Лестница на Небеса

Руки Ванессы мелко дрожали, когда она тащила на вызов тяжеленный поднос. Кухня, как и большинство рабочих комнат, располагалось на пятидесятом этаже. А вот заказчик — на девяносто девятом. Лифт довёз её как всегда молниеносно, но по коридору пришлось топать в жутко неудобных туфлях своим ходом. Комната номер сто шестьдесят шесть была плотно закрыта, но из-за двери доносилась очень громкая музыка. Девушка прокашлялась и носком туфель постучала. Получилось неожиданно громко, но это только к лучшему. Вот только дверь по-прежнему открывать не спешили. Ванесса снова постучала, уже увереннее и раздражённее. Из комнаты показалась светловолосая макушка, а потом уже и её хозяин. Люцифер что-то жевал, глядя на поднос. — Я не это заказывал. — Нет, это! — девушка даже зубами скрипнула. Как же ей не нравился этот нахальный тип! — Ты меня за идиота держишь? — блондин вдруг отвесил Ванессе щелбан, и та сразу же наморщила нос хоть и не было больно. — Либо бери свой кофе, либо я больше ничего не принесу! — Какое же ты глупое млекопитающее, — тяжело вздохнул Люцифер. — Головешка волосатая, а мозгов как у кокоса. — Чем тебе кокос не млекопитающее? Тоже молоко даёт! — покраснев, крикнула Ванесса, хватая с подноса маленькую чашечку сливок и опрокидывая её на чёрную футболку блондина. Прежде, чем тот успел что-либо осознать, девушка развернулась на каблуках, убегая к лифту. Люцифер, с ярко алыми глазами шёл к ней медленно, но достаточно быстро, чтобы успеть до того, как закроется лифт. Правда, та сразу стала жать на кнопку закрывания дверей, и блондин всё же не дошёл буквально на пару сантиметров. Ванесса прислонилась к стене, понимая, что расплескала половину чашки кофе на блюдце. Её всё донимала мысль: Люц выглядел таким задумчивым, потому что перебирал в голове всевозможные пытки, ожидающие её в Аду? Но вдруг автоматические дверцы разъехались. Она лишь успела заметить, что за окнами уже стемнело, а значит время перевалило за половину десятого. Как вдруг перед ней возник блондин. Правда глаза его уже вновь были голубыми. — Соски. — Что?! — похолодев от ужаса, прошептала Ванесса. — В кокосе есть молоко, но нет сосков — значит он не млекопитающее. Это просто волосатый пакет молока. И снова исчез. Ванесса так и стояла прижатая к стенке лифта, с подрагивающим подносом в руках. Только писк закрывающихся дверей вывел её из транса. Девушка просунула в щель туфлю и лифт открылся снова. Она на автопилоте брела вперёд по коридору, вдруг не замечая вывернувшего из-за угла Сэма. — Ау! Весь поднос перевернулся, утыкаясь ровно в малиновый пиджак парня. Ванесса вновь замерла, видя как вдребезги разбивается чашечка. Эмили утешала подругу, одновременно пытаясь склеить осколки. — Всё в порядке, — брюнетка вновь попробовала нанести побольше клея. — Чашку я починю, Сэм на тебя не в обиде, хотя он и очень странный тип. А Люцифер… Ну, побесится и перестанет. Могло быть и хуже. — Могло быть и хуже? — Ванесса шмыгнула носом с долькой обиды. — Это как парень, попавший в мясорубку скажет: — ничего, в машину попали только пальцы! — Ну, пальцы не пальцы, а ты раздраконивая Люцифера добровольно сунула туда руку по локоть, — «подбодрил» её вошедший Дин. — Так что поплачь, меньше пописаешь. — Ещё один дельный совет! — вскочила на ноги розововолосая. — Кстати, о птичках. Что-то твой брат долго в душе. Мне в туалет нужно! — Чаку пожалуйся, что у нас ванная общая. Я сам не в восторге. Но девушка гордо сверкнула глазами, направляясь по коридору к ванной. Она нажала на ручку, но дверь, за которой журчала вода, оказалась запертой. Сэм прикрутил горячую воду, осторожно намыливая волосы шампунем. Он перебирал в голове обязанности на грядущую ночь, хотя уже жутко устал. Хоть Ванесса и обещала застирать пятно от кофе на пиджаке, ему слабо верилось, что это поможет. Однако доносящиеся звуки заставили его замереть. Что-то упало в ванной комнате и он замер прислушиваясь. За шторкой с дельфинчиками не было видно вообще ничего, поэтому Сэм двумя пальцами сжал шторку, при отодвинув её на сантиметр. — Ты чего здесь делаешь?! — тут же вернув занавеску на прежнее место воскликнул парень, заметив топающую к стиральной машине Ванессу. — Ты слишком долго плескаешься тут, — без доли стеснения ответила та. — Тем более скоро поздний ужин. Ещё в номера еду разносить. Мне некогда ждать пока ты выйдешь. — Я вообще-то закрывался, как ты внутрь-то попала?! — Хреново закрывался значит, отмычки давным-давно изобрели. — Мне теперь стулом дверь подпирать или что? — парень помассировал виски и вдруг снова замер. — Стой, ты что, писаешь там?.. — Да, тебя что-то не устраивает? — словно ничего и не происходит ответила розововолосая. — Я не стесняюсь. — И долго ты собираешься торчать в ванной? — смирившись спросил Сэм. — Ну, пиджак вот застираю, — девушка открыла в кране горячую воду и на парня тоже полилась ледяная вода. — Да ты с ума сошла! Дай мне хоть полотенце! — Не могу-у! У меня руки в порошке, — Ванесса и действительно уже вовсю застирывала пятно. Сэм прислонился лбом к стене, пытаясь привести мысли в порядок. Он под холодной водой смыл шампунь и резко дернул занавеску, оборачиваясь ею. Ванесса даже взвизгнула от неожиданности, крикнув что-то по типу: «да ты совсем рехнулся!». Парень даже на неё не взглянул, молча вылетая из ванной. А дальше — картина маслом. Дин помогал Эмили подклеить ручку чашечки, вдруг замирая и понимая, что веселье только начинается. Да и брюнетка разинув рот смотрела в дверной проём, где сначала появился горделиво вышагивающий Сэм, а за ним и Ванесса, с наполовину застиранным пиджаком в руках. Дин протёр глаза, надеясь, что иллюзия, в которой его мокрый брат тащит за собой такой же мокрый шлейф занавески, словно слизняк, просто развеется. Но он не развеялся, лишь всё так же горделиво и вальяжно проскользил в свою комнату. *** Эмили раскладывала тарелки за столиками в небольшой столовой для тех, кто предпочёл не заказывать поздний ужин в номер, а решил спуститься и пообедать. Трапеза здесь начиналась раньше, чем разнос еды по номерам, так что и Ванесса помогала подруге, протирая тарелки и передавая их брюнетке. Розоволосая вдруг наклонилась к самому уху Эмили: — Смотри какой красавчик за седьмым столиком. — Не в моём вкусе, — так же тихо ответила та. — Слишком какой-то… не мужественный, что ли. — А мне нравится, — Ванесса улыбнулась. — У нас идеальная женская дружба: одинаковые вкусы на вино и разные на мужиков. — Это точно, — Эмили улыбнулась, а на щеках проступил небольшой румянец. — Иди подойди к нему. Как раз он уже долго изучает меня, может и закажет что-нибудь. — Знаю-знаю, — хихикнула розоволосая. — Что-то я стесняюсь. Но в этот момент сам постоялец сделал жест рукой, призывая официанта. Сэм тоже это заметил, так что Ванессе пришлось не раздумывая ринуться в бой. Буквально на немного опережая Сэма. — Здравствуйте, меня зовут Ванесса, на сегодня я ваша официантка. — Добрый вечер. Не на сегодня, а на ближайшие десять минут, пока не придёт время заниматься обслуживанием номеров, — тот легонько улыбнулся, давая понять, что это не наезд. — Но мне не важно кто именно принесёт мне напиток. — Дайте угадаю, чёрный? Без сахара, сливок и прочего? — в ответ улыбнулась Ванесса. — Я ведь права? — Нет, хочу чай, — мужчина лукаво прищурился. — И сэндвич. В этот момент подошла сзади Эмили, и не глядя в блокнот с заказом спросила: — Чёрный кофе? — Нет, — уже серьёзнее повторил мужчина. — С чего вы обе решили, что я выберу чёрный кофе без подсластителей и сливок? — Ну, вы выглядите хмурым. — Усталым… — И желающим кофе. — Нет, словно вам не хватает кофе. — Занятно, вас это веселит? — вдруг спросил он. — Скорее удручает, — Ванесса перешла в наступление. — Такой мужчина симпатичный, а совсем грустный. — Грустный? — переспросил тот с лёгкой полуулыбкой. — Да, или схожими эмоциями, — теребила косичку Эмили. — Хм, — мужчина упёр подбородок в ладонь. — Дайте определение эмоциям. — Ну, — Ванесса неловко сглотнула. — Сами знаете, чувства там и всё такое. — Дайте определение чувств. — Это когда что-то чувствуешь, например, боль, — подсказала брюнетка. — А определение боли? — подобно чеширскому коту улыбался тот. — Ладно! — Ванесса задрала нос. — Сейчас покажу! — она вдруг ущипнула подругу за предплечье. — Эмили, опиши, что ты чувствуешь? — Это ужасно! — та сразу потёрла ушибленное место. — Да-да, конечно, — розоволосая кивнула. — Нельзя ли поточнее? — Я чувствую… Я чувствую себя вот так, — Эмили тут же ущипнула и Ванессу, только немного сильнее. — Ой! — Ванесса скуксилась. — Аж слёзы выступают! — Не плачь, — брюнетка приобняла подругу. — Ты же знаешь, что если ты плачешь, то и я буду плакать. — Прости меня, Эми, я не хотела тебя обидеть, — розоволосая сильно стиснула подругу в объятиях. — И я не хотела. Сама не знаю, что на меня нашло! — Эмили утёрла слёзы. — Вот это, Михаил, и называется эмоции, понимаешь? — прошёл мимо Сэм, забирая у Ванессы заказ. — Хватит тут хвостами крутить. Идите занимайтесь делом. Щёки розоволосой сразу же стали малиновыми. Она неловко вытерла ладони о передник уже разворачиваясь в след за Сэмом и подругой. Как вдруг Михаил перехватил её за запястье. — Если ты вдруг ещё как-нибудь захочешь показать свои эмоции, то я не против посмотреть, — парень ненавязчиво улыбнулся, отпуская девушку дальше. Ванесса даже не обернулась. Она знала, как глупо сейчас выглядит, особенно, после развернувшегося спектакля. Девушка взглянула на часы, понимая, что пара минут у неё осталась на самоненависть. Она плюхнулась на пурпурный диванчик думая о своём и одновременно тыкая каблуком в пол. — Что ты делаешь? — спросил её проходящий с бутылкой рома Бальтазар, приближаясь. — Рою себе яму, чтобы провалиться от стыда, — на автомате ответила девушка. — Это после разговора с Михаилом-то? — француз тяжело вздохнул. — Милая моя мадемуазель, держишь лучше подальше от ангелов. А от архангелов так в особенности. Лучше одна нигде им на глаза не попадайся. Ну, может кроме Гейба. И ни за что не доверяй им. — И тебе тоже? — вдруг спросила Ванесса. — Да, мне тоже, — Бальтазар посмотрел на холл через мутноватое стекло бутылки. — Ты потом поймёшь, как отличаются миры людей и ангелов. Мне потребовалось умереть дважды, и оба раза от ножа в спину, чтобы понять, что больших засранцев не существует. — Буду держать хвост пистолетом, — выдавила из себя улыбку Ванесса. — Не сомневаюсь, — уже тише, себе под нос, ответил Бальтазар, глядя в след уходящей девушке. — Вот только ангелов пули не берут.