Я рядом

«Расточая жаркое сердцебиение, Ты сияешь как серебро на свету, Ты зажигаешь моё сердце, Оно словно Солнце».

Тэхён переворачивается на другой бок и обводит взглядом стену. Он проснулся ещё час назад и всё никак не мог найти в себе силы встать с кровати и спуститься вниз. Потому что там Чонгук. После того, что произошло ночью, Тэхёну ужасно неловко. Вспоминать, как Чонгук вчера обнимал и целовал его, немного стыдно. Они ведь друзья… вернее, были ими ещё день назад, а сейчас Тэхён даже не знает, как обозначить их отношения. Всё зашло слишком далеко, и теперь одним разговором ситуация не разрешится. Тэхёну о многом нужно подумать, у него голова готова разорваться на две части от количества мыслей. Он жмурит глаза, пытаясь забыть предыдущую ночь, однако его мозг воспроизводит Чонгука снова и снова. Картинки такие яркие и чёткие, что, кажется, Тэхён переносится на тот самый момент, когда Чонгук аккуратно касался своими губами его подбородка. Парень вертит головой и тихо скулит, к щекам приливает кровь, заставляя зарыться лицом в подушку. И как теперь смотреть Чонгуку в глаза? Тэхён не выдержит ни минуты наедине с ним, поэтому и решает остаться в своей комнате в ближайшее время. Помимо мыслей, вызывающих смущение, его мучают и другие, более серьёзные. Он не видит возможного решения проблемы, словно его загнали в тупик и перекрыли все пути, чтобы не смел сбежать. Тэхён понимает, что ему предстоит определиться с выбором, который в корне поменяет отношение к Чонгуку. И этот выбор ложится на него стокилограммовым грузом и придавливает своим весом к земле. С одной стороны его ждёт Чонгук, готовый заботиться о нём, с другой — это миллион возникающих проблем на горизонте и будущее, скрытое за непроницаемой тканью. Неизвестность пугает его, отталкивает, опутывает тело толстыми верёвками, обездвиживая конечности, — ни пошевелиться, ни вздохнуть. Сделать шаг вперёд, навстречу к Чонгуку, это как шагнуть в пропасть. И там ты либо разобьёшься, либо взлетишь подобно птице. Тэхён не готов разбиться вдребезги вместе с ним. Он не позволит погибнуть ни себе, ни Чону. Держать Чонгука на расстоянии кажется верной тактикой. Так будет безопаснее для младшего. Чонгук, возможно, просто не осознаёт того, что их ждёт впереди, и Тэхён не хочет подвергать его опасности. Он должен быть умнее и смотреть на мир широко открытыми глазами. У Тэхёна слишком много демонов внутри, слишком много опьяняющих чувств и неконтролируемых эмоций. Что он может дать Чонгуку? Ничего, кроме израненного сердца. Тэхён не способен подарить Чонгуку то, что ему нужно. Чонгук заслужил, чтобы его искренне любили и заботились о нём как следует, ведь он отдаст всего себя человеку, которого полюбит. Ему нужны здоровые отношения, а с Тэхёном такого точно не получится. Не потому что Ким этого не хочет, потому что просто не может. Жизнь вынудила его закрыть своё сердце от других людей и навсегда похоронить все светлые чувства внутри себя. Зачем он нужен Чонгуку таким сломанным? Таким побитым и искалеченным. Незажившие раны будут постоянно приносить боль, и лучше Тэхён потерпит в одиночестве, чем поделится ей с Чонгуком. У него душа — это переплетённые нити, спутанные между собой тысячи раз, распутать их и попасть внутрь — почти нереально; это разрушенный город, состоящий из обломков и руин, переживший не одну бомбардировку. Шансов восстановить его равны практически нулю. Тэхён боится впускать туда кого-то, особенно Чонгука — человека, который подобрался к нему слишком близко. Задень его ударной волной — и всё исчезнет, Тэхён не переживёт такой утраты. Один раз он чуть не потерял его, второго раза он не допустит. В какой-то момент Тэхён начинает ненавидеть себя. Как так получилось, что это он является трагедией для Чонгука? Почему раньше не заметил, не предвидел, не остановил зарождающихся чувств. Он ведь даже не знает, с какого момента всё началось и как долго Чонгук держал всё в себе. Тэхён чувствует вину перед ним. Кусает губы, сжимает и разжимает кулаки, тянет себя за волосы и чуть ли не воет как побитый зверь. Если он даст шанс на новые отношения между ними, если позволит быть рядом с собой, то избежать потерь не получится. У них не получится так, как надо, потому что Тэхён слишком погряз в своих страхах и сомнениях. Чонгук просто утонет вместе с ним или задохнётся. Тэхёна переполняет злость — она ядом разливается по телу и губит последнее, что у него осталось, — надежду. Где-то глубоко внутри он прячет желание сделать всё возможное для счастья Чонгука. Разбиться, отдать всего себя, пожертвовать всем, чем только можно, лишь бы Чонгук улыбался. Лишь бы был счастлив. С ним или без него — уже не так важно. Если бы он только знал, что для Чонгука будет лучше, он бы сделал это. Но нет волшебного голоса внутри, который бы подсказал верное решение, есть только сердце, готовое разорваться в клочья. Решать за Чонгука — неправильно. Если Тэхён желает ему только счастья, то должен хотя бы попытаться пойти навстречу. Ещё пару лет назад, он просто бы закрылся в себе и не подпускал Чонгука к себе даже и на метр. Обозначил бы себя главным врагом для Чона и пошёл на самопожертвование. Но Тэхёну уже не пятнадцать лет, он взрослый человек с установившимися ценностями и взглядами. Да, он всё-таки считает, что принесёт Чонгуку много проблем, причинит достаточно боли, чтобы тот отказался от своих чувств, но это не означает, что Тэхён оттолкнёт его. Он уже пробовал отдалиться от него однажды, и ничем хорошим это не закончилось. Чонгук не отпустил его, несмотря ни на что, и Тэхён не имеет права поступить с ним плохо во второй раз. И вот вроде головой он всё понимает, а сердцем не может. Как перебороть себя и смириться с тем, что, быть может, он совершает самую ужасную ошибку в своей жизни? И почему Чонгук выбрал именно его? Вокруг столько замечательных людей, и к этому числу Тэхён себя не относит. Неимоверно сложно начинать отношения, которые изначально обречены на плачевный исход. Между ними всегда было всё слишком. Слишком много эмоций, переживаний, трудностей. Слишком откровенно, запретно для других, слишком больно. Их отношения не похожи ни на одни другие. Это не просто крепкая дружба или так и не начавшаяся история любви, это не поддаётся никакому логическому объяснению. Это что-то большее, что-то запредельное. То, о чём не расскажут в фильмах и не напишут в книгах. Потому что так не бывает, так не принято. Их неокрепшие чувства уже выходят за рамки разумного, и Тэхёну страшно представлять, чем всё может закончиться. Он дал себе время, чтобы привыкнуть к новому раскладу вещей. Окончательного решения ещё нет и неизвестно когда оно будет, Тэхёна ждёт много работы над самим собой. Чонгуку только остаётся запастись терпением и просто ждать. Тэхён не готов сейчас давать ему шанс на отношения, потому что не уверен в себе от слова совсем. Пока что страх плотным туманом засел в голове. В любом случае Тэхён постарается ради Чонгука.

***

Чонгук понимает его, поэтому предоставляет достаточно времени, чтобы обо всём подумать, и лишний раз старается не показываться на глаза. Завтрак и обед он оставляет под дверью, стучит два раза, а сам уходит подальше. Тэхён и так сделал для него многое. Если честно, Чонгук не ожидал, что тот позволит прикоснуться к себе. Тэхён не только не оставил его одного, он протянул руку и постарался понять. Самые страшные опасения не подтвердились, Чонгук может выдохнуть. Только вот Тэхён разрушил все его представления, и Чонгук теперь не знает, что от него следует ожидать. Тэхён непредсказуем в поведении, чем и пугает. Когда тяжесть раздумий немного отступает, а переживания больше не напоминают петлю на шее, Чонгук позволяет себе вернуться в прошлое, чтобы окунуться в воспоминания. Лёгкая дрожь пробегается по всему телу, руки обнимают прижатые колени к груди, аккуратно поглаживают в успокаивающем жесте. Улыбка трогает его лицо всего на минуту, потом же губы сжимаются. Брюнет запрокидывает голову, чувствуя прохладную стену за спиной. На какое-то мгновенье Тэхён был его: Чонгук согревал своими объятиями и так сильно хотел поставить мир на паузу, чтобы можно было насладиться чужим теплом вдоволь, водить пальцами по бархатистой коже, изучая каждый миллиметр, смотреть в глаза, подталкивающие на безумства. Ради него Чонгук готов на многое. Даже спрыгнуть с крыши, если потребуется. Любовь окрыляет его, придаёт сил и словно залечивает старые раны. Может, слишком глупо чувствовать себя безумным рядом с кем-то. Человек должен сохранять рассудок, трезво мыслить, а не сходить медленно с ума и добровольно отдавать себя в чужие руки. Неизвестно, на что ты себя обрекаешь, на какие жертвы идёшь. Почему многие из нас стремятся к разрушению? Целенаправленно, а, быть может, неосознанно поддаются чувствам, чтобы те проглотили их. Чонгуку всё равно, что с ним будет: превратит ли Тэхён его в ничтожество, растоптав его чувства в пыль, или вознесёт над землёй. Разве это имеет значение? Что толку гадать и ломать голову над будущим, которое никогда не откроется. Люди должны рисковать, если хотят чего-то по-настоящему. Чонгук же поставил на кон всего себя. Интересно, для Тэхёна этого достаточно? Глаза закрываются, и наступает темнота, окутывая разум. Ему видится человек. Слабый, уставший, беспомощный. На его лице маска, руки опутаны цепью, чтобы не посмел сбежать. Будто бы он может. Движения медленные, нерасторопные, ограниченные. Шаг, два, и он возле стены. Опускается на пол и садится, подбирая под себя ноги. Комната напоминает больше темницу: мрак осел плотным туманом на кирпичи, и единственный источник света — маленькое окно наверху — исчезает. В бедолаге Чонгук узнаёт себя. В душе и правда творится какой-то ужас. Он качает головой, обозначая свои мысли полным бредом, и ухмыляется. Ему всегда казалось, что его чувства держат его под замком. Загнали в душную комнату, из которой не выбраться, и оставили подыхать со связанными руками. Чем больше он принимал их, тем отчётливее ощущалась тяжесть. Глаза закрыты маской, потому что он не в силах увидеть будущее, связанное, конечно же, с Тэхёном. Руки связаны — Чонгук бессилен. Нельзя влюбить в себя насильно и заставить остаться с собой. Ограниченные движения напоминают о том, что он не может позволить себе прикасаться к нему лишний раз. Но всё же эти странные картинки, мелькающие перед глазами, расходятся с реальностью. Если раньше Чонгук этого не понимал, то сейчас смотрит на них в другом свете. Чувства больше не отягощают, не связывают руки. Окно исчезает, но свет не пропадает. Дверь распахивается, и тонкая, едва заметная, дорожка света просачивается в темень, касаясь Чонгука. Надежда наполняет сердце, согревает изнутри. Он отпускает всё то, что раньше его держало в состоянии отчаяния. Невидимые цепи раскалываются, освобождая руки, и теперь движения получаются лёгкими, свободными. Он делает глубокий вдох и открывает глаза, ощущая себя немного странно. Дышать будто стало легче, груз ответственности растворился, уступая место новым чувствам. Чонгук воспринимает любовь к Тэхёну как неотъемлемую часть себя, он принимает её, позволяет проникнуть глубже, чтобы расцвести на сердце. Время замедляет свой ход. Чонгук ждёт. Смотрит на плывущие облака за окном, считает трещины внутри себя, перебирает мысли, тщательно фильтруя сознание от лишних переживаний — они сейчас ни к чему. Чонгук бессилен: давить на Тэхёна он не собирается. Остаётся только ждать, пока тот сам пойдёт на контакт. Целый день Тэхён не выходит из своей комнаты. Что он там делает? Всё ли хорошо? Чонгук заставляет себя не волноваться, но понимает, что переживает за него. Он просто не может не делать этого. Здоровье и состояние Тэхёна будут заботить его всегда — тут уж ничего не поделаешь. Ужин Чонгук приносит ближе к девяти, на душе становится чуточку легче, когда он видит пустой поднос на полу. Спускаясь по лестнице, Чонгук останавливается где-то посередине и ждёт, пока Тэхён откроет дверь. Этого не происходит минут десять, тогда Чон уходит. Всё, что у него есть, это время и надежда.

***

Море уносит с собой часть тревог и мыслей. Чонгук сидит на берегу, разглядывая свои мокрые ноги, и делает глубокий вдох. Наконец удалось освободить голову от бесконечных размышлений, теперь он может просто насладиться приятной погодой и ни о чём не думать хотя бы пару минут. Ночь выдалась практически бессонной: Чонгук всё-таки ждал Тэхёна внизу. Просидел возле дивана до самого утра, а потом заснул прямо там. Тэхён так и не появился. К вечеру жара немного спадает. Спёртый воздух становится более влажным, а зной, от которого Тэхён спасался под кондиционером, перестал волновать. Небо переливалось исключительно тёплыми оттенками; ярко-оранжевый диск солнца наполовину скрылся за горизонтом. Море, кажется, сверкало — особенно вдалеке, где граница воды и неба размывалась. Тэхён наблюдает за Чонгуком через окно. Наедине со своими мыслями он провёл больше тридцати часов. Успел сделать большое количество выводов, переосмыслил некоторые вещи, избавился от всего ненужного. Одиночество, тишина и красивый вид сделали своё дело. Тэхён давно не чувствовал себя таким отдохнувшим. Он навёл порядок в голове и, кажется, готов сделать следующий шаг. Ким медленно открывает дверь спальни и спускается вниз. Достаёт холодный сок из холодильника, размазывая капельки воды по стеклу, и направляется в сторону окна, откуда можно наблюдать за красивым закатом. Он слабо улыбается после того, как делает глоток освежающего сока. Чонгук сидит возле воды спиной к нему, его руки расставлены назад для лучшей опоры. Белоснежная рубашка, рукава которой закаты до локтя, вся перепачкана в песке — видимо, Чонгук до этого лежал на нём. Волосы парня влажные, поэтому концы его тёмных волос завились. Не трудно догадаться, что он тоже провожает взглядом закат. Через пару минут солнце вовсе скрывается из виду, Чонгук так и остаётся сидеть на месте, а Тэхён — наблюдать за ним. Стакан в руке уже давно опустел, глаза же, наоборот, наполнились светом, будто они поместили в себе всё солнечное тепло, которое согревало парня целый день. Шум моря приятно ласкает слух — Чонгук мог бы слушать его круглосуточно. Тэхён опускается рядом с ним, издавая тихий вздох, и смотрит вдаль, пытаясь понять, чем Чонгук сейчас зачарован, раз сидит уже минут двадцать неподвижно. Маленькие волны облизывают берег, едва касаясь пальцев ног. Тэхён выглядит прекрасно. Настолько, что Чонгук какое-то время забывает, что нужно дышать. Он не может отвести взгляда от карамельной кожи старшего, от его пушистых ресничек, которые медленно взмахивают при моргании, от мягких полураскрытых губ. Ворот синей футболки слишком широкий — открывает полностью шею и выпирающие ключицы. Складывается такое впечатление, что он не видел Тэхёна целую вечность. Может, он вообще сейчас мерещится ему? В таком случае эта галлюцинация самая красивая в его жизни. Чонгук разглядывает его очень долго, а Тэхён просто сидит рядом и молчит, думая о своём. Ким даже головы не поворачивает в его сторону, Чонгук же, наоборот, наблюдает за каждым его движением. — Не смотри на меня так, как будто успел соскучиться за один день. — Не хочу тебя расстраивать, но так и есть, — Чонгук говорит правду и даже не смеет стесняться этого. Раньше он бы сто раз подумал, прежде чем сказать что-то подобное, но теперь, когда Тэхён знает правду, скрывать больше нечего. От таких стремительных перемен дыхание перехватывает. Ещё пару дней назад он не надеялся на то, что когда-нибудь вообще осмелится говорить о своих чувствах, а сейчас сидит возле Тэхёна, смотрит на него восхищённым взглядом и не понимает, почему раньше не позволил себе ошибиться, проявить слабость и частично открыться ему. Если бы он только знал, что Тэхён воспримет его слова всерьёз, выслушает и попытается разобраться вместе с ним, то Чонгук давно бы открыл своё сердце. Тэхён хмыкает. Склоняет голову, вытягивая ладонь перед собой. Два кольца красуются на его длинных пальцах: одно с церемонии сближения, другое — подарок Юнги. Он специально долго разглядывает тонкие полоски металла, обрамляющие его безымянный и средний пальцы, чтобы Чонгук обратил на него внимание и понял намёк. Когда это, наконец, происходит, Чон оживляется. Такая маленькая деталь, как наличие колец на пальцах Тэхёна, выбивает из лёгких Чонгука весь воздух. Брюнет раскрывает и закрывает рот, не находя никаких слов, а Тэхён спокойно сидит рядом и прячет улыбку за воротом футболки. Тэхён даёт ему шанс. Прямо сейчас, в эту секунду, и Чонгук готов взорваться от переполняющих его эмоций. — Ты же понимаешь, что нам будет тяжело? — в голосе Тэхёна слышны ноты переживания. Он рискует, несмотря на сомнения. Рискует ради него, Чонгука, который смотрит на него счастливыми глазами. — Да. Ким вглядывается вдаль и слегка щурится — думает. Понять, о чём именно тот размышляет, не составляет труда. Чонгук сам загружается по полной. В нём сейчас столько мыслей, столько эмоций и чувств, что он едва сдерживается, чтобы не подняться с песка и закричать куда-то в небо, а после прижать к себе Тэхёна и поблагодарить за то, что парень предпочитает тонуть вместе с ним, а не сбегать с корабля. Откуда в Тэхёне столько смелости? Как он вообще так быстро пришёл к выводу, что оставлять Чонгука одного не станет ни в коем случае? Быть может, в глубине души Тэхён всегда это знал. — Мне страшно. Очень. Я не знаю, смогу ли когда-нибудь принять твои чувства, но я постараюсь, честно, — Тэхён говорит на полном серьёзе, смотря не в глаза, а куда-то глубже, в самую душу. Тэхён не отвергает его, не отталкивает. Да, он боится, но, не обращая внимания на всплывающие проблемы на горизонте, протягивает ему руку, делает шаг навстречу, пусть и вслепую. Такая смелость поражает. Тэхён мог бы злиться на него, мог бы уехать ещё вчера домой, делать вид, что ничего не произошло, однако он делает выбор в пользу него, Чонгука. Выбирает не прятаться, а смотреть в глаза неизведанности. Может, иногда совсем не нужно ломать голову над чем-то, а просто плыть по течению? — Я хочу помочь тебе, — разглядывая его лицо, выдыхает Тэхён. Голос у него кажется до боли уставшим. — Ты… — он делает паузу, собираясь с мыслями. — Ты тоже мне дорог, Чонгук. Его слова искренние, взгляд сочувствующий. Хочется верить, что Тэхён сказал так не потому что всего-навсего пожалел его, а потому что действительно так считает. Если его слова правдивы, то Чонгук готов принять помощь. — Только не заставляй себя что-то испытывать ко мне, — просит Чон, отворачиваясь. — Не нужно принуждать себя к тому, чего ты не хочешь. Ты не обязан отвечать мне взаимностью, я прошу только попробовать дать себе свободу в эмоциях и чувствах. Тэхён смотрит на небо, ища там ответы на свои вопросы, и мысленно соглашается с младшим. Он обещает попробовать.

***

Офис встречает привычным шумом и суетой. Люди в костюмах и галстуках склоняют головы, когда видят идущего по коридору Тэхёна, который ловит себя на мысли, что даже немного скучал по рабочей атмосфере. Он чувствует себя отдохнувшим после приезда из Индии. Последний день мини-отпуска Чонгук с Тэхёном всё-таки провели вместе. Им удалось оставить серьёзные разговоры на потом и ненадолго расслабиться. Выход в море на катере отвлёк от тяжёлых мыслей, а волны унесли накопившиеся тревоги вместе с собой. Днём они разговаривали о чём-то отвлеченном, стараясь не затрагивать больные темы, а ночью купались в тёплой воде и пили коктейли прямо на песке. Состояние постепенно приходило в норму, оставалось только контролировать то, что происходило в голове. А там творилось всякое. Как бы Тэхён ни старался освободиться от угнетающих мыслей, они возвращались бумерангом снова. Он пообещал Чонгуку помочь, вроде как дал надежду на новый этап в их отношениях, взамен попросил дать ему время. Чонгук легко согласился — это меньшее, что он мог предоставить. Ждать Чон точно умеет. Пока что они решили оставить всё как есть и не торопиться. Время расставит всё на свои места и покажет, куда стоит двигаться дальше. Первым, что замечает Тэхён, это то, что в полдень его кабинет заливается солнечным светом, и поэтому сидеть в кресле, уставившись куда-то в стену, расслабляет. Всё утро он разбирался с бумагами и отчётами, которые, к удивлению, не занимали большую часть его стола, как это было обычно. Освободился он уже к обеду — такого не было, кажется, целую вечность. Причина такого количества работы не заставляет себя долго ждать. Намджун стучит в дверь, прежде чем войти. Тэхён удивляется, его брови ползут вверх. Приняв удобное положение в кресле, он выпрямляется и кладёт руки на стол. — Добрый день, — Ким одаривает его широкой улыбкой, из-за чего Тэхён сразу же напрягается. Вслед за Намджуном в кабинет заходит мужчина и кланяется, после разгибается, позволяя разглядеть себя. На вид ему не больше тридцати лет. Взгляд уверенный, смелый, неподвластный, — не такой, какой Тэхён привык видеть в своём офисе. Внешность кажется чересчур кричащей, выходящей за рамки обыденного. У него обычные тёмные волосы, немного пухлые губы и миндалевидные глаза с морщинками в уголках. Но от него веет необъяснимой силой и уверенностью, которую может позволить себе далеко не каждый. Тэхён неосознанно принимает оборонительную позицию, ведь чувствует давление со стороны того, кого видит впервые. Намджун не назначал встречи, не звонил заранее, не предупреждал. Что привело его сюда, в кабинет Кима, да к тому же с незнакомым человеком? — Я могу узнать причину вашего визита? — деловито спрашивает Тэхён. Его руки сцеплены в замок, взгляд направлен точно в чужие глаза. — Конечно, прошу прощения за мою бестактность, — Намджун склоняет голову и улыбается, заставляя Тэхёна сжать пальцы. — За время вашего отсутствия мне пришлось взять под контроль управление двух компаний, — Тэхён едва сдерживается от того, чтобы не поморщиться. Можно подумать, что Намджун не хотел этого. — И каково было моё удивление, когда я обнаружил… — Ближе к делу, — перебивает Тэхён. У него нет желания выслушивать красивую, но бесполезную речь Намджуна. Ким никогда не приходит просто так и не тратит своё время впустую. Тэхён ни за что не поверит, что мужчина приехал к нему только для того, чтобы напроситься на похвалу. Наверное, он уже достаточно услышал от Чонгука. — Твой помощник, Чон Кихён, прибирал к рукам немаленькую сумму от ежемесячного дохода компании, — Намджун переходит на серьёзный тон. — Быть не может, — отрезает Тэхён, а после переводит недоверчивый взгляд на незнакомца, который выглядит слишком уверенно. — Проверь бухгалтерские учёты сам. Ежемесячные расходы рознятся с нормой, незначительно, чтобы заметить что-то подозрительное, но я в этом бизнесе достаточно долго, чтобы не заметить левые списания. Чон незаконно присваивал себе деньги, которые принадлежат тебе и Чонгуку, — на лице Намджуна не проскакивает ничего, кроме уверенности в своих словах. Вздёрнув подбородок, он продолжает: — Не знаю как ты, но я не терплю плохих работников. Чонгук дал мне право распоряжаться всеми делами компаний и велел делать всё, что я считаю нужным. Тэхён вздёргивает плечами после его слов. Кожу словно облизывает волной неприязни. Не к Намджуну, как ни странно, а к Кихёну. Он доверял ему, поручал важные дела и думал, что всегда может положиться на него. Тэхён подозревал о его жадности к деньгам какое-то время назад, но посчитал это обычным явлением. Когда перед глазами крутятся большие суммы, которые ты пропускаешь через свои руки, нередко возникает желание оставить себе хотя бы часть денег. Перед Кихёном было много соблазнов, Тэхён его даже не презирает: многие портятся из-за такого. Врать Намджуну сейчас бессмысленно, Тэхён и правда может сам убедиться в его словах, однако не спешит выгонять того из кабинета и злиться. Вместо этого он спокойно говорит: — Он бы долго не протянул, я уже подозревал его, — Тэхён переводит взгляд на стол. — Но спасибо. Слышать благодарность из его уст непривычно как минимум. Намджун даже теряется на мгновение из-за такой спокойной реакции. Тэхён не собирается плеваться злостью и просить не лезть в дела его компании, как делает это обычно? Удивляет. Как бы Тэхён ни относился к Намджуну, он не может сомневаться в его компетенции. Всё-таки Ким не просто так занимает место исполнительного директора уже который год. Намджун не раз доказывал свою преданность к «J-company», а поскольку теперь компания Тэхёна является одним целым с его, Чонгуком, Киму приходится работать вдвойне и оправдывать ожидания. Тэхён окидывает взглядом мужчину, который так и не соизволил представиться. — Точно, — Намджун делает шаг в сторону. — На место Кихёна я выбрал надёжного человека. Знакомься, Хан Джисон. Джисон тут же кланяется, ловя на себе безучастный взгляд. Тэхёна передергивает от одного «я выбрал надёжного человека». Намджун хотел сказать своего человека. Наверняка этот Хан работает на него уже не один год и имеет расположение Кима. Людей с улицы Намджун не подбирает — это известно каждому, как и то, что тот держит вокруг себя только тех, кто может ему пригодиться. Тэхён не возражает, сдержанно кивает в ответ и просит оставить его одного, про себя отмечая, что лично наведёт справки на своего нового подчинённого. Есть что-то отталкивающее в этом Джисоне. Конечно, Тэхён ко всем незнакомцам относится с осторожностью, но лучше лишний раз перестраховаться. Может, он и стал доверять Намджуну немного больше, чем раньше, однако держать ухо востро не перестанет в любом случае.

***

— А здесь миленько, — комментирует квартиру Юнги, окидывая её изучающим взглядом, и ставит коробку с какими-то книгами на пол. — Зачем тебе вообще этот хлам? Тэхён хмыкает в ответ, оправдывая названный Юнги «хлам» семейной реликвией. Книги достались ему от отца и расставаться с ними он не собирается, хотя и пообещал себе выкинуть ненужные вещи. Переезжать на новое место всегда волнительно, поэтому Тэхён решил, что с другом ему будет немного спокойнее. Юнги с радостью вызвался помочь перевезти оставшиеся вещи на квартиру. Всё остальное Ким отвёз ещё две недели назад, сразу же после закончившегося ремонта. Теперь же стены цвета морской волны радовали глаз, и купленная мебель прекрасно сочеталась с ними. Он решил не заставлять всё пространство, а оставить побольше свободного места. Душа требовала свободы для мыслей и движений. Юнги блаженно прикрывает глаза, садясь в мягкое кресло, и, кажется, издаёт звуки, похожие на мурчание кошки. Тэхён приносит из коридора последнюю коробку и ставит её на стол. Усталость отдаётся во всём теле, перетекая к конечностям. Они хорошо потрудились и заслужили отдых. — Квартира небольшая, но мне нравится, — выдыхает Тэхён, падая на диван. — Однако Чонгук щедрый, — в его ухмылке Тэхён не находит ничего раздражающего. Юнги вытягивает ноги, говоря, что теперь кресло, в котором он сидит, его самое любимое место. Тэхён не сдерживается от улыбки. Мин здорово помог ему с вещами и скрасил одиночество, подняв настроение своими смешными замечаниями по поводу мебели Кима. Повисает тишина. Улыбка медленно исчезает с лица Тэхёна, потому что голова вновь забивается роем мыслей. Прошёл целый месяц с тех пор, как он пообещал Чонгуку помочь, и, если честно, мало, что изменилось с того времени. Тэхён подошёл к переезду серьёзно, поэтому не жалел вкладывать силы и деньги в ремонт. Желание поменять свою жизнь завладело им, Тэхёну не терпелось расстаться со своей старой квартирой. На новом месте дышалось легче: стены не давили, не пытались раздавить как какого-то насекомого. И вид из окна безумно радовал, наверное, именно из-за него Тэхён так рвался сюда. Чонгук заходил к нему пару раз, чтобы убедиться в том, что его подарок пришёлся Тэхёну по душе. Между ними прежняя неловкость и желание наладить отношения, чтобы вывести их на новый уровень. Как добиться этого, они ещё не знают, но стараются изо всех сил. Чонгук стал делиться своими переживаниями, постоянно спрашивал, что думает Тэхён по поводу того или иного момента, старался прислушиваться к чужому мнению, а Тэхён, в свою очередь, открывался в ответ. Они обсудили некоторые моменты, касающиеся их отношений, и пришли к выводу, что двигаются в нужном направлении. Для чувств нужно время, и Тэхён пока не определился, какие именно чувства в итоге он хочет получить. — Мне нужно тебе кое-что рассказать, — начинает Юнги осторожно. Тэхён поворачивает голову в его сторону и поднимает бровь. — Я встречаюсь кое с кем уже как несколько недель. Думаю, тебе нужно знать об этом. — Серьёзно? Что же ты молчал? — Тэхён удивлённо улыбается, его глаза блестят. Он тянется к руке друга, чтобы сжать её. — Я так рад за тебя! — Юнги в ответ выдавливает из себя подобие благодарности. — Что-то не так? Тэхён замечает его расстроенное выражение лица и пододвигается ближе. Юнги поднимает на него опечаленные глаза. — Ты не счастлив? — Счастлив. Ещё как, — уверяет он, чувствуя небольшое волнение и трепет в груди из-за воспоминаний. Юнги думает о нём, расплываясь в неконтролируемой улыбке. — Так хорошо мне не было, наверное, никогда. Он понимает меня, слушает… — Юнги позволяет себе забыться на секунду. — Не знаю, что из этого выйдет, и даже думать не хочу. Мне легко с ним, чувствую себя каким-то дураком. Беззаботным. — Влюблённым, — дополняет его Тэхён, и Юнги прячет смущённый взгляд в сторону. — Знаешь, я нашёл в нём всё, что давно искал, и это меня пугает больше всего. — Ох, Юнги, — Тэхён тепло улыбается. — Это замечательно, что ты нашёл человека, с которым счастлив. Я правда рад за тебя. — Если бы ты только знал всю правду, то не радовался бы, — тихо шепчет он. Юнги делает глубокий вдох, собираясь с мыслями. — В смысле? Тэхён хмурится. Юнги что-то не договаривает, и подсказывает Киму это «что-то» не обрадует его. — Я влюблён в Чон Хосока, Тэхён, — слова бьют по лицу. Юнги видит его непонимающее лицо и ощущает себя виноватым. Он прекрасно знает об отношении Тэхёна к Хосоку, о его неприязни, поэтому не торопился с разговором долгое время, но Тэхён его близкий друг, и он имеет право знать правду. — Что? — Тэхён надеется, что ему просто послышалось. Но, задав вопрос ещё раз, легче не становится. Он откидывается на спинку дивана и неверяще смотрит в потолок, словно только что ему поведали нечто ужасное. Меньше всего ему хочется, чтобы Юнги был счастлив рядом с Хосоком. Но что он может сделать? Смирение приходит спустя долгих двадцать минут. Юнги ставит кружку зелёного чая рядом с Тэхёном и поджимает губы. — Прости. — Ты не виноват, не нужно, — отмахиваясь от извинений, хрипит в ответ Тэхён. У него только два вопроса: как они познакомились и серьёзно ли всё. Юнги рассказывает постепенно, делится своими тревогами и извиняется раз десять, но от этого не становится легче. Тэхён слушает его внимательно, не перебивает и больше ничего не спрашивает. Юнги говорит искренне, от его слов веет заботой и лаской к Хосоку, глаза наполняются светом. Раньше Тэхён не замечал огоньков в его взгляде, теперь же он переживает, что своей реакцией может отпугнуть его и больше не увидеть блестящие глаза. Счастье Юнги значит для него многое, и если рядом с Хосоком ему хорошо, Тэхён не будет против. — Я не доверяю ему, — Тэхён надеется, что Юнги не станет обижаться на его честность. — Даже не знаю причины. Раньше мне казалось, что он слишком близко подобрался к Чонгуку, — он подавляет в себе уколы ревности. Юнги, естественно, замечает это, — но если отбросить эмоции, то… Не знаю, что-то подсказывает мне избегать его. — Тэхён, — зовёт его Юнги и кладёт руку на плечо, чтобы тот взглянул ему в глаза, — Хосок хороший человек, поверь мне. Со своими заморочками, проблемами, но хороший. Может, он кажется колючим и холодным, но это всего лишь оболочка. Тэхён хочет верить его словам, пытается, по-крайней мере. Он практически не знает Хосока и не может утверждать, что тому нельзя доверять, но как быть с собственным сердцем, которое подсказывает совсем иное? Предчувствие может быть обманчивым, никто не спорит. Намджун тоже никогда не пользовался доверием Тэхёна, хотя в последнее время Ким оправдывает ожидания. Каким бы самовлюблённым и эгоистичным Намджун ни казался, он многое делает для компании, в том числе и для самого Чонгука. При таком раскладе можно и потерпеть периодические выходки мужчины. Он до последнего отталкивает от себя мысль о том, что после того, как ему стало известно о настоящем отношении Чонгука к Намджуну, исчезла беспочвенная раздражённость при виде Кима. Тэхён больше не вздрагивал от мелкой неприязни к нему, не вспыхивал от гнева, когда думал, сколько времени они проводят вместе и какое влияние Намджун оказывает на Чонгука. Тэхёну вдруг стала безразлична персона мужчины, и уже всё равно, почему Чонгук зависит от главного директора своей компании. Он просто принял это и почувствовал некое облегчение: лишние эмоции поубавились, зато на их замену пришли абсолютно другие, с которыми справиться было гораздо сложнее. Тэхён решает, что Хосок заслуживает шанса. Может быть, он и не доверяет ему, но точно доверяет Юнги. Он желает счастья другу и хочет, чтобы тот чувствовал себя в безопасности рядом с кем-нибудь и в случае чего мог положиться на человека, который будет ему опорой. Юнги непременно сильный, но он тоже нуждается в заботе и поддержке. Почему Тэхён должен лишать его этого? Обещание принять чувства Юнги к Хосоку возникает в голове после того, как Тэхён видит взгляд Мина и буквально ощущает давление в виде просьбы отнестись к словам с пониманием. Тэхён кивает в ответ, говоря, что не станет мешать их отношениям, и Юнги в благодарность сжимает его плечо и улыбается так ярко, что на сердце тепло становится. Давно он не видел Юнги таким счастливым. — Тогда и я должен тебе кое-что рассказать, — вздыхает Тэхён, словно каждое последующее слово ему будет даваться с трудом. Отчасти так и есть. Юнги поворачивается к нему всем корпусом и взглядом даёт понять, что готов слушать. У Тэхёна к горлу внезапно подкатывает тошнота из-за волнения, но он всё равно начинает: — Чонгук… Язык не поворачивается продолжить. Он и не думал, что будет так тяжело делиться с Юнги сокровенным. Мин наблюдает, как тот сглатывает и прикрывает глаза, пытаясь собраться с мыслями. Квартира погружена в полную тишину, разбавленную учащенным дыханием Тэхёна. — Эй, — привлекает его внимание Юнги и тянется к руке, чтобы ненавязчиво прикоснуться пальцами к коже. — Всё в порядке, — быстро проговаривает Тэхён, — просто я даже не знаю, как тебе об этом рассказать, — он поднимает взволнованный взгляд и встречается с тёплым Юнги, у которого на лице написано, что он готов подождать и выслушать его, как бы тяжело не было. Слова, застрявшие где-то в середине горла, произносить крайне сложно. Не физически, а морально. Внутри разворачивается целая катастрофа, растущая с каждым вздохом. Тэхён какое-то время беззвучно шевелит губами, потом закрывает и открывает глаза, трёт шею и никак не может справиться с накрывшим его волнением. Смириться с мыслями в голове — это одно, а вот озвучить их вслух — совсем другое. Тэхёну кажется, что если он произнесёт одну-единственную фразу, то что-то точно изменится. Не в мире — в нём. Он чувствует ответственность и лёгкую панику. И как Чонгуку так легко далось признание? Наверное, Тэхён ни за что в жизни не сможет обозначить свои чувства и выразить их. — Чонгук влюблён в меня. Юнги замирает после его слов. Он ни капли не удивлён чувствам Чонгука, потому что понял это гораздо раньше, чем сам Тэхён, его поражает другое: Ким говорит об этом сам. Неужели они с Чонгуком во всем разобрались и наконец выясняли отношения? Юнги был бы только рад в данном случае, но растерянный вид Тэхёна говорит об обратном. Мин пододвигается ближе, чтобы заглянуть в глаза напротив. А в них бушует целый океан. Тэхён часто моргает и старается дышать как можно глубже. — Он сам тебе сказал? — интересуется Юнги. В его голосе нет явного удивления, и это заставляет Кима нахмуриться. Чонгук уже разговаривал с Юнги? Неужели Мин был первым, с кем он поделился своими чувствами? — Но откуда ты… — Тэхён, — перебивает парень, обхватывая его ладонь, — не нужно быть гением, чтобы понять то, что Чонгук к тебе что-то испытывает, — хмыкает он. — Нужно лишь немного наблюдательности. Он смотрит на тебя, как на самого дорогого человека в этом мире, но самое главное, что ваши взгляды отражают ваши чувства — они похожи. Тэхёну какое-то время кажется, что он не дышит, — в лёгких словно дыру прострелили. Он морщит лоб, качая головой, а потом нервно ухмыляется. Не верит чужим словам. Не знай бы он Юнги, решил бы, что тот сейчас шутит. Мин смотрит серьёзно, даже твёрдо, будто телепатически уверяет его прислушаться к себе, а Тэхён лишь расплывается в странной улыбке, неверяще отводя взгляд к окну. Нет, нет, нет. Всё совсем не так. Может, Тэхён и дурак полный, раз не замечал того, как Чонгук смотрит на него, но у него ведь совсем другие чувства к младшему. Трепетные, тёплые, самые искренние и уж точно глубже, чем какая-то обыкновенная влюблённость. Он ещё не нашёл подходящего слова, чтобы описать их отношения, поэтому даже не собирается навешивать ярлыки на себя и Чонгука. В собственных чувствах ещё предстоит разобраться. Тэхён уже пережил стадию отрицания, но он так надеялся, что Юнги сумеет как-то помочь ему, уверить в другой правде, к которой он был бы готов. Мин продолжает молчать, давая другу время, чтобы прийти в себя. Минуты сменяют друг друга: часы показывают одиннадцать ноль-ноль. Юнги должен был приехать на съёмную квартиру ещё к десяти. Торопиться он, естественно, даже не собирается. Тэхёна бросает из крайности в крайность: то ему кажется, что Чонгук возненавидит его, если поймёт, как их чувства различаются, и лучше бы ему уехать подальше, то чуть ли не срывается с места в сторону двери, желая увидеть его и крепко обнять. Прошептать что-нибудь нелепое и прижать к груди в знак понимания и поддержки, извиниться за свою сухость, местами сдержанность. Сердце просто разрывается на мелкие кусочки, не давая спокойно выдохнуть. Тэхён поджимает губы, и его взгляд вмиг становится стеклянным. О чём он думает и какие выводы для себя сделал, остаётся только гадать. Тэхён молчит очень долго, уставившись в стену, а Юнги сидит рядом и ничего не требует. Догадывается, как тяжёло сейчас приходится тому, поэтому и не мешает. Если что — Юнги всегда будет рядом, поможет, поддержит. Но, кажется, у Тэхёна уже есть нужный для этого человек. Чонгук заходит в квартиру тихо, не задаёт никаких вопросов, когда видит задумчивого Тэхёна и Юнги, который хмыкает ему и кивает в знак приветствия. Он не подходит ближе, пока не удостоверяется в том, что не мешает своим присутствием. Мин медленно поднимается с места, хлопает Тэхёна по плечу, забирает свою сумку и останавливается возле двери, повернувшись в сторону дивана. И только, когда место рядом пустеет, а кожу пробирает холод от чувства одиночества, Тэхён поднимает голову и встречается взглядом сначала с Чонгуком, после и с Юнги, который улыбается на прощание, прежде чем уходит. Тишина, повисшая плотным туманом, начинает напрягать. Столкнувшись взглядами снова, они прекращают любые движения. Смотрят только друг на друга и боятся проронить лишнее слово. На Чонгуке широкая белая футболка и спортивные штаны. С кончиков волос едва заметно падают крупные капли — он никогда не любил сушить волосы после душа. Тэхён подмечает практически все детали в нём: обветренные губы, которые Чонгук кусает от продолжительного зрительного контакта, спрятанные ладони в карманах. Заметив домашние тапочки, он не сдерживается от ухмылки. Почему-то он уверен, что Чонгук приехал из офиса совсем недавно, наскоро принял душ и сразу же спустился к нему. Вообще-то так и есть, но Чонгук не станет об этом рассказывать. Он просто соскучился по Тэхёну. Нужны ли ещё другие поводы для встречи? Лично Чонгуку — нет. — Привет, — получается тихо. Чонгук вытаскивает руку из кармана и потирает тыльной стороной ладони подбородок. — Привет. Тэхёну из-за чего-то становится спокойно. Мысли отпускают, позволяя расслабиться ненадолго. В конечном итоге он выходит из задумчивого состояния. Чонгук с его позволения присаживается рядом на диван. Не слишком близко, чтобы не смущать. — Откуда узнал, что я здесь? — не поворачиваясь к нему лицом, спрашивает Тэхён. — Не знал, я надеялся, — Чонгук замечает его улыбку и сам улыбается краешком губ. — Ты уже вещи перевёз… — оглядываясь, говорит он. Старается скрыть небывалую радость в груди от мысли, что теперь его будет отделять от Тэхёна всего лишь один этаж. — Решил не тянуть с переездом. Да уж, кто бы мог подумать, что им будет неловко разговаривать на повседневные темы. Прошло достаточно времени с момента их поцелуя, но Тэхён даже сейчас чувствует, как горят щёки от воспоминаний. А Чонгуку хоть бы хны. Сидит себе спокойно и делает вид, что всё в порядке. — Боже, — Тэхён прикрывает глаза и откидывается на мягкие подушки. — И почему мне кажется, что я падаю? Прямиком в бездну без шансов на спасение. — В таком случае я упаду вместе с тобой. Тэхён открывает глаза и ловит на себе пронзительный взгляд. Чонгук серьёзен, смотрит в ответ в то время, как в Тэхёне ломается очередная стена. «Пообещай мне», — так и остаётся неозвученным. Чонгук мысленно даёт себе слово.

***

Kodaline — Love Like This В спальне довольно прохладно, приходится накинуть на себя одеяло и расслабиться, чтобы не дрожать от холода. Так тихо, что можно отчётливо слышать собственное дыхание. Недавно купленная кровать приятная на ощупь и очень мягкая. Цветные огни города мажутся в окне и подсвечивают часть стены. В тишине хочется раствориться, превратиться в пылинку и не чувствовать ни-че-го. Между ними образовываются грозовые тучи — в любой момент может ударить молнией. Может, Тэхён и не видит электрические разряды, но слышит грохот в ушах пару минут. А потом внезапно все звуки исчезают, комната погружается в немую тишину. Глаза Чонгука словно блестят. Парень лежит на боку, положив голову на раскрытую ладонь, и смотрит так глубоко, что Тэхёну кажется, будто ему лезут под кожу, проникают прямо внутрь — в самое сердце, и он ничего не может поделать. Чонгук обходит все барьеры и защитные механизмы. Тэхёну остаётся поднять белый флаг и сдаться прямо в руки. «Останешься со мной?» «Я и не собирался уходить». Они находятся непозволительно близко друг к другу: настолько, что выдыхают прямо в лицо и обжигают кожу. Проводят взглядом по всем чертам лица, скользят чуть ниже, останавливаясь где-то в области груди — дальше совесть не позволяет. Чонгук бы с удовольствием пролежал с ним так хоть всю ночь, даже не разговаривая. Достаточно взгляда в ответ, и у него всё крошится внутри. Тэхён не закрывается. Открыто разглядывает его лицо, шею и плечи. Находит что-то новое, ранее неизведанное, неизученное. Его взгляд заметно меняется — становится более смелым, развязным. У Чонгука мурашки бегут по спине, он облизывает губы, ненамеренно привлекая внимание Тэхёна. «Я не видел тебя всего лишь два дня, а такое ощущение, что целый год. Я скучал, Тэхён». Такое не поддаётся объяснению. Чонгук чувствует внезапно возникшее влечение к нему, и желание прикоснуться к мягким губам Тэхёна разгорается за считанные секунды. Раньше он не мог позволить себе даже думать о подобном, сейчас же рвано дышит, смотря то в глаза, то на губы, изгибающиеся в ухмылке. Понимает ли Тэхён, что делает с ним? Одним только взглядом, своим присутствием, пробуждает желание. У Чонгука голова начинает кружиться от переизбытка эмоций. Это своеобразная пытка: лежать так близко и не иметь права прикоснуться. — О чём думаешь? — Тэхён завороженно улыбается, наблюдая за его скользящим взглядом. — О тебе, конечно же, — вполне ожидаемо. В животе сворачивается узел от осознания собственной нужности. Тэхён не будет врать: ему льстит такое внимание. И пусть ему сейчас просто интересно изучать Чонгука, видеть его реакцию, он признаёт, что ему нравится. Нравится, как Чонгук млеет от его тёплого взгляда. Как мысленно просит побыть с ним подольше. Видимо, сегодня Тэхён сдаётся без боя. Он тянется к Чонгуку и оставляет аккуратный поцелуй на щеке — пока что единственное, что он может себе позволить. Ему до сих пор страшно обозначать свои чувства к младшему. В минуты спокойствия, когда он ничем не обременён, когда в голове пусто, а сердце стучит так, словно нашло желанное успокоение, прямо как и сейчас, Тэхён забывает о всех заботах и тревожащих мыслях. Где-то в уголках израненной души прячется ответ на самый главный вопрос, но он не спешит отправляться на поиски. Наедине с Чонгуком Тэхён ощущает себя правильно. О другом думать пока что не хочется.