Вопреки любым аксиомам..

Спустя неделю. От имени Мии:        Сегодня день моей выписки. Это значит, что я наконец-то смогу приступить к работе и уехать домой, в родные стены. Господи, как же я соскучилась по дому. На радостях я уснула где-то в 2 часа.        Сквозь сон я слышу какой-то грохот. Хмурюсь. Слышу какое-то шуршание. Я нехотя разворачиваюсь в сторону окна и пытаюсь сфокусировать зрение. — Разбудил? — я вижу перед собой мужчину, который сидит на подоконнике. — Лазарев? — потираю глаза и сажусь на кровать, — Ты что здесь делаешь? — Вот… Тебя навестить… Прилез, — он жмёт плечами. Я перевожу свой взгляд на окно. — Ты через окно залез? — мои брови удивленно взлетают вверх. — Ну, а что? Спорт — это жизнь, — я закатываю глаза, — Просто ещё рано для посещения, меня не пустили. — Ты идиот, — зеваю и беру стакан воды, стоящий на тумбочке. — Что есть, то есть. Ой, это ты мне? Спасибо, — он подходит ко мне и забирает мой стакан. Я возмущённо смотрю на него, — Какая ты у меня заботливая.        Он наклоняется ко мне и ставит уже пустой стакан на тумбочку. Я улавливаю аромат его дорогого парфюма, смешанный с запахом мужчины, и прикрываю глаза. Черт, как же он вкусно пахнет… — Эй, ты спишь? — Лазарев щелкает перед моими глазами, и я возвращаюсь на землю. — Лазарев, отвали, — буркаю я и вновь падаю на кровать. — Я тоже по тебе скучал эти 3 дня, — кареглазый садится на кресло.        Все дело в том, что Сережа уехал на три дня на концерты. И все эти дни, что он отсутствовал, мы не поддерживали никакую связь. Честно признаться, то я немного соскучилась по его дебильным, но таким смешным шуткам. — И вообще, капитан Разумовская, ты знаешь, что у меня сегодня День Рождения? — я распахиваю глаза и принимаю сидящее положение. — Чего? — Чего-чего… Говорю, на свет сегодня вылупился я! — Ну поздравляю тебя, — жму плечами. — Спасибо, — он закатывает глаза. — Поздравляю с тем, что постепенно твоя задница становится дряблой и тем, что ты на шаг ближе к импотенции. — Так, вот только не надо тут мне! — он вскидывает вверх свой указательный палец, — У меня там все хорошо, — я прикусываю нижнюю губу, чтобы не рассмеяться, — Хочешь проверим? — он хищно улыбается, а я кручу пальцем у виска. — Ну уж нет, спасибо, — я выставляю руки вперед и закатываю глаза.        Хотя… если честно, то я очень часто в последнее время думаю о Лазареве, как о мужчине… Никогда не думала, что скажу это, но провести без мужчины больше недели — это мучительно. И вот сейчас даже он сидит передо мной в черной футболке, которая подчеркивает рельефность его сильных рук… А его щетина, которая придает ему брутальности… Чёрт, опять я думаю не в том русле. Трясу головой и слышу, как меня окликают. — Мия, твою мать?! — уже на кровати появился шатен, и я вздрагиваю, видя его рядом. — Чего? — хмурюсь. — Ты о чём думаешь? — он щурится. — Ни о чем. Просто не проснулась, — вновь трясу головой и встаю с постели. Подхожу к шкафу и достаю оттуда полотенце. — Я так и знал, что обо мне, — он довольно лыбится. Я разворачиваюсь к нему, мило улыбаюсь и тычу средний палец, после чего открываю дверь и иду в ванную комнату. — Ну что, Мия Александровна? Как вы себя чувствуете? — в палате появился доктор. — Да все хорошо, — жму плечами. — Как плечо? — он проходит ко мне и отклеивает пластырь. — Все нормально. Рука функционирует хорошо. — Отлично. Вижу, что рана потихоньку начинает заживать. Ну что, если у Вас нету жалоб, тогда оформляю выписку, — я довольно улыбаюсь и вижу улыбку Лазарева, — Молодой человек, оставьте на секунду свою возлюбленную и пройдёмте со мной, — мои брови удивленно взлетают вверх от того, как он обратился.        Сережа подмигивает мне и покидает палату вслед за врачом. Я закатываю глаза и принимаюсь складывать вещи в сумку.        Предварительно договорились с Аней, что мы встретимся у меня дома. Домой же приехать пришлось с Лазаревым, который купил себе новую машину. — Что там по поводу Павлова? — я разворачиваюсь лицом к мужчине и наблюдаю его прекрасный профиль, который полностью сосредоточен на дороге. — Не знаю. Пока он не даёт никаких знаков о себе, — он жмёт плечами. (Пожалуйста, ОБЯЗАТЕЛЬНО (!) включите Danny Elfman — Chopper Crash! Это песня, которая передаст всю ту атмосферу! Не игнорируйте!) — Я уже здорова, так что мы можем начинать действовать. — Нет, — твердо произносит парень, и я удивленно поднимаю бровь, — Ты чуть ли не умерла из-за меня, поэтому с этим Павловым я разберусь сам. — Лазарев, не нужно только вот этого самобичевания. Я — мент, это в первую очередь. — Нет, Мия! В первую очередь, ты человек, — он на долю секунды разворачивается ко мне. — Давай я сама разберусь, что мне делать, а что нет? — меня вся эта ситуация начинает понемногу бесить. — Нет, капитан Разумовская, это мои проблемы, и я решу их сам, — он полностью разворачивается ко мне, а я бросаю взгляд на дорогу и вижу, что нам на встречу летит бешеный Гелендваген. — Лазарев, дорога! — кричу я, и он быстро разворачивается. Мужчина выкручивает руль, и я чувствую, как крутится наша машина. Он резко даёт по тормозам, и я немного поддаюсь вперёд. Мы вылетаем на обочину, и автомобиль резко останавливается. Моё дыхание сбито, а руки нервно дрожат. (ВЫКЛЮЧАЕМ!)        Я открываю дверь автомобиля и выскакиваю из него, пытаясь рассмотреть номер машины, но она слишком далеко, и я не могу ничего увидеть. Слышу, как дверь машины хлопает с той стороны, и ко мне подбегает Сергей. — Ты как? — он берет мое лицо в свои ладошки и обеспокоено смотрит в мои глаза. Я выдыхаю и не могу связать даже слова. — Нормально, — кратко произношу я. — Сука! — вскрикивает мужчина и отстраняется от меня, зарывая руки в волосы. Я лезу в карман, достаю оттуда телефон и набираю номер Паши. Буквально со второго гудка парень берет трубку. — Алло, Паш, срочно нужно отследить черный Гелендваген по главной дороге от 3 городской больницы. Звони в ДПС. Как только что-то будет — моментально звони, — сбрасываю вызов и сажусь на землю, опираясь о машину. — Мия, ты видишь, что он опасен? Я думаю, что тебе пока не стоит со мной поддерживать связь. Потому что из-за меня ты в опасности, — нервно произносит Лазарев. — Что ты несёшь? Я работаю в правоохранительных органах и… — я оказываюсь перебита парнем. — Да и что, что ты работаешь в правоохранительных органах?! Я слышал это тысячу раз! — орет он и хлопает ладошкой по машине, — Ты понимаешь, что я не хотел тебя вообще в это все втягивать?! Ты уже и так из-за меня один раз пострадала! Спасибо за помощь, но дальше я разберусь сам, — я встаю с земли и подхожу к Лазареву. — А ты не думал о том, что я хочу тебе помочь, чтобы тебя не пришибли где-то за углом?! Потому что я взяла на себя ответственность быть рядом с тобой и помочь тебе разобраться! — смотрю ему в глаза. Он тоже смотрит на меня и тяжело вздыхает, проводя рукой по волосам. — Поехали я отвезу тебя домой, — мужчина разворачивается и идёт на водительскую сторону.        Я вздыхаю и потираю лицо руками. После чего сажусь в машину, и мы до самого моего дома едем молча, размышляя о своем… — Сережка, с Днём Рождения! — с порога его обнимает Аня. — Спасибо, — он до сих пор находился в шоке от произошедшего, и я это видела. — А вы чего такие… никакие? — Мельникова пропускает нас вовнутрь, и я сразу же сажусь на свой любимый пуфик, опираясь головой о стену, и прикрываю глаза. — На Лазарева опять было покушение, Ань, — устремляю свой взгляд на нее. — В смысле?! — девушка хмурится. Ко мне подбегает Дейзи и кладет свою голову на колени. Я начинаю ее гладить. — В прямом, Ань. В нас только что чуть не влетел Гелик, — Мельникова уставляется на мужчину, который так же сидел на пуфике. Он жмёт плечами, ничего не говоря. — Так… Что делать? — шатенка непонимающе уже смотрит на меня, а я качаю головой. На всю прихожую раздается звонок. Беру телефон и провожу пальцем. — Да, Паш? — прикладываю к уху. — Мий, плохие новости. Гелендвагена вообще никто не видел. А что случилось? — Ничего, все хорошо, спасибо, Паш… — я вздыхаю и сбрасываю вызов. — Серёж, — обращаюсь я к кареглазому и он поднимает голову, — Гелендвагена никто не видел. — Я пойду включу чайник, — Аня поняла, что нам нужно поговорить, и ушла на кухню. — Я, наверное, поеду домой, — он встаёт с пуфика и подходит к двери. Я повторяю его действия. Он открывает дверь и выходит на лестничную площадку. — Пообещай мне, что ты не сделаешь глупостей, — в надежде смотрю на него. Кареглазый всего лишь вздыхает, — Я прошу тебя, — твердо произношу я. — Обещаю, — он кивает. — Спасибо, — я опускаю глаза вниз. — Если что — звони, я приеду, — киваю головой, и он уходит. Я закрываю дверь и иду на кухню к Ане…