Вопреки любым аксиомам..

От имени автора: — Совсем скоро лето, и у меня будет долгожданный отпуск, — радостно произносит Сергей, — Не хочешь полететь со мной в Испанию? — он поворачивает голову к девушке и продолжает путь. — Нет, мне нужно было заранее копить на Испанию, — девушка закатывает глаза. — Я все беру на себя, — он подмигивает. — Нет. Я не поеду, спасибо, — Мия натянуто улыбается. — Ей, капитан Разумовская, что с настроением? Это ты из-за той истерички расстроилась? — он останавливается и становится напротив русоволосой. Она отрицательно качает головой. Лазарев щурится, — А вот врать ты не умеешь. Не воспринимай его слова всерьёз, — мужчина щелкает девушке по носу, — Не грусти, а то грудь не будет расти, — Мия смеётся. — А я-то думаю, почему у тебя грудь больше чем у меня? — щурится девушка и получает звонкий смех певца в ответ. — А пошли чего-нибудь схаваем? Жирного, вредного… МММ… — мечтательно протягивает кареглазый. — Эй, Лазарев, будешь иметь дряблый пузяк, — Мия ухмыляется. — А ты — толстую задницу. По-моему, мы идеальная пара, — парень получает толчок в плечо и вновь смеётся. От имени Мии: — Мий, я спросить хотел… — как-то неуверенно произносит Сергей, и я вопросительно поднимаю бровь. — Ну… Раз хотел, значит спрашивай, — жму плечами. — А… эм… Что за опыт? — я тяжело вздыхаю и отодвигаю от себя бокал с вином, которое мы попивали, сидя у меня на кухне. Честно? Никогда бы не поверила, что я буду пить вино с Лазаревым на кухне. — Знаешь… Я не очень хочу об этом говорить, — складываю руки в замок и рассматриваю свой маникюр. — Если не хочешь, то не говори. Я не буду тебя заставлять, если это больная тема. — Его звали Глеб, — начинаю свой рассказ я, потому что понимаю, что хочу ему открыться. Я доверяю ему, — Мы встречались со времен школы. Он был моим одноклассником, на которого я запала. Глеб был очень хорошим. Но, как оказалось, это лишь на первый взгляд. Мы были в отношениях пять с половиной лет. Пять с половиной гребаных лет я потратила на этого урода. Знаешь, сначала было все хорошо: конфетно-букетный период, поцелуйчики, обнимашечки… Но… — сглатываю и тяжело вздыхаю, — Но когда пошел 4 год наших отношений, он начал меня бить. Я терпела. Целых полтора года я терпела его побои, потому что любила… — Эй, не плачь, — Лазарев берет в свою руку мою, а второй я провожу по щекам и замечаю, что они мокрые. — Я до сих пор не научилась контролировать свои эмоции. Прости, — виновато улыбаюсь. — Что было дальше? — он сочувственно смотрит в мои глаза, а я вновь вздыхаю. — Однажды он избил меня так, что у меня было сломано ребро. До сих пор помню тот момент, когда я лежу на полу, а он безжалостно пинает меня ногами, — слезы, которые тихо скатывались по щекам, начали постепенно превращаться во всхлипы, — Именно так у меня появилась эта песня, которую я продала тебе. Я помню, как сейчас, тот день: я сижу в углу комнаты с синяками по всему телу и пишу этот текст. Господи… — прикрываю лицо руками и чувствую, как Лазарев обнимает меня за плечи и прижимает к себе. Я вдыхаю аромат его дорогого парфюма и млею… Господи, как же он пахнет… — Перестань. Это все уже в прошлом, — он успокаивающе водит по моей спине рукой, а я все также вдыхаю его потрясный запах, — Честно, я бы сейчас начистил ему рожу, если б увидел. Первый раз вижу тебя в слезах, — нехотя, но я отстраняюсь от него и вытираю щеки руками, — Ты ещё встретишь того человека, которого искренне полюбишь.        Поднимаю глаза и смотрю на Лазарева. Мужчина сидит возле меня. Он чертовски красив. Я бросаю взгляд на его красивые карие глаза. Затем перевожу на щетину, которая придает ему особенного шарма, а затем на губы… На его пухлые, слегка розоватые губы… Мне интересно какие они на вкус. Перевожу свой взгляд на его глаза и вижу, что он тоже смотрит на мои губы. Чёрт, может, я и пожалею о том, что сделаю, но я хочу этого. Подвигаюсь ближе к нему и медленно приближаюсь к его губам. Вижу, что мужчина колеблется. — Да пошло все к черту, — Лазарев кладет свою руку мне на шею и нежно, но в тот же момент грубо, впивается в мои губы.        Я обвиваю своими руками его шею и через долю секунды, непонятно как, оказываюсь на его коленях. Он нежно перебирает мои губы, и я немного приоткрываю рот, якобы намекая, чтобы он углубил поцелуй. Он понимает мой намек, и спустя несколько секунд я чувствую у себя во рту приятный ментоловый вкус. Руки Лазарева спустились мне на талию и прижимают ещё ближе к себе. Я зарываюсь рукой в его волосы и понимаю, что пока не хочу прекращать этот поцелуй. Блять, мне противопоказано пить. Я оттягиваю его волосы, а он плавно спускается своими разгоряченными губами на мою шею. Издаю тихий стон и прижимаюсь к нему настолько близко, что чувствую его сердцебиение. Мои пальцы скользят вниз и стаскивают из него футболку. Я закусываю нижнюю губу, когда вижу его рельефное тело. Господи, эти кубики… Провожу по ним ногтями и чуть ли не умираю от того, насколько же он великолепен… Лазарев повторяет мой жест и снимает с меня блузку. И вот через долю секунды мы сидим практически по пояс обнаженные и наслаждаемся губами друг друга. Медленно и неторопливо. Сергей отстраняется от меня. — Знаешь… Мне кажется, что это как-то неправильно… — он смотрит в мои глаза, — И я считаю, что не… — прикладываю палец к его губам, чтобы он замолчал. — Лучше сделать то, о чем ты будешь жалеть, чем не сделать это и жалеть в три раза больше, — убираю палец и вновь припадаю к его губам, ощущая крепкие, горячие мужские руки на своей попе.        Я лежу на груди у Лазарева, который перебирает мои волосы. Мы молчим. Каждый думает о своем. Я так долго хотела этого… С каждым днём всё чаще и чаще ловила себя на этой мысли, что я вижу его как мужчину. Но теперь появился один вопрос: а что будет дальше? — Не жалеешь? — слишу хриплый голос мужчины и довольно улыбаюсь. Поднимаю голову и смотрю на него. — Нет. Как можно жалеть, когда рядом со мной лежит певец, которого хотят все девушки страны? — вижу его довольную ухмылку. — Ну не все, конечно, но… — закатываю глаза. — Как можно жалеть, когда рядом со мной лежит вот это? — я немного опускаюсь вниз и оставляю поцелуй на его груди. Медленно и практически невесомо, я дотрагиваюсь губами до его тела, опускаясь ниже. Плавно перехожу на кубики его торса и все так же спускаюсь ниже. — Мия… — на выдохе произносит Сергей, и я ухмыляюсь. — Чего? — я невинно поднимаю свои глаза и смотрю на него, — Я просто хочу поцеловать тебя. — спускаюсь ещё ниже и слышу, как он жадно хватает воздух ртом. Затем издает рык и опрокидывает меня назад на кровать. — Хочешь матч-реванш? — вижу, что в его карих глазах вновь загорается похотливый огонек, и прикусываю нижнюю губу. — Безумно, — обвиваю его руками и ногами, впиваясь в губы поцелуем, продолжая утопать в нем без остатка.        Проснулась я, как всегда, рано, потому что работа в отделении меня приучила. Провожу рукой по простыне и обнаруживаю, что парня рядом нет. Ухмыляюсь. Встаю с кровати, накидываю на себя шелковый халатик. Иду на кухню, чтобы попить воды, и обнаруживаю там Лазарева. Он стоит спиной ко мне у плиты. Закусываю нижнюю губу. Парень в одних трусах. Я тихонько подхожу к нему, и хлопаю ему рукой по заднице, после чего немного сжимаю. Он вздрагивает. — Доброе утро, — я целую его в плечо и подхожу к столу, беря стакан в руки. — Ты меня напугала. — Кто бы мог подумать, что мне будет готовить завтрак сам Лазарев. Да ещё и в таком виде, — опираюсь на столешницу и закусываю губу. — Я могу, — он ухмыляется. Я осушаю стакан, — Иди в душ, завтрак почти готов, — киваю головой, ставлю стакан на место и подхожу к нему. Обнимаю со спины и кладу руки на живот, постепенно спускаясь ниже. Ощущаю ноготками резинку боксеров и понимаю, что для задуманного мне осталось несколько сантиметров. Провожу ноготками по выпирающему бугорку через ткань и слышу, что Лазарев втягивает воздух через рот. — Твою мать, Разумовская! — воскликивает он, но я быстро отстраняюсь от него и бегу в ванную, громко хохоча.        Закрываю дверь и слышу, что гудит телефон. Я ищу его глазами по всей комнате, но не обнаруживаю. Ищу, но его по прежнему нет. Картинка начинает постепенно расплываться…        Распахиваю глаза и вижу перед собой потолок. Это был сон? Принимаю положение сидя. Потираю глаза. Мне приснился Лазарев?