Ад никогда не спит

Дом в Сумеречном лесу. Вечер того же дня. Седая ещё до заката солнца пришла домой, где её уже ждали Крыса и Юла. Мать, как обычно, расставила датчики движения по периметру дома и сидела за столом у ноутбука. Юла жевала что-то, расхаживая по комнате с каким-то женским журналом в руках, не весть какого года выпуска и откуда взявшегося в Зоне. Зайдя в дом, Седая кинула злосчастный футляр на стол перед Крысой, и устало свалилась на стул. Всю дорогу к дому она бежала, дважды угодила в аномальные ловушки «Гравиконцентрат» и «Комариную плешь». На Дикой территории нарвалась на бандитов, с которыми пришлось побегать ещё больше, запутать следы и не дать убить себя – её силы были на исходе, хотя «Лунный свет» здорово помогал. Юла сорвала ножом подплавившуюся пломбу, раскрыла футляр и достала простую картонную папку с надписью «Совершенно секретно. Доклад № 186». - Что это? – без особого интереса спросила Крыса. Седая пожала плечами и, залпом выпила, стоявший на столе сладкий чай, приготовленный Юлой для себя. Пропустив мимо ушей, недовольное бурчание подруги, скинула рюкзак на пол у стола и, облокотившись, утопила пылающее лицо в ладонях. Крыса не сводила с неё глаз, спокойно затягиваясь сигаретой и пуская в воздух сизый дым. Она знала, что Седая не тревожила б её по пустякам и, теперь оставалось только выяснить, что случилось. Грубо прервав поток возмущения Юлы по поводу чая, Крыса попросила подругу читать все, что написано в военных бумажках. Там было всего пять печатных листов формата А4 и, карта Зоны с множеством пометок и разноцветный линий. С первого же листа стало понятно, что Седой не жить, военсталы найдут её в любом уголке Зоны. В нём были записаны имена учёных, работавших над спецпроектом с кодовым номером 27, координаты мобильной лаборатории в Тёмной Долине и подпись разработчика проекта. Цели и методы указывались в следующих листах. Из документов выплывало, что в Тёмной Долине есть лаборатория, в которой учёные трудятся над изучением аномальных пси-излучений. Перед ними стояла задача создать препарат, который смог бы защищать мозг человека от губительной ментальной волны контролёров и так называемых территориальных «пси-зон», как стабильных, так и «блуждающих». К стабильным относились: большая часть территории Радара у «Выжигателя мозгов», Могильник, территория вокруг четвёртого реактора, загадочный Лиманск и Янтарное озеро. «Мигрирующие» или «блуждающие» имели иной характер и были гораздо опаснее, чем стабильные. Возникновение такой пси-зоны не могли предугадать никакие датчики и приборы, они передвигались и даже могли преследовать предположительную жертву. На последних двух листах шла речь о некоем артефакте с длинной и сложной абревиатурой, которая ничего толком сталкершам не прояснила. Подробное внешнее описание тоже результата не дало и, Седая поняла, что это совершенно новое редкостное образование – такого она точно не встречала и не слышала, чтобы кто другой находил. В сталкерской базе по артам тоже не было даже близко похожего. Ботаники предполагали, что этот артефакт мог помочь им в работе с пси-излучением, так как полностью поглощал его и что не маловажно и удивительно – мог уничтожать пси-зоны. Он был найден на месте давней стойкой пси-аномалии на севере Припяти. Нашедший его сталкер утверждал, что подошел к объекту без каких-либо неудобств, так как аномалия отсутствовала. Артефакт был утерян в Красных болотах недалеко от Мертвого города и ученые просят помощи у военсталов чтобы отыскать его для дальнейших исследований. В перспективе предполагалось что артефакт способен уничтожить Зону, поглотив её. Ученые уже работали над созданием усилителя чтобы излучение накрыло всю нужную территорию и имело достаточно энергии для операции. Седую это не обрадовало. Получалось, что её дом и её Зона в опасности. А возможно и саму Седую этот арт проглотит и не подавится, так как она тоже уже часть этого аномального мира. Можно сказать - мутант, Дитя Зоны. А как же Макс? Даже если арт не уничтожит его, то как он будет жить без Зоны – перерождение мутанта в человека Седая сразу отбросила. И она сама не знала почему, просто так подсказывала чуйка. Он просто умрет – в лучшем случае – безболезненно. - Зона не могла сама создать для себя смерть, - предположила Крыса: - Это все глупости очкариков. - Мать, ты знаешь, что если Волчью слезу подключить к обычной пальчиковой батарейке, то получится Электра? И вроде безобидный арт, да? – глухо спросила Седая. - Ты серьёзно? Прям Электра? - переспросила Юла, на что Седая ответила кивком головы подтверждая. - Но ведь ту батарейку ещё надо знать, как подключить, - парировала старшая, пыхнув сизым дымом над столом. Седая пожала плечами: - Много ума не надо. Чутье должно быть и фантазия в правильном русле. А очкарикам этого не занимать – они ещё те извращенцы. Клепать разные установки для них любимое занятие. - Угу, и где они? Эти твои установки? Ни одна толком им не помогла в борьбе с Зоной. А воз и нынче там, как говорит басня, - опровергла мрачные домыслы Крыса. В доме Рыбака воцарилось молчание. Седая, ещё раз, перечитывала доклад, Крыса рассматривала карту Зоны в ноутбуке. По координатам, лаборатория находилась на севере Тёмной Долины – горная местность, но спутник не находил там никаких объектов, значит – секретнее секретного секрета и это не так уже и хорошо. - Я всё равно пойду искать этот арт. Он не должен попасть в руки очкарикам. Обе подруги недоуменно уставились на Седую. - Я в этом сильно сомневаюсь! Карту видела? Арт под болотом…. ПОД БОЛОТОМ. Это значит под землей. В каких-то норах, пещерах, катакомбах, подземельях – сказала Крыса, раскуривая очередную сигарету: - У тебя клаустрофобия – не забывай. Я с тобой не пойду – у меня дела. Юлу и кого-нить из девочек тоже не отпущу, потому что по кочану. Это дурная затея с запахом сортира. Увести у военсталов заказной арт – самоубийство, а судя по всему лаборатория эта не шарашкина контора типа палатки Озерского и Германа у Янова. Всё секретно и рисковать жизнями сестер я тебе не позволю. Кстати, ты КПК где выкинула? Седая не понимая зачем старшая спросила это, достала из кармана коммуникатор и возмущенно сказала: - Нигде я его не выкинула… - Очень даже зря, - возразила Крыса: - Бери другой, а этому я найду применение. Ты вообще идиотка, Седая?! Чему я вас учила?! И не дитё малое, вон седина во всю башку, а г*вно за собой убирать не научилась! - Поняла я, поняла, мать, - сокрушенно призналась сталкерша: - Подставила клан. Не ори и так голова болит. - Поняла она, - передразнила старшая: - Теперь жди гостей. Тревожно запищал ноутбук – один из датчиков зафиксировал движение. Сталкерши с не малой долей испуга переглянулись. Седая подошла к Крысе, которая уже следила за медленно двигающейся в сторону дома красной точкой. - Вот что я только что говорила? – пробубнила старшая, но понаблюдав с минуту, предположила: - Вроде не живой идет…. - Ни зомби, ни любой другой мутант не сунется через розохват. Это человек, - возразила Седая: - И он точно знает, где тропа…. - Военсталы! – с ужасом выдохнула Юла. Седая задумчиво смотрела на слабо мигающую точку и, вспомнив, шепнула: - Ёж в Припять собирался идти…. Она кинула быстрый взгляд в окно, но тот, кто шел к дому был пока не виден и, Седая выбежала на улицу, уже точно зная, что это не враг. Крыса, схватила свой скар и выскочила за ней, приказав Юле сидеть у ноутбука и дать знать, если появится ещё кто. Поняв, что это не Ёж, Седая перешла на шаг и вспомнила, что Стечкин остался в избе, а вдруг и вправду зомби? Таща за ремень АКСМ, человек упорно брёл навстречу Седой. Из-за глубокого капюшона она не могла видеть лица, но Седая знала, что этого человека она уже видела где-то в Зоне. Крыса остановилась и присела у дерева, взяв незнакомца в прицел скара – малейшее резкое движение и он труп, лишь бы сестра не стала на линию огня. Седая несмело окликнула сталкера, тот остановился, оперевшись рукой об ствол дерева. - Скиф, ты что-ли? – спросила она, узнав. - Нет, - еле слышно, шепнул Скиф: - Кантролер с гармонікам. Седая улыбнулась, страх ушел, как будто и не было, она смело подошла и, выставив средний палец, спросила: - Сколько пальцев показываю?! - Зламаю зараз… - буркнул Скиф и поднял голову. Хотел было схватить рукой и действительно сломать наглый тонкий пальчик, но сил почти не было, и решил потом с этим разобраться. Седая начала объяснять, что это такой, хитрый приём для проверки чистоты сознания человека, вышедшего из пси-зоны, но, увидев его бледное лицо и чуть подсохшую кровь на куртке и штанине, умолкла и незамедлительно потащила в дом. Скиф не успел прийти в себя, как с него уже сняли рюкзак, разгрузочный жилет, а на грубо сколоченном столе появились бинты, аптечка, контейнер для артефактов и ещё какие-то мелкие медприспособления. Сталкер понял, что его сейчас начнут лечить… или пытать?! Седая и Юла суетились вокруг него, как те вороны над трупом. Усадили на стул, грудью в спинку, сняли бронежилет, куртку, укололи сразу три какие-то препарата с аптечки…. У сталкера кружилась голова, нестерпимо болела рана и, ему было уже всё пофигу. Облокотившись на спинку стула, Скиф устало положил голову на руки. Перед глазами всё ещё кружились блестящие мушки, а в памяти всплывали лица миражей Сумеречного леса. Юла то и дело заглядывала ему в лицо и спрашивала всё ли нормально. Кажется, Скиф попал на какой-то их шабаш, раз тут сразу три «с*ки». Он понял, что женщина со скаром это старшая. Проходя мимо него, она немного скосила глаза в недоверчивом взгляде, села за небольшой столик у окна перед ноутбуком и, краем глаза следила за происходящим в избе. Седая оперативно быстро разрезала майку, промыла рану, сделала пару уколов анестезии вокруг раны. С минуту обе с Юлой рассматривали пулевое отверстие и о чем-то тихо перешептывались за его спиной. Скифу очень хотелось спать, многотонная усталость давила на его измученные нервы, оставляя в мозгу полное равнодушие ко всему вокруг. А эта избушка на границе Сумеречного леса и Дикой территории, укутанная ядовитым розохватом, казалась очень уютной и безопасной. Всюду нежно пахло мёдом и цветами – и это здорово убаюкивало, даже боль в пояснице ушла на второй план. - Скиф, надо достать пулю… - немного взволновано сказала Седая, присев на корточки справа. - Пускай сядзіць, – отмахнулся он, не поднимая головы, желая лишь упасть где-нибудь и уснуть. - Это серьёзно! – не отставала Седая: - Пуля сидит рядом с печенью и её обязательно надо достать. Долго мучиться, не придётся – есть способ в секунду достать железку с тела. Но будет очень больно…. Скиф прервал её, всё также, не отрывая головы от импровизированной подушки и не открывая глаз: - А, без соплей нельзя? - Пижон! – незлобно огрызнулась Седая, вставая, на что Скиф ухмыльнулся: - Спицы в костях есть? Железные имплантаты? Скиф отрицательно качнул головой и вспомнил, как Ёж назвал его так, когда обходили Радар болотами и Скиф стряхивал ил и тину со снаряги. Почему-то чистоплотность Ёж, как и многие другие сталкеры, считал за пижонство. Доброй Зоны тебе, кеп! Сталкер коснулся пальцем крестика на золотой цепочке на груди – помянуть бы, хороший был капитан! Скиф также вспомнил, что Ёж просил передать Седой. - Седая, там в куртке, в нагрудном кармане, тебе от Ежа, - еле выдавил из себя сталкер: - Сказал, что ты знаешь кому передать. - Что? Ты… - протянула Седая: - Ты, когда с ним виделся? - Мы с Припяти вярталися … - пробормотал Скиф: - Монолитовцы дагнали нас ля мяжы Сумеречного леса…. - Ты с Ежом ходил?! – тревожно переспросила Седая, заглянув ему в лицо. Скиф кивнул. Крыса соскочила со стула и метнулась к его куртке. Найдя жетоны, она тихо выругалась. И подкинув их на ладони сжала в кулак и плюхнулась на место. Все трое уставились на Крысу в немом вопросе. Старшая горько улыбнулась левым уголком губ и отвернулась к окну. Скиф заметил, как у Юлы начали дрожать руки. Седая, прикусив нижнюю губу, вернулась к столу, на котором до этого что-то искала, и тяжело вздохнув, взяла контейнер с артефактом. Скифу не пришлось объяснять, как, почему, когда? Сталкерши поняли без слов, но от этого не лучше. Он понял, что жетоны нашли того, кто их должен хранить. - Потом покажешь на карте, где его в последний раз видел, - через несколько секунд попросила старшая, глянув на сталкера. Скиф не видел, как и чем Седая доставала пулю, но он почувствовал, как свинцовый комок вылетел из раны. Тело сталкера продрало сильной болью, он невольно выгнул спину и чуть не закричал, но стиснул до боли зубы и опустил голову на руки. Его нестерпимо мутило и кружилась голова, болела каждая клеточка в теле. Седая с помощью Юлы быстро зашила рану и наложила не тугую повязку. Скифа уже в полуобморочном состоянии увели в другую комнату и уложили на невысокую кровать отдыхать. Седая нашла для него чистую рубашку и в нагрудный карман положила свою сборку «Светлячок», а «Лунный свет» в боковой карман камуфляжных штанов. Скиф почти сразу окунулся в лихорадочный тяжелый сон. На Сумерки тихо опустилась ночь. Сегодня новолуние и розохват был агрессивнее, чем в любое другое время. В полную луну он был вовсе безобидным кустом, и Седая могла пересаживать молодые побеги, куда душе угодно. Из-за того, что фазы луны сильно влияли на поведение растения, дед называл розохват «лунной розой». Он любил Зону и, Зона отвечала ему взаимностью. Враньё то, что Зона ненавидит людей, она просто отвечает им тем, что у них в сердцах. Она, казалось бы, безжалостно, испытывает человека на крепкость, но того, кто с честью и достоинством вынесет все испытания, ждёт щедрое вознаграждение. Она не жалует тех, кто сомневается и слаб духом, ненавидит тех, кто ставит себя выше её и всегда оберегает того, кто не ломается. Седая сидела на деревянной ступеньке перед входом в дом и наблюдала за тем, как корни розохвата обвивали зазевавшуюся ворону. После того, как Скиф уснул, ей потребовалось пару минут, чтобы успокоиться, подышать свежим воздухом – сколько на своём веку повидала крови и ранений, а всё-таки не привыкла не реагировать на страдания, которые приносят раны. Скиф держался молодцом, даже не охнул. Сильный парень и с этим не поспоришь! Достойно уважения то, что он сумел дойти сюда с пулей у печени – рана была смертельно опасная, было внутреннее кровотечение. Да и призраки в лесу - Зона решила испытать сталкера всеми кругами своего ада. Сталкерша положила голову на сложенные на коленях руки, с ресниц капнули слёзы. Она сегодня потеряла друга. Не просто друга, а старшего брата. Ёж в Зоне восемь лет, он помог ей похоронить дедушку, и всегда был рядом, ничего не требуя взамен. Его последний привет добил окончательно её уверенность в том, что из сложившейся ситуации можно вырваться. Она так на него надеялась! Он пошел бы с ней и Максом за артефактом и всё было бы отлично. Он вырулил бы любую ситуацию. И Крыса права в своих убеждениях, но и оставить это на авось - тоже риск. Немного пошатываясь, Седая вошла в дом и сразу легла на широкую длинную лавку у стены, её всё ещё немного колотило. Крыса сидела на своём месте перед ноутбуком и курила, сбивая пепел в жестянку, её лицо было бледным, на лбу собрались глубокие морщины. Только Богу известно, почему и как она попала в Зону. Старшая этого никому из сестёр не рассказывала и вообще не говорила о прошлом, о жизни до Зоны. Юла стояла в дверях, прислонившись спиной к косяку и, смотрела на спящего Скифа. - Как он? – тихо спросила Седая. - Бредит немного, но жара нет, - не оборачиваясь, ответила Юла. - Тогда оставь его в покое – арты через пару часов поставят его на ноги…. Юла неохотно оторвала спину от косяка и, идя к Крысе, мечтательно сказала: - Я влюбилась, девки…. Вот такого парня мне всю жизнь не хватало! Седая подняла голову и, сердито смотря на Юлу, ответила: - Ты не влюбилась – ты сдурела. Нафиг ты ему сдалась?! Заработает денег, уйдёт на Большую землю, там красотки похлеще тебя – есть из чего выбрать. - Не думаю, что Скифа интересуют пустоголовые, накрашенные куклы Барби… - раздраженно, огрызнулась Юла, на что услышала ехидный смешок со стороны Седой. Крыса задумчиво хмыкнула, затушила сигарету и, отвернувшись к окну, медленно и задумано сказала: - Вы обе дуры. Думаете, что отсюда есть выход? Все тут ляжем. Как-то в одном доме у Затона нашла тетрадку сталкера и там слова такие: «Наша жизнь - вечная игра со смертью и удачей, соткана из боли и отчаянья. Любви в этом мире места нет. Там на Большой Земле есть чувства…. Нам же остаётся ловить мимолётное счастье, забываться в мгновениях вырывающихся эмоций и надеяться на то, что после нашей смерти кто-нибудь пустит горькую слезу. Мы сами обрекли себя на это, и все наши благородные желания тонут во мгле этого мёртвого мира. Нет нам покоя, нет прощения, остаётся только надежда на встречу с дорогими нам людьми в ином мире.» - Он был пессимистом – я таким не верю, - ответила Седая. - Идиотка, - спокойно молвила старшая и прикурила другую сигарету, медленно затянувшись, тихо и с расстановкой сказала: - Я уже связалась с сёстрами из Тёмной Долины – Хлоя и Белка пойдут утром в разведку. Где-то перед обедом к ним присоединятся Шутка и Мокрица. Девочки посмотрят, что там с той лабораторией. Надо бы пару дней последить. - Я могу Грома подключить, - осведомилась Юла. - Никаких бывших долговцев! – отрезала старшая: - Эти бывшими не бывают!