Героиня на ваши головы

— Командор Смит?       Постучавшись, заглядываю в кабинет Эрвина. — Юлия?       Войдя и прикрыв за собой дверь, я с улыбкой подошла ближе к командиру. — Что-то случилось? — Пока ничего экстренного. Просто хотела вас уведомить, что могу пригодиться не только в плане раскрытия грядущих событий. — Вот как? — на лице Смита не дрогнул ни один мускул. — Чем же ещё вы можете быть нам полезны?       И почему так неловко, словно сама себя расхваливаю? — В своем мире по профессии я врач. И подумала, что в этом плане моя помощь здесь не помешает. — Что ж, это действительно не будет лишним. Благодарю за предложение. Однако должен спросить: сможете ли вы помогать людям в полевых условиях? — Было бы странно, наверное, не задай он подобный вопрос. — У меня, конечно, нет подобного опыта. Но всё же постараюсь справиться. — Похвальное рвение. А как насчет содействия майору Ханджи в разработке антидота?       Я, конечно, девушка старательная, но при этом не всезнайка… — Даже не знаю, честно говоря. Готова работать вместе с майором, но, наверное, она сама в этом разберётся лучше — всё-таки более опытна в вопросе титанов.       Мне показалось, или взгляд Эрвина после этих слов сразу похолодел? — То есть, вы отказываетесь? — Нет, что вы! — я замотала головой. — Всего лишь имею в виду, что в деле разработки антидота толку с меня вряд ли будет много. Готова сделать всё возможное! — Хорошо, я понял вас, — кивнул Смит, и у меня с души сразу отлегло. — Это всё? — Нет, — раз уж решилась, отступать некуда. — Я бы хотела сегодня вечером снова встретиться с вами. И рассказать всё, что мне известно. Про всех. Включая вас.       Кажется, удалось удивить непробиваемого командора. Это, словно короткая вспышка, отразилось на его лице, но самообладания Эрвин, разумеется, не теряет — бывал в ситуациях и похлеще. — Я не против. Но с чего вдруг такое рвение?       Сама уже столько раз задалась этим вопросом… — У меня несколько причин. Но самая главная — я хочу помочь и очень сильно верю в вас, командор. Много думала и сомневалась, а стоит ли раскрывать такие важные детали будущего? Не наврежу ли этим? И, наконец, поняла, что просто обязана донести до вас всё, известное мне. А вы как разумный человек сами решите, насколько эти сведения ценны, и как ими распорядиться. Я верю, что это поможет избежать множества смертей и ускорит некоторые события. Позволит доказать правоту теорий и версий, которые были у вашего отца…       Кажется, я нажала на больную точку, потому что Эрвин сразу вскинулся и посмотрел мне в глаза, с легким нажимом спросив: — Откуда вам известно о теориях моего отца?       Ах, вот какая подача… — Раз вы задаете подобные вопросы — значит, всё-таки не верите мне, капитан? — Не могу сдержаться и хмуро гляжу на на него в ответ. — Тогда какого черта я тут вообще распинаюсь?! — Не спешите с выводами. Ничего такого я не говорил. Однако, вы должны понимать и мою сторону — мы не можем полностью доверять, пока ваши слова не подтвердятся. Не стоит принимать это как личное оскорбление.       Может, и так, но всё равно обидно! Я молча слушала его объяснения, опустив взгляд, и в конце концов единственное, что смогла сказать — это… — Понимаю.       Как бы они не относились ко мне, даже если это будет открытая неприязнь, я должна рассказать правду. Чтобы многие выжили, все руки-ноги у них были на месте, и не пришлось принимать множества тяжелых решений. И ещё… впрочем, это мой личный секрет… — Я могу идти? — Да, конечно.       Я не дам тебе умереть, командор. Ты обязан жить и спасти человечество, ведь без тебя всё покатится к чёртовой матери. ***       Нашла во внутреннем кармане своей куртки полупустую пачку сигарет. Забыла уже, что купила её: курю редко, в основном, когда мне плохо. И хоть сейчас я просто не в настроении, стоя недалеко от входа в корпус, смолю в одиночестве. Скоро должен прийти Леви — опять заниматься с «Бестолковой». — Ты не устаешь меня разочаровывать.       Блять! Аж сердце в груди подпрыгнуло! — Ах! Ты что, из-под земли вырос?! — Твою мать, Юля, он же из Подземного Города! — Очень смешно, — я смотрю в глаза Леви и чувствую, как начинаю краснеть от стыда. — Простите, капитан, не подумав брякнула… — Я не удивлен, — а вот это уже обидно. — Значит, ты ещё и куришь?       Стою перед ним, словно школьница, не выучившая урок. Что ж так стремно, я ведь взрослая женщина, в конце концов?! — Иногда. — Заканчивай и шуруй на площадку, — развернувшись, Сильнейший Воин Человечества собрался уходить. Ну надо же, какие мы важные, пфе! — Капитан, постойте!       Леви обернулся, с легким недоумением взглянув на меня. Хотя, это был, скорее, немой вопрос а-ля «Ну чего тебе ещё?». — Я хочу рассказать вам кое-что про Кенни…       А вот теперь точно вижу удивление. Что ж, неловкость с цыгаркой того стоила. — Ты что-то знаешь про него в будущем? — медленно спросил Аккерман, и мне осталось только молча кивнуть. — Поговорим после тренировки. — Шевелись. Пока ты раз замахиваешься, я бы троих завалил.       Сравнил хрен с пальцем! И что это вообще за «Режим инструктора Шадиса»?! И так уже вся мокрая от пота, третий час подряд между этих грёбаных столбов летаю! Ну ничего, я покажу тебе, как хирурги могут с острыми предметами управляться! Хватит трюков разведчиков, у меня и свои, докторские, есть! — Капитан явно наслаждается её муками…       Закончившие свои тренировки Жан и Конни наблюдают за нами, негромко переговариваясь. А у меня, кажется, ниже спины дымится от злости! Да, я не самый лучший боец, но и не такое уж дерьмо! — ДА ЗАТКНИТЕСЬ УЖЕ!       Всё, прорвало. Заорав, как потерпевшая, я буквально рванулась вперед и в полете стала рубить лезвиями не как велел капитан, а подобно тому, как работаю в операционной — правда, не так аккуратно, ведь это совсем иное. Плохо помню, как всё провернула, но когда, тяжело дыша, приземлилась на землю и обернулась, увидела внизу ошметки сразу с нескольких столбов. Получилось?! Правда?! Я… — Не прошло и полгода, — Леви смотрит на меня, скрестив руки на груди, как всегда с неизменной спокойной рожей. Повернув голову чуть левее, вижу охреневшие лица Жана и Конни. — На сегодня всё, — продолжил Аккерман, снова обратившись ко мне. — Через полчаса в столовой.       Ах, да, я же обещала ему рассказать про Кенни… — Есть!       Когда капитан ушел, стала отстегивать УПМ, чувствуя, как сильно ломит спину и ноги. Пока этим занималась, ко мне подошли Конни и Жан. — Ну ты даёшь, новенькая, — широко улыбаясь, сказал Спрингер. — Неужели так рассердилась?       Усмехнувшись, я прихватила УПМ и собралась идти в корпус. — Ещё бы! Капитан мне и так три часа выдохнуть не давал, а тут вы под руку кудахчете! Да я просто в бешенстве! — Ой-ой, какая злюка, — заржал Кирштайн. — Аж испугался, когда ты на меня зыркнула, ахах. — Заткнись, — обиженно булькнула я и пошла в здание. Надо оставить снаряжение и переодеться, а после топать к Леви. Блин, даже не представляю, как рассказывать всё про его дорогого дядюшку… ***       Пунктуальный капитан сидел за столом, попивая чай. Чувствуя какой-то трепет, я не очень смело отодвинула стул и уселась напротив него. Не могу понять, отчего моё поведение рядом с ним всегда такое разное: то готова наговорить гадостей, то гляжу с восхищением, то почти боюсь… Но как бы там ни было, мы договорились встретиться, и я должна рассказать правду о человеке, который в своё время практически спас его. — Итак, — глухо произнес Аккерман, исподлобья глянув на меня и неспешно делая глоток чая, — что я должен узнать о Кенни?       Прямо в лоб. Хотя, это же Леви, чему удивляться? И в самом деле, с какого момента мне рассказывать? — Что ж, если вы готовы, начну, пожалуй, с его фамилии. Вам ведь она не известна, капитан? — Зачем я спрашиваю? — Нет, — коротко бросил Леви, продолжая смотреть в упор. — Кончай эти прелюдии, говори прямо.       Надо же, прямо моими словами говорит, хех. Ну ладно… — Фамилия Кенни — Аккерман. И он был не просто «знакомым» вашей матери…       Глаза капитана удивленно распахнулись, но пока что он не произносил ни слова. Я покачала головой и помахала рукой при этом, сразу отметая его возможные подозрения: — Он не ваш отец, если вы об этом подумали. На самом деле Кенни — старший брат вашей матери. Соответственно — ваш дядя. Я говорю об этом потому, что однажды вы встретитесь снова…       Едва заметно поморщившись, Леви спросил: — А если я не хочу этой встречи?       Эх, капитан, далеко не всё происходит так, как мы желаем. Что в этом мире, что в каком-либо другом. — Тем не менее, ваши пути пересекутся. Конечно, это будет, мягко говоря, не самая радостная встреча. Кенни уже давно работает с высокими чинами, его занесло в Военную Полицию в звании капитана. Но это только так говорится. На деле он остался самим собой. — Капитан Полиции? Полный бред, он не мог с ними связаться.       Кажется, на разговор с Эрвином я опоздаю… ***       Как холодно. И голова кружится. Ничего не вижу, слышу только стук лошадиных копыт. Я и сама, похоже, переброшена через коня! Что происходит?! Мои руки связаны за спиной… — Не дергайся, если не хочешь упасть!       Да хрена лысого! Что вообще было?! Я поговорила с Леви, вышла покурить, собираясь после к Эрвину, а потом… Чёрт, что было потом?! Так гудит башка, и пыльная ткань на лице — похоже на мешок. Какая-то сволочь оглушила и похитила меня! Сука, я не сдамся, нет, нет, нет! — Да не дёргайся ты, идиотка!       Ах, блять, прямо коленом под ребра! Как же больно! И этот голос кажется знакомым… — Райнер?.. — Тц, надо же, признала. Говорю в последний раз — не дёргайся, если не хочешь свалиться или получить снова!       Теперь всё постепенно проясняется: этот ублюдок, видимо, испугался, что я сдам их с потрохами. Но тогда… зачем было похищать меня? Почему просто не убить? Хоть до сих пор жива, мне всё равно очень страшно. Вряд ли кто-то видел, как меня забрали, и уж тем более маловероятно, что рванутся спасать — подумают, что я просто свалила сама, испугавшись наказания или чего-то ещё. Мне конец… — Отпусти меня, Райнер, неужели ты не понимаешь, что таким глупым поступком делаешь только хуже?!       Молчит так долго, я все ещё слышу только стук копыт. Решил игнорировать? — Хуже? Нет, хуже делаешь ты, причем самой себе. Длинный язык подвел. Но у тебя есть шанс дожить до старости… — донеслось до моих ушей спустя несколько минут. Не уверена, что всё понимаю правильно, но чего он хочет от меня?! — Тебе не всё ли равно, ублюдок, сколько я проживу? — Страх вперемешку со злостью наполняет меня, и по телу проходит дрожь. — Ты-то уж точно не познаешь, что такое старость!       Новый удар под ребра, намного сильнее предыдущего, и я, не сдержавшись, вскрикнула, а после закашлялась. От неправильного положения тела и постоянной тряски голова кружится всё сильнее, в глазах темнеет. Райнер, пидор бронированный, ненавижу тебя и всю вашу кодлу поганую! Чтоб вас разведчики на гирлянды порубили! — Заткнулась, наконец? — даже в его сраном голосе слышу усмешку! — Может, я и не доживу до старости, но зато выполню свой долг. И буду знать, что сослужил хорошую службу во имя своего народа.       Уже и забыла, что вся ваша компашка прикрывается пафосными фразами и считает себя благодетелями. Но что-то я не заметила ничего хорошего в том, чтобы губить людей, которые ни в чем не виноваты, по сути. — Пошёл ты… Лжете сами себе, пытаясь оправдать всё дерьмо, которое сотворили!       На этот раз мне прилетело коленом в лицо. Чувствую, как из носа течет кровь, а во рту привкус железа. В глазах темнеет, я теряю сознание… *** — Доктор Куин, женщина-анимэшница, пха-ха-ха! — Чего вы прицепились ко мне?! Да, люблю я аниме, что ж такого?! Сами-то смотрите всякие говносериалы по НТВ, а это, по-моему, полный зашквар! — Зато не так смешно звучит, как у тебя, — коллеги ржут, как полковые лошади, я обиженно молчу. Да и к чертовой матери вас, любила анимэ и любить буду! — Мне плевать, как это звучит. Столько людей, мыслящих однобоко и рассуждающих также. Всех трясет прямо, кто чем увлекается, кто с кем спит, и прочее. При этом сами пропердели свои диваны, смотря «Возвращение Мухтара» и жуя пельмени с майонезом! Я, в отличие от некоторых, понимаю — каждый волен выбирать сам, что ему любить, а что нет. И одни не имеют никакого права указывать другим!       Настроение испорчено, находиться в этой компании мне сейчас совсем не хочется. Поднявшись на ноги, выхожу из ординаторской. Лучше пойду выпью кофе, а заодно погляжу, нет ли обновлений по любимой манге… ***       Как темно. И так холодно, что даже зубы немного стучат. Руки, связанные за спиной, затекли. Но чувствую, что сижу в каком-то помещении в правильном положении. Пытаюсь прижать колени к телу и хоть немного согреться, как тут же услышала ненавистный знакомый голос: — Очнулась?       Блин, это не приснилось, и Райнер действительно похитил меня! Но где мы находимся, я до сих пор ничего не вижу из-за гребаного мешка на голове?!       Слышу приближающиеся шаги, моей шеи коснулись, развязывая веревку, удерживающую мешок, и через несколько секунд я увидела перед собой склонившегося Райнера, который смотрел в упор. Быстро оглядевшись, поняла, что мы находимся в какой-то развалюхе, напоминающей то ли полуподвал, то ли заброшку. Чуть позади моего похитителя стоял его дружок-«Колосс». — Как чувствуешь себя? — Снова обратился ко мне Райнер. И он ещё спрашивает! — Прекрасно, — говорю немного хрипло, больше похоже на шепот, — особенно когда рожу твою вижу. — Не старайся, своими шуточками ты меня не заденешь.       Пф, но попытаться-то можно? — Слушай сюда, языкастая: не знаю, сколько ты успела рассказать Эрвину, но нам расскажешь всё, поняла? И если это сделаешь, то у тебя появится шанс уйти отсюда живой и даже своими ногами.       Звучит очень обнадеживающе, ага. Знал бы этот козлина, как мне сейчас страшно. Хотя… хорошо, что он не в курсе. А я уж постараюсь держаться достойно перед тем, как сдохнуть. — Уйду я отсюда или нет — вы никогда от меня ничего не узнаете! Всё, что могу сказать — вы и ваш дорогой шерстистый лидер можете начинать тренироваться сосать член командора Смита!       Сказала неплохо, но внутри всё дрожит от страха. Не хочу погибать, не здесь, не сейчас! Я должна умереть старой бабкой, которая всех ненавидит и говорит, что «вот в мои годы…». Как бы там ни было, не без удовольствия наблюдала, как перекосилось от гнева лицо Райнера, и как своими рыбьими глазами, раскрыв рот, на нас пялился Бертольд. Даже если мне сейчас прилетит по морде, оно того стоило. — Ах, ты!.. — как я и думала, этот козлина, сжав кулак, замахнулся было для удара, как за его спиной раздалось: — Райнер! Что с тобой творится?!       Ого, меня защитила безвольная амёба? Опустив кулак, Браун повернулся к Бертольду. — Неужели ты не понимаешь? Эта девка хотела сдать — а может, и уже сдала! — тебя, меня, Энни! Она очень много знает и хотела рассказать всё Эрвину! Она заслужила это!       Хотела бы я знать, чего заслуживаете вы. Точнее, знаю, чего, и даже в курсе, как подох один из вас. Но мне так бы хотелось увидеть, как сгинет вся ваша кодла. И желательно — в кошмарных мучениях, с адской болью. Я бы так хотела, чтобы Леви наблюдал за этим и мог почувствовать хоть небольшое облегчение на душе. Но, похоже, никогда не смогу это увидеть или как-то узнать. От меня была бы хоть какая-то польза, расскажи я всё Эрвину сразу. На деле же — как и говорил Леви — «Бестолковая»… — У тебя есть сутки на раздумье, — Райнер снова повернулся ко мне. — Если за это время ты всё не расскажешь, мы убьем тебя. Горевать по тебе никто не будет, тем более если узнают о том, что ты была шпионкой.       Ах ты тварь, даже после смерти меня дерьмом облить собрался! Пускай нет плана, пускай мне капец как страшно, я не сгину здесь, да ещё и от ваших рук! — Ты действительно думаешь, что так легко сможешь наговорить про меня всякое? Тогда придумай историю поубедительнее, потому что я вам ничего не скажу! — Это мы ещё посмотрим…