Рука дающего.

Холодный пот стекал по спине, руки дрожали, а губы растянулись в немом крике. Именно таким выдалось пробуждение самой известной девочки магического мира — Татьяны Леопольдовны Гроттер. Солнце еще не поднялось из-за горизонта, а значит на дворе была глубокая ночь. Склепова похрапывала в своем гробике. Шторы колыхались под дуновениями ветра. Спасть больше не хотелось, даже лежать в промокшей от пота кровати было противно. Ей давно не снились кошмары, можно было даже подумать, что она забыла. Забыла о том дне, когда ее безмятежная жизнь шестнадцатилетней девчонки закончилась. Но это было невозможно, чем ближе были каникулы, тем сильнее ныли ее ребра, напоминая о летней травме. Поднявшись, Таня наскоро оделась и, с контрабасом наперевес, побрела по коридору, направляясь к драконбольному полю.

***

Это произошло на последних каникулах. У четы Дурневых начались серьезные проблемы, даже Пипа перестала насаждать Тане. Дядя Герман начал много пить и ругаться с тетей Нинелью, та даже скинула десять килограммов. Это, конечно, не отразилось на ее внешнем виде, но о чем-то да говорило. И вот в один летний день, после очередного скандала она взяла с собой Пипу и ушла гулять. День стоял знойный и душный. Поэтому алкоголь, который дядя вливал в себя литрами, ударил по маленькому мужчине в два раза сильнее. Таня, ранее не общалась с пьяными. Но какой из нее белый маг без интуиции? Поэтому она всеми силами избегала Германа, а тот продолжал делать вид, что не замечает ее присутствия. Но в тот день ситуация переменилась. С кухни раздался крик — Гротерша! Поди сюда, сиротка! Делать было нечего, Таня направилась на крик. На кухне стоял затхлый запах, такой обычно можно почувствовать в дешевых пабах после ночного гуляния в летний период. Мужчина сидел за столом. Вокруг него на полу стояли три бутылки пива, а на столе отражала солнечные лучи полупустая водка. Он подозвал девушку ещё ближе. — Знаешь… Ик… я давно хотел тебе сказать… — дядя протер рукой глаза — Я действительно никогда не любил твоего отца. Когда мы собирались летом у нашей бабки… Ик… он всегда был таким примерным ребенком. Ик… Отличник, комсомол, спортсмен. О чем не попросишь… Ик… — всегда сделает. Я таким не был… Ик… Наверное, это стало первой причиной моей ненависти к моему троюродному брату. Потом он ограбил банк… Ик… я сразу обрадовался, но твой глумливый папаша решил перевести деньги в приют для беспризорных собак! — кулак обрушился на стол, который в ответ издал тихий писк. — Так вот… Ик… я давно хотел сказать… что действительно желал ему смерти, я миллионы раз представлял самые разные сценарии, воображал, как они воплощаются. А потом он пропал — мутные глаза обратились к ней — А потом на моем пороге оказался его выродок с запиской, что Ленчик вместе со своей женой погиб, а его дочь передадут родственникам. Но я-то всегда знал… — он погрозил девочке пальцем — Всегда знал, что он был необычным ребенком! Значит его щенок тоже не может быть нормальным! Я видел это в его глазах и вижу в твоих… Чертовы отродья! — взревел он. Таня, земеревшая до этого в оцепенении не знала, что сказать и сделать. В какой-то момент у неё засосало под ложечкой, в голове промелькнуло — надо уходить. Но сделав один шаг к выходу из кухни, её запястье обхватили стальной хваткой. — Куда это ты собралась, а?! Отвечай за свои поступки, грязная ведьма! — Герман Никитич подорвался со своего места — Ты расскажешь мне за проделки своего отца! — он с легкостью повалил её на пол. Как оказалось, в слабом на вид мужчине было очень много силы. Упав на пол, в девочку следом прилетела нога. Что-то треснуло. Но оправиться она не успела, потому что за одним ударом последовал следующий. Они приходились в разные места и казалось, что еще немного и ее забьют. Боль была невыносимой. Она попыталась закричать, но не смогла издать ни звука. Чтобы закрыть от ударов лицо, она перевернулась на живот. Удары прекратились. Затем она услышала звук расстегивающейся ширинки и внутри у неё все похолодело. Бывший депутат резко дернул её за ноги, подтащив к себе, и рывком стащил с девочки штаны вместе с нижним бельем и стал пристраиваться сверху. В этот момент малютка Гроттер вышла из оцепенения и начала брыкаться, но все ее попытки были неудачными. Вдруг, кольцо Феофила Гроттера накалилось и затрещало: «Мерзкий лопухоид! Кого-кого, а внучку в обиду не дам! Отвяниум сволочелло! Шлепкус всмяткус капиталис! — две красные, а потом и зеленые искры вылетели из кольца отбросив Дурнева в стенку словно теннисный мяч. Мужчина, сильно ударившись головой, осел без сознания. Таня, лежавшая на полу, почувствовала себя словно тряпичной куклой — ее разорвали и растоптали на части. Слезы стекали непрерывным потоком из глаз. Адреналин, заигравший в крови, дал ей достаточно сил, чтобы медленно подняться. Она не чувствовала боли, она буквально ничего не чувствовала. В её голове горела лишь одна мысль: «Бежать, бежать без оглядки». Опираясь о стены, она доковыляла до балкона. Найдя зудильник, она уже знала кого наберет. Ответили ей не сразу. — Какой удивительный день! Не зря утром голубь об мое окно самоубился. Чего тебе надо сиротка? — завела старую шарманку Склепова. Но увидев лицо одноклассницы, она, сделав паузу, задала всего один вопрос — Куда лететь? Не прошло и пятнадцати минут, как та была на пороге. Склепова, ничего не сказав, спрыгнула со своего пылесоса и пошла помогать Тане собирать вещи. Затем, видя состояние одноклассницы, она с помощью чар соединила летательные аппараты поддерживающим заклинанием и помогла Гроттер добраться до своей серенькой девятиэтажки в центре Москвы. Наверное, Таня будет всегда благодарна ей. Потому что она дала Гроттер именно то, что ей тогда требовалось: покой и возможность забыть, хоть на какое-то время то, что с ней произошло. Она не задавала вопросов и не бросала сочувствующих взглядов. Она просто заботилась о ней, пусть это и было иногда неряшливо и грубо, но это то, что помогло ей пережить тот день. Так и завершилась самая страшная история из её жизни. Её отголоски еще вспыхивали в страшных снах, но если бы не Феофил Гроттер и Гробыня — все могло бы закончиться намного хуже. С того дня кольцо больше не говорило, лишь изредка оно нагревалось, но больше ничего. Видимо отчаянный шаг Феофила Гроттера требовал слишком много магии, хранившейся в предмете, и, возможно, она больше никогда не услышит наставлений мудрого старика. В такие дни как этот, когда Гроттер просыпалась от кошмара — она просто уходила. Шла куда глаза глядят. Обычно такие прогулки приводили её к ангару. И именно туда она и направилась.

***

Медузия всегда вставала до рассвета. Это был её особый ритуал, о котором никто не знал. Пока Типидохс спал, она могла спокойно заварить себе кофе и, наслаждаясь приятным ароматом, подойти к окну, чтобы вдохнуть ночную прохладу. Природа в эти моменты только начинала просыпаться, поэтому вокруг была тишина, лишь изредка сверчки могли поскрипывать свою особенную песнь. Этот день не стал исключением. Наслаждаясь ранним пробуждением, Горгонова стояла у окна. В одной руке она держала дымящуюся кружку, а другая запуталась в медных кудрях. Змейки зашипели в ответ на ласковое прикосновение хозяйки. Женщина пару раз зевнула и обратила внимание на маленькую фигуру, вышагивающую к драконбольному полю. Её удивлению не было предела, она даже схватилась за очки и, нацепив их на переносицу, Меди вгляделась в таинственную фигуру. — Кто там такой смелый? Гроттер? — змеи снова зашипели — Эти дети меня скоро доведут до того, что выйду я отсюда в белых тапочках ногами вперед — пробубнила женщина. Поразмыслив, она прошла к шкафу. Быстро оделась и направилась на поиски ученицы.

***

Минув пустые коридоры, женщина оказалась на улице. Прохладный ветер развевал торчащие волосы. Пройдя на поле, перед ней предстала интересная картина. Гроттер в одной пижаме и тапочках верхом на контрабасе рассекает воздух. Не заметив Горгонову, ведьма полетела под самый купол и резко пикировала вниз, а затем, сделав кувырок, снова набрала высоту. Повторив еще пару раз свои манипуляции, она, наконец, заметила зрителя. — Гроттер! Вы решили с утра по раньше себе шею свернуть? — Меди недовольно обхватила себя руками, было прохладно. Малютка Гроттер аккуратно спустилась на землю, её глаза покраснели от пролитых слез — Я прошу прощения, что заставила вас прийти сюда в такое раннее утро. Я не думала, что кто-то в Тибидохсе не спит. — Конечно вы не думали, в нашей школе у многих с этим проблема — усмехнулась женщина — Лучше расскажите мне почему вы плакали? И что вас привело к такому глупому решению, покинуть свою комнату. — Мне… Мне приснился кошмар — виновато опустила голову Гроттер. — Что же такого могло вам присниться? Кошмары сняться всем. — Это уже не важно. Мне снилось прошлое, которое больше не повторится — легкое пожатие плеч, как будто в подтверждение сказанного. — Татьяна, вы должны понимать, что прошлое, особенно принесшее нам боль и страх не должно нас преследовать. Феномен Той-Кого-Нет заключается именно в этом. Каждый раз боясь назвать ее имя мы притягиваем её к нам, к живым. Мы сами того не осознавая даём ей возможность возродиться. А я устала бояться, и вы устали. Поэтому я предлагаю собрать эти воспоминания и выбросить. — А если… Если это невозможно? — слезы снова скопились в глазах, поэтому Гроттер посмотрела в верх, стараясь сдержать их. — Тогда вы в яме. Но важно помнить, что пока вы барахтаетесь в ней, пока вы боритесь — вы живете. И вот совсем скоро, вы выберетесь из ямы и пойдете дальше. И так всю жизнь. Из ямы в яму, пока не перестанете бороться. Потому что прекратить попытки — равно смерти. А сейчас моя задача, как главы кафедры нежитеведения, придумать вам наказание. Поэтому жду вас сегодня после нашего занятия в библиотеке. Напишите мне сочинение на двадцать страниц о пользе хмырей в домашнем обиходе. Таня, выдавив улыбку, собралась уходить, но её окликнули. — И, Таня? — дождавшись пока ученица обернется, Меди прошлась по ней взглядом, остановившись сначала на открытых ногах, а затем на выступающих горошинках сосков — Надеюсь, что на уроки вы придете не в сорочке. Уж больно страшно за состояние вашего воздыхателя. Мгновенно румянец проступил на девичьих шеках, поэтому чтобы не смешить преподавательницу ещё больше, Таня убежала обратно в замок. На душе ей стало легче.

***

Итогом предрассветных событий стало то, что малютке Гроттер настолько полегчало, что она снова уснула. Поэтому она, естественно, проспала. Разбудила её Гробыня, со всего маху, запрыгнув к ней на кровать. — Советую тебе проснуться. Мне, конечно, приятно, что ты решила взять у меня урок по тяжкому пробуждению, но свое место под солнцем я все же терять не намерена. — Гроб, ну почему ты всегда такая… — Какая? — угрожающе спросила Склепова. — Крайне обворожительная — в ответ кулак прилетел в её плечо. — Так и быть, Гротерша. Очко в твою пользу — засмеялась девушка. Одноклассницы довольно быстро собрались и пошли на уроки. День пролетел незаметно. Сначала у них был урок ветеринарной магии с Тарарахом. Питекантроп рассказывал на примере банной анчутки, каким образом происходит чистка и лечение ежиных ног. Характер у чертенят был скверным, не зря данные виды нежити женились на кикиморах, даже проказы устраивали те же. Ванька, старающийся всеми возможными способами заработать прощение лучшей подруги, даже предложил Тане первой подстричь коготки. Это решение явно далось ему нелегко, как никак это предмет был его страстью, поэтому, обворожительно улыбнувшись, она мягко отказалась от этой затеи. Маечник такому исходу был только рад. Второй урок был у Великой Зуби. Он тоже мог пройти без происшествий, если бы не Гуня, который науськанный Гробыней решил превратить стол в вино, ну или хотя бы в воду. Такого взрыва Тибидохс не слышал давно. Окна вылетели даже в алхимической лаборатории Сарданапала. Который не сильно расстроился, похвалив Гломова за стремление к знаниям. Перебить величину такого события не смог ни один из учащихся, поэтому оставшейся день прошел для Тани словно в тумане. Она была отвлечена переживаниями о приближающемся занятии с главой белого отделения. При мысли о последних словах, брошенных женщиной, девичьи щеки уже по привычке покрывались румянцем.

***

До кабинета её провожали Валяльгин с Ягуном. — Для глухонемых повторюсь. Важно, каким майонезом ты заправишь пылесос. Есть же разница — будешь ты есть фрукты и овощи или возьмешь жирный кусок свиного шашлыка! Вот и моя ласточка будет питаться только качественным продуктом с высоким содержанием жиров и углеводов! Все по ГОСТу так сказать! — тараторил Ягунчик — Пусть тюфяки всякие используют «легкий» майонез. Я же считаю это преступлением против всех летательных аппаратов! За это надо арестовывать и спасать жертв гастрономического безумия! Остальные лишь заливались смехом. Проживая в мире лопухоидов они знали, что разницы особой между продуктами нет. Таже тетя Нинель, покупая диетическую версию, наверняка не чувствовала разницы, она просто ела его в большем количестве. Подойдя к заветной двери, девочка сказала — Ну все малыши-карандаши! Идите баиньки и не забудьте ладошку под подушку, чтоб спалось удобнее! В лобик не целую, могу только звездочку нарисовать! Пожелав удачи, мальчики быстро распрощались с подругой и побрели в комнату. Им самим не хотелось в лишний раз встречаться с Медузией Зевсовной. Когда коридор опустел, Гроттер еще немного постояла под дверью — решаясь и собираясь с мыслями. И вот пара стуков в дверь, короткое «Войдите» и Таня снова встретилась с пытливым взглядом.