Бездна в наших сердцах

— Маринетт, твоё плечо… Она только ниже опустила голову, расслышав в голосе Адриана искреннее сочувствие. И обеспокоенность. Может, показалось? Ей точно не нужна ничья жалость. С плечом всё в порядке. С ней всё в порядке. С футболкой, пропитанной её же кровью… Маринетт попробовала отшатнуться, когда Адриан сделал шаг в её сторону. Вот только отступать больше было некуда. Сочувствие? Точно показалось. Они — враги. Которые с завидным упорством постоянно пытались друг друга убить. Леди и Кот, две тени, появляющиеся ночью на крышах Парижа. Две противоположности, у которых априори не может быть ничего общего. Вот только их всё равно в какой-то мере всегда притягивало друг к другу. Глупости, теперь это не важно. Потому что Кот Нуар — это Адриан, пора признать. И он сейчас стоит перед ней. Его зелёные глаза кажутся как никогда яркими, словно светятся в темноте. А в руке он сжимает рукоятку катаны. Её катаны. Всё кончено. Маринетт встретила нахлынувшее оцепенение как старого доброго друга. Усталость и безразличие, ну и почему же в их объятиях вдруг стало настолько уютно? Может, потому что она выложилась на полную, а в настолько безвыходной ситуации больше никому ничего не должна? Какой чудесный повод переложить свою ответственность на кого-то другого… Из этого состояния её выдернуло невесомое касание. К её плечу. Пришлось стиснуть зубы, чтобы не закричать. Адриан это заметил. — Прости, — едва различимо прошептал он и тут же кашлянул, пытаясь заставить звучать голос твердо. — Его необходимо перевязать, чтобы остановить кровотечение. Я это умею. Если ты только позволишь… Адриан замер, давая ей время ответить. Но Маринетт не могла говорить. Руки, ноги — всё было слишком тяжёлым, голова — неподъемной. Боль успела стать почти привычной, но что это? На душе теперь остервенело скребли кошки. Всё это время Тёмная Леди противостояла своему солнечному мальчику. Маринетт кивнула. Адриан понял её правильно. Он оторвал широкую полоску ткани от своей рубашки, вымучено улыбнулся. Ей, Маринетт. Как продолжать смотреть на всё это? Неверный вопрос. Как не смотреть? Она всеми силами постаралась отстраниться от происходящего. От своего плеча, больше не прикрытого ни футболкой, ни пиджаком. От Адриана, который никогда не стоял к ней так близко. И уж тем более не прикасался к ней так. — Мама научила меня оказывать первую помощь, — словно извиняясь за что-то, пробормотал он. Маринетт не ответила. Она постаралась сосредоточиться на разговоре Тикки и Бражника. Отдельные реплики из контекста выхватывать ещё кое-как получалось, а вот связать услышанное во что-то разборчивое оказалось не так просто. — И какое же тебе дело до моих желаний? — недоверчиво протянул Бражник. — С какой радости ты тоже хочешь вернуть мою жену? — А я и не хочу, — недовольно качнула головой Тикки. — Наша цель — избавить мир от магии. А из-за чего Эмили Агрест чуть не лишилась всех жизненный сил? — Камень чудес Павлина, — отчего-то Бражник разом растерял всю свою грозность и начал напоминать неуверенного в себе ученика, который пытается правильно ответить у доски, — да? — Спрашиваю тут я, а не наоборот. Ты же тогда был с ней, — Тикки мало волновало то, что она затронула неприятную для собеседника тему. Маринетт только крепче стиснула зубы: не то от боли, не то потому что Адриан всё ещё находился до неприличия близко. А от этого хотелось запищать. С перевязкой он закончил и теперь просто молча стоял рядом. Встрепенулся только когда поймал на себе настороженный взгляд Маринетт. — Зачем? — тихо спросил он. Наверное, это могло означать что угодно. Зачем ты слопала на завтрак целых три булочки, Маринетт? Зачем списывала контрольную у Хлои? Зачем одалживала у Альи канцелярский нож? Зачем сегодня, превратившись в Тёмную Леди, пыталась ограбить ювелирный? Честно, Маринетт бы с большей радостью ответила на любой из этих вопросов. А так она только пробормотала себе под нос: — Ты же её слышал. Нам нужно избавить мир от магии. Тогда он превратиться в более безопасное место для людей. Так будет лучше для всех… — Я даже представить боюсь, чем всё это обернется, — тем временем говорил Бражник. — За жизнь одного человека расплачиваются жизнью другого, но за уничтожение магии? — Четыре жизни, — беспечно пожала плечами Тикки. — Убитые акуманизированные? — В точку. По правде, это не совсем всё. Основной платой станут последствия. Но, думаю, с ними вы справитесь… — Если всё это поможет вернуть маму, — Адриан сжал руку с кольцом в кулак, — то я готов помочь. — Пацан, я бы на твоём месте не делал поспешных выводов, — отозвалось чёрное существо, напоминающее котенка. Вероятно, квами Нуара. Маринетт устало потерла переносицу. Мысли разбегались, но продолжали раз за разом хаотично возвращаться к Бражнику. Он хочет вернуть Эмили Агрест. Свою жену. Мать Адриана. Получается, что сам он… — Весёлая у тебя семейка, Адриан, — выдавила из себя смешок Маринетт. — А как же тайна личности? Давно вы с отцом знаете про друг друга? — Это получилось случайно. Я сам виноват, попробовал трансформироваться под столом в кабинете отца, — Адриан смущенно почесал затылок и посмотрел на своего квами в поисках поддержки. Но тот почти не обращал внимания на подопечного, он внимательно прислушивался к разговору Тикки и Бражника. — Совсем Тикки спятила, — вдруг горько вздохнул он. — Сведет всех нас в могилу. — Как тебя зовут? — неожиданно даже для себя спросила Маринетт, не придумав лучшего способа перевести тему. — Плагг, — котёнок отвесил ей шуточный поклон, но не улыбнулся. — Лучше рассмотри меня сейчас получше, таким ты меня больше вряд ли увидишь. Тогда до Маринетт не дошел смысл его слов. А потом всё начало происходить слишком уж быстро для того, чтобы она могла хоть что-нибудь понять. Бражник снял трансформацию и превратился всё-таки вовсе не в королеву Великобритании, а в Габриэля Агреста. Затем они с Тикки подозрительно быстро спелись и решили провести предстоящий обряд вместе. Для этого нужны серьги Тёмной Леди и кольцо Нуара, справедливо. Кольцо, которое тот тут же согласился им предоставить. Ведь речь идёт о возвращении его матери, разве он может оставаться в стороне? Странно, но теперь впервые за время своей избранности Маринетт начала сомневаться в правильности всей этой затеи. Уж слишком быстро все согласились с тем, что жить в мире без магии будет лучше. Уж слишком умело Тикки убедила Бражника и Кота Нуара в верности своей позиции, приплев для этого возвращение дорогого для них обоих человека. Когда-то ведь она использовала и на Маринетт в качестве рычага давления её близких… В любом случае, отступать поздно. Четыре жизни забраны, а Тёмная Леди зашла слишком далеко. Самое время рискнуть и попробовать превратить мир в более безопасное место. — Завтра в полночь. То есть уже сегодня, — сообщила Тикки всем на прощание. Плагг издал звук, напоминающий нечто среднее между рычанием и шипением, но спорить не стал. — У меня есть подходящее помещение, — кивнул Габриэль и, не оглядываясь, зашагал в сторону своего дома. Адриан поспешил за ним, а Маринетт ещё долго смотрела им вслед. Всё равно домой теперь можно не торопиться, поспать она уже точно не успеет. Есть смысл возвращаться только за рюкзаком с домашкой, закончить которую возможности не было. — Тикки, — всё-таки рискнула спросить она, нарушая напряженное молчание между ними, — а что произойдёт с тобой после проведения обряда? Ты ведь магическое существо… — Не волнуйся. Это будет относится к тем последствиям, которые считаются платой за всё. Я справлюсь. — Ты исчезнешь? — предположила Маринетт, задержав взгляд на беспечной улыбке квами. Почему та такая спокойная? Как можно вести себя настолько отрешенно в такой момент? — Ну, это вряд ли. Бесследно точно не пропаду, — Тикки вдруг подмигнула, — а ты лучше подумай сейчас о себе. Тебя ожидает тяжелый день. А в колледже, уверена, — Адриан. Который точно захочет с тобой поговорить. Честно, раньше Маринетт не задумывалась о том, что им с Котом Нуаром теперь придется видеться гораздо чаще и не только на крышах. Но Тикки права. Как и всегда. Ну, а день, который должен был стать тяжёлым, прошел… туманно. Маринетт почти ничего не запомнила, всё доносилось до неё слишком издалека, словно через огромную толщу воды. Ярким был только один момент: когда Адриан, который снова сидел на своём законном месте на первой парте, обернулся и перехватил взгляд тут же совсем растерявшейся Маринетт. Адриан улыбнулся уголками губ и продолжил дальше конспектировать лекцию в своей тетради. Заговорить он попробовал лишь по окончанию последней пары, когда Маринетт распрощалась с Альей и Нино и уже подходила к родной пекарне. О, у Маринетт имелись небезосновательные догадки, каким образом Адриан добрался до её дома так быстро. Но она не стала их озвучивать посреди улицы: тайна личности, как никак. — Ты что-то хотел? — сухо спросила Маринетт. Не специально, просто в горло словно песка насыпали. — Да… То есть нет… Не уходи! — спохватился Адриан, когда она сделала шаг в сторону. — Ещё как хотел. Извиниться. — За что? — Ну… Ты же тогда из-за меня упала, и плечо тебе повредили тоже из-за меня, — Адриан виновато посмотрел на место ранения, сейчас прикрытое пиджаком. Маринетт решила не пугать одногруппников своими бинтами. А сейчас не смогла подавить улыбку. — Можешь не верить, — сквозь смех проговорила она, — но чтобы сломать Тёмной Леди позвоночник, требуется что-то посильнее катаклизма Нуара. Примененного на старой черепице. — Это меня очень радует, — тоже улыбнулся Адриан. — Скажи… То есть мы всё-таки остаемся друзьями? — Если тебе не страшно находиться рядом с безжалостным существом вроде меня, — подмигнула ему Маринетт. Так и не сообразив, откуда у неё вдруг взялась смелость для подобного. — Конечно, страшно. Но если ты готова наплевать на суеверия и терпеть рядом присутствие одного чёрного кота… — Пока что совсем котенка, — Маринетт довольно отметила, что-либо это свет так падал, либо Адриан правда покраснел. Наверное, всё-таки первое. Продолжая улыбаться, она достала из сумочки мобильник, чтобы свериться со временем. Сверху отображался значок будильника. С чего бы это, если завтра выходной и вставать рано надобности нет? Долго гадать по этому поводу не пришлось. Будильник оказался выставлен ровно на полночь. Наверное, Тикки решила ненавязчиво напомнить о том, ради чего всё и затевалось. Маринетт нервно сглотнула и снова посмотрела на Адриана: кажется, им предстоит обсудить не только их по-прежнему дружеские отношения.