Страсти Мисимы

Чоноп неожиданно ворвался в гримерку, на ходу скидывая рюкзак. Все заметили, что он светился и заполнял этим весь эфир вокруг себя. Химчан лишь удивленно наблюдал за другом в зеркало. Младший склонил голову, извиняясь за опоздание и плюхнулся на кресло. Он не проронил больше ни слова и закрыл глаза, отдаваясь во власть визажиста. Хен начал нервничать и повернул голову в его сторону. Показательно прокашлялся и заерзал на стуле. Чоноп приоткрыл левый глаз и ухмыльнулся. - Хватит издеваться, - вопрошал хен. - какие новости?! Чоноп раскрыл оба глаза и повернулся в его сторону, чуть наклонившись вперед: "Нашли. Здоров и невредим, но немного простыл. Скорее всего, его переведут в другую клинику." А еще он не принимал ничего, пока был на свободе. Ничего такого. Об этом Чоноп умолчал. Он не был готов разделить с кем-то такую радость. Несказанно счастлив. Они так и не успели толком поговорить, только обошлись коротким диалогом, который был, вероятно, самым теплым и искренним из тех, которые братья делили между собой когда-либо. Довольно много для одного дня. - Это прекрасно, - сказал Химчан, пытаясь искренне улыбнуться и хоть на минуту забыть о том, что натворил вчера. - Я вас познакомлю. Вот это было внезапно. Вроде обычный жест от друга для друга. В конце концов, с матерью то они знакомы. Но вот познакомиться с братом, о котором по сути знало так мало людей, что его можно было считать лично выдуманным другом Чонопа...Тем более в той ситуации, в которую угодил Химчан, все это казалось очень неоднозначным и нервирующим. Он лишь ответил младшему той же улыбкой, которую придумал минутой раннее. Нуна заскочила в гримерку и попросила о готовности. "Так, Химчан. Хватит валять дурака. Хоть в парня втрескался, бабой ты не стал. Соберись и веди себя как профессионал!"- с каким мысленным напутствием парень выскочил на площадку. "Химчан!! Чоноп!! Из БИЭЙПИ!!!" - толпа взорвалась аплодисментами. Сегодня горе-дуэт был соведущими для выпуска популярной программы, гостями которой были новички. Пускать передачу только с новичками рискованно, поэтому для страховки всегда суют звезд посолиднее. Игры, соревнования, блаблабла. Ребята держались хорошо, несмотря на отсутствие опыта. Химчан успевал раздумывать о своих хубе, о том, как они амбициозны, как некоторые участники даже искренне смеются над шутками сценария. Мило. Очень мило. Немного завидно. Было видно, что Химчан мнется и запинается. Это беспокоит. Хен весьма собран на публике и способен себя контролировать. Такой трогательный и застенчивый. "Мило, хи." Чоноп едва заметно улыбнулся. Он ведь никогда не рассматривал одногруппников с подобной стороны. Хен весьма симпатичный, добрый и смешной. Отличный парень вышел бы. Для любой девушки. Чоноп на автомате оценивал всех с опережающей ноткой безнадежности, как критик. Без конечной цели, будто для кого-то другого. Он никогда не испытывал досады или ревности к симпатичным ему людям, потому что ни разу не выбирал их для себя. Было ли это инструментом защиты своего эго или элементарное безразличие - сложно понять. Он оценил Химчана как приятного ему парня. Не друга. Парня. Оставил ту же нотку напускного безразличия. Но его чувства к нему были более утонченными, нежели простая оценка. Правда, парень давно разучился отлавливать эти чувства внутри себя и выпускать на свободу. Всегда они так и оставались пленниками его эмоционального чистилища, из которого не было выхода, только если устав, они не сгибались под тяжестью самоубеждения и не покидали сердце хозяина. Химчан задал Чонопу вопрос. Он ответил заготовленной сценарием фразой. Пытаясь вырваться из убогого самокопания, Чоноп заглянул Химчану в глаза. Хен сильно смутился и в абсолютно черных глазах промелькнул страх, смешанный с виной, но быстро скрылся и оставил вместо себя притворную дружелюбность. "Что за спектакль он разыгрывает? Я же не Ендже, который бы повелся. Натворил чего-то." - Может наши соведущие тоже попробуют? - обратился к залу дядя, с глупой улыбкой и в нелепых для своего возраста брюках. Послышались одобрительные девчачьи визги. "Океей." 2 молодых стройных парня уселись на колени рядом с низким столиком. - Мне кажется победит Чоноп, посмотри на его руки... - Но Химчан тоже настроен решительно... - ведущие спорили друг с другом и подогревали для этой нелепой затеи зал. Оба айдола устроились локтями на мягкую поверхность столика и театрально посмотрели друг на друга. Химчан схватил руку Опа и притянул к себе. В этот момент младшего пронзило чем-то невесомым. В груди стало тесновато. "Что за черт?" Перед ним сидел Химчан. С каменным взглядом, смотрел прямо ему в глаза, но в них читался только шок. Ничего: ни попытки его скрыть, обмануть собеседника, ни причины, ни следствия. До этого его чувства к Опу имели исключительно нежный и эмоциональный характер. Ему и в голову не приходило обдумать его физические данные, и коленки предательски не дрожали в раздевалках. А сейчас..сейчас хен испытал что-то ужасающее по силе. Хотелось приложить руку к сердцу и попросить долбящегося о грудную клетку предателя успокоиться хоть на минуту. Если сравнить с бурей, одолевающей сердце Химчана, то в сторону (внутри?) Чонопа лишь подуло летним ветерком. Они сидели достаточно долго, пялясь друг на друга, пока в зале не наступила неловкая пауза. Ведущий робко подбежал к ним и стукнул по плечам: - Ахахаха, не стоит так пугаться-то! Вы же продолжите быть друзьями! "ЗАТКНИСЬ, СТАРЫЙ ХРЕН! ОТВАЛИ! ЧТО ЗА ХЕРНЯ ПРОИСХОДИТ! РУКА ДРОЖИТ! ХИМЧАН! ЧОНОП!" ....