Farfalla

Оскар тяжело дышал от беспрерывного поединка, чувствуя, как тяжело легким пропускать воздух. Стиснув зубы, он испепелял взором шестнадцатилетнюю девчонку с кровавым порезом поперек глаза и кровоточащей раной, берущей начало меж груди и заканчивающейся на животе. Сами увечья временно не представляли опасности для жизни, однако, если не закрыть их, с каждой минутой кровь будет медленно стекать, и организм будет постепенно слабеть, что приведет к гибели. Хотя его больше поражал факт того, что, несмотря на плачевное состояние, Рейчел продолжала яростно атаковать, несколько раз задев оппонента. Движения в нападении двух ее кинжалов, возросших в мечи из пламени, напоминали движения Второго Императора мечей – Суперби Скуало. Нынешняя техника боя Рейчел ранее никогда не использовалась ею. Следовательно, мечник Варии в недавнем времени натренировал младшую Диаз. Дечимо Южной Диаз уже стократно проклял варийца, поражаясь, когда тот успел, ибо и недели не прошло с появления дочери Люцио из прошлого. «Чёртов Скуало», – презренно пронеслось в голове блондина. Союзники и подчиненный босса Северной Диаз продолжали бойню с Уайт Спелл. Шум голосов, взрывы, всплески пламени не прекращались ни на секунду. Обе армии наравне. Нормализовав дыхание, сын Люцио, взяв саблю двумя руками, встал в позу готовности. Рейчел выглядела так, будто в любой момент рухнет от слабости, хоть в глазах и читалась упертая настойчивость. Старший брат очередной раз напомнил себе – они враги, больше не брат и сестра из прошлого. Так почему он должен зацикливаться на ее ранах? Он сразу обвинил в суматохе мыслей своего отца. Если бы он ничего ей не говорил… Жестокие убийства, постоянное предательство и издевательства на правах высокого места в иерархии отражали лишь половину ужаса преступной среды, неотъемлемой частью которой стал семилетний преемник семьи Диаз. Если в первый год нахождения там мальчик был просто шокирован, то на второй год его неокрепшая психика просто не могла нормально воспринимать бесконечную бойню и опасности на каждом углу. В душе Оскара расцвел огромнейший сад из страха и волнения. Пока его сознание было трезвым, он направился к отцу в кабинет, дабы сказать ему о том, что он не может вынести это, что он лучше умрет, чем будет учиться в академии мафиози, что каждую ночь его сны превращаются в кошмары. Но, навстречу ему выбежала радостная малышка по имени Рейчел. Найдя братца, которого так долго искала, она кинулась в его объятья. Её заливистый смех светом и теплом проникал в душевное нутро, отгоняя страх и волнение. – Оскар, я так рада, что ты наконец вернулся из академии! Пошли, я покажу тебе свой альбом с рисунками, а потом покажу куклы, а потом… Слух временно не улавливал речь девочки. Далеко не детское прозрение снизошло на старшего, но маленького, брата. Если он сейчас будет упрашивать отца об уходе из академии и тот согласится, то туда непременно отправят Рейчел. Отца и мать не интересует возраст их детей. Они просто отдадут его младшую сестру в тот самый ад, и ей придется пережить то же, что и ему! Нет, нет, нет. Сестренка не должна видеть это всё! Погладив Рейчел и не дослушав, мальчик, спотыкаясь, добежал до отцовского кабинет. Он удивленно посмотрел на своего юного наследника, отложив книгу, хотел спросить о его делах, но сын начал тараторить сразу. – Папа, я отучусь в академии, я стану в будущем боссом нашей семьи, я расправлюсь со всеми врагами Диаз, только… Только не отдавай Рейчел на обучение в академию! Ноно вообще не понял к чему восьмилетний сын говорит ему подобные вещи. – Оскар, ты ведь преемник, конечно, ты отучишься в академии и станешь боссом… – Папа, – тонким, но серьёзным тоном прервал сын. – Просто обещай не посылать сестренку в академию! Столько мольбы было в глазах цвета золота. Люцио просто не мог проигнорировать ее. Он не знал, что нашло на мальчика, однако, на скором совете с шестью представителями и внешними советниками, он твердо решил: Оскар окончательный наследник семьи Диаз, а Рейчел не будет обучаться в мафиозной академии и перейдет на домашнее обучение. Забота и безграничная братская любовь – пройденный этап, к которому босс Южной Диаз никогда не вернется. Он предал и ждал, что младшая сестра пойдет за ним, но она не пошла, поставив выше собственные принципы. Глупая Рейчел не послушала его, а ведь Оскар хотел жить. Жить любой ценой. Даже если кошмары не отступают, и тьма не рассеивается. Это так нечестно. В глазах Рейчел немного мутнело, а ноги становились ватными. Бой нужно закончить как можно скорее, пока она не вырубилась в его процессе. Девочка наивно думала, что раз она освоила способности из будущего, то ей не составит труда одолеть Оскара, который никогда не славился непобедимостью. Ястреб неба оказался мощным. Его владелец быстрее и сильнее. Она могла бы использовать последнюю технику Фарфаллы и не беспокоиться об атаках, но было две причины не применять ее. Первая – у раненной и изнеможденной просто не хватит пламени воссоздать сей технику, ибо она требует огромной сосредоточенности и запаса энергии. Вторая – после ухода Скуало, Фернандо, рассказавший о ней, наказал использовать ее лишь однажды в крайнем случае. Всё так не вовремя. Придётся пойти на какую-нибудь хитрость. Оскар возобновил поединок первым. Атакуя саблей, он искусно маневрировал, будто в боевом танце. Рейчел на мгновение даже почувствовала себя неотесанной по сравнению с ним, пока блокировала и вновь атаковала, отбросив блондина кинжалом с цепью. Выводит из себя. – Сдайся уже, – процедил сквозь зубы Оскар. – И твоя смерть не будет мучителей, Рейчел! – Эй, Оскар, раз так не терпится закончить, – девочка вскинула кинжалы в стороны. – Пусть следующий удар будет последним. Вложи все силы, что у тебя есть. Босс Южной Диаз не знал есть ли подвох в данном предложение, но нашел это довольно заманчивым. Ему осточертело сражаться наравне. Пусть следующая атака будет последней. Уловив безмолвное согласие, та отскочила на несколько метров и её кинжалы вновь загорелись пламенем неба, чье давление увеличивалось. Саблю тоже покрыло пламя, змеей вьющееся по длинному лезвию. Почувствовав мощь, мужчина убедился – Рейчел серьёзна, значит ловушки не должно быть. Последний миг и кто-то из них падет. Брат и сестра побежали навстречу друг другу и два небесных, родственных пламени столкнулись в силуэтах двух хищников. Пока всё кругом уничтожалось от высвобожденной мощи, они крепко стояли на ногах, скрестив лезвия оружий, усиленно давя, дабы хоть немного сдвинуть противника и получить хоть и частичное, но решающее преимущество. Оскар широко распахнул глаза, вглядываясь в образ младшей сестры: длинные иссиня-черные волосы развивались от порыва, руки продолжали дрожать, словно в это же мгновение поломаются на части, кровь, стекающая по лицу и кровь, впитавшаяся в рубашку, не оставившая ни сантиметра белого цвета. Левый глаз не открывался полностью. Измученная, избитая, наполовину сломленная. Разве ему не все равно? Как оказалось, нет, раз чувство вины внезапно проснулось. Оскар хотел всегда защищать ее, хотел отгородить от всего плохого, даже если ограждением придется стать ему самому. Глупое сердце, которое старший Диаз так хотел убить в себе, забилось в агонии и страдании, когда он посмотрел в аметистовые глаза, отражавшие то же, что ощущалось у него внутри. Напор Оскара чуть ослаб. Поймав долгожданный момент, Рейчел отпустила один из кинжалов и на свободной ладони запорхали мотыльки, превратившись в копье из пламени. – Это конец, – глухо произнесла девочка и, без колебаний, вонзила Виту ему прямо в сердце. – Я так устал, – выплюнув огромное количество крови, прошептал Оскар. Сабля выпала из мужской ладони, прежде чем девочка подхватила тяжелое тело брата и присела на колени. Его лицо прижалось к тонкому девичьему лицу. Она гладила Оскара по спине, ощущая, как тепло из нее постепенно исчезает. Рейчел до бледноты впивалась зубами в губы, не в состоянии выдержать новые слезы. Теперь она понимала почему Рейчел из будущего не последовала за наследником семьи в Мельфиоре. Дечимо Северной Диаз выбрала ответственность перед тысячью подчиненными, возлагавшими надежды на возрождение семьи. Она не считала брата предателем, ибо что в данной ситуации предательство? Многие погибли, но многие и выжили, хоть и являются частью Южной половины. Дечимо разделила бы решение Оскара, но с тяжелой душой ей пришлось поставить на первое место честь и достоинство и стать врагом родной крови. Жизнь так несправедлива. Губы оставили поцелуй на светлых волосах. – Я хотел стать героем… Такая глупая мечта. – Потемневшие янтарные глаза медленно закрываются. – Ты всегда был героем. Моим героем, – горько промолвила Рейчел, но её слова не донеслись до него. Десятилетний Оскар прибежал на душераздирающие вопли сестры, которые доносились из кабинета отца. Он во все глаза наблюдал следующее: ревущая плакса, перевернутый монитор от компьютера, изрыгающий электрические искры, тяжелый баскетбольный мяч. (Откуда она вообще достала его?!) – Отец тебя прибьет, – заключил преемник. – Оскар, я не хочу, – еще громче заревела Рейчел. – Придумай что-нибудь, ну, пожалуйста! – Я слышал, как мама говорила с ним по телефону. Он через пять минут приедет, – обходя несчастный компьютер, с сожалением бросил блондин. – Мы ничего не успеем. Даже мама ничего не успеет. – Папа ненавидит, когда кто-то посторонний заходит в его кабинет. Он накажет меня! – Только брат хотел вставить слово, как замер на месте, услышав шаги в коридоре. – Почему дверь... – Люцио вошел в помещение, шокировано уставившись на детей, а после, на сломанный экран. – открыта... – Взгляд его сразу стал суровым. – Кто из вас это сделал? Рейчел испуганно опустила глаза, съежившись. Оскар заметил страх младшей и, тяжело вздохнув, подошел к отцу. – Это я, – соврал он. – Я не заметил и забрел сюда и, заигравшись с мячом, попал им по компьютеру. Ноно устало потер переносицу и велел дочери выйти и закрыть дверь за собой. Изумленная девочка неуверенно вышла из комнаты, напоследок уловив одобрительный кивок и улыбку старшего брата. Следующие полчаса дочь Люцио, стоявшая в коридоре, слышала крики и порицания отца в сторону невиновного Оскара.