Mass Effect: Outcome

      Большая человеческая колония на далёкой планете, где-то в Траверсе. Огромный Жнец сотрясал ударами землю и с завидной регулярностью использовал лазер, расположенный спереди. И эти создания. Ужасные создания, напоминающие турианцев, но ими не являющиеся, постоянно виднелись среди полуразрушенных щелин металлических пластин. Каждый выстрел огромной махины был направлен в сторону дома, людей и просто живых существ. В одном из таких зданий пряталась обычная семья. Бальтазар и Адриэль успокаивали мать и маленькую сестру, прижимаясь к ним ещё сильнее в моменты, когда рядом доносились ужасные хрипения изуродованных тварей. Маленькая девочка тихо плакала, прикрыв рот одной рукой, а другой держась за брата. — Если это конец, я хочу, чтобы вы знали, что я люблю вас. Ты всегда прикрывал мою спину, брат. Мама, ты не достойна такой смерти и, Лора, моя младшая сестра, ты так и не успела повидать тот прекрасный мир, осквернённый этими ужасными машинами, — тихо говорил Бальтазар. Он протянул руку своему брату. Адриэль с грустью посмотрел на него и схватил ладонь. — Прощай… Брат, — тихо ответил он.       Семья закрыла глаза и пыталась уловить этот последний момент, который они проведут вместе. Сквозь щели начал медленно просачиваться красный цвет. Люди почувствовали небольшой порыв ветра и сильный грохот. Неужели это пал Жнец? Бальтазар аккуратно отодвинул металлическую пластину и прикрылся рукой от солнечных лучей, выглянувших впервые за несколько недель из-под тёмных туч. За ним вылез Адриэль. Понимая, что опасности больше нет, парень радовался, как ребёнок. Бальтазар лишь томно смотрел на небо и тяжело вздыхал, утешая себя мыслями, что всё в прошлом.

Два дня спустя

— Адриэль, Бальтазар, не забудьте взять зубные щётки! — громко напомнила мать, стоя на полуразрушенной кухне. — Да, мам, не забуду! — отвечал Адриэль. — Хорошо, мам! Обязательно возьму! — соглашался Бальтазар.       Братья активно собирали вещи в свои сумки. На столе в гостиной лежали два удостоверения инженера с их фотографиями. Младшая сестра играла с небольшой куклой и постоянно расспрашивала о подробностях будущего полёта её близких. — Куда вы летите? Складывая майки с штанами, Бальтазар ответил. — Я с твоим братом выучились на инженеров, поэтому нас вызывают чинить Ретрансляторы. Через пару недель вернёмся. — Это опасно? — отвлекаясь от игрушки, грустно спросила девочка.       Бальтазар положил оставшиеся вещи в сумку и присел на корточки рядом с сестрой, и улыбнулся, смотря девочке в глаза. — Мы летим туда не одни, с нами будут другие инженеры. Не волнуйся за нас. Ты, главное, помогай маме, пока нас не будет дома. Хорошо? Лора кинулась на широкие плечи брата. — Возвращайся скорее, прошу! — заплакала девочка. — Не надо. Не люблю, когда кто-то плачет, это значит, человеку плохо, — опустив кончики бровей, объяснял мужчина. — А если от счастья? — спросила она. — Слёзы счастья выглядят по-другому и звучат, как ярко звенящий бокал, а грустные слёзы, как шипение грязного стекла, — мягко разъяснил своим низким голосом он девочке. Лора вытерла слёзы и улыбнулась. — Видишь, так же лучше, — улыбнувшись вместе с ней, говорил мужчина, — Знаешь, что! Принесу тебе кусочек Ретранслятора, обещаю, а потом покажу Цитадель. — Правда? — подпрыгнула от счастья девочка. — Да, — выпрямляясь и вставая на ноги, подтверждал мужчина. С кухни донесся голос матери. — Через двадцать минут прилетит челнок, поторопитесь! — Мне надо собираться, не скучай, — отправляясь за щеткой в ванную, прощался Бальтазар.       Адриэль носился по всему дому и в спешке искал свои вещи, изредка спрашивая у мамы, где они лежат.       Бальтазар и Адриэль стояли у выхода и ждали челнока. Вокруг была гробовая тишина и разрушенный ландшафт колонии. Сверху послышалось приглушенное гудение двигателей, и с неба прилетела машина. Двери челнока открылись и из него вышел турианец. — Адриэль Торкиан и Бальтазар Торкиан, — достав список, он огласил имена.       Братья взвалили на себя сумки и зашли внутрь. Семья прощалась с ними, махая им с земли. Оба брата в ответ улыбались близким. Пилот сказал сесть и пристегнуться. Братья разместились напротив друг друга. Бальтазар строго скрепил руки, прислонив их к подбородку, а Адриэль расслабленно развалился на сидении. — Как ты думаешь, что нас ждёт? — спросил Адриэль. Бальтазар оторвал взгляд от пола и, посмотрев на брата, просто пожал плечами. — Окей, — напряженно вздыхая, говорил он. Бальтазар положил ладонь на колено брата и сказал. — Расслабься. Мы не на войну летим, а просто ремонтировать Ретранслятор.       Он посмотрел на него таким глубоким и пронзительным взглядом, которым обычно успокаивали огромных львов в Колизее древнего Рима. — Ничего страшного там не случится. Мы вернёмся через пару недель обратно.       Мужчина убрал руку с колена брата и снова принял свою прежнюю строгую позу. Челнок вылетел за пределы атмосферы планеты и летел в тёмном космосе несколько часов на гиперскорости. За это время братья успели немного вздремнуть. Адриэль проснулся и первым делом посмотрел на монитор, заменяющий окно. — Вот это махина! — опешил он.       Парень потянулся к дремлющему брату и потрепал его за, сложенные на груди, руки. Бальтазар открыл глаза и протёр их пальцами. — Мы прилетели? — спросил он. — Смотри, — всё ещё отходя от удивления, парень указал на дисплей. В нём отражалась большая станция, в которую то и дело влетали грузовые корабли, собирающие мелкий мусор от уничтоженного Ретранслятора. Сильнейшие щиты сооружения отбивали металлические осколки, а мелкие просто сжигали. Привязанными тросами к КПП, в космос выходили люди в скафандрах и сваривали небольшие конструкции в полноценные механизмы. Челнок залетел во второй по счёту ангар и приземлился. Братья вышли в порт, по которому постоянно ходили инженеры, военнослужащие, учёные. Пищали те самые грузовые корабли, теснясь в ангаре, и вываливали горы металлического мусора. Из челнока вылез тот самый турианец и подошел к людям. — Используйте ваши пропуска, чтобы пройти в зону распределения и общей оценки организма, — указал он. — Общей оценки? — скептически переспросил Адриэль. — Следующий! — крикнул один из смотрителей, стоящий за стеклом перед монитором.       Из кабинки вышел пухлый инженер в трусах, которого заменил такой же нагой Бальтазар. Он недовольно встал в середину перед сканером, сложа руки на широкой груди. — Итак… Бальтазар Торкиан. Рост — метр девяносто восемь. Ну и шкаф! — рассмеялся смотритель вместе с охранником, — Возраст — тридцать пять лет. Интеллектуальная составляющая ммм… сто сорок пять. Мезоморфическое строения тела. Высокая костно-мускульная ткань. Пониженная, почти отсутствующая жировая масса. Чёрные волосы. Шрамы на животе, левой ноге. Так же много незначительных отметин на руках. Откуда шрамы, шкаф? Ты шизик что ли? — спросил мужчина в форме, сидящий за монитором. — Защищал брата в детстве и подростковом возрасте от хулиганов, — ответил Бальтазар. — Окей, запишем так. Повышенный волосяной покров на лице и груди. Сорок шестой размер ноги. Выдать классификацию А. Проходите в следующую комнату за снаряжением, соответствующим Вашему классу.       Смотритель напечатал текст и нажал кнопку, которая выдала Бальтазару талончик. Мужчина нехотя потянулся за бумажкой, резко вырвал её из отверстия и, рассматривая её, ушёл в соседнюю комнату. — Следующий! — скомандовал он.       В комнату вошёл парень, почёсывая короткие волосы. Он встал перед сканером и начал рассматривать белую и пустую комнату. — Поехали. Адриэль Торкиан. Брат что ли? Возраст — двадцать шесть лет. Интеллектуальная составляющая… ну в пределах нормы — сто восемнадцать. Рост — метр восемьдесят один. Эктоморфическое строение тела. Пониженная костно-мускульная ткань. Пониженная, почти отсутствующая жировая ткань. А этот спичка, — смотритель и охранник опять рассмеялись. — Светло-каштановые волосы. Волосяной покров в пределах нормы. Сорок третий размер ноги. Выдать классификацию Б. Проходите в следующую комнату за снаряжением, соответствующим Вашему классу. Следующий!       Адриэль вырвал талончик и открыл дверь, ведущую в раздевалку. Разыскав Бальтазара, он подошёл к нему и спросил. — У тебя какая квалификация? — "А", — коротко ответил он, складывая в шкафчик свою одежду, — Не забудь взять снаряжение, — указывая на кабинку взглядом, напомнил мужчина. — Точно, — согласился Адриэль и, шлёпая голыми ногами по полу, пошёл за одеждой.       Бальтазар всё разбирал, выданный по талончику, мешок. На дне он заметил нечто громоздкое. — Интересно… — тихо пробубнил он и полез руками вглубь пакета.       Одной рукой он достал от туда сложенную и скреплённую механизмами броню вместе с длинным чёрным костюмом. — Ничего себе, — отреагировал он сдержанной радостью. Рассматривая черный толстый халат, он сказал: — Видимо, это и есть моя рабочая одежда.       Сама ткань была очень плотной, будто не сшита, а вылеплена из какого-то крепкого материала. Длинные рукава доходили прямо до ладоней и немного выпирали на верхней территории пястей. Ворот смотрел вверх и плотно прилегал к шее, оставляя место в виде небольшого разреза только для кадыка. С верхней части тела толстым, единым слоем спускалась ткань, которая плотно закрывала и низ. Бальтазар застегнул магнитные пуговицы и надел такие же чёрные плотные штаны с тяжелыми ботинками, а броню отложил в шкаф. Для любого другого человека эти одеяния были бы невыносимо тяжелыми, но для Бальтазара они идеально подходили и по размеру и по тактильным ощущениям. Тёмная ткань, казалось, будто мягко наливалась на грубую бледную кожу мужчины. — Как влитой, — наслаждался он, осматривая себя с ног до груди. — Отлично смотрится. Тебе идёт чёрный, — донёсся голос внезапно подошедшего Адриэля. — Думаю, на него мне придется надевать и броню, — продолжил мужчина. — Тебе выдали? — удивленно поджал брови Адриэль. Бальтазар поднял глаза на брата и с недоумением спросил: — Да. А тебе нет? — Ну… Мне дали тонкий белый халат, он точно не выглядит так круто, как твой, и всё, — доставая тот самый халат и рассматривая его, рассказывал парень. — Значит, зависит от квалификации, которую тебе выдали, — почесывая аккуратную чёрную бороду, объяснял мужчина. Внезапно раздалось предупреждение, которое текстом дублировалось на мониторах. — ВСЕХ ИНЖЕНЕРОВ, ПОЛУЧИВШИХ "А" КЛАСС, ПРОСИМ НАДЕТЬ ЗАЩИТНЫЕ КОСТЮМЫ И ПРОЙТИ В ОЧИСТИТЕЛЬНЫЕ ДОКИ, — громким голосом сообщение повторялось. Адриэль отвернулся от экрана. — Кажется, это тебя, — с улыбкой парень указал на шлюз, ведущий к очистительным докам.       В первый раз было трудно цеплять на себя металлические пластины брони, но зато, когда они пристыковывались правильно, чёрная мантия Бальтазара будто впитывая часть металла и герметизировала пластины.       Бальтазар слышал своё дыхание в шлеме. Перед ним было небольшое окошко, в котором можно было увидеть очертания разрушенного Ретранслятора и множество осколков летающих вокруг него. — Проверь трос, — раздался голос Адриэля в шлеме. Мужчина повернулся и проверил крепления, потянув за веревку. — В порядке, — нервно ответил он. — Всё будет хорошо. Я за мониторами. Не зря получил класс "Б", — говорил Адриэль. — Хэхэ. Да я… Чёрт. Лоб вспотел, а вытереть не могу. Просто впервые в жизни выхожу в открытый космос только в скафандре, — немного подпрыгивая на носки, пытался успокоиться мужчина. — Всё в порядке. Ты помнишь, для кого мы всё это делаем, — подбадривал его брат, — Готов? Бальтазар сжал кулаки и глубоко вздохнул. — Готов, — твёрдо ответил он, взгляд направлен куда-то в холодную бездну, словно желая посмотреть в глаза тёмной космической пустоте. — Окей… Выравниваю давление. Приготовься, может по голове немного бахнуть, — нажимая кнопки на дисплее, предупреждал Адриэль. Бальтазар закрыл глаза от дискомфорта. — Давление в порядке. Открываю шлюз.       Мужчина стоял в тишине. Выход в космос немного запищал. Шипение, открывающихся дверей, сразу сменилось тишиной. — Готово. Можешь действовать, — осведомил Адриэль.       Бальтазар поднял ящик с инструментами, стоящий рядом с его правой ногой, слегка двинул ногами и попятился всем телом вперёд, начав парить. Мужчина непроизвольно улыбался, аккуратно поворачивая голову и осматривая бесконечное пространство вокруг. В нескольких десятков метров летали такие же инженеры. Кто-то собирал летающие осколки, кто-то сваривал оборудование. — Ты не представляешь, как здесь красиво, — говорил в микрофон он. — Поверю на слово, — по-доброму отнекивался брат, — Советую приступать к делу, у тебя кислорода всего на несколько часов, а в таких условиях они пройдут, ой, как быстро. — Согласен, — собрался он с мыслями.       Подлетая к одной из таких конструкций, Бальтазар приметил маленький осколок, до которого он аккуратно дотянулся и положил в карман на броне. — Ладно. Приступаем, Адриэль, следи за показателями, я начинаю, — предупредил он. Бальтазар развернул инструмент и начал сваривать огромную деталь. Слегка прищуривая глаза, он спросил: — Помнишь, как я помог тебе сделать школьный проект? Ты тогда так сильно боялся, что не успеешь, а я стоял рядом и подсказывал, как нужно сделать. — К чему ты это? — Адриэль задумался. — Сейчас ты прикрываешь мою спину, потому что поджилки всё равно немного трясутся. Помнишь, что мы тогда с тобой делали? — меняя инструмент, с улыбкой продолжал он. — Это был макет Цитадели. Я помню, как ты обещал установить туда кучу светодиодов, которые ты собирался откуда-то достать. Когда была выставка, ты опоздал, верно? Бальтазар молча слушал брата, изредка меняя инструменты. — Так сильно злился на тебя в тот день. Стоял за столом, сжав кулаки. Они у меня так сильно покраснели, а потом ты вбегаешь в аудиторию весь потный с коробкой этих фонариков подмышкой. Я не знал, что тебе пришлось слетать на настоящую Цитадель в тот день, чтобы купить эти диоды. — Я обещал тебе самый классный макет и не мог нарушить это обещание. И кстати, что ты получил в тот день? — расслабленным голосом, спросил Бальтазар. — Мгх… Ну золотую медаль, — закатывая глаза, ответил Адриэль. — У меня до сих пор лежит фотография с того дня, на котором твоя счастливая детская мордашка держит медаль на сцене. — Ты хранишь мои фотографии? — удивился брат. — Я сидел с тобой, когда ты ещё не мог полноценно ходить, конечно, я буду хранить фотографии своего брата. Если захочешь, могу показать целый альбом с твоего выпускного, — заботливым тоном предложил Бальтазар. — Зачем ты хранишь их? — немного грустным голосом спросил Адриэль. — Я бы отдал всё, чтобы снова увидеть тебя и всю нашу семью счастливой. Перенестись в те моменты, когда войны не было, — таким же низким, немного подавленным, голосом объяснял брат. — Бальтазар? — перебил его парень, — Показатели говорят, что ты наткнулся на здоровенное облако Нулевого Элемента, — с опаской предупредил он. Мужчина встал на Ретранслятор с помощью магнитных ботинок и осмотрелся. — У меня ничего, — настороженно ответил Бальтазар. Мужчина прошёл несколько метров и обратился к другому инженеру. — Эй. Как тебя зовут? Человек отвлёкся и обратил внимание на собеседника. — Нелсон, — ответил он. — Проверь свои показатели, — попросил Бальтазар. Мужик открыл дисплей на своей броне. — Вот те на. Мы все по шее в Нулевом элементе! Мужчина отошёл в сторону и сказал. — У другого инженера то же самое. — Значит, показатели не врут… — не успел закончить Адриэль, как его серьёзным, немного приказным тоном перебил Бальтазар. — Подними всех на уши, надо эвакуировать людей обратно на станцию! Я извещу всех со своей стороны! Адриэль попытался связаться с общим контрольным пунктом. — Контрольный пункт. Что Вам надо? — ответил диспетчер. — Адриэль Торкиан. На моих показателях видно, что инженеры, работающие во втором секторе подвергаются растущему облучению Нулевого Элемента. Запрашиваем остановку ремонтных работ во избежание негативных последствий для здоровья инженеров. — Работы не завершены, а облучение незначительное. Запрос отклонён. Опасность для здоровья инженеров отсутствует, — диспетчер отключился. — Бальтазар, они отказали в эвакуации, — сообщил по связи брат. — Значит, иди и переубеди их, у нас на кону здоровье людей! Их костюмы пока будут держаться, но не думаю, что их хватит надолго. Быстрей!       Брат собирался встать со стула и побежать в главный контрольный пункт, но сел обратно и с тревогой спросил. — А как же ты? — Адриэль, иди! Брат на секунду замолк и немного кивая головой ответил. — Береги себя. Парень пулей вылетел из своего небольшого кабинета. Бальтазар проверил показатели костюма. — Хватит минут на пятнадцать, — он повернулся к инженеру рядом, — Что стоишь? Сам видел уровень радиации. — Так отчитают потом, — с недоумением ответил рабочий. — Плевать на работу! Ты умрёшь через несколько минут, если не уйдёшь отсюда! — сжав кулаки, крикнул Бальтазар. — Хорошо, мужик. Ты ток не горячись. Рабочий в страхе собрал инструменты и, использовав трос, вернулся обратно. — Подходить к каждому будет слишком долго. Надо найти механизм, который управляет тросами, — размышлял мужчина, — Надо найти общий механизм свёртывания тросов, — вдумчиво повторил мужчина.       Он посмотрел по сторонам и проследил, куда ведут все механизмы. Хорошо прицелившись, Бальтазар оттолкнулся от поверхности будущей части Ретранслятора и полетел вперёд. Другая металлическая поверхность быстро приближалась. Рассчитывая то, как он приземлится на плоскость станции, мужчина забыл отцепить самого себя. Его резко отдернуло назад. Внутри скафандра послышался короткий треск. Бальтазар отстегнул ремень и кинул его в сторону Ретранслятора, долетев так и зацепившись ботинками до станции. Дышать стало тяжелей. На лице проступал холодный пот. Карабкаться по станции становилось труднее с каждой секундой. Бальтазар открыл таймер. Прошло уже пять минут. Ещё немного и защита рабочих начнёт сдавать. Голову начали наполнять разнообразные мысли и образы. Тросы вели в небольшое помещение снаружи станции. Мужчина забрался туда верхней половиной своего тела. В глазах продолжало мутнеть, руки отказывались делать что-либо, но Бальтазар сосредоточился. Он оторвал панель и начал рассматривать микросхемы. — Нет… Нет… Не то, — рассматривая технику, бубнил вслух он, — Вот оно!       Дрожащей и немеющей рукой, он дотянулся до рубильника вдали, обхватил его и резко, со всей оставшейся силы, потянул на себя. Механизм переключился. В системе тросов послышалось шипение, гудение и звуки работы. От сильного рывка, Бальтазар потерял контроль над равновесием и отключающимся организмом, отлетев в сторону космоса. Он слышал свое дыхание в шлеме и видел медленно запотевающее стекло шлема. Неподвижное тело медленно дрейфовало в сторону черной пустоты. — Мне плевать, в каком он состоянии, я зайду к нему!       Слышался гневный голос человека за дверью. Бальтазар открыл глаза и сразу приложил руку к болящей голове. К нему была подключена капельница, а сам он находился в местном лазарете. — Я вызываю охрану, — ответил женский голос. — Эта охрана подчиняется мне, делайте, что хотите! Дверь резко открылась и в неё влетел мужчина в костюме. — Ты! — налетел он на лежачего пациента.       Бальтазар, даже не посмотрев на противника, оттолкнул его рукой в сторону. — Дайте перевести дух. Медсестра сказала, что я не в состоянии сейчас говорить, но так как Вы зашли, сделаю исключение, — всё ещё отходя от боли в голове, говорил он, — Кто Вы такой?       Человек встал от стены, к которой прилетел из-за толчка, поправил костюм и стул около койки. — Меня зовут Юджин Майерс. Я управляю этой станцией… Точнее говоря, я владею ей. Она построена, по большей части, на мои деньги, а из-за тебя мы отстали от графика на неделю. — Я обращаюсь к Вам на "вы", так что сохраняйте границы. Мммгх. Рабочие как? — массажируя виски, спросил Бальтазар. — Они в порядке, в отличии… — В отличии от графика, я понял, не надо мне сверлить этим голову. Я готов вытерпеть любое наказание, которое Вы захотите, — мотая глазами из стороны в сторону, отвечал мужчина. — Зачем Вы это сделали? — Подскочила радиация, а в пункте управления отказали в эвакуации, — разъяснял мужчина. — Да плевать! Рабочая сила на то и нужна, чтобы если что, не было жалко, — ярко жестикулируя руками вскрикнул Юджин.       Бальтазар резко встал, пулей подошёл к мужчине, взял его за воротник и без проблем поднял его над землёй, прижав спиной к стене. — Ты не представляешь, насколько ошибаешься, — оскалив зубы начал мужчина, — Именно благодаря этим людям ты имеешь свои деньги, именно эти люди обеспечили тебе безбедное существование. Скажи им спасибо, что не живешь на грязных улицах, какой-нибудь загнивающей колонии в самой далекой точке Траверса. Уважай труд людей, или я приду за тобой.       Бальтазар расслабил кулаки, и Юджин скатился вниз про стене. Мужчина отошёл в сторону и сел на койку. — Ты…ты будешь работать пока... Пока не сдохнешь здесь! — мямля дрожащим голосом, Юджин пытался нащупать ручку двери, не отрывая взгляд от Бальтазара.       Дверь медленно открылась, и владелец удалился, наткнувшись на медсестру. Небольшая женщина, оглядываясь в сторону испугавшегося человека, зашла в комнату. У неё в руках был планшет, прижатый к груди. На женщине надет стандартный тонкий докторский халат, а на голове красовалась маленькая белая шапочка. Встав перед Бальтазаром, она немного наклонилась. — На секунду уберите руку от головы, — мягко попросила она. Мужчина положил руку на край койки. — Голова болит, — щуря глаза, пожаловался он. — Головная боль сейчас наименьшая проблема. Я читала рапорт Адриэля Торкиана, вроде Ваш брат. Вам повезло, что в какой-то момент радиация исчезла. У Вас в космосе случилась разгерметизация костюма и через дырку Вы облучились. Ещё бы чуть-чуть и для Вас наступили бы необратимые для Вашего организма процессы, — женщина бросила взгляд на тело мужчины, — Но Вы, я вижу, крепче остальных, поэтому Вас это не сильно задело. Вы счастливчик. — Значит, я здоров? — Вполне.       Мужчина отсоединил капельницу от руки и встал, потянувшись в разные стороны. Койка заскрипела. — Где моя одежда? — подходя к выходу, спросил он. Женщина удивленно смотрела вверх на высокого мужчину, раскрыв рот. — В пункте очистки, — провожая взглядом его, смущённо ответила женщина. Бальтазар удалился. — Так быстро высохла, — удивился он, надев на себя свой привычный чёрный халат.       В кармане он нашёл своё удостоверение. Перед тем, как уходить он проверил, остался ли подобранный им для Лоры осколок, камень лежал в кармане. Взяв всё остальное, он пошёл к шкафчику. На выходе из территории лазарета его ждал Адриэль. Он прислонился к одной из стен и, закрыв глаза, ждал информации, жив его брат или нет. В коридоре послышались тяжелые шаги чёрных ботинок. Парень открыл глаза и с облегчением сказал: — Бальтазар! Как я рад, что ты жив! — Ха! А ты уже вздумал оплакивать меня, — улыбаясь, ответил мужчина, — Что случилось, пока меня не было? — Ты пролежал в лазарете более пяти часов. За то время успели заново замерить радиацию, оказалось, что мы были правы, а твои действия спасли этих рабочих. Максимум, что у них осталось, это небольшой испуг.       Братья прошли закрытую часть лазарета и вышли в более свободный коридор с видом на космос. По нему ходили привычные сотрудники станции, уткнувшись в планшеты или болтая с людьми по Инструментрону. — А так у нас сейчас начнется ужин. Гарриксон говорил, что могут дать какой-то десерт, привезённый с Тессии. Но так кормить будут, как по расписанию.       Братья подходили к столовой, в которой сидели рабочие и принимали пищу. Они активно общались, рассказывали анекдоты, кто-то томно рассказывал о случившемся. — А как рабочие? Они в порядке? Я спрашивал у медсестры, но хочу узнать от тебя, — ещё раз спросил Бальтазар. — Спроси у них сам.       Адриэль открыл двери в столовую. Все люди сразу обратили внимание на крупную чёрную фигуру у входа и спешно начали вставать со своих мест, снимая шапки, у кого они были. Рабочие хлопали Бальтазару. — У них так и не нашлось возможности отблагодарить тебя, — добавил Адриэль. Мужчина приподнял кончик губ и старался не выдать смущение, опустив голову вниз. Братья набрали еды на подносы и сели за один из пустых столов. — Готов к ночным работам? — спросил Адриэль. — Каким? Бальтазар напряг брови. — Охрана постоянно болтает, да ещё и очень громко, а она подчиняется лично главе, поэтому мы уже всё знаем, что тебя назначили на дополнительные работы "С" класса. Адриэль взял вилку и начал накалывать кусочки с тарелки, поднося их ко рту. — Какая работа у людей "С" класса? — сложив руки вместе и пристально смотря на Адриэля, спрашивал мужчина. — Ну… Ремонтировать оборудование в нижних частях станции. Всё, что связано с двигателем, трубами и электроникой. Видимо, ты будешь заменять тамошних инженеров, — пожимая плечами, объяснял Адриэль. — Ничего трудного. Лучше буду работать сверхурочно, чем думать о смертях невинных людей. — Жду не дождусь узнать, как работает этот корабль, — мечтал парень. — Только не говори, что ты пойдешь со мной. — Ты мой брат. Я обязан тебе помочь. — Ээх. Чёрт с тобой, куда я денусь. Адриэль улыбнулся. Бальтазар разъединил руки и спокойно приступил к ужину. — Медсестра сказала, что радиационная буря исчезла» Адриэль быстро прожевал еду. — А… ты про это, — он проглотил еду, — Это довольно странно, потому что у нас не было вообще никакой информации по поводу надвигающегося радиационного поля. То есть, по показаниям костюма радиация откуда-то появилась и куда-то исчезла. — Я тебя понял. Главное, чтобы это не повторилось снова. А теперь давай оставим разговоры и просто насладимся едой. Никогда не пробовал ничего с родины Азари.       Братья тихо ели. К пустующему столу подошёл полный мужчина. На нём были коричневые очки в толстой полупрозрачной оправе и густые усы такого же цвета, на квадратном лице с круглым подбородком. — Приветствую, товарищ. Могу я отблагодарить тебя за своё спасение, — немного дрожащим голосом сказал коренастый мужичок. Бальтазар повернул голову в его сторону. — Я помню твой голос, Нелсон. Присаживайся, — указывая на место рядом, сказал он. Мужичок присел. — Я знаю, чем Вы расплатились за наше спасение. — Это мелочь. — Может быть, для Вас, но я бы хотел помочь Вам, — любезно предложил свою помощь Нелсон. — При всём уважении к тебе, Нелсон, но это моё наказание и у тебя самого дел много. Мужчина отмахнулся рукой. — Вы не заслуживаете наказания за Ваш героический поступок. Боюсь, я буду настаивать.       Бальтазар собирался опять отказаться, но Адриэль резко положил свою ладонь на предплечье брата и посмотрел на него немного осуждающим взглядом. Подержав так секунду, он убрал руку. Бальтазар вздохнул. — Хорошо. Спасибо за помощь, Нелсон, — отпустив ситуацию, согласился мужчина.       Поздний вечер. Рабочие раздеваются, идут в душ и готовятся ложиться спать. Кроме Бальтазара. Как всегда находясь в своём чёрном халате с тканью, закрывающим его ноги, он собирал инструменты. К нему, неуклюже топая ботинками, со своими инструментами подошёл Нелсон. — Я готов! Бальтазар немного вздрогнул. — Полегче, друг мой. Мы идём закручивать гайки, а не уничтожать Жнецов. Ты меня, прям, испугал, — посмотрев на мужичка из-за дверцы шкафчика, сказал Бальтазар. Мужчина собрал последний предмет и закрыл дверцу. К этому времени подошел Адриэль. — Нелсон, привет. Я готов, — посмотрев сначала на мужичка, а потом на брата, сказал он. — Значит, выходим, — скомандовал Бальтазар.       Троица прошла в общий зал и завернула к лифтам. Зайдя в один из них, они начали спускаться на самый нижний уровень. Лифт затрясло, и он остановился. Сразу после открытия дверей кабину заполнил пар. Кашляя и отмахиваясь от облаков, люди вышли и направились вперёд. Маленькие коридоры, заполненные трубами, проводами и торчащей электроникой, тяготили крупного и высокого Бальтазара. Мужчина постоянно цеплялся за что-то тканью и спотыкался. Троица дошла до небольшого пункта с другими учёными. Те, заметив новоприбывших, быстро свернулись и ушли. — Вот те на. Говорили пришлют одного, а пришло трое, но ничё, больше рабочих рук будет. Кароч, немного западают модуляторы в западной части и страдает энергопередача с серверами рядом с процессорным ядром. Вроде всё, — лениво сказал один из них и так же ушёл. — Подробно… — прокомментировал Адриэль.       Долгая ночь началась. Починив все барахлящие детали, потная троица села на пол, облокотившись на металлические стены.       Холодный космос. Беззвучная бесконечная пустота. Части Ретранслятора бездвижно парят в пустоте. Если всматриваться в безжизненный металл, то можно заметить, как неестественно двигается пространство. Металлические обрывки стоят на месте, но в тоже время закручиваются в спираль. Внезапное белое сияние и взрыв, который бьет по обшивке корабля, пробив его щиты. От толчка станция немного накреняется в сторону.       Инженеры почувствовали сильный грохот. По коридорам начал стремительно гулять ветер, который высосал весь пар наружу. — Божечки! Что это?! — прокричал Нелсон.       Медленно открывая глаза и вглядываясь сквозь резкие порывы воздуха, Бальтазар с ужасом посмотрел на значительный кусок металла, вошедший в обшивку корабля. — У нас пробоина… У нас пробоина! — вскакивая на ноги, предупредил он, — Адриэль, займись отводом кислорода из нашего крыла, надо его сэкономить для остальных! Нелсон, иди к ядру и перезапусти щиты, или мы все здесь задохнемся! Я попробую вытолкнуть кусок, по моей команде включишь барьер! Бегом! Бегом!       Все поднялись на ноги и побежали выполнять приказ. Бальтазар схватился за кусок и начал медленно выталкивать его обратно. — Подача воздуха понижена на сорок процентов! — доложил Адриэль.       Обгоревший металл впивался в и так грубую кожу мужчины, но был слышен скрип, значит, кусок двигался в обратную сторону. — Я перезапустил модуляторы полей массы! Готов запустить щиты! — доложил Нелсон. На помощь брату прибежал Адриэль. — А ты говорил, не нужна помощь! Ха! — шутил он, — Нас же засосёт вместе с осколком верно?! — перекрикивая свистящий воздух, спросил Адриэль. — Поэтому я отправил Нелсона подальше! К реактору! Его не должно задеть! Прощай, брат! — готовясь сделать финальный рывок, говорил Бальтазар. Парень улыбнулся брату и приготовился толкать. — Раз… Два…       Считали они вместе и на третий счёт начали напирать на кусок со всей силы, но он никуда не двигался. Сквозь щели просачивался свет. Он был необычным и, как вода, распространялся в пространстве. Ветер затих. Огромная деталь сама начала шевелиться и трястись с огромной силой, отъезжая назад с каждой секундой. Адриэль и Бальтазар отходили от аномалии. — Нелсон, приготовься… По моей команде! — предупреждал мужчина.       Свет начал растекаться по всему помещению, а деталь, с усиливающимся грохотом, вылезала в космос. Напряжение нарастало и нарастало, вместе со светом, который поглощал братьев. — Нелсон, сейчас! Включай щиты! Включ… — не успев договорить свою фразу, Бальтазар, попытался закрыться от обжигающего ярко-белого цвета.