The Line (Границы)

«Вы действительно думаете, что уступить искушению — это слабость? Я с уверенностью могу вам сказать: чтобы поддаться некоторым искушениям, требуется сила и мужество».

Оскар Уайльд

— Ты сошёл с ума, Дюран. — Джон Винчестер покачал головой, отвечая на неразумную просьбу. — Ты позвал меня сюда из-за этой ерунды? Я думал, что жизнь человека в опасности. — Жизнь всегда в опасности, Джон. — И это приносит тебе счастье? Медиум улыбнулся, хотя в его тёмных глазах не было и следа юмора или насмешки. — Если бы люди не умирали, у меня не было бы бизнеса. Как и у тебя, если на то пошло. — Я имею дело с упокоением мёртвых, а не с их воскрешением. И уж точно не наживаюсь на чужих страданиях. — Я не прошу тебя никого воскрешать, святой Джон. Просто помоги найти то, что мне нужно для работы. Я знаю, у тебя есть связи. — Я не связываюсь с чёрной магией, как и люди, с которыми я общаюсь. — Всё когда-нибудь случается в первый раз, друг мой. — Дюран указал на просторную гостиную в номере пентхауса. — Конечно, ты можешь понять желание человека вернуть сына. — Сын этого человека мёртв, Дюран! — Джон старался говорить тихо, но его голос набирал громкость вместе с растущим разочарованием. — Даже если ты отдашь ему оживший труп, это не будет его сыном. — Я не занимаюсь некромантией, Джон. Это больше похоже на обмен телами. И поиски этого убитого горем человека не так уж отличаются от твоих. Он хочет отомстить и получить искупление. Джон провёл обеими руками по своим тёмным волосам — в основном для того, чтобы не вцепиться Дюрану в глотку. — Калеб был прав. Я был идиотом, что пришёл сюда. — Кстати о Калебе. — В глазах Дюрана вспыхнул дикий огонёк. — Я думаю, он может быть полезен в этой маленькой охоте. Все эти мышцы должны пригодиться во второй фазе. Тёмные глаза Винчестера предупреждающе сузились. — Он уже на охоте. — Верно, — кивнул Дюран. — С Дином. Джон не собирался упоминать, что они вернутся сегодня вечером. Никто из его семьи не собирался помогать Хьюзу с этим заданием. — А даже если бы он и не охотился, Калеб не слишком высокого мнения о тебе. Кажется, слова «ублюдок» и «сумасшедший сукин сын» произносились довольно часто. Сомневаюсь, что он согласится прыгнуть в кровать с тобой из-за этой маленькой беды. — Не могу сказать, что я не пытался убедить Калеба «прыгнуть в кровать со мной» при нашей последней встрече. — Дюран снова улыбнулся. От его похотливого намёка волосы на затылке Джона встали дыбом, и он окончательно удостоверился, что совершил серьёзную ошибку, попытавшись выслушать Хьюза. — Но ты прав, боюсь, он не ценит ни мой тип, ни мои таланты. — Ты и твоя ведьма должны вернуть этому человеку его деньги и сократить потери, прежде чем кто-то пострадает. — Джон вышел из комнаты, куда они удалились для разговора наедине: он услышал всё, что хотел. По какой-то причине ему вдруг захотелось принять горячий душ. Охотник быстро вернулся туда, где оставил Сэма с мистером Клайном и Сирией. — Сэм, мы уходим. Шестнадцатилетний подросток поставил стакан с чаем на маленький серебряный поднос и встал. — Папа? — Здесь мы ничего не можем сделать. — Джон посмотрел на седовласого мужчину, который тоже поднялся, услышав его слова. — Сожалею о вашей потере, мистер Клайн. Но я не могу быть частью этого. — Но мистер Хьюз хорошо отзывался о вас. Он сказал, что у вас репутация одного из лучших в своей области. Джон вздохнул. — Мистер Клайн, вы вообще знаете, чем мы занимаемся? — Охота. — Клайн ответил с таким видом, словно ему пришлось проглотить очень горькую пилюлю. — Кажется, вы называете это охотой. — Совершенно верно. Я охочусь на то, что причиняет людям боль. — Этот предмет, который мы ищем, не будет использоваться для причинения вреда. Джон печально покачал головой. — Я также уничтожаю вещи, которые не принадлежат этому миру, вещи, не предназначенные для того, чтобы ходить среди живых. Вы понимаете, что ваш сын больше не принадлежит этому миру? — Вы понимаете, сколько денег я готов заплатить, чтобы вы помогли Дюрану с этим, мистер Винчестер? Джон посмотрел на Сирию, которая осторожно накручивала на палец длинную прядь тёмных волос и облизывала губы, словно кошка, только что проглотившая драгоценную канарейку. Она наслаждалась зрелищем. — Извините, но я не хочу пересекать определённые границы ради денег. — Понятно. — Клайн одёрнул пиджак от Армани, и его лицо посуровело так, что Джон понял: этот человек привык добиваться своего. — Тогда это я прошу прощения… за то, что отнял у вас время. Джон кивнул. — Пойдём, Сэмми. — Пока, Сэм, — промурлыкала Сирия, и подросток слегка покраснел. — Увидимся, — Сэм махнул рукой и усмехнулся, думая о том, как разозлится брат, что он упустил шанс пофлиртовать со знакомой Дюрана. Дюран вошёл в комнату, когда Джон открыл входную дверь. Охотник жестом пригласил младшего сына выйти в коридор и двинулся следом, но его остановил мелодичный голос Хьюза: — Если передумаешь, Джон, ты знаешь, как со мной связаться. Джон взглянул на мужчину. — Я не передумаю. — Затем он повернулся к Клайну: — Но я действительно советую вам сделать это, мистер Клайн. Я понимаю вашу боль, но вы понятия не имеете, о чём просите. Сердечная боль, которую вы сейчас чувствуете, даже не идёт ни в какое сравнение с тем, что будет. — Очевидно, вы никогда не теряли ребёнка, сэр, — отрывисто сказал Клайн, поворачиваясь спиной к охотнику и глядя в огромные стеклянные окна, откуда открывался захватывающий вид на город. — Нет, не терял. — Джон устало вздохнул и снова посмотрел на Дюрана. — Я расскажу об этом Джиму. Молодой человек рассмеялся. — Сделай это, Джон. Я уверен, что священник прочитает мне проповедь. Обычно он так и делает. Он может даже попытаться забрать мою членскую карточку, как в прошлый раз. Сирия встала с плюшевого кресла и подошла к Дюрану, взяв его за руку. — Это когда он не одобрял меня, любовь моя? — Да, думаю, что так. Джон покачал головой. — Возможно, тебе стоит поучиться у Калеба, Дюран. Будь немного разборчивее в том, с кем вы заползаете в постель. — С этими словами он ушёл. — Мне будет приятно смотреть, как он страдает, — прошептала Сирия, как только дверь закрылась. Дюран похлопал её по руке. — Помни, моя милая, это бизнес, а не удовольствие. — И что теперь, Хьюз? — Клайн налил себе виски из хорошо укомплектованного мини-бара. — Ты сказал, что Винчестер — лучший. Я ожидаю лучшего. Я плачу за это хорошие деньги. — И ты получишь его, — ответил Дюран. Он постучал себя по лбу: — Я это предвидел. — Мне не нужно быть посвящённым в твои экстрасенсорные штучки, чтобы понять, что за человек Джон Винчестер. Его нельзя купить, Хьюз. — У каждого есть своя цена. Стоит просто посмотреть на то, какие деньги вы готовы заплатить мне, чтобы ваш сын вернулся к вам. — Это другое дело. — Клайн сделал большой глоток янтарной жидкости, собираясь с духом. — Сын не измеряется богатством. — Вот именно. — Хьюз посмотрел на Сирию и усмехнулся, прежде чем снова повернуться к Клайну. — Вы знаете, что у Джона Винчестера двое сыновей? — Я встретила только одного мальчика. — Бизнесмен нахмурился. — Какое, чёрт возьми, это имеет отношение к делу? — Абсолютно прямое. — Дюран обошёл огромный кожаный диван и сел в кресло, которое освободил Сэм. — А вы знаете, что у моей дорогой Сирии есть предки на Гаити? Её прапрабабушка была могущественной жрицей. — И что? Медиум взял стакан, из которого пил Сэм. — Сирия унаследовала многие таланты своей дорогой покойной бабушки. Не только её захватывающую красоту, но и способность создавать удивительные зелья и заклинания. — И как это мне поможет? — Клайн подошёл ближе, переводя взгляд с улыбающейся Сирии на Дюрана. — Это поможет Джону Винчестеру посочувствовать вашей потере. Иногда человеку нужно встать на место другого, чтобы понять глубину его страданий. Морщины на лбу успешного предпринимателя стали глубже. — Она что-то сделала с тем мальчиком? — Ничего такого, что нельзя было бы вылечить… — Дюран покрутил чашку, взбалтывая то, что осталось от чая, — за хорошую цену. — Я бы не хотел, чтобы кто-то пострадал, особенно ребёнок, Хьюз. — Послушайте, мистер Клайн. Не пытайтесь привить мне этический кодекс. Вы хотите, чтобы ваш сын вернулся, или нет? Мужчина колебался, проводя рукой по редеющим седым волосам. — Я хочу, чтобы Скотт вернулся. — Тогда немного крови на руках не должно вас беспокоить. Вы живёте в деловом мире и богаты. Я подозреваю, что это не первый случай, когда вы идёте по этой дорожке. — Я не хочу, чтобы мальчик умер, — тихо сказал Клайн. Дюран пожал плечами. — Это не будет на вашей совести. Это полностью ляжет на плечи высокого и могущественного Джона Винчестера. И поверьте мне… — Хьюз с отвращением закатил глаза, — он поступит правильно.