Грозовая змейка

Весь следующий день я пропустила мимо себя. Утро, уроки, громкий голос Сасагавы, очередные взрывы на заднем дворе и… очередная работа под руководством Кусакабе. К Гокудере у меня начинает копиться большой такой вагончик претензий. Когда-нибудь я его и правда пристукну чем-нибудь потяжелее. Из-за него и работы на заднем дворе у меня просто не хватало физических сил заняться работой с пламенем по методичкам, которые прислал Отец. Бьянке я накатала огромное сообщение, в котором высказалась в очень нецензурных выражениях в сторону её брата. Она лишь поржала на это и пожелала удачи. Да, она брата очень любит, но и её Хаято успел заколебать. Поэтому трепка в его сторону была обоснованной. Несколько дней у меня прошли в дне сурка, где я что-то учила, спала, сидела на уроках и пахала на заднем дворе. Ну, меня хотя бы не закопал где-нибудь в уголочке Хибари. И то уже большой плюс во всей этой ситуации. А ещё периодически меня тащил домой к Саваде Реборн. Этот мелкий жук пользовался всегда одним и тем же аргументом. Что не умаляло его значимости, конечно. Пистолет в руке — это сильная аргументная база, давайте признаем. Нана-сан меня уже воспринимала не иначе, как невесту её сына. Мы с Тсуной, как он попросил его называть, отнекивались всеми возможными способами, но против танка под кодовым прозвищем «мама» это не помогало. Реборн лишь тихо хихикал, морщась от сладкого какао. Я его кстати начала очень наглым образом подкупать — таскала киллеру кофе. Крепкий такой американо в термосе. Он все равно вечно тусовался в школе. А у меня простаивала кофемашина. Ещё последнее время перестала ходить к Тсуеши-сану, лишь отписывалась Отцу о том, как я себя чувствую и что вообще происходит у нас в школе. У меня банально не хватало времени и сил. А ещё Реборн, да. Не будем забывать эту наглую ехидную морду. — Эй народ! — к нам в класс залетел парнишка помладше, весь встрепанный и с огромными глазами. — Там это… Ямамото прыгать с крыши собрался! Я хлопнула глазами и обеспокоенно посмотрела на Сасагаву, потом на Микото-сан. — Надо сообщить Хибари, — я хлопнула руками по парте и вышла из класса, сразу направляясь в сторону кабинета ГДК. Одноклассники всполошились и гурьбой побежали на крышу. Лишь одна я топала к нашему страшному охраннику школьного порядка. Путь до его кабинета был пуст. И почему снятием учеников с крыши занимаются студенты, а не учителя или директор? Или вообще школьный психолог? Встав перед нужной дверью, выдохнула, успокаивая паникующее сердце, и постучалась. Глухое и недовольное «войдите» меня заставило передернуть плечами. Но я отогнала от себя чувства страха и паники и чуть резче, чем обычно, дернула на себя дверь. Хибари сидел за столом и что-то записывал. Мне иногда кажется, что этот человек выполняет работу за директора, завуча и сразу за всех учителей. Когда я зашла, ГДК оторвал взгляд от своих бумаг и пристально уставился на меня. Уверенно зашла в кабинет, прикрыв за собой дверку. Страх отступил, едва я заметила, что в руках у Хибари не было тонфа. Прекрасное начало. Всегда бы так. Но на меня Кея-сама (ух, как завернула) их ни разу не направлял. Видимо, и правда, суровый ГДК женщин и детей не бьет. — У нас тут ЧП, — подняла одну бровь, сложив руки на груди. Да, я знаю, что бить меня не станут, но серьёзный взгляд острых серых глаз немного пугал. Хибари со стуком отложил свою ручку и откинулся на спинку стула. — Там Ямамото Такеши решил с крыши сигануть. Между нами повисла тишина. Взгляд ГДК изменился. Теперь на меня смотрели как на явную дурочку. — Когда будет труп, тогда и говори, что ЧП, травоядное, — он пожал плечами, возвращаясь взглядом к своим бумаженциям. — А теперь иди. Удивленно хлопнула глазами. Я, конечно, понимала, что Хибари скорее всего сын какого-то довольно сильного клана якуза, но не думала, что он будет настолько… пофигистично относиться к такому. У меня тоже семья далеко не белые и пушистые. Но нам же Тсуеши-сан головы открутит. Если отец Ямамото хорошо знает моего отца, значит и человек он в мафии не последний. И за своего мальчика готов на многое, если не на все. Не углядели. Не отговорили. Не помогли. Парню-то всего пятнадцать. — Подождите, Хибари-сан, — подняла вверх указательный палец. — Но ведь престиж школы будет подпорчен, если тут у нас с крыши человек скинется. Будут обвинять и ваш комитет, что вы тут номинально лишь работаете и толком ничего не делаете. Не спасли ученика. Взгляд ГДК тяжелел с каждым моим словом. Казалось, что в конце в меня просто кинут тонфа и трупов станет два. А не один. — К тому же, Тсуеши-сан, отец Ямамото, старый друг моего родителя, — вцепилась пальцами правой руки в левое плечо, пытаясь унять дрожь в конечности. — Вы прекрасно понимаете, о чем я говорю, не так ли? — Кровь за кровь имеешь в виду? — отчеканил ГДК, тяжело выдыхая. Я кивнула. За смерть детей родители имели право мстить. Даже если мы и не виноваты в этой ситуации — мы не предотвратили. Не остановили от глупости. Хибари хлопнул по столу ладонями, резко вставая со стула, и быстрым, чеканным шагом пошел в сторону лестницы на крышу. Посеменила за ним. Ну, главного спасителя Ямамото от собственной глупости я подрядила на работу. Осталось лишь отговорить упертого парня. Тот ещё денечек.

***

То, что Ямамото был спасен не страшным ГДК, а моим Небом — это окей. Было логично предположить, что Реборн Тсуну на это подобьет. Либо кинет в самое пекло и заставит разбираться самому. Вполне в духе солнечного Аркобалено. То, что Такеши оказался Дождем, причем нашим, меня не так уж и удивило. Все-таки родство с этим человеком я чувствовала и ранее. Но то, что опять меня припахали убираться на территории школы — это уже никуда не годится. Хибари не был зол или что-то такое, но ему явно доставляло удовольствие кидать в меня работой и пафосно уходить. Мы с Кусакабе меняли ограждение на крыше, которое порвали Тсуна и Ямамото, когда упали, на более крепкое. Уже всеми матерными словами прокляла то, что потащилась к Хибари. Знайте, я ненавижу физический труд, хоть он и облагораживает, как некоторые говорят. Пока что он превратил меня из крайне доброго человека в задолбавшегося и злого. А ещё от него болят руки, ноги и многострадальная спина. Не быть мне бойцом передовой линии, как Хибари или Сасагава. Не быть. Вздохнула, вспомнив многострадальные книжечки, лежащие дома у меня на столе. Я никак не могла добраться до них. Чтобы меня молнией ударило — как у меня чесались руки их прочитать и попробовать. Но времени и сил ни на что не хватало. Вечером, когда уже все ушли из школы, мы с Кусакабе закончили с работой. Я довольно осмотрела наш совместный результат и улыбнулась. Теперь уж точно ни один гребанный суицидник не суициднится. Руки на отсечение даю. Сама всю эту сетку устанавливала. Попрощавшись с Кусакабе, довольно пошлепала вниз за своей сумкой. Хотелось сделать лишь несколько вещей — помыться, переодеться и спокойно лечь спать. Только вот надо ещё сделать кучу уроков на завтра и почитать методички Отца. Проблема лишь одна, жирная такая и очень приставучая. Меня может рядом с домом поджидать Реборн. Не получится отболтаться, придется идти к Небу домой. Там его матушка опять меня попробует закормить домашней едой и будет стрелять глазками, намекая, что мы с Тсуной парочка. И вот от неё уже не отболтаться. Страшная женщина. Зашла в небольшой магазинчик рядом с домом, купила там ингредиенты для готовки и немного фастфуда. Мне очень хотелось съесть чего-то острого и лапшичного. Хоть я с перцем и не дружу. Поэтому взяла ещё немного шоколада и молока. Сварю дома горячий шоколад. Но выйти нормально мне не дал один большой такой парень. Я ударилась носом о его плечо. Извинилась и, подняв взгляд, обомлела. На меня смотрели два разных по цвету глаза: один темно-синий, а второй красный с каким-то иероглифом. Удивленно подняла брови. Это что-то мне напоминало. Нечто колыхнулось в памяти, но я не обратила на это внимание. В груди ощетинилось пламя. Будто встретило старого друга. Сглотнула. Улыбнулась. — Извините ещё раз, — достала из своего пакета шоколадку и протянула её незнакомцу. — Это за моральный ущерб. Парень прищурился, но сладость взял и странно посмеялся. Пожала плечами. Мало ли у кого какие предпочтения. Я ничего против не имею. Махнула ему напоследок ладонью и двинулась домой. Учиться и ещё раз учиться.

***

Следующий день прошел спокойно. Я даже удивилась этому. Потому что последнее время покой мне только снился. Мы с Микото-сан обсудили парный проект по химии, который нам предложил взять преподаватель. Сасагава опять пытался затащить меня в свой клуб бокса. Отпиралась всеми руками и ногами от такой перспективы. После уроков меня даже не потащил работать на благо школы Хибари-сан. Этому я крайне удивилась. Заглянула к нему в кабинет, но ГДК меня прогнал суровым взглядом и обещанием в следующий раз подкинуть работенку, чтобы дать Кусакабе отдохнуть. Нервно улыбнулась, промямлив что-то похожее на «не надо», и убежала подальше от местного садиста. Решила вечером зайти наконец-то к Тсуеши-сану, даже выцепила из класса 1-А Ямамото. Парень лишь посмеялся, но согласился пойти к нему домой вместе. Небо на наш диалог смотрел огромными глазами, будто не верил, что его хранители будут хорошо общаться. Плохой пример ему подает Хаято. Ничего не скажу. У нас сейчас только он гребанный смутьян, который может переругаться с каждым. Путь до ресторанчика Ямамото шутил, рассказывал нелепости и забавные ситуации с игр. Я улыбалась и периодически смеялась. Только лишь уже рядом с его домом смогла настроить себя и завести с ним более серьёзный диалог. — Ямамото, ты же настолько любишь бейсбол… — он кивнул. — Почему ты решил поступить так кардинально? Все-таки лечение перелома хоть и долго, но после него ты спокойно можешь продолжить играть. Он отвел от меня взгляд и грустно усмехнулся. — Не видел тогда другого выхода, — острые карие глаза смотрели на меня с огромной печалью. — Просто, даже если мне отрубят руки, я буду продолжать заниматься своим любимым делом. Даже с помощью протезов, — усмехнулась. — Неудобно, но выбора нет. — Мне казалось, что я один. Даже отцу не смог рассказать о своих переживаниях, — Такеши вздохнул. — Он и так потерял маму, потерю меня он не пережил бы. И об этом я подумал только, когда меня Савада спас от падения. Он грустно посмеялся. А у меня звякнул телефон. Решила пока не обращать на него внимание. Положила парню руку на плечо и аккуратно сжала. — Все образуется. Главное, ты жив и можешь думать. Такеши серьёзно кивнул. А я все-таки решилась посмотреть на пришедшее мне сообщения. Писал Отец. — Черт, — я поморщилась. Убрала телефон в сумку. Потерла ладонями лицо. Хорошо, что не красилась. — Что такое? — Очень скоро тут будет мой любимый младший братец. — О, это же хорошо, — улыбнулся Такеши уже искреннее. — Если бы, — отвела взгляд. «Через неделю к тебе приедет Ламбо». Черт.