Пепел

      Гэвин сидел на старом, шатающемся стуле (который давно следовало починить, да руки все никак не доходили) и наблюдал за тем, как рослый, мускулистый мужик с огромными лапищами ковырялся в голове отключенного Алекса. В общем-то, ничего криминального в происходящем не было: мужика звали Брент Саммерс, и Рид сам позвал его к себе, сам попросил починить отключившегося андроида и даже намеревался отдать бугаю оставшиеся четыреста долларов в случае, если он сможет воскресить на всех парах мчащуюся в кибер-вальгаллу железяку.       Брент ковырялся в микросхемах андроида уже часа три, и Гэвин, не спавший всю ночь и ужасно вымотанный тем, что пришлось тащить бездыханное, удивительно тяжелое тело Алекса сначала до машины, а потом до своей квартиры, отчаянно боролся со сном. Вообще, смысла ложиться спать уже и не было — все равно вставать на работу надо через три часа, но Рида ломало так отчаянно, что он всерьез подумывал позвонить Фаулеру и под любым предлогом выпросить себе долбанный отгул, чтобы вдоволь отоспаться.       Густой бас Брента прозвучал, будто тот говорил из-за плотного слоя ваты:       — В общем, все готово, шеф.       — Готово? — вяло переспросил Гэвин.       — Ага.       Рид наклонился вправо, выглядывая из-за застывшего перед ним великана.       Алекс лежал на спине на диване Гэвина, сложив руки на груди, уткнувшись лицом в мягкую спинку. Практически в той же позе, в которой его и положил детектив, если не считать головы, которую развернул уже Брент, чтобы было проще добраться до электронных мозгов. Рид нахмурился и перевел недоверчивый взгляд на здоровяка, увлеченно вытирающего синие от тириума руки жутко грязной тряпкой.       — А почему он выглядит как дохлый?       Брент повел плечами.       — Перезагружается.       — Ага, перезагружается… — о чем-то таком Гэвин слышал, когда, как всегда, выпивал под фоновое бурчание телека. Длительная загрузка при первом запуске и такие же длительные ребуты в случае сильных повреждений. Тут все сходилось. Только вот выглядел андроид все равно паршиво — искусственная кожа все так же почти полностью отсутствовала, нога вообще стыковалась напрямую, обшивка с колена была снята, часть волос тоже пропала, отчего Алекс выглядел как жертва хренового стилиста. — А потом что? Он будет в порядке?       — Ну, потом он будет функционировать, — неопределенно ответил здоровяк. — Тириум я ему долил, ногу тоже приладил, только все равно советую купить другую — эта совсем никуда не годится. Вот с оптическим блоком все плохо. Они старого образца, таких больше не выпускают. Если повезет, можно найти на блошином рынке, но б/у и, вероятнее всего, тоже поврежденные.       — То есть он так и будет ходить с дыркой вместо глаза? — уточнил Рид, и Брент кивнул. — Пиздец… А одним он видеть-то будет?       — Будет, конечно, чего нет-то? — Саммерс замялся. — Можно личный вопрос, шеф?       — Валяй, — разрешил Гэвин.       — Вы его собираетесь использовать только по прямому назначению? — Брент тут же поднял ладони и помахал ими в воздухе. — Я не чтобы осуждать: ваш робот — ваше дело — просто, если он вам для другого чего нужен, вы бы дали ему доступ в сеть. А то у него кругозор, как у рыбки, да и прошивку обновить было бы неплохо. Да и вообще, сейчас в интернете много полезных утилит для домашних андроидов. Всяко повеселее станет.       — Ага, хорошо, — Рид несколько раз кивнул, ощущая, как плохо слушаются уставшие мышцы. — А как это сделать?       — Да просто дайте ему пароль от вайфая, он сам разберется.       Гэвин снова кивнул и, поднявшись со стула, пожал Бренту руку. Он действительно был благодарен мужчине за помощь. Особенно если учитывать, что детектив дернул его посреди ночи и заставил тащиться к нему на противоположный конец города.       — Спасибо, Брент. Я сейчас на мели, у меня всего четыре сотни, они твои. Как только получу зарплату, отдам остальное, — Гэвин протянул здоровяку карточку, но тот покачал головой.       — Брось, шеф. Если бы не ты, мой брат гнил бы за решеткой. Или того хуже, — Брент радушно улыбнулся. — Я был очень рад помочь вам, детектив. Если будет что-то нужно, обращайтесь в любое время. ***       Алекс очухался несколькими часами позже, когда Рид допивал пятую по счету чашку крепкого кофе и молился, чтобы сердце, потрепанное нервной работой и алкоголем, выдержало и не отказало прямо сейчас.       Поначалу андроид, похоже, вообще не понимал кто он и где находится, однако постепенно вспомнил все, что с ним произошло. Счастью не было предела, как и потоку благодарностей. В порыве радости Алекс даже попытался отсосать сонному, слабо сопротивляющемуся Гэвину, но сдался, когда услышал отчаянное «Отстань-железка-дай-мне-умереть-спокойно», и вместо этого просто уложил детектива спать.       С этой ночи жизнь Рида резко изменилась. За пару дней Алекс полностью освоился со своим новым положением и даже подружился с Язвой, которая терпеть не могла других людей, но к андроиду, судя по всему, была весьма лояльна. Жестянка отвечала ей взаимностью, и Гэвин вообще начал подозревать, что, как только он уходит на работу, робот только и делает, что гладит падкую до ласк кошку.       Но это, разумеется, было не так. Алекс успевал сделать кучу вещей, пока детектива не было дома. Например, навел порядок в его квартире, вычистил ванную, даже в шкафах разобрался. Каждый вечер Гэвина ждал горячий (правда, первые несколько раз не совсем съедобный) ужин, контейнер с обедом на завтра (такая же ситуация), а утром у кровати лежала свежевыстиранная одежда.       Кроме того, получив доступ в сеть, андроид принялся маниакально поглощать терабайты информации.       — Гэвин, а вы знали, что некоторые виды бабочек живут всего один день, за который успевают родиться, вырасти и даже оставить потомство?       — Гэвин, вы смотрели трилогию «Властелин колец»? Правда? Тогда давайте посмотрим сегодня вечером?       — Гэвин, я никогда не был на улице. Давайте сходим в зоопарк?       Гэвин, Гэвин, Гэвин…       Риду начинало казаться, что он живет не с искушенным роботом-проституткой, оснащенным вибрирующим горлом, а с двенадцатилетним подростком, наконец-то выбравшимся из информационного вакуума и открывшего для себя все прелести интернета.       А еще Алекс очень хотел быть полезным. Первые несколько дней он пытался «расплатиться» с детективом тем способом, который, как он помнил, очень понравился Риду в их первую встречу.       — Да отстань ты! — орал Гэвин, буквально отдирая андроида от собственной ширинки. — Я тебя не для того сюда притащил!       — А для чего? — с любопытством спросил Алекс.       Он смотрел на детектива, и тому становилось дурно. Зияющая черная дыра вместо правого глаза андроида смотрелась жутко и пугающе, и Гэвин твердо решил завтра же купить железяке темные очки.       — Да не ебу я, — признался Рид. — Просто… порыв, что ли. Или карму решил поправить, хуй знает.       Гэвин был уверен, что андроид обидится на эту фразу, но тот только улыбнулся и через пару минут притащил детективу тарелку отвратительно выглядящего, но удивительно вкусного свежеиспеченного печенья.       Помимо всего прочего, Алекс накачал кучу самых разнообразных программ, которые, по его мнению, должны были упростить Риду жизнь, но по факту только портили. Так, например, он начал подсчитывать калории, которые потреблял детектив и норму приема алкоголя. Железка умудрилась влезть даже в финансы, откопав где-то электронную ведомость Гэвина за последний год, и тем же вечером долго отчитывала его за то, что тот, якобы, крайне неэффективно распоряжается собственными деньгами.       Это пиздец, думал Рид, но снова ошибался.       Потому что пиздец, как ему свойственно, подкрался незаметно. ***       Ничего не предвещало беды: Гэвин просто вернулся домой с работы, когда услышал странный, похожий на стон звук, раздавшийся из его спальни.       — Какого… — прошептал он, привычно вынимая пистолет из кобуры.       Рид тихонько прокрался к двери и, заглянув в щель, чуть было не выронил глок из рук: на его кровати полулежал отчаянно мигающий красным диодом Коннор, а между его ног пристроился Алекс, заглотивший член робокопа по самые яйца.       — Господи, — выстонал Коннор. — Это… это слишком…       Стон превратился в всхлип, когда Алекс отстранился от стоящего колом органа Коннора и пробежался влажным языком по его безволосым яичкам.       Гэвин почувствовал себя так, словно его день рождения наступил в один день с рождеством.       — Тебе тоже следует научиться, — голос Алекса дрожал от желания, когда он поднялся на ноги и, высвободив из старых домашних штанов Гэвина свой собственный истекающий смазкой член, ткнулся им в приоткрытый рот робота-полицейского.       Коннор осторожно, будто на пробу, коснулся языком красной головки, прошелся рукой по стволу, слегка отодвигая крайнюю плоть, чтобы поддразнить уздечку. А потом взял его целиком, так жадно, будто мечтал об этом всю свою пластмассовую жизнь. Алекс положил руку ему на затылок, закусывая губу, и шумно выдохнул через нос.       В штанах Рида стало нестерпимо тесно.       — Глубже… вот так, — хрипел Алекс, поглаживая старательно сосущего Коннора по волосам. — Хороший мальчик. Гэвин любит, когда берут глубоко…       Звук собственного имени, произнесенного низким, срывающимся голосом, подействовал на Рида как триггер. Мужчина зашел в комнату, чувствуя, как собственное возбуждение болезненно трется о джинсы.       — Что здесь происходит? — задал он совершенно риторический вопрос.       Оба андроида как по команде повернулись к нему. На мгновенье повисла странная, гнетущая тишина, и Гэвин уже решил, что все испортил. Разрушил момент, как любила говорить одна из его бывших. Но Алекс вдруг улыбнулся и зазывающе подмигнул детективу, продолжив двигаться во рту Коннора.       Только теперь он делал это медленно и с чувством, будто демонстрируя, что ротовая полость робокопа способна не только проводить мгновенные анализы улик. Алекс высунул язык и положил на него свои собственные пальцы, обильно смачивая слюной.       — Не хотите присоединиться, Гэвин? — лукаво спросил он.       Гэвин хотел. Поэтому он расстегнул ширинку, освобождая наконец изнывающий орган, и несколько раз медленно прошелся по всей длине вспотевшей от напряжения ладонью. Улыбка Алекса стала шире, и он, приспустив свои штаны в район коленок, скользнул в себя мокрыми от слюны пальцами, закатывая глаза и так сладко вздыхая, что Рид чуть было не спустил прямо в кулак.       Гэвин быстро сократил разделяющее их расстояние и рывком вогнал во влажную дырку Алекса сразу три пальца, вырывая громкий, наполненный похотью вскрик. Андроид подался бедрами назад, насаживаясь глубже, двигаясь рвано и нетерпеливо, но у Гэвина был другой план.       Не вынимая пальцев из потрясающе упругой дырки Алекса, Рид надавил на грудь Коннора, заставляя того лечь, и жестом указал ему перевернуться так, чтобы его голова свисала с края постели.       Как только железка Андерсона заняла нужное положение, Гэвин вытащил пальцы и одним движением вошел в узкую задницу Алекса.       От неожиданности андроид вскрикнул и завалился на кровать, упираясь на расставленные по обе стороны от Коннора руки. Рид вышел почти полностью, но только чтобы снова войти, властно и сильно, вынуждая Алекса сдвинуться дальше и принять коленно-локтевую позицию. Гэвин раздвинул ягодицы андроида, любуясь тем, как его член исчезает в приятной, влажной глубине упругой, будто созданной специально для Рида, дырки.       Лежащий внизу Коннор, завороженно наблюдавший за тем, как детектив жестко вдалбливается в сладко стонущего Алекса, вскрикнул, когда умелый рот андроида-проститутки заглотил его собственный орган и принялся яростно отсасывать, вибрируя горлом, издавая уже знакомые Риду чавкающие звуки. Коннор выгнулся дугой, цепляясь руками за бедра детектива, отчаянно толкаясь навстречу влажному рту Алекса. И выглядел он в этот момент так сладко, что Рид не выдержал.       Он вышел из Алекса и направил свой член ниже, к лицу Коннора.       — Возьми… его в рот… — сдавленно попросил он.       Коннор послушался и, — боже! — это был самый лучший момент в жизни Гэвина. Андроид действовал неумело, но очень старался, вылизывая ствол, чуть прижимая зубами головку, заставляя детектива буквально задыхаться от удовольствия. Рид низко простонал и мягко погладил Коннора по голове, слегка подаваясь бедрами навстречу его языку.       Где-то на фоне Гэвин услышал, как кто-то настойчиво звонит в дверь и мысленно послал всех к черту, продолжая наслаждаться тем, как губы жестянки исследуют каждую венку на стволе, как-то слишком нежно пробегая по ним кончиками пальцев.       Рид не заметил момента, когда к языку и рукам Коннора добавился еще и язык Алекса, и два андроида принялись ласкать его член вдвоем. И это едва не столкнуло детектива с той тонкой грани, балансировать на которой, по его скромному мнению, и было самым охуительным в сексе.       Гэвин выгнулся, ощущая, как все его тело начинает поджиматься, готовясь к финальному рывку, когда Алекс оторвался от его красного, отчаянно пульсирующего члена и, серьезно заглянув в лицо детектива, сказал:       — Гэвин, пора вставать.       — Чего? — глупо переспросил Рид, понимая, что каждое из сказанных андроидом слов ему знакомо по отдельности, но вместе они никак не складываются во что-то осмысленное.       — Вы опоздаете на работу, Гэвин.       И Гэвин открыл глаза, обнаруживая себя в той же комнате и даже на той же самой кровати, что и мгновенье назад. Вот только…       Мужчина приподнялся на локтях, бестолково озираясь вокруг плывущим со сна зрением.       Коннор пропал. А вот стояк никуда не делся. И Алекс тоже был тут, правда, совершенно одетый и спокойный. Он стоял у кровати Рида и выжидательно смотрел на сонного полицейского.       — Будильник звонил несколько раз, но вы, видимо, спали слишком крепко. И я решил вас разбудить. Что вы хотите на завтрак? — поинтересовалась слишком заботливая железка, и Гэвин простонал, откидываясь на подушку, протирая глаза ребром ладони.       Если в аду было девять кругов, то Рид был на десятом. Теперь он был в этом совершенно уверен.