропускает солнечный свет. На заднем плане располагался Кремль. Юлик вышагивал по брусчатке, стараясь не опозорится и не подвернуть себе ногу. Где-то далеко можно было разглядеть высотные новостройки Москвы и достроенное MoscowCity, которое теперь было видно со всех районов столицы. Как бы сказал бывший популярный блоггер: Москва так сильно преобразилась за последние несколько лет. И это было правдой. Буквально месяц назад наступил 2073 год. Наука далеко шагнула вперёд и теперь везде были роботы-консультанты, у каждого в доме находилось оборудование для управления своим домом с чипа в линзах. Это всё давно стало обыденностью в больших городах. Изредка в небе шелестели экспериментальные модели летающих автомобилей, доступные только миллионерам. В каждой точке планеты было отличная скорость интернета, даже в самой глуши. Всё было замечательно. Но это было только на первый взгляд. Постепенно начинали заканчиваться ресурсы на то или иное производство, уменьшалось количество воды, пропадали целые леса. Некоторые кусочки планеты, такие как северные острова или Антарктида с Атлантидой уже лишились своих жителей. Озоновый слой постепенно рвался. Средняя температура в России поднялась до 20 градусов по Цельсию, а застать температуру ниже нуля уже считалось как будто ты пережил экстремальное похолодание. В генетике произошли незначительные изменения: кожа у населения утончилась, волоски на всём теле канули в лету, остались только классические - на голове и подмышках, да и то не у всех. Юлику нравилось жить. Так как он не застал другие времена, он вполне комфортно прожил свои двадцать шесть лет. Его устраивала своя высокооплачиваемая работа охранником, устраивало его окружение, устраивало удобство технологий. Он старался не обращать внимания на все недостатки. Для него их не существовало. Итак, Юлий Онешко опустился на заднее сиденье почётной машины. Он пристегнулся, и его повезли к его новому рабочему месту в абсолютной тишине. Скорость была под 200 километров в час. И это было нормально: из-за истощения ресурсов бензин стал почти недосягаем, а следовательно, цены на него взлетели до небес, и не все могли позволить себе автомобиль. Поэтому пробок больше не случалось, и власти установили новый скоростной режим. За окном пролетали различные современные сооружения с рекламными баннерами всякой ненужной Юлику чепухи. Смотреть на это было завораживающе. Парня вдохновлял весь этот стиль ультрамодернизма, временами он жалел, что не стал архитектором. Они ехали на край города, где в секретном здании и располагалась лаборатория. Юлик немного волновался на этот счёт. А вдруг он как-то не поладит с персоналом? А вдруг его выпрут? Но это всё было фоновыми переживаниями, главенствовали же чувства любопытства и удовлетворения. Толком Юлику ничего про эту организацию не рассказали, нужно просто стоять у входа и пропускать умных дяденек по пропускам и отгонять шпану, которой охота поиграть на заброшке. Как ни странно, за такую простую работу Онешко пообещали астрономическую сумму в два миллиона рублей в месяц. Вся мировая экономика сейчас держалось на долларах, рубль грозился полностью обесцениться. Теперь курс радовал такой картинкой: в одном долларе была тысяча рублей. Такой курс держался уже три года, но ему прогнозировали расти и расти. Итого, Юлию достался лакомый кусочек с зарплатой в две тысячи долларов, что считалось высокой, даже чуть выше этого. Радуясь такой удаче, Юлик согласился. Глупо было бы не согласиться. Они доехали до места за два часа. Парень попрощался с конвоем, вытащил свой небольшой чемодан и проследовал на регистрацию. Здание действительно выглядело как заброшенная лаборатория злого гения. Очень устрашающе. Оно было старым, чуть ли не советской постройки, и бетонным. Внутри было чуть-чуть прохладно, как будто оно продувалось насквозь через маленькие дырочки. На стенах с немного голубоватыми обоями висели всякие графики, диаграммы и расписания. Вообще всё здание было в холодных тонах и оттенках, отчего становилось немного не по себе. Юлик со своим провожатым, который встретил его на входе, шли по длинному, но узкому коридору, изредка встречая сотрудников в белых халатах и химических очках. Некоторые несли навороченные сварочные аппараты. Наконец они вышли в довольно широкий вестибюль с огромным количеством дверей и ламп накаливания. Между некоторыми дверьми стояли лавочки и на них сидели люди, наверное, в ожидании аудиенции у директора заведения. Они проводили Юлика и его временного напарника до двери то ли завидующими, то ли сочувствующими взглядами. Дверь в кабинет директора была помечена огромной надписью стандартным шрифтом с небольшими украшениями в виде завитушек. «Наверное, всё не так уж плохо», - подумал Юлик, входя в кабинет. В кабинете пахло какими-то медикаментами, но не слишком приятно. Стол, шкаф и тумбочка были завалены документами. Комната была опять же в голубовато-зелёных тонах, в некоторых местах обои были порваны. За столом сидел худощавый высокий очкарик с большими бледными зеленоватыми глазами и ярко-чёрными волосами. Не такого директора все привыкли видеть обычно. Обычно крупные начальники они и в самом деле крупные. Но ему не требовалось быть тучным, чтобы создавать впечатление властного человека. Его аура прямо кричала, что он владеет такими привилегиями, о которых ты даже не слышал. На его столе стояла именная табличка, на которой значилось: Сергей Анатольевич Синицын. Он поговорил о чём-то с сопровождающим Юлика и, кивнув, протянул новобранцу бумагу с трудовым договором. Ознакомившись с текстом, Юлий быстренько чирканул свою подпись. Директор снова кивнул и забрал документ. Вид у него был удовлетворённый, когда Юлика выводили из кабинета. Далее Юлику показали его рабочее место. Это был старый турникет, который мог пропускать только при нажатии кнопки на пульте управления. Этот пульт был встроен в стойку, около которой Онешко нужно было болтаться в течение двенадцатичасовой рабочей смены. Начиналась она в восемь утра и заканчивалась, соответственно, в восемь вечера. Юлика оповестили, что у него есть напарник, который работает в ночную смену, что парня несказанно обрадовало. Также у него имелись два перерыва по двадцать минут, в двенадцать и шестнадцать часов. «По-божески так-то», - рассудил Юлий, стараясь не завизжать от радости. Это же надо – такая удача! Затем Онешко повели знакомиться с территорией. Показали секретные двери, куда лучше не соваться, про себя Юлик пошутил, что там они хранят порнуху, показали просто огромную столовую, рассчитанную где-то на сто человек. В коридорах запутаться было невозможно, во-первых, их было тут очень мало, во-вторых, они были прямые и без разветвлений, а в-третьих, на стенах обильно висели указатели с подписями. А в открытых вестибюлях и того легче ориентироваться - все двери подписаны. Вскоре Юлика привели к его стойке и проинструктировали как впускать. Всё было предельно просто: учёный показывает пропуск, ты жмякаешь на кнопочку. Если какой-то учёный попросит помочь, то ты не имеешь права отказаться и просто оставляешь табличку с надписью «Подождите, сотрудник скоро вернётся». Детей не пропускать ни в коем случае, как бы они не упрашивали, слёзно моля отвести их к папе или маме. Если ребёнок действительно потерялся – звонить в службу поддержки здания, они разберутся. Провожатый похлопал Онешко по плечу, улыбнулся, пожелал удачной смены и скрылся в лаборатории, предварительно напомнив Юлику, что до начала его смены пять минут. Парень уже знал, что все учёные подтягиваются к девяти-десяти часам, поэтому он удобно устроился на стуле, проверяя камеры наблюдения. Чисто, никто к организации не движется. Затем парень принялся изучать графики на стенах, но, так ничего и не поняв то ли из геометрии, то ли из химии, то ли ещё бог знает чего, принялся читать расписание дежурств на жизненно важных позициях этого заведения: столовой и пункта охраны. Так выглядело по столовой: Пн: Д. Шмальц; зам. - С. Дейдример Вт: Д. Кашин; зам. - М. Совергон Ср: Н. Гридин; зам. - И. Кулич Чт: Д. Поперечный; зам. – Р. Усачев Пт: Е. Неред; зам. – М. Кшиштовский А так для пункта охраны: 8:00 – 20:00 – Д. Ларин 20:00 – 8:00 – Ю. Хованский Видимо, они ещё не успели сменить имя бывшего работника. Юлик улыбнулся, но вскоре снова погрузился в высматривание учёных в прозрачной двери и камерах видеонаблюдения. Как он и предполагал, основной народ подъезжал к девяти. Зачастую учёные удивлялись новому охраннику молча и, игнорируя его, проходили мимо. Так, потихоньку, настало время первого перерыва. Юлик изрядно проголодался и, забрав свою порцию на подносе, стал искать себе место. Как ни странно, мест почти не было. Парень тут же начал задумываться об этом: почему учёные решили так рано пожрать? Может быть, они отлынивают от работы? Вариант. А может их выгнала жена пораньше? Да чёрт их знает. Юлик приютился за одним из дальних столов, где перекусывала группа из трёх сотрудников. - Приятного аппетита! – Юлик вздрогнул и переадресовал пожелание. - Это твой первый день? – поинтересовался вежливый учёный. На бейджике значилось «Руслан Тушенцов, науч. рук. отдела механики». Рядом сидели его подчинённые Никита Гридин и Денис Шмальц, которых Юлик помнил по расписанию дежурств. - Ага. - А почему бейджик не надел? Стесняешься? – насмешливо поинтересовался Руслан. - Да нет, просто не думал что это кому-то нужно. - Чувак, ты его не слушай, - махнул рукой сидящий напротив Юлика Никита, - Он у нас всегда такой. Подкалывает новичков, если ты понимаешь о чём я. - Не понимает, - уверенно заявил Денис, отправляя себе в рот картошку фри, - Ты такими выражениями устаревшими выражаешься, только моя бабушка и поймёт. - Тогда твоя бабушка – замечательная женщина. - Не спорю с вами, коллега. - Она не ебёт детей… Именно в этот момент Юлик понял, насколько же он ошибался, считая учёных скучными и занудными. - ЧТО?! - АНАКОНДА ЧЕРЕЗ ПЛЕЧО! Казалось, что эти двое прямо сейчас выйдут из-за столика и начнут эпично драться, прямо как в древних фильмах студии Марвел, Денис просто выдохнул и уткнулся в свой салат, а Никита ухмыльнулся, показывая что одержал победу. Руслан же продолжил допрашивать нового сотрудника. - Так как тебя зовут, коллега? - Юлий Онешко. А почему коллега? Я же не из этих.. - Кого? - Ну, умников всяких. - Ты теперь работаешь на нашу организацию. Значит, мы – коллеги. - Но я же просто за порядком слежу, а не штуковины умные строю. - Это не важно. Они встретились взглядами. Руслан серьёзно смотрел на своего собеседника. Не как великий учёный на простого охранника. А как человек на человека. Юлика это поразило. Обычно он сталкивался с пренебрежением к нему, даже презрением. Это льстило. Как будто Юлик лизнул свой любимый клубничный чупачупс. - Как тебе первый день? – Тушенцов разорвал зрительный контакт и поковырялся в салате. - Пока что хорошо. Никто не нарушает и прекрасно. - Но это же скучно. - Что? - Просто сидеть и смотреть как другие приходят, что-то делают, смеются, уходят, передвигаются, а ты просто сидишь и смотришь на это. Разве это не утомляет? Юлик ещё никогда не задумывался об этом. Всё о чём он переживал за последние годы – благополучие семьи и престижность работы. В чём он честно и признался Руслану. Онешко почему-то сразу же доверился ему, не боясь получить нож в спину, чего он обычно и опасался. Интуиция просто подсказывала ему, что так правильно и нужно. - Понятно.. – на этом их короткий диалог завершился и все четверо молча доедали их обеды. На заднем плане раздавались различные разговоры, звяканье приборов о тарелки и изредка доносился женский смех. Юлик проверил время. Пора было снова заступать на пост. Он сухо попрощался с новыми знакомыми и проследовал к выходу. Весь путь до двери из столовой парень чувствовал на себе чей-то взгляд, но не обратил внимания. Мало ли кто может пялится. Он же новенький, в конце концов. Следующие четыре часа Юлик сидел почти неподвижно, наблюдая, как люди на камерах бегают, общаются, что-то переносят. Ему пришло в голову, что Руслан всё же прав, но не полностью. Когда Онешко был телохранителем известного депутата, скучать ему не приходилось. Очень часто приходилось защищать политика от недоброжелателей, нести миллионные суммы в правительство РФ, выпроваживать зазнавшихся посетителей на приёмах. А вот сейчас – да, пожалуй, уныло просто сидеть и пялиться в камеры наблюдения. Солнце постепенно начинало заходить. Вход в здание располагался точно на западе, да и других домов на горизонте не было, поэтому Юлику было отлично видно уже погибающее светило. Оно стало тускнее за последние пятьдесят лет, как передавали по научпок каналам. Также оно приблизилось. Если раньше оно было видно как двухсантиметровый кружочек, то сейчас оно разрослось аж на пять сантиметров в диаметре. Но Юлику был привычен этот размер. Он привык к такому солнцу, ибо всю жизнь видел его таковым. Он даже не задумывался о том, что может быть иначе. Наконец, когда наступил второй перерыв, Юлик пошёл взять себе большую порцию кофе. Заходя в столовую, он смутно надеялся увидеть Руслана, но практически все столики пустовали. Разве что у окна за парным столиком сидел какой-то сгорбленный очкарик и писал что-то в огромную толстую тетрадь. Взяв напиток и поблагодарив повара, Юлик отправился на своё место. Парень просидел за своей стойкой ещё два часа, изредка провожая учёных, которые, видимо, отбатрачили свою смену. Юлик зевнул. И тут, как назло, раздался знакомый насмешливый голос: - Что, гражданин, выпускать народных учёных будем? Онешко быстро захлопнул рот. Перед турникетом стоял Руслан. Он уже переоделся в свою нормальную одежду, как и много других работников, которые вышли некоторое время назад. На нём была чёрная толстовка с красным принтом и надписью «HELL», такая же чёрная кепка, чёрные слегка порванные джинсы и обычные кроссовки. Честно говоря, Юлик не ожидал, что повседневная одежда Руслана выглядит так. Немного смутившись, охранник всё же пропустил Тушенцова. Тот помахал ему на прощанье и скрылся за углом, где его, вероятно, поджидала машина. Так как адрес был строжайше засекречен, даже сотрудникам не разрешалось его знать. Каждого работника привозила и забирала с работы конкретная государственная машина, отвозя каждого к своему дому. Следующие два часа Юлик то и дело пропускал учёных, а в перерывах между ними пытался сделать пирамидку из стакана из-под кофе, электронной ручки и блокнотика. Когда до окончания его смены оставалось десять минут, кто-то подошёл к зданию. - Открывай, каналья! Мужчина предъявил пропуск, прошёл через турникет и стал внимательно рассматривать Юлика. Сам мужик был явно старше Юлика лет на пять, имел кудрявые волосы, опухлое лицо и маленькие глаза. Тело было в меру пухлое и в меру подтянутое, но форма охранника ему не шла. Естественно, это был его напарник – некий Ю. Хованский. Наконец новоприбывший открыл рот. - Опять педиков понабрали, идиоты. Онешко только вздохнул. Его часто обзывали пидором, педерастом, педистом и так далее. Он привык, но ничего не мог сделать. Завивать и красить волосы было его слабостью. Сейчас у него были слегка розоватые и завитые волосы, которые он любил зачёсывать руками назад. - Я не пидор. - А по тебе не видно. Блять, вот что за люди. Вот из-за вас все и думают, что охранники заднеприводные. Съебался, пока я тебе пиздюлей не дал. Хотя мужик и шепелявил, речь всё равно возымела своё действие. Юлик поспешил убраться из заведения. А то вдруг действительно изобьёт. Такие как он слов на ветер не бросают. - Стой, блять! Мусор свой забери! Парень обернулся и получил каким-то хлёстким предметом по лицу, который отлетел ему же в руки. - Ариведерчи, дон гандон ха-ха! – Хованский уже занял бывшее место Юлика и развалился на стуле. Онешко молча развернулся, сжал пойманный предмет в правой руке и проследовал в машину. Щека немного болела, как от ожога, но было терпимо. Лишь бы завтра синяк не появился, а то как он это начальству объяснять будет? «В меня кинули какой-то хернёй, и вот, как бы..»? Кстати, что это? Юлик разжал кулак. В его руке лежала пластиковая визитка. Она гласила: «Руслан Тушенцов, научный руководитель отдела механики российского отделения экспериментальной лаборатории «Перезагрузка»». И прилагался номер ID в сети.