Товарищи по университету

Это было начало июня, и вся Москва была в цвету жасмина и шиповника. Замечательное тёплое летнее утро приближалось к одиннадцати часам. Город уже шумел, а метро было переполнено студентами и студентками: несмотря на то, что сегодня была суббота, все торопились на субботние пары, дополнительные занятия, кружки, студенческие репетиции. Не спала и Маяковская. Вале Маяковской нравилась жара, но не нравилась толпа в метро, и последнюю станцию Валя прошла пешком по улице. Она шла на очередной митинг — девушка вообще часто ходила на разные митинги, организовывала протесты, собирала подписи на петициях, и сейчас у неё был в сумке плакат «Прекратите отстрел бездомных животных!» и пачка бумаг для подписей. Так получилось, что митинги часто разгоняли. Если говорить честно, то почти каждый митинг, но Маяковская не опускала руки и продолжала выражать свои протесты — Валя была большого роста и обладала очень громким выразительным голосом, что только помогало ей добиться нужного эффекта. Иногда дело доходило до задержания, но тут работала ещё более странная вещь — как-то так сложилось, что мама Вали уже давно работала в полиции и дослужила до звания лейтенанта. Александру Алексеевну Маяковскую уважали, она была серьёзной и адекватной женщиной, не брала взяток и всегда вела себя спокойно. Если дело не касалось очередного Валиного протеста. — Валентина Владимировна! Как тебе не стыдно! — Ну мам! или: — Валя! Сколько можно, мои коллеги звонят мне и говорят, что ты снова где-то пропагандируешь! И сама Валя, в красивой ярко-жёлтой рубашке и с разрисованным лицом, смеётся: — У нас в литинституте домашнее задание было: понять, чем жили поэты прошлого. Вот, я как Бурлюк ходила по улице в яркой одежде и со стихами на щеке… И так было каждый раз.

***

Сейчас на площади собралось уже много людей, и Валя была рада, что в этот раз всё пойдёт хорошо, а не как обычно. И она оказалась права: за полдня она собрала почти двести подписей и раздала кучу листовок о приютах.