Gloria Regali

      — Разбившийся каменный цветок, верный друг, Венера перейдет черту, — снова с благоговением произносит Нефрит, когда ноги мужчин ступили на юпитерскую землю.       — Не бывает каменных цветов, и какую черту? Линию горизонта или другую? — Эндимион тоже чувствует себя неуютно так далеко от Терры, но не понимает, зачем разводить такую панику.       — Разбившийся каменный цветок, верный друг, Венера перейдет черту, — терпеливо повторяет Нефрит. — Звезды видят опасность для тебя, Эндимион, на этом приеме. Ты должен запомнить. Разбившийся каменный цветок, верный друг, Венера перейдет черту.       — Не обижайся, но предсказатель из тебя так себе, — Эндимион в принципе согласен с Кунцитом, который впервые решил высказаться вслух о новом увлечении товарища, — Я понимаю, что легенды о великой и мудрой Касандре не дают тебя покоя.       — Это не легенды. Она действительно существовала и была прародительницей моего рода.       — Допустим, но, Нефрит, тебе дается лучше меч, чем предсказания.       — Кунцит, предсказания — это сложный процесс, неподвластный простым обывателям.       — Принц Терры и его вездесущие лорды, — капитан Фурухата кланяется Эндимиону. — Что ж, я должен сопроводить вас до места состязаний, даже если задание мне не нравится.       — На что ты намекаешь? — Нефрит почему-то ощетинивается и его реакция только раззадоривает людей Фурухата.       — На то, что это не самое приятное задание для капитана юпитерианской армии. На то, что террианцы проводят слишком много времени в обществе королев внутреннего круга.       Эндимион искренне не понимает, куда клонит капитан. Эндимион часто бывает в обществе королев, его лорды всегда подле него. Разумеется, они часто бывают в обществе королев тоже.       — Королевы на то королевы, вольны сами выбирать с кем проводить время. Дело правящих управлять, наше дело подчиняться, — возражает Кунцит.       — Королевы должны править, но уделять время только достойным, — Эндимиону искренне интересно, знает ли королева Юпитера о концепции своего подданного.       — Это вы о себе, капитан? — Нефрит не скрывает своего раздражения.       — Я выиграл множество сражений, я один из лучших воинов Юпитера. Много раз доказывал это, выигрывая поединки на Олимпийских играх.       Эндимион до этого неоднократно слышал, что самым лучшим делом для мальчиков и девочек из дворянской прослойки Юпитера и более низших сословий было военное дело. Ловкость, сила, выносливость, честь — все это воспевалось и восхвалялось в юпитерианском обществе, ходили слухи, что девушки, которые имели намерения выйти замуж, объявляли о своем желании. А потом наблюдали многодневные бои за свою руку и сердце. Причем, чем больше соперников победил мужчина, тем более ценным кандидатом в мужья он становился. Но у невесты все равно оставалось право испытать потенциального победителя. Отправив добывать его какого-нибудь большого крокодила, медведя или другую живность. Эндимион предполагал, что это все преувеличения, но, вероятно, он недооценивает юпитерских догм.       — Поэтому я могу рекомендовать себя любой женщине, даже королеве.       — И никто никогда не ставил тебя на место?       — Многие пытались, — ухмыляется Фурухата Нефриту, — но пока ни у кого не получалось.       — Может у террианца получится?       — Нефрит, — вмешивается Эндимион, ему не нужны скандалы.       — Сколько самомнения у этих террианцев, капитан, — говорит один из воинов.       — Капитан Фурухата, Принц Эндимион, — девичий голос прерывает мужской спор, все оборачиваются и кланяются лунной принцессе. — Мне бы хотелось верить, что в таком составе вы все ожидаете здесь, чтобы встретить меня. Но думаю, эта версия далека от реальности.       — Принцесса Серенити, мы рады приветствовать вас на олимпийских играх, — Фурухата говорит с лунянкой почтительней, чем с Эндимионом и его товарищами.       — Могу я узнать, что здесь происходит?       — Террианец хочет попробовать свои силы наравне с нами в священных юпитерских играх, принцесса, — отвечает капитан. — Я думаю, мы должны сделать для него исключение и позволить. Террианцам нынче много позволяется, принцесса.       — Фурухата… — Эндимион и не знал раньше, что его солнышко умеет злиться. И при других бы обстоятельствах он бы сообщил, как она мила.       — Все в порядке, принцесса, я буду рад быть исключением.       — Позвольте проводить вас, принцесса, — Фурухата подает руку, но Серенити не берет её.       — Принц Эндимион мой жених. Теперь это наконец-то официальный союз, который скоро осуществиться. Я бы хотела насладиться обществом своего жениха, если вы не против. Мы давно не виделись.       Фурухата кивает и ведет всех к главной арене, где им приготовлены места рядом с королевами Литаной и Минорией.       Эти Олимпийские игры — действительно масштабное событие, эпичное, состязательное. Ее неспроста в народе называют кузницей для воинов. Нефрит умело обращается с луком, ножами, копьями, и хорошо выступает в спаррингах. Прямо не срамит отчизну. А Эндимион в это время наслаждается обществом самой прекрасной особы, имеет возможность разговаривать с Серенити, не боясь общественного мнения. Самому наливать невесте чай в эти красивые керамические чашки с эмблемой розы.       — Дурак, — машет головой Кунцит, глядя на Нефрита, который слишком запыхался и пропустил удар Фурухата, но быстро вернулся в устойчивую позицию.       — Почему? — возмущается королева Минория.       — Потому что подставляется из-за какой-то глупости.       — Вы считаете глупостью симпатию, верность и защиту чести?       Эндимион давиться чаем, отвлекаясь от созерцания своей возлюбленной.       — Фантазии, сказки и реальная жизнь отличаются друг от друга, королева.       — Все зависит от того, что называть сказками и фантазиями, лорд Кунцит.       Голос у королевы Минории звучит обиженным. Эндимион оглядывает всех присутствующих. Королева Литана продолжает следить за поединком, Серенити сидит рядом совершенно расслабленная и умиротворенная. Похоже этот разговор неожиданность только для него одного. И это странно. Но он искренне пытается следовать примеру своей невесты.       — Вам есть чему поучиться у вашего товарища, милорд.       — Вы переходите черту, королева.       Фраза заставляет Эндимиона напрячься. Он уже где-то это слышал сегодня. И это что-то должно значить. Только вот что? Так и остается вопросом. А вот королева Минория отчего-то поджимает губы и уходит с балкона молча. Эндимион хочет спросить оставшихся присутствующих, что здесь происходит в конце концов. Но не успевает. Кунцит ставит свою чашку на стол, рывком встает с места. Сначала направляется в сторону в которой скрылась королева, затем останавливается и идет к краю балкона, облокатившись на перила.       –Ох, — вздох Серенити рассказывает Эндимиону, что ей известно больше, чем ему. И это нужно исправлять.       — Дорогая, — обращается он к Серенити, видя, как она тянется сама к чайнику. Рука задевает чашку и та падает на пол.       — Такая красивая, — вздыхает Серенити, смотря на расколотый сосуд. — С каменным цветком, очень жаль, что я ее испортила.       Эндимион пару мгновений смотрит на осколки у своих ног. Потом поднимает глаза и видит рядом молодую девушку в одежде служанки, цвет глаз её черный, на лице дьявольский оскал. Она бросает поднос на пол и взмахивает рукой.       — Кунцит! — только успевает крикнуть Эндимион, прежде чем оттолкнуть свою невесту назад. Сбоку от него пролетает сгусток темной энергии. Вокруг нарастают женские и мужские крики. На балконе появляется еще две девушки одетые в костюмы служанок. Глаза их так же черны, а руки делают пассы в воздухе, рождающие новые сгустки энергии. Эндимион закрывает собой Серенити, вытаскивает меч из ножен. На других балконах и террасах он видит таких же мужчин и женщин, которые нападают на дворян и воинов. Фурахата и Нефрита окружили. Суматоха, крики, хаос вокруг дезориентируют абсолютно всех. Эндимион рассекает воздух мечом, отталкивая очередную атаку, и думает о том, что нужно будет поощрить увлечение Нефрита, на Восток отправить поучится или еще куда-нибудь. Людской гомон смолкает, женский шепот смыкается вокруг:       — Предсмертный крик.       Волна фиолетовой энергии сносит всех нападающих. Затем буквально из воздуха появляются воины в черном, которые серией отточенных движений и ударов отгоняют нападающих, оглушают, связывают, но никому не вредят. Об этом отряде воинов тоже ходит много слухов. Но никто никогда не видел их в таком количестве на публике. Лучшие и опаснейшие воины солнечной системы, подчиняющиеся только четырем королевам внешнего круга. Лица их всегда скрыты, об их бесконечной верности своим королевам ходят легенды. Эндимион бы не отказался от такого войска. Он искренне не понимает, как четырем королевам удалось создать вокруг себя такую армию.       — Они заражены, — докладывает тот, что является, похоже, главным среди них.       — Разумеется, заражены, как же иначе.       Взоры всех гостей и участников олимпийских игр обращаются на ристалище. В центре которого застыла, как каменное изваяние, девушка с гранатовым посохом.       — Королева Пеллар, — Фурухата опускается на колени. Нефрит следует его примеру.       — Королева Пеллар, — вторят шепотом дворяне и войны, склоняя свою голову в почтении. Эндимион пользуется моментом и старается рассмотреть четвертую королеву из внешнего круга получше. Никогда не узнаешь, когда такая возможность выпадет вновь.       — Капитан Фурахата, вы постоянно рассказывали о своих добродетелях моим сестрам, о своих умениях и талантах, о пользе, которой могли бы принести, если бы смогли присоединиться к нашему отряду рейнджеров.       — Да, — еле слышно отвечает капитан.       — Но куда вы смотрели, когда эти несколько десятков зараженных…       — Восемьдесят семь, госпожа.       Королева поднимает свой взор на говорящего рейнджера, потом снова смотрит на капитана.       — Куда вы смотрели, когда восемьдесят семь зараженных проникли в самый центр юпитерианской империи, где собралась почти вся знать внутреннего круга?       — Я… я… — начал мямлить Фурухата.       — Вы были заняты совершенно другим, — выносит свой вердикт королева, глядя на Нефрита. — Слабые, подверженные страстям. Вы забыли кровопролитье, которое случилось десять лет назад?       — Конечно, нет, — Литана и Серенити ответили за всех.       — Нет, — Фурухата не смеет, поднимать глаза.       — Вы клялись, капитан, что будете неустанно следить за границей, не допускать врагов. Но пропустили их.       — Я готов понести наказание.       — И понесешь! — Литана встает между Фурухата и Нефритом напротив Пеллар. Потом произносит тише. — Понесет. Обязательно. Но это не решит проблему. Марс, Меркурий, теперь Юпитер. Он вернулся. В этом теперь нет сомнений.       — Вернулся.       Пеллар взмахивает посохом и рейнджеры растворяются в воздухе. Сама она разворачивается и неторопливо идет под взорами удивленной и умолкшей толпы. Оно и немудрено. Королева Плутона самая загадочная королева внешнего круга. О ней ничего не известно, о её семье тоже. Политические планы Плутона так же туманны и загадочны, как и её личность. Но если у четырех королев и есть лидер, общественность ставит на то, что это именно Пеллар. Хотя реальных доказательств разумеется, дать никто не может.       — Не время предаваться страстям, — женский шепот напоследок обволакивает окружающих снова, прежде чем силуэт королевы растворяется вдалеке.