La Vie Est Courte

Не знаю почему, но моему телефону всегда не везет. Однажды на мой номер постоянно звонила какая-то бабуля... Она звонила с перерывом в шесть минут. Ровно шесть! Хотя я говорил и не один раз, что она не туда попала, но она упорно продолжала звонить именно мне. И если я не брал трубку, она звонила по десять раз в минуту. Это безумие продолжалось ровно сутки и шесть часов. Потом она больше никогда мне не звонила. Пару лет назад мне звонили и молчали в трубку. Когда мне это надоело (а терпение у меня, можно сказать, железное), я обратился в полицию. В итоге оказалось, что это была какая-то девчонка, которая любила пугать людей. Кого только нет во Франции! Мне так же звонили из разных стран. Помимо всего этого, мне конечно названивали те, кто любит мою музыку. Так же были странные люди, которые спрашивали - "Ты хочешь умереть? - и сами отвечали, - Устроим!" А это все из-за того, что мой номер достаточно простой и запоминающийся, оканчивается на 66699. Но этот день я не забуду никогда. Я проснулся рано утром, потянулся, заложил руки за голову и подумал, что сегодня, должно быть, самый лучший день в моей жизни. Через тонкую мятную ткань занавесок на кровать падали лучики солнца, которое то и дело скрывалась в массе облаков. Я бы так и провалялся весь день, но это было бы слишком большой роскошью для меня. Пришлось встать. После утреннего холодного душа я стоял на кухне, прислонившись поясницей к столешнице кухонной тумбы, пил кофе, чтобы окончательно проснуться, предварительно выкурив сигарету, и отстраненно смотрел в окно, занятый своими мыслями. Как вдруг, я услышал стандартную мелодию своего телефона. Нехотя отстранившись от столешницы, я поставил на нее недопитый кофе и пошел в спальню, дабы взять телефон. Попутно я думал о том, кто же, кроме меня, мог проснуться в такую рань. Взяв телефон с прикроватной тумбы, я взглянул на номер звонившего, но он был мне неизвестен. Я все же ответил, уж слишком настойчив был звонивший. На другом конце провода раздались рыдания и отрывки слов. Я попытался узнать, кто звонит, но не услышал ничего внятного. Ясно было одно - звонила девушка. Я машинально начал вспоминать всех знакомых девушек, кто мог мне позвонить, но голос девушки не был похож ни на одну мою знакомую. Спустя пять минут беспрерывного плача в трубку (не знаю, почему я не повесил трубку), незнакомка наконец успокоилась, отчасти, благодаря моим увещеваниям. Спустя еще минуту я услышал внятный текст - "Меня бросил парень, мы встречались четыре года, я сижу в ванной и режу вены разделочным ножом". Я удивленно захлопал глазами, пытаясь понять, кто эта загадочная особа с суицидальными наклонностями. Но так ничего и не поняв, я постарался успокоить ее. Чего я только не говорил ей! И то, что этот парень был недостоин ее, и то, что он просто болван, и то, что она найдет нового, и даже, что жизнь не кончена! В итоге она просто сказала «спасибо» и повесила трубку. Я наконец вздохнул с облегчением. Но не успел я перевести дух, как телефон снова зазвонил, снова неизвестный номер. Я взял трубку, надеясь, что это кто-то адекватный и знакомый мне. Но нет! Мне звонила какая-то немолодая, судя по голосу, женщина. Она стала жаловаться на своего мужа и свою дочь, на свою жизнь в целом. Я не вытерпел, сказал, что она не туда попала, и закончив вызов. После еще трех-четырех аналогичных звонков, я начал осознавать... Наверняка мой номер был слишком похож на номер телефона доверия! А я же такой, что не могу просто взять и выключить телефон или не брать трубку. Слишком мне жалко всех этих самоубийц недоделанных, да людей, которым просто плохо. Поэтому спустя около трех часов беспрерывных разговоров с суицидниками, уставшими от рутины, домохозяйками, буйными подростками и прочими, я просто стал ставить телефон на громкую связь и заниматься своими делами, параллельно успокаивая этих людей. Под вечер мне захотелось поиграть на гитаре. Поэтому теперь всем, кто звонил мне, я говорил - "Успокойтесь, я вам сейчас сыграю что-нибудь". Таким образом прошел мой вечер. Ближе к полуночи я отключил громкую связь и поставил телефон на зарядку, но он продолжал разрываться от вызовов. За день мне уже осточертела эта адская мелодия, постоянный плач подростков, которых бросил парень или девушка, нытье засидевшихся дома женщин с постоянно пьяными мужьями или глупые размышления о жизни и смерти. Я сварил кофе и лег на кровать, не разбирая ее. Мне снова звонили. Я подумал, что сейчас просто пошлю этого любителя харакири, куда подальше и дело с концом! Подняв трубку я собрался было накричать на человека на другом конце провода, но что-то во мне перевернулось, когда я услышал его голос. - Я хочу умереть, - говорил приятный мягкий голос с итальянским акцентом, который легко улавливался. Я не стал делать то, что собирался, а решил все же послушать его, мысленно сказав себе, что это последний на сегодня. - Почему же? - наконец спросил я, потому что человек на другом конце провода явно выжидал, что я скажу. - Знаете, все какое-то серое, я не вижу красок. Надоело улыбаться всем, от кого меня откровенно тошнит, надоело слушать льстивые речи о том, что я такой-растакой, только, на деле-то, они так не считают. Люди стали такими мелочными, эгоистичными... Пустыми? Да, именно пустыми. Не в смысле, что у них нет внутренностей, а в том смысле, что у них нет ни души, ни сердца. Не того сердца, что кровь гоняет, а того, что говорит нам, кого любить, нашептывает нам, что правильно, а что нет, то, к которому мы должны прислушиваться и то, за которым мы должны следовать. А душа... Душа исчезла, либо сжалась до таких размеров, что ее будто и нет вовсе. Раньше про человека можно было сказать - "О, да у него широкая душа!", а сейчас? Нет, я таких людей сейчас не встречал. Потому мне и хочется не видеть больше всего этого и просто уйти... Умереть. По-другому никак, увы, - все это он говорил очень спокойно, иногда даже усмехался или улыбался, что было слышно по голосу. Чудесный голос... Я был готов слушать его вечно, забыв то, о чем он говорил. Во время его речи я не произнес ни слова, слушал его со всей возможной внимательностью. Он говорил правду, но я не считал, что из-за этого не стоит бросаться в петлю или резать вены, или чего он там еще придумал. - Слушайте, я знаю все это и вы абсолютно правы, но может все же повременить с отходом в Валгаллу? - вздохнув, наконец произнес я. Он рассмеялся, а я подумал, что человек стоит на пороге смерти, а все равно еще весел. - Но зачем? Чтобы еще полжизни мучаться, чувствуя косые взгляды тех людей, что называли тебя лучшим? Нет, увольте, мне такого счастья, увы, не надо, - я на секунду задумался о том, что этот человек должно быть отлично поет. - Мир несправедлив порой, но в жизни есть и очень приятные моменты. Ради них и стоит жить, пробиваясь сквозь тернии к звездам, как сказал один великий человек, - подумав с полминуты ответил я. Я и правда так считал, не лукавил, а говорил прямо так, как считал сам. - Назовите мне пару примеров, - чуть тише и не так уверенно произнес голос. Я понял, что моя маленькая победа близка. - Первая любовь, например. Или... - я задумался. - Когда ты где-нибудь в предгорье... Например, на дороге к перевалу соединяющему Францию с Андоррой. И такая музыка в машине, что прямо душа поет. И вот, ты смотришь - машин нет, ты останавливаешь машину посреди шоссе, перепрыгиваешь через ограждение и идешь по влажной от росы траве, идешь к горе, долго взбираешься наверх... И наконец ты на самой вершине невысокого хребта, но тебе кажется, что он самый высокий, потому что ты преодолел такое большое расстояние. Ты оглядываешься вокруг и понимаешь - ты король всего видимого! И ты добился этого, взобравшись на эту гору, сам. И ты вдыхаешь горный предгрозовой воздух полной грудью, ни о чем не думая. Вот это счастье, - я высказал все это на одном дыхании, будто переживая эти моменты прямо сейчас. Голос на конце трубки долго молчал, что я уж подумал, что мои труды напрасно и он уже лишил себя жизни, пока я рассказывал про эту иллюзию счастья. Но нет, спустя примерно минуту, он наконец заговорил. - Я думаю, вы правы. Я не стану умирать. Я хочу почувствовать то, что вы описали сейчас. Тогда и умирать можно будет со спокойной душой, - на последних словах он улыбнулся. А я встрепенулся, ведь я не хотел прощаться с ним, хотел продолжить общение. Не о смерти конечно. - Слушайте... Такое дело, я не из службы доверия... Просто мой номер очень похож на их, судя по всему... И, если захотите, можете звонить мне в любое время дня и ночи, - я немного волновался, когда произносил все это, теребил край покрывала свободной рукой. Человек на конце провода хотел что-то сказать, но передумал и сказал просто «спасибо», тут же повесив трубку. Я огорченно вздохнул. Я надеялся на что-то большее, нежели простое «спасибо». Кажется, я влюбился в голос. В мужской голос. Или этот человек просто оказался интересным собеседником? Вторая версия мне нравилась больше. Я взглянул на будильник - час ночи. Рядом с будильником стол нетронутый и давно остывший кофе, про который я и думать забыл. Странно, но больше мне никто не звонил. Возможно, в этой дурацкой службе наконец поняли, что что-то не так. В любом случае, я лег спать, потому что за сегодня сильно морально устал.