Его необычный истинный

Парни направлялись, неизвестно куда, но, как только они увидели дом Пака, одновременно осознали, куда хотели. Чувство пришло неожиданно, а пьяные ноги сами потащили своих хозяев. Разум всё ещё не работал - тело двигалось само. Возможно, это было из-за привычки, но о какой привычке может идти речь? Скорее это было сродни инстинкту - инстинкту омег, которое ведет к альфе. От долгожданной партии в игру Чонгука и Юнги отвлек посторонний шум. После некоторых рассуждений шепотом, они решили, что родители не смогли бы вернуться до завтра, так как были у дяди, а Чимин просто не появился бы дома. Чонгук вовремя умолчал о начавшейся течке своего брата. Выйдя из комнаты, младший альфа был осторожен - возможно, его слишком впечатлила хоррор-игра, - а старший накинул пофигистическое лицо и матами крыл Чонгука, который обычно строил из себя героя, а в такой момент прячется за чужую спину. На первом этаже кто-то продолжал шуметь, шуршать чем-то, а затем что-то упало, что привело к последующему грохоту. Чон шел за Мином, цепляясь в его руку и не отходя ни на шаг. - Почему?.. - держа в руках дуршлак и морковь и закатив губу, с обидой смотрел на него Тэхен. - Ты у мня спрашиваешь? - выпучив пьяные глаза, спросил Пак. - Ну тут больше никого нет... - Попробуй другой стороной. Парень сделал предложенное, но ничего не изменилось. Морковь всё ещё не трется. - Моя морковь с сахароооооом, - усиливая попытки, парень всё ещё тёр морковь о дуршлак. - Что они делают? - стояли и шептались за их спинами альфы. - Трут морковь об дуршлак, не понятно что ли? - скептически поднял бровь Юнги, не находя их действия чем-то непонятным. - Но... зачем? - Тупые вопросы задаешь, Чонгук. Не видишь, что они пьяны? - Брат-а-а-атик, приве-ет, - кидаясь к Чону в объятия, кричал Чимин. - Хэй, так не честно, Чим. Засмотревшись на новые лица, Юнги не заметил, что не легкое тельце повисло на нем так же, как и на его старом друге. - Кто это, блять? - неожиданно грубо для самого себя выругался Мин. - Какой ты пуся, - повисший на нем парень улыбнулся квадратной улыбкой и, пощипав неизвестного парня за щеки, слез с него, - Чима, фу. - Да, Тэ, ты совершенно прав. Гуки и... - брат Чонгука притормозил и осмотрел незнакомца, отмечая про себя, что тот ничего такой, - и твой друг, вы отвлекаете нас от важного дела! Подняв брови от удивления, альфы переглянулись и по взглядам друг друга поняли, что лучше сматываться. Аккуратно повернувшись, они надеялись, что уйдут совершенно спокойно, потому что пьяным омегам были уже не интересны. За спинами альф доносился шум и гам. Омеги чуть ли не дрались, споря о том, какой стороной морковь будет тереться лучше: изнутри дуршлака или снаружи. Конечно же они не учитывали факта, что овощ, чисто из принципа, не будет натираться об дуршлак. Возможно, превратится в кашу, но только от приложенных усилий парней. Не дойдя до двери кухни, Чонгук и Юнги перестали что-либо слышать, из-за чего младший перепугался. Повернувшись на сто восемьдесят градусов, альфы увидели двух сгорбившихся и над чем-то смеющихся омег, повернутых к ним спиной. А альфам неоправданно стало жутко и до чертиков страшно, потому что картина была очень похожа на кадры ужастика. И не современного с хорошей графикой, но не впечатляющим сюжетом, а старого, - у которого и графика совершенно не волнует, ведь сюжет пробирает до костного мозга. Неожиданно омеги повернулись к альфам, оставляя своё прежнее занятие, и направились к двери. Пройдя мимо альф, омежки пошли по коридору, останавливаясь у какой-то двери. - Чонгук, куда ведет та дверь? - взволнованно спросил Мин. - В погреб... - Отлично. Не думаю, что с овощами и фруктами что-то случится. Ну, или с вареньем, - успокоившись, старший смотрел, как омеги заходят в дверь. - Юнги... - Что? - Это винный погреб. Расширив глаза, Юнги выдал единственное, что сейчас было в голове: - Пиздец. Кажется, это пиздец. Словно подтвердив его слова, из тишины коридора кто-то чихнул. Причем, очень громко и смачно. И всё было бы ничего, но затем оттуда издался звук, будто что-то разбилось. Что-то стеклянное. Альфы рванули в погреб, пытаясь остановить то, что хотели сделать пьяные омеги. Обнаружив неснолько разбитых бутылок, Чонгук пошёл за тряпкой и совком, а Мин следил за младшими в надежде, что те больше ничего не натворят. Хихикая, омеги переглядывались, но старший пытался не обращать на это внимание. Чуть отойдя, парень услышал: - Тэхенни, знаешь, я забираю свои слова обратно, - Мину стало интересно, о чем они говорят, и он прислушался, чувствуя, как его спину прожигают взглядом, - Я хочу быть изнасилованным его другом. Юнги застыл. Сейчас он был совершенно уверен, что речь шла о нем. А тот взгляд чонгукова брата на него только прибавляет уверенности. Хотя, может показаться, что это всего лишь пьяный бред. В любом случае, теперь альфа планирует остаться здесь на какое-то время. Парниша зацепил его, поэтому Мин хочет начать игру не зависимо от того, о ком говорил пьяный омега. Чонгук вернулся совершенно неожиданно. Так же, как и пропали омеги. Видимо, Юнги слишком звдумался. - Ты чего? - Так кто были эти омеги? - Тот, что пониже, мой брат, Чимин, а второй - его друг, Тэхен. - Знаешь, я думаю остаться здесь на более продолжительное время. Ты не против? - Нет, конечно, - не подозревая совершенно ни о чем, ответил младший, принимаясь убирать осколки бутылок. - А куда они делись, собственно? - Не имею понятия. - Надеюсь, они не натворят дел. - Я полностью солидарен с тобой, мой старый друг. - с акцентом произносит старший и берет тряпку. - Не говори так больше. С трудом вытерев бетонный пол погреба, парни решили разойтись по своим комнатам. Ну как по своим. Чонгук пошел в свою, а Юнги - в комнату его брата. Зайдя по пути на кухню, старший налил себе стакан апельсинового сока, взял несколько шоколадных конфет и только тогда направился в свою временную обитель. Парень включил свет в комнате и пошел к столу, чтобы поставить еду. Мин повернулся в надежде найти свой мобильник где-то на кровати, но нашел совершенно точно не его. На кровати лицом вниз лежал один из тех пьяных омег. Причем, судя по одежде, это был именно Чимин. - Хэй, - Юнги потрепал его по плечу, пытаясь разбудить - оказалось, он спал, - Парень, сейчас эта комната в моем распоряжении, так что проваливай. - Хм-м, выключи свет, - лишь сказал спящий парень, забавно причмокивая своими пухлыми губами; почему-то Мин завис на его действии. - Парень, - прийдя в себя, снова теребил его за плечо альфа, на что Пак лишь поднял руку. Вопросительно вскинув бровь и смотря на его руку, Юнги ожидал дальнейших действий. Неожиданно эта рука дотянулась до его шеи и потянула на себя. Упав напротив чужого лица под напором руки младшего, Мин уже было пытался выбраться, но Чимин открыл глаза. Выдыхая запахом алкоголя, он произнёс: - Изнасилуй меня, - для такой фразы это было черезчур спокойно. - Ага, ещё чего хочешь? - саркастически ответил Мин, убирая со своей шеи чужую руку. Пак слегка приподнялся на локтях. - Я не шучу. - Я тоже. Спустя долгую минуту зрительного контакта рука Чимина вновь вернулась на шею старшего, потянув его на себя. Легонько прикоснувшись губами, Пак отстранился, фокусируя взгляд, но снова приблизился, не отмечая отказа с чужой стороны. Поцелуй был затяжным и до одури приятным, а привкус алкоголя лишь придавал ему опьяненности. Разорвав поцелуй, младший восстановил дыхание. Парень встал и вышел из комнаты, кинув на прощание что-то, типа: "Не хочешь - как хочешь". Всё ещё не опохмелившийся Чимин, направился в соседнюю комнату, где его ждала интересная картина: Чонгука за воротник футболки тянул Тэхен, завлекая в такой же поцелуй, а сам Чон в это время смотрел на него и держал руки на уровне головы - будто сдается. Хихикнув, Пак подошел к ним и отцепил Кима от своего брата, крикнув, что "он молодец". Но кому же это было адресовано? Резко сев на кровати, Тэхен почувствовал облегчение. Потому что это был сон. Потому что ему это всего лишь приснилось. На улице темно, а на часах восемь вечера. Для себя парень отметил, что поспал недолго. Он вообще не ожидал, что может лечь спать днем, а ранним вечером - тем более. Киму стало невыносимо душно то ли из-за сна, то ли из-за закрытой форточки. Здесь выбор был весьма сомнительный. Теребя свою футболку в попытке проветриться, парень поднялся с кровати и открыл форточку. Постояв немного у окна и поняв, что это не слишком-то помогает, Тэхен вышел из комнаты и спустился вниз, про себя думая о прохладной воде из холодильника. Глотнув прохладной воды из бутылки и совершенно забыв о сне, он направился обратно в комнату, но, не успев подняться до второго этажа, услышал снизу звук открывающейся двери. Тэхен повернулся и увидел запыхавшегося Чимина. - От кого бежишь? - в шуточной манере спросил Ким с бутылкой в руке. - От Юнги, - на выдохе почти легко ответил Пак, после чего у Тэхена появились некоторые вопросы, но он не решился их задать. - Юнги? - шепотом спросил Тэхен, вспоминая, откуда он знает его имя. Чимин поставил обувь, которую, почему-то, нес в руках, и поднялся по лестнице, попутно забирая его бутылку воды. - Эй. - И я люблю тебя. - Да-да, - отмахиваясь, сказал Ким и спустился обратно на кухню за очередной бутылкой воды. Зайдя в их общую комнату с новой бутылкой, Тэхен увидел Чимина, лежащего вниз животом на кровати. - Ты чего? Этот твой Юнги маньяк, что ли? - спросил парень со смешком. Тэхен ожидал, что ему не ответят, поэтому спокойно начал пить. - Да. - теперь Ким выплюнул воду. - Чего? Чимин резко перевернулся и сел на кровати, свесив ноги. Следующую минуту парень молча думал о чем-то, смотря в напротив стоящую стену. - Ты не вспомнил? - стеклянно спросил Пак. - Что именно? - Вчерашнее. Как мы тёрли морковь о дуршлак? И как ты назвал Юнги "пусей"? Не вспомнил? На момент Ким завис. Это был не сон?