Под прицелом

За последние пять дней Мерлин, казалось, провел в больнице больше времени, чем за всю свою жизнь. Даже с учетом того, что учился в медицинском и часто наведывался к своему дяде Гаюсу. Плечо ныло и доставляло всяческие неудобства: и есть приходилось левой рукой, и спать было неудобно, и даже в туалет сходить – тоже проблема. Мерлину выделили отдельную палату, нашли лучших врачей и заверили, что ничего его руке не угрожает и функциональность восстановится полностью. Гаюс заходил почти каждый день. Они оба с облегчением решили, что матери Мерлина о случившемся лучше не сообщать – дополнительных волнений при ее слабом сердце лучше избегать. Ведь все будет в порядке, и Мерлин поправится. Через два дня выйдет из больницы и уедет куда-нибудь подальше. Попросит у Килгарры новое задание где-нибудь в Европе. Или в Америке. И сбежит, чтобы не было даже случайного шанса встретиться с Артуром. Их поразила одна пуля. Прошла по касательной, задев артуровский висок, и застряла в плече Мерлина. Глупая ирония, но теперь они будто связаны еще больше, и в Мерлине навсегда останется частичка Артура. Стрелок сидел на крыше двухэтажного строения неподалеку и явно был полным профаном в своей области, потому что с такого расстояния не промахнулся бы даже слепой. Мерлин в кои-то веки был благодарен всем известным богам, что в мире существуют непрофессионалы. Именно поэтому Артур был еще жив и даже в сознании где-то в этой же больнице. Вполне возможно, что на том же этаже, что и Мерлин. Или в соседней палате. Мерлин не стал спрашивать о нем или искать, даже, вопреки рекомендациям и строгим настояниям врачей, не гулял по коридорам. Столкнуться с Артуром и увидеть в его глазах только боль, разочарование или гнев, или равнодушие было выше его сил. Мерлин возненавидел Килгарру с его «особым заданием», когда тот признался, что убивать младшего Пендрагона намерения не имел, хотел припугнуть старшего и понаблюдать. А еще он решил, что рядом с Артуром Мерлину будет хорошо. Старый сводник… Развлечения у него такие. Не ошибся, но только это «рядом» закончилось слишком быстро. Мерлин даже понять не успел, как его будущая жертва, к которой и симпатию-то испытывать было нельзя, превратилась в друга, а потом и вовсе в кого-то большего всего за неделю. Хотя с самого первого взгляда, там, на пыльном чердаке, в прицел винтовки, стало ясно – Артур гораздо больше, чем просто клиент. Мерлин неловко встал с кровати и доковылял до туалета. Когда он вернулся пятью минутами позже, на стульчике для посетителей сидел Артур. С перевязанной головой, черными кругами под глазами и равнодушным выражением лица. Мерлин остановился, ударился больным плечом о косяк, охнул, попятился, уронил с вешалки полотенце и смиренно застыл, не решаясь вновь войти в палату. – Я выгляжу неважно, но не до такой же степени. Мерлин? – недовольство в голосе, капризные нотки, вроде, больше ничего. Мерлин глубоко вздохнул, чтобы хоть немного успокоиться и осторожно, чтобы снова не повредить плечо и оставить предметы интерьера в целости, вернулся в палату. – Ты сейчас похож на затравленного щенка, – заметил Артур, придирчиво оглядывая его с ног до головы. Мерлин хрипло промычал что-то в ответ – голос совсем не слушался – и остановился около окна. Хотелось сесть на кровать, но она была слишком близко к Артуру, который пришел то ли сразу добить его, то ли медленно замучить пытками. – Расслабься, – Артур вздохнул. – Я поговорить. А может, у него амнезия из-за ранения в голову? Такое бывает… И сейчас он не помнит, что Мерлин жил с ним неделю, прикидываясь студентом, жадным до приключений, а на самом деле был шпионом и собирался убить… Когда-нибудь. Хотя вряд ли бы это сделал – кажется, еще с первой личной встречи в кафе не смог бы. – Да что с тобой, Мерлин? Обычно тебя не заткнешь. Или язык отстрелили вместо плеча? – Зачем ты пришел? – Мерлин нахмурился и примостился на подоконнике, скрючившись и сжавшись в комок. – Сказал же – поговорить. – А у тебя точно с головой все в порядке? – Лучше не бывает. А вот насчет тебя сомневаюсь… Или тебя так лекарствами накачали, что соображать перестал? – Если ты пришел орать, оскорблять и обвинять, то выход там же, где и вход. – Я пришел, чтобы понять. – Что? Артур, что тут понимать? Я - киллер, я убиваю людей, у меня есть моя винтовка, и ей я дорожу гораздо больше, чем жизнями своих мишеней. Ты не первый, кого мне заказали, и точно не последний, – Мерлин запнулся… Последний, с кем он пошел на личный контакт. – Я был рядом с тобой, чтобы контролировать каждый твой шаг, я сообщал Килгарре обо всех твоих передвижениях, я был готов убить тебя в любой момент, если поступит такой сигнал. Понимаешь? – Ты спас меня трижды. Когда выдернул из-под пули в холле моей фирмы. На складе, ведь это ты убрал там отморозка Валианта? И в парке, – маска холодного безразличия Артура треснула. Он тоже волновался и еще как, но все-таки решился прийти. – Я просто хотел прикончить тебя сам, – буркнул Мерлин, глядя на капельницу у кровати. – И что тебе помешало? – Приказа не было. Ты действительно думаешь, что меня бы остановили личные отношения и пара ночей, проведенных вместе? – Мерлин поморщился, лживые слова кислотой жгли язык. Но признайся он сейчас во всем… Артур посмеется и уйдет. У него была симпатия к нему, наверное, он даже увлекся, Мерлин это видел. Но теперь все изменилось. – А если думаю? – Артур чуть склонил голову к плечу. – Тогда ты идиот. Артур запрокинул голову и от души расхохотался. Мерлин пережидал этот явный нервный срыв около своего окна и невольно любовался Артуром. Лучше бы он не приходил… Теперь будет еще тяжелее забыть. То, чего никогда толком не было; это Мерлин напридумывал себе по наивности и даже поверил в собственную сказку. Артур поднялся на ноги и неторопливо подошел вплотную к Мерлину. Его самоуверенный вид основательно портила больничная пижама в мелкий цветочек и мягкие тапочки. Из-за повязки на голове волосы стояли торчком, а на левом виске их наверняка выбрили перед операцией. Костяшки пальцев ободраны, но уже почти зажили, в отличие от искусанных ярко-алых губ. Мерлин судорожно вздохнул и попытался вжаться в стекло. Артур схватился за отвороты мерлиновой пижамы и мягко притянул к себе. – Я разговаривал с Килгаррой, – сообщил он. Мерлин мысленно застонал. – Он рассказал, в чем состояло твое задание и на кого ты обычно ведешь охоту. Мерзкий старикан, но повидал он многое. Очень обрадовался, что я не выгнал его с разговорами о тебе. Он, правда, твой родственник? – Старый друг семьи. Мой отец работал на Утера, но поддерживал хорошие отношения с Килгаррой. Так получилось, что именно отец сыграл решающую роль тогда… Килгарра понял и не стал винить его, только Утера. Он погиб не так давно. Случайно. Ну, и дядя Гаюс хороший друг Килгарры, именно он помог тому сбежать из тюрьмы. Работал в то время в лазарете и смог все организовать… – Мерлин… – Артур слегка встряхнул его, потом взял за подбородок и заставил посмотреть в глаза. – Если скажешь, я уйду прямо сейчас и, наверное, возненавижу тебя за ложь и предательство. Не знаю, зачем я вообще пришел сюда. Твой босс умеет быть убедительным. – Что он сказал? – Что тебе сейчас так же плохо, как и мне, и это не касается пулевого ранения. – Мне… нормально, – промямлил Мерлин, скорее, в качестве протеста против Килгарры и его вечного вмешательства в личную жизнь, чем в опровержение слов Артура. – Это значит – «нет»? Мерлин промолчал, с отчаянием глядя Артуру в глаза. Если поймет правильно, значит, действительно что-то чувствует. Если оттолкнет и уйдет… Мерлин переживет. Может быть. Артур усмехнулся, придвинулся еще ближе и поцеловал. Мерлин застыл, не смея поверить, и, наверное, слишком долго не шевелился, потому что Артур чуть отодвинулся, не получая ответа. Мерлин потянулся следом за ним, поймал его губы своими и поцеловал сам, а потом позволил делать с собой все, что угодно, цепляясь за плечи Артура и боясь его отпустить. – Плохой из тебя киллер, – рассмеялся Артур, отстранившись немного, и прижался лбом ко лбу Мерлина. – Это почему? – Промахиваешься часто. – Ни разу еще! – Правда? – Да… Килгарра говорит, что я лучший. – Старик впал в сентиментальность… – Я спас тебя три раза! – А должен был убить. Говорю же – отвратительный киллер. Мерлин фыркнул, заставив Артура смешно поморщиться от щекотки, и подумал, что в случаях особой артуровской невыносимости (вот как сейчас) вполне можно доставать винтовку и понаблюдать за ним через прицел. Это всегда успокаивало и придавало уверенности. А еще… именно так Мерлин впервые увидел Артура. И решил тогда, что он вполне ничего, только рисуется сильно. А еще можно затащить винтовку с собой в постель – пусть боится и помнит, что Мерлин вообще-то очень опасен и лучше его не злить. Хотя с Артура станется придумать винтовке совершенно другое применение… А впрочем, это совершенно не важно и даже интересно. Пусть придумывает, рисуется и ведет себя, как осел, просто… Пусть будет рядом. А пристрелить его Мерлин всегда успеет и без всякого приказа. Он сможет, он же профессионал! И не важно, что рядом с Артуром весь его профессионализм летит к черту, и остается только одно желание – спасти и защитить. Артур отвел Мерлина к кровати, помог улечься поудобнее и присел рядом. Заверил, что голова совсем не болит, и врачи разрешают ему гулять и заниматься сложным умственным трудом – думать. Мерлин фыркал, болтал без умолку, рассказывал о себе и не выпускал руку Артура из своей… Все было хорошо, о чем Мерлин даже мечтать не осмеливался. Теперь осталось только найти и разобраться с Валиантом. С другой стороны… Если бы не он, вряд ли бы Мерлин приблизился к Артуру, так и наблюдал бы за ним через прицел винтовки. Но теперь Валиант наверняка затаился. Мерлин найдет его, поблагодарит чуть-чуть и только потом проучит. А если тот не поймет – убьет. Ради безопасности Артура он теперь сделает что угодно. Мерлин тихо рассмеялся, вспомнив еще одну забавную деталь. Полоумная тетка, которая оставила матери Мерлина дом, писала, что его судьбу будут звать Кристи или как-то похоже. Глупое предположение, но кафе, где они с Артуром впервые встретились, называлось «Кристин». Как там говорил Килгарра? Ну, то есть сначала витиевато изъяснялся про какие-то стороны и медали, а потом перешел на более понятный Мерлину язык: «Вы двое, как винтовка и пуля. Сами по себе ребята грозные, но, по сути, бесполезные куски металла – только детей пугать, зато вместе – единое целое со своим особым предназначением и огромной силой». Жаль только, не сказал, в чем именно это предназначение заключается. Но ничего, разберутся, у них еще очень много времени впереди…