Сколько твоё сердце стоит?

      После фразы Наташи, несущей страшное осознание, на короткое мгновение над площадью повисла тяжёлая замершая тишина, а потом движение вспыхнуло с новой силой. Окойе подбежала к Т’Чалле, но так и не прикоснулась, лишь глядя потерянным взглядом. Ванда вздрогнула, без колебаний отшвырнула удерживаемые с помощью силы камни и стёкла в здание через проём в стене, образованный взрывом, и в секунду оказалась рядом с Наташей, которая не отпускала запястье Т’Чаллы и выглядела оглушённой.       Шури, по щекам которой непрерывно лились слёзы, рванулась вперёд, явно стремясь к брату, но споткнулась и не упала только благодаря Баки, который перехватил её ловким уверенным движением и попытался удержать от дальнейшего движения. Ванда пристально присмотрелась к кинжалу, в её глазах промелькнуло странное выражение, а потом она осторожно, но уверенно тронула Наташу за плечо, привлекая внимание.        — Надо разобраться с лабораторией.        — Что? — явно машинально переспросила Наташа. — Прямо сейчас? То есть я понимаю необходимость, но это ничем не поможет…        — Именно что, возможно, поможет, — перебила Ванда. — Нат, ножевые ранения даже в области сердца далеко не всегда влекут за собой мгновенную смерть. В данном случае к этому нет предпосылок, я вижу. С этим кинжалом явно что-то не так. И не исключено, что это единственный шанс Т’Чаллы.        — Шанс? — в голосе Шури, которая успела приблизиться к ним, всё-таки оттолкнув Баки, смешались неверие и отчаянная надежда. — Конечно, Т’Чалла уже возвращался с того света, но… — она как-то потерянно умолкла, а потом с неожиданно прорвавшимся раздражением воскликнула: — Что тут вообще произошло? Кто эти?..        — У нас нет времени разбираться с этим немедленно, — оборвала её Ванда, сосредоточенно окутывая своей силой место ранения. — Ты Шури, да? Глава Отдела разработок Ваканды, гений и сестра Т’Чаллы.        — А ты та девушка из Заковии, — Шури, явно пребывающая в несколько шоковом состоянии, тряхнула головой. Взгляд её стал более осмысленным и пристальным. — Это ты в Лагосе…        — Мне жаль. Но сейчас это не имеет значения, — голос Ванды похолодел. — Если ты не заметила, то я пытаюсь спасти жизнь твоему брату. Или помоги, или не мешай.        — Что ты хочешь сделать? — Шури мгновенно собралась, стёрла слёзы со щёк быстрым небрежным движением и подошла ближе, обойдя Наташу, которая наблюдала за их диалогом чуть растерянным взглядом.        — Я извлеку кинжал, попробую заживить рану и запустить его сердце, — спокойно начала объяснять Ванда. Алые потоки силы продолжали плавно струиться, медленно, но уверенно укутывая грудь Т’Чаллы в кокон. — Звучит просто и понятно, но едва ли так окажется на деле. Возможно, понадобится быстро провести анализы или просто оперативная медицинская помощь. А возможно, случится что-то непредвиденное или я не справлюсь. Но не вижу, что мы теряем даже в таком случае. Клиническая смерть уже наступила.        — С чего нам верить, что ты пытаешься его спасти? — с горечью и уловимой агрессией спросила Окойе, прожигая Ванду полным недоверия взглядом. — Зачем бы тебе это делать?        — Потому что ему я, возможно, ещё смогу помочь, — не менее горько бросила Ванда в ответ. Под её сосредоточенным взглядом и едва уловимыми движениями пальцев кинжал начал медленно выскальзывать из раны. — Кто-нибудь, организуйте носилки, они нам понадобятся в любом случае.        — Сейчас, — тут же кивнула Шури, невольно или осознанно демонстрируя этим принятие помощи Ванды, развернулась и сделала несколько шагов по направлению к входу в лабораторию, но её остановила Наташа, осторожно придержав за предплечье.        — Это небезопасно, а ты нужнее здесь. Мы проверим здание, — она нашла взглядом Баки, который согласно кивнул, и побежала к входу, успев добавить: — Ванда, я не знаю, когда ты научилась исцелять, но сделай для него всё, что сможешь.        — Я пытаюсь, — отстранённо пробормотала Ванда, не отвлекаясь от процесса. — Шури, как только я полностью извлеку кинжал из раны, забери его. С раной что-то не то, но я пока не могу понять что именно. Анализ не помешал бы.        — Ладно, — Шури нервно сглотнула. Весь её вид выражал душераздирающую смесь отчаяния и надежды. — Если это срочно, сделаю всё, что смогу с подручными средствами пока в лабораторию нам нельзя.        — Супер, — мрачно оценила Ванда и через секунду бросила: — Сейчас.        — Держу, — Шури быстро подхватила оружие и отмахнулась от Окойе, которая настойчиво пыталась ей что-то сказать жестами. — Хорошо. Запускаю сканирование. Тебе нужна помощь? — вопрос явно адресовался Ванде.        — Нет. Я пытаюсь закрыть рану, но что-то определенно мешает этому процессу.        — Но это значит, что ты не сможешь попытаться запустить сердце, — голос Шури дрогнул. — Кровопотеря, неизвестные повреждения, — это может привести к окончательному летальному исходу. И времени почти не осталось: ещё максимум минута и клетки мозга начнут отмирать.        — Самое время вспомнить, что риск — благородное дело, — преувеличенно спокойным тоном перебила Ванда и глубоко вздохнула. На секунду на её лице мелькнуло сомнение, но быстро исчезло, уступив сосредоточенности. — Что там с кинжалом?        — Металл не идентифицируется, — тут же отозвалась Шури, быстро просматривая информацию на голографическом экране телефона. — Он… не с Земли, похоже. Что кажется логичным, если учитывать, как легко он пробил вибраниум. Поверхность обработана странным составом. Не все компоненты подлежат распознаванию, но по взаимодействию тех, что знакомы, могу предположить, что это что-то вроде…        — Яда, — как-то устало закончила за неё Ванда, стиснула зубы на мгновение, а потом решительно отвела в сторону одну руку. — Я рискну просто заблокировать рану и параллельно использовать свою силу как замену электроимпульса. Возможно, это вернёт его к жизни. Но всё окажется бесполезным, если мы не найдём противоядие. Я пыталась нейтрализовать яд, но не выходит.        — Уже работаю, — кивнула Шури. — Но мне нужно время.        — Я буду держать его, сколько смогу, — коротко бросила Ванда в ответ и послала свободной рукой вспышку силы в грудь Т’Чаллы. Его подбросило над землёй, Шури судорожно вздохнула, а Ванда уверенно повторила своё действие. — Давай же, — едва слышно прошептала она, продолжая посылать вспышку силы за вспышкой.       В какой-то момент Окойе дёрнулась вперёд, будто желала помешать процессу, но в следующее мгновение в воцарившейся тишине отчётливо раздался судорожный, неполноценный вдох. Шури едва не подпрыгнула и машинально сделала шаг к Т’Чалле, но Ванда мгновенно остановила её движением руки. Сила заструилась теперь алыми лентами, а не резкими вспышками и плавно заскользила по телу Т’Чаллы, благодаря чему его дыхание медленно начало выравниваться.        — Чёрт, — ругнулась Шури. Она вновь сосредоточила своё внимание на дисплее телефона, явно умудряясь проводить какие-то расчёты, хотя периодически и кидала короткие взгляды на Т’Чаллу, который дышал всё ровнее, но не приходил в сознание. — Это будет непросто. Сколько ты сможешь сдерживать действие яда?        — Не знаю, — Ванда едва заметно пожала плечами и нисколько не выглядела радостной, несмотря на тот факт, что Т’Чалла определённо был жив. — Я не отступлю до последнего. Возможно, продержусь несколько часов. И это всё время, что у нас есть. Получив возможность распространения, яд убьёт его буквально за секунды.        — Нам нужно в лабораторию. Немедленно, — Шури изменилась в лице и решительно зашагала к входу в частично разрушенное здание. — И если там остался кто-то из этих упырей, тем хуже для них, — она яростно сверкнула глазами.

***

       — Ладно, Барнс, девочки направо, мальчики налево, — почти легкомысленным тоном предложила Наташа, но её сосредоточенный взгляд цепко скользил по залу, явно оценивая обстановку.        — Мы всё ещё об осмотре здания или я пропустил смену темы? — приподнял брови Баки, но получил в ответ только неопределённое пожатие плечами. — В любом случае не думаю, что нам стоит разделяться. Ты пыталась связаться со Старком?        — Безуспешно. Складывается впечатление, что он просто отключил связь, — помрачнела Наташа. — Или всё немного хуже.        — Значит, его определённо стоит найти как можно скорее, — констатировал Баки и кивнул в сторону лестницы. — После тебя. Проверим основной рабочий отсек, где случился взрыв, и прилегающие помещения. Если не обнаружим там Старка, но обнаружим трупы инфузорий, то разделимся.        — Лидерские качества проснулись, Барнс? — Наташа вскинула бровь, окинула его нечитаемым взглядом, но направилась к лестнице. — Для протокола: мне не нужно прикрывать спину.        — Учту, — Баки едва заметно кивнул и двинулся следом, сохраняя дистанцию в несколько футов. — Прикрытие того шикарного, что ниже, впишется в твой протокол?        — Ровно настолько, насколько и удар ногой по твоей челюсти с разворота, — хмыкнула Наташа, короткими перебежками преодолела расстояние до входа в нужное им помещение и осторожно заглянула внутрь. — Чисто. Ни следа Старка, зато немало трупов плохих ребят. Оборудование, похоже, не слишком пострадало.        — Что-то здесь не так, — Баки нахмурился и проследил взглядом как Наташа пробирается к ближайшему компьютеру. — Что ты хочешь сделать?        — Поиграть, — явно машинально отозвалась Наташа, уверенно щёлкая клавишами. Несколько экранов послушно вспыхнули, когда система запустилась. — Держу пари, что тут предусмотрена возможность наблюдения. Это быстрее, чем бегать по всему зданию.        — Не подумал, — спокойно кивнул Баки. — Технологии сильно экономят время.        — Пусто, — Наташа проигнорировала очевидную констатацию, быстро выводя на экран перед собой одно за другим изображения с тех камер, которые не пострадали во время взрыва. — В основном корпусе Старка нет. И, похоже, вообще никого нет. Можешь звать Шури и Ванду.        — А ты куда? — настороженно осведомился Баки, когда Наташа отошла от компьютера и быстро прошагала мимо него.        — В соседний корпус. Он приспособлен под медицинский отсек. Не представляю, зачем бы Старку навещать Стива в подобных обстоятельствах, но идей, где его ещё искать, у меня пока нет, — Наташа повела плечом и едва слышно вздохнула. — В любом случае стоит убедиться, что пациенты Шури не пострадали. Сообщи, что с Т’Чаллой, когда спустишься.        — А ты — если найдёшь Старка, — кивнул Баки. — Я нагоню.       Наташа никак не отреагировала на уверенное обещание и быстро зашагала по коридорам. Тревога, которая разгоралась с каждой секундой только ярче, способствовала скорости перемещения вернее, чем потенциальная угроза, случись ей обнаружиться. Стараясь полностью абстрагироваться от эмоций, которых было недопустимо много, Наташа свернула в нужный коридор и резко остановилась возле распахнутой двери в палату, где согласно документам, находился Стив. Быстро оглядев помещение, она коснулась коммуникатора.        — Барнс, слышишь меня?        — Да, — незамедлительно последовал ответ. — Т’Чалла пока жив.        — Что значит пока? — мгновенно напряглась Наташа. — У Ванды не получилось залечить рану?        — Там яд, им был обработан кинжал. Шури уже занимается поиском противоядия, — лаконично пояснил Баки. — Нашла Старка?        — Нет. Стива в палате, где он должен находиться, тоже нет, — напряжения в голосе Наташи добавилось. — Учитывая, что он был в коме и не мог самостоятельно передвигаться…        — Дай мне три минуты, — резко бросил Баки в ответ.       Наташа только неслышно вздохнула и отключила связь, быстро просчитывая возможности получить хоть какую-то информацию. Камеры в палатах отсутствовали, очевидно, в рамках соблюдения этических норм, и это не оставляло шансов просто найти нужную видеозапись. Опрос пациентов из соседних палат виделся бессмысленной тратой времени. Едва ли они рискнули выглянуть хотя бы в коридор с момента нападения, которое произошло перед рассветом. Если вообще были в состоянии это сделать.        — Куда мог подеваться Стив? — голос Баки, который затормозил в дверном проёме, раздался неожиданно.        — Вопрос почти на миллион, — Наташа обернулась к нему, даже не пытаясь скрыть тревогу во взгляде. — Хотелось бы поверить, что Старк и Роджерс решили устроить себе внеплановый совместный отпуск, имеющий целью вернуть их общение на уровень привычного воркования, но самообман редко оборачивается хорошими последствиями.        — Романофф, ты действительно считаешь, что сейчас подходящее время, чтобы шутить? — Баки опасно сверкнул глазами. — Старк ведь предполагал, что эти твари могли вернуться за Стивом. А теперь их обоих нет.        — Нападать на скрытую от мира страну, да ещё и обладающую передовыми технологиями, чтобы достать одного человека? С учётом того факта, что эти ребята весьма похожи на пришельцев из космоса, звучит как бред умалишённого, — Наташа раздражённо дёрнула плечом. Несколько секунд она явно о чём-то размышляла, а потом в её глазах вспыхнула решимость. — Мне нужно на квинджет Старка. Проведёшь к нему или мне искать место вашей парковки самостоятельно?        — Зачем? — с долей недоумения поинтересовался Баки.        — Там и узнаешь, — хмуро бросила Наташа в ответ и вопросительно выгнула бровь, выражая этим жестом и нетерпение тоже.        — Ладно, — как-то нехотя согласился Баки, мгновенно оказался рядом и подхватил её на руки. — Так будет быстрее.        — Барнс, ты решил, что действительно бессмертный? — с отчётливой угрозой осведомилась Наташа, но умолкла, когда Баки едва ли не пролетел по коридору. — Ладно, может это и сэкономит нам немного времени. Есть какие-то мысли или идеи?        — Очевидные, и я их уже озвучил, — последовал недовольный ответ. Наташа только прищурилась, когда они миновали площадь с такой скоростью, что люди на ней показались смазанными тенями. — Едва ли во время взрыва погибли все. Ставлю десятку, что кто-то успел уйти. И, похоже, они прихватили с собой Старка и Стива, — Баки, у которого даже не сбилось дыхание, скрипнул зубами.        — Это удобное объяснение, но критики оно не выдерживает, — как-то устало отозвалась Наташа. — Зачем ребятам из космоса, как мы предполагаем, мог понадобиться обычный парень с Земли вроде Стива?        — А зачем мы были им нужны в Сибири? — парировал Баки, резко затормозил и аккуратно поставил Наташу на землю. — Если мы не понимаем, как именно они связаны с Гидрой, это не означает, что связи нет.        — Резонно, — не стала спорить Наташа, быстро поднялась на квинджет и сразу же направилась к бортовому компьютеру. — Полагаю, тогда нам остаётся проверить мои навыки хакера.        — Кого? — с нескрываемым непониманием переспросил Баки и, поймав мимолётный чуть насмешливый взгляд Наташи, угрюмо пожал плечами: — Я не настолько адаптировался. Что-то узнавал во время миссий, но помню не всё. Что-то для меня сочли излишней информацией. Неважно. Что ты вообще делаешь?        — Пытаюсь превзойти гений Старка и взломать файлы Пятницы, — спокойно и чуть отвлечённо отозвалась Наташа, уже быстро что-то печатая. — Если у меня выйдет, у нас появится шанс получить некоторые, если вообще не все необходимые нам, ответы.        — Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — с долей недоверия прокомментировал Баки, скользя по пассажирским креслам бессмысленным взглядом. — Возможно, мне стоит вернуться на площадь.        — Рвёшься в бой, который уже закончился? — с непонятной интонацией поинтересовалась Наташа и с досадой поморщилась от очередной неудачи, когда экран выдал табличку об отказе в доступе. — Стив говорил, что ты устал от драк.        — Так и есть. Я вообще никогда не хотел воевать, — Баки слегка пожал плечами. — Но в сороковые не было выбора: я был молод, здоров и к службе в армии годен. Потом была Гидра, где меня о желаниях не спрашивали.        — Но сейчас ты сражаешься по собственной воле, — заметила Наташа, не отвлекаясь от своего занятия.        — Если считать желание жить доброй волей, — криво усмехнулся Баки. — Есть успехи?        — Возможно, — Наташа склонила голову к плечу и чуть прищурилась, изучая информацию на экране. — Переписать протоколы Пятницы мне может и слабо, но лазейку, через которую можно получить доступ, я нашла. Две минуты.        — Супер, — короткое подобие одобрения прозвучало неуверенно.        — Ты не слишком-то рад возможности узнать, что произошло, — Наташа обернулась и окинула Баки пристальным вопросительным взглядом.        — Я не представляю, что делать, если эта ваша Пятница подтвердит, что Стива и Старка действительно забрали эти твари, — угрюмо пояснил Баки. — Мы даже не понимаем, как именно они перемещаются. Место назначения нам и подавно неизвестно. И если это место ещё и за пределами Земли, то наши шансы добиться успеха в поиске равны нулю с уклоном в сторону минусовой бесконечности.        — Давай не нагнетать обстановку раньше времени, — нахмурилась Наташа. — То, что у нас…        — Приветствую, мисс Романофф, — прервал её безупречно-вежливый голос.        — Пятница, — в голосе Наташи скользнуло неприкрытое облегчение. — Просто скажи, что мне не надо обходить дополнительные протоколы, чтобы ты смогла предоставить нам информацию о том, что произошло в лаборатории.        — Считаю нужным уточнить, что уже предпринятый вами частичный взлом моих файлов был лишним, мисс Романофф. Мистер Старк запрограммировал для вас доступ к управлению квинджетом, что подразумевает и возможность общения со мной, — невозмутимо проинформировала П.Я.Т.Н.И.Ц.А. — Вам достаточно было подтвердить свою личность.        — Что? — Наташа, казалось, искренне удивилась и слегка растерялась. — Он успел это сделать, когда вы летели в Эдинбург?        — Нет, мисс Романофф. Ваши данные были внесены ещё при строительстве квинджета.        — Внесены… — эхом повторила Наташа, моргнула, явно хотела сказать что-то ещё, но закрыла рот и как-то машинально опустилась в кресло второго пилота.        — Романофф, что не так? — Баки мгновенно поднялся с кресла, в которое едва успел сесть, и подошёл к бортовой панели управления. — Не осознание же, что пара-тройка минут потрачены зря, лишило тебя дара речи?        — Этот квинджет Старк создал уже после… распада команды, — пояснила Наташа сухим тоном, но в её глазах отражалась буря эмоций. — Он твердил, что битые стёкла не переклеить, но… Пятница, кто ещё из прежнего состава Мстителей имеет доступ к управлению?        — Тор, мистер Беннер и мистер Роджерс, при условии осуществления кодовой идентификации личности, — последовал спокойный и чёткий ответ.        — Серьёзно? — теперь удивлённым выглядел и Баки. — У этого парня, похоже, проблемы не только с командной работой, но и с выражением своих подлинных чувств?        — В этом он не одинок, — Наташа неопределённо повела плечом, невесело усмехнулась и выпрямилась в кресле. — Но пытаться с ним это обсуждать не советую, Барнс. Пятница, ты знаешь, где сейчас твой босс?        — Установить местонахождение мистера Старка в данный момент времени не представляется возможным, мисс Романофф. Косвенные свидетельства позволяют предположить, что он находится за пределами Земли, — невозмутимость словно испарилась из голоса П.Я.Т.Н.И.Ц.Ы., и Наташа готова была биться об заклад, что теперь в нём отражалось глубокое беспокойство.        — То есть его всё же забрали эти твари, — констатировал Баки, сжимая руки в кулаки. — А с ним и Стива.        — Всё обстоит не совсем так, мистер Барнс, — вежливо возразила П.Я.Т.Н.И.Ц.А. — Мистер Старк отправился в погоню за врагами по собственной воле.        — Что? — воскликнула Наташа. — Боже. Хотя мы же о Старке говорим, чему тут удивляться? И всё-таки, зачем? И где Стив в таком случае?        — Мистер Роджерс… — начала отвечать П.Я.Т.Н.И.Ц.А., но неожиданно замолчала.        — Что с ним? — поторопил её Баки, в чьих глазах всё отчётливее разгоралась злость.        — Так, стоп, — вмешалась Наташа, когда ответа не последовало. — Пятница, в костюме Тони по-прежнему предусмотрено наличие камеры, видеозапись с которой автоматически сохраняется в общую базу данных?        — Да, мисс Романофф.        — Отлично. Можешь запустить нам трансляцию с того момента, как Тони влетел в здание?        — Вывожу на экран бортового компьютера, — с секундной заминкой отозвалась П.Я.Т.Н.И.Ц.А. — Мисс Романофф, я считаю нужным предупредить…        — Дьявол, просто включи уже это видео, — раздражённо перебил Баки, повысив голос. — Плевать на качество или что там ещё… — он умолк, когда началось воспроизведение.       Наташа только обречённо и немного настороженно покачала головой, когда Тони на записи начал отдавать приказы П.Я.Т.Н.И.Ц.Е. и чуть прищурилась, наблюдая, как он направился в больничный отсек. Баки подался ближе к экрану, когда Тони открыл дверь палаты Стива и подошёл к его кровати. По мере дальнейшего просмотра лицо Баки стремительно превращалось в каменную маску, а злость в глазах начала сменяться чем-то подозрительно похожим на безумие.        — Пятница, останови, — резко потребовала Наташа дрогнувшим голосом, когда завязался короткий диалог между Тони, который выглядел совершенно раздавленным, и Т’Чаллой, неожиданно вошедшим в палату. — Это невозможно, — она обернулась к Баки. — Ты ведь видишь тоже, что и я? Т’Чалла не мог быть там, в этот момент я лично проверяла у него наличие пульса на площади. Барнс, ты меня слышишь? — Наташа тронула его за руку, когда не дождалась ни малейшей реакции на свои слова.        — Какая разница? — ответил вопросом на вопрос Баки с ледяной яростью и перевёл на неё взгляд, от которого Наташа невольно вздрогнула — последний раз эту пустоту и холодный расчёт она видела в глазах того, кто осознавал себя Зимним солдатом. — Он. Убил. Стива.        — Барнс, спокойно, — Наташа быстро поднялась на ноги, протянула руку, но остановилась, так и не опустив её на плечо Баки, как явно намеревалась. — Мы не понимаем до конца, что именно там произошло.        — Неужели? — арктический холод в голосе Баки вызвал сноп мурашек, пробежавших по спине. Наташа нервно сглотнула. — Тебя подводит зрение? Или ты собираешься оправдывать Старка тем, что он хотел как лучше? По его же собственным словам — он осознавал риск.        — Я просто пытаюсь понять, как там мог оказаться Т’Чалла. Точнее кто-то, кто выдал себя за него, — Наташа устало закрыла глаза, словно отказывалась видеть реальность или хотела скрыть бушующую в них бурю эмоций. — Здравый смысл, Барнс. Нам нужна холодная голова, если мы хотим разобраться.        — И какое это теперь имеет значение? — на этот раз помимо льда в голосе Баки скользнули уловимые нотки боли. — Стив мёртв.        — И тебе не кажется странным, что его убила та модификация Экстремиса, которая спасла тебе жизнь? Тебя не настораживает, что кто-то в обличии Т’Чаллы спешно унёс его тело? У тебя не вызывает подозрений тот факт, что эти твари никак не попытались остановить Тони, когда он проник в здание?        — К чему ты это всё говоришь? — Баки тряхнул головой, а в его глазах появилась осмысленность и что-то подозрительно похожее на надежду. — Думаешь, это какой-то запредельно хитрый план этих ублюдков?        — Думаю, что картина в целом выглядит странно, — мрачно и немного нервно отозвалась Наташа. — Пятница, в каком случае введение Экстремиса могло обернуться летальным исходом?        — Если вы подразумеваете основную рабочую модификацию, то только в случае несовместимости с препаратами или веществами, которые уже находились в организме, мисс Романофф.        — И что, по-твоему, это могло быть в случае мистера Роджерса? — тут же задала следующий вопрос Наташа. — Возможно, что такой эффект случился из-за конфликта с чем-то из лекарственных препаратов, которые использовала Шури?        — Маловероятно, мисс Романофф, — уверенно отозвалась П.Я.Т.Н.И.Ц.А. — Дополнительные данные, полученные во время проведения операции мистера Барнса, свидетельствуют в пользу того, что у версии Экстремиса, созданной мистером Старком, высокая совместимость с подавляющим большинством препаратов, используемых в современной медицине.        — Тогда самым вероятным веществом, которое могло вступить в конфликт, остаётся сыворотка Эрскина? — предположила Наташа. Было заметно, что поддержание диалога и относительно спокойный тон даются ей нелегко. — Или я что-то упускаю?        — Теоретически, это мог быть неопознанный препарат, не принадлежащий к группе лекарственных, мисс Романофф, — уточнила П.Я.Т.Н.И.Ц.А. — Но это только предположение, не имеющее под собой фактической основы.        — И ты ведь донесла его до Тони, правда? — напряжённым тоном поинтересовалась Наташа.        — У меня отсутствовала такая возможность, мисс Романофф. Госсекретарь Росс, который пытался связаться с мистером Старком на протяжении нескольких часов, задействовал новую программу для взлома моих протоколов. С целью её изучения, я позволила ему это сделать.        — Хуже всегда есть куда, — пробормотала Наташа и перевела взгляд на Баки, который напоминал статую, с той только разницей, что в его взгляде эмоции неуловимо быстро сменяли друг друга. Наташа неслышно вздохнула, не найдя среди них ничего обнадёживающего, и устало попросила: — Пятница, запусти воспроизведение дальше.        — Как можно настолько достоверно изобразить кого-то? — неожиданно поинтересовался Баки, явно не особо вслушиваясь в разговор на возобновившейся записи.        — Ну, не так уж и достоверно, — возразила Наташа. — Неестественная жестикуляция, хромающий акцент, джинсы и перебор с сарказмом, — всё это мог не заметить разве что Старк, который, похоже, пребывал в шоковом состоянии. Если смотреть отстранённым взглядом, становится заметно, что роль сыграна небрежно.        — Пусть так, но внешнее сходство абсолютное, — озвучил очевидный факт Баки. — Есть идеи, как это возможно?        — У Щита была разработка — фотостатическая маска. Разумеется, доступ к технологии был и у агентов Гидры, — Наташа пожала плечами. — Но это только предположение на основании личного опыта. У этих ребят могут свои способы. И едва ли нам что-то дадут попытки… — она осеклась и побледнела, услышав сообщение о гибели Роуди. — Пятница, это правда?        — Официальных подтверждений всё ещё нет, мисс Романофф. Но на почту госсекретаря Росса был прислан отчёт…        — Я слышу, — перебила Наташа и полностью сосредоточилась на просмотре записи, явно стараясь сдержать заблестевшие в глазах слёзы. — Пятница, что это за устройство? Мы были в рабочем отсеке, но его там не видели.        — Его забрал один из нападающих, вернувшийся через несколько секунд после исчезновения мистера Старка, — отчиталась П.Я.Т.Н.И.Ц.А. — Это произошло раньше, чем я успела запустить полноценное сканирование, мисс Романофф.       Наташа только неопределённо кивнула, а её невидящий взгляд остановился на единственной точке в середине экрана. Воцарившаяся тишина ощущалась тяжёлой и липкой, не принося ни покоя, ни облегчения и напоминая затишье перед бурей, которая сметёт всё на своём пути. Баки неожиданно отмер, сделал шаг к креслу, в котором сидела Наташа, но остановился. П.Я.Т.Н.И.Ц.А. молчала, очевидно, не считая нужным выдавать какую-либо информацию сверх заданных запросов.        — Романофф, — голос Баки прозвучал нереально спокойно для ситуации в целом, — так и будешь гипнотизировать взглядом пространство? Несколько минут назад ты рвалась разобраться в случившемся. Нам надо что-то делать, а не сидеть и ждать чуда.        — Есть идеи, что именно предпринять? — странным тоном поинтересовалась Наташа, даже не повернувшись в его сторону.        — Есть понимание конечной цели, которой необходимо достичь, — хмуро отозвался Баки. — Ты могла бы принять участие в разработке плана. Или что, этот Роуди значил для тебя больше, чем Стив и даже Старк?        — Барнс, просто заткнись, — с бесконечной усталостью посоветовала Наташа. — И не цепляйся за фантастическую надежду, что Стив может быть жив. Если её невольно подала я, своими рассуждениями, мои извинения.        — Романофф, да какого дьявола? — Баки, очевидно, потерял терпение, схватил её за плечи и ощутимо встряхнул её. — Приди в себя, нам надо действовать.        — Зачем? — Наташа легко сбросила его руки и наконец-то подняла взгляд. В зелёных глазах плескалась такая всепоглощающая горечь, что Баки вздрогнул и невольно сделал шаг назад. — Что именно нам надо делать в твоём видении? Изобретать космический корабль? Может, искать во всемирной паутине способы призыва нечистой силы в надежде на то, что наши инопланетные ребята отзовутся из любопытства? И ради чего? Чтобы найти Старка, которого ты попытаешься убить, едва увидев?        — Я не собираюсь… — начал Баки.        — Себе не ври, — тут же оборвала его Наташа. — Думаешь, я не понимаю, Барнс? Ради тебя Стив пошёл против всего мира и людей, которые были ему дороги. И ты ради него поступил бы также. Но теперь всё, что тебе осталось — отомстить его убийце.        — А ты пытаешься защитить Старка от потенциальной угрозы и поэтому отказываешься предпринимать хоть что-то? — Баки недобро прищурился. — Не думаешь, что инопланетные твари прикончат его раньше и эффективнее, чем мог бы я?        — А тебе не приходило в голову, что я всего лишь здраво оцениваю наши возможности? — Наташа поднялась на ноги и явно неосознанным жестом провела рукой по приборной панели, будто прикосновение к чему-то материальному могло успокоить или являлось необходимостью, которая поможет найти решение непростой задачи. — Я умею смотреть правде в глаза, Барнс. И сейчас эта правда заключается в том, что мы беспомощны.        — Если решение не получается найти в одиночку, то получится вместе, — упрямо возразил Баки, который становился мрачнее с каждой секундой.        — Вместе, — Наташа горько усмехнулась. — Конечно, вместе. А с кем, не уточнишь? Т’Чалла между жизнью и смертью. Ванда держит его на грани. Старк где-то во вселенной и мы даже не можем быть уверены, что он ещё жив. Стив, Роуди и Вижен…        — Романофф, хватит, — резко перебил её Баки. — Шури найдёт противоядие…        — И это ровным счётом ничего не изменит в общем раскладе, — не дала ему закончить Наташа, незначительно повысив голос. — Очнись, Барнс. Мы проиграли ещё в Сибири. Не победили, хотя нам и хотелось так думать. Вирус, который вкололи тебе, избиение Стива, обернувшееся комой, и даже удачная эвакуация учёных Гидры, — это не победа. Мы проиграли в особняке Тони, хотя бы потому, что вынуждены были бежать. Мы не спасли Вижена. Мы прилетели в Ваканду тогда, когда половина страны уже была сожжена, а земля усеяна трупами.        — Ты не можешь сдаться сейчас, — Баки даже отрицательно покачал головой, словно желая подтвердить свои слова.        — Сдаться? — Наташа криво усмехнулась и отвела взгляд. — Не путай, Барнс. Сдаться можно, когда есть кому. А признать фактическое поражение — это всего лишь реализм.        — Я знаю одно, Романофф. Ты проиграл тогда, когда сдался внутри. Когда гаснет последняя искра того пламени, что толкает биться до последнего вздоха, если понадобится, сражаться за то, что для тебя важно, что тебе дорого. Даже если ты хочешь покоя, а не войны.        — Важно? — словно эхом переспросила Наташа и резко отвернулась, явно стремясь скрыть заблестевшие в глазах слёзы. — Знаешь, с чего начались Мстители?        — Стив говорил, что эта вроде была инициатива Фьюри, — немного растерянно отозвался Баки, явно не понимая неожиданного вопроса.        — С шаурмы, — Наташа рассмеялась с нотками истерики, словно и не услышала ответа. — Тони свалился из этого чёртового портала читаури, очнулся от рыка Халка и сказал, что хочет шаурмы, хотя и не знает, что это такое. И мы её ели, знаешь. Грязные, измученные. Сидели, не говоря ни слова, и ели шаурму, которая даже не была особо вкусной. Вместе.        — Для тебя вы всегда были командой, да? — медленно спросил Баки, на его лице начало проступать понимание.        — Нет, с того момента, — голос Наташи прозвучал так отстранённо, будто она решила вдруг озвучить сводку погоды. — Именно в том неприметном кафе я впервые почувствовала, что могу что-то изменить, исправить. И это чувство долгие годы помогало мне справляться с чем угодно, а нам неслабо доставалось порой. Я пережила распад Щита вместе со Стивом. Мы прятались от гнева общественности у Клинта. Милый дом с белым штакетником. Мы выстояли против Альтрона. А потом случился договор и Земо. И всё рухнуло как карточный домик. И всё же я верила, что домик можно возвести заново. Но только не тогда, когда карт в колоде больше нет. Закончились, — голос Наташи сорвался.        — Эй, — Баки в два шага преодолел расстояние между ними, осторожно взял Наташу за плечи и развернул к себе, неожиданно оказавшись слишком близко. — Романофф, я помню тебя с тем инженером под Одессой. А ещё я помню тебя в Берлине. Словно два разных человека, но одна общая, кажется, неизменная деталь — стальной стержень. Я не уверен, что когда-либо встречал девушку сильнее тебя. А в своё время я считался дамским угодником. Мне есть с чем сравнивать.        — Значит, я хорошая актриса, — Наташа, видимо, попыталась улыбнуться, но её губы дрогнули, а из глаз всё-таки хлынули слёзы. — Тони не простит себя, я его знаю. Какая-то его часть уже сейчас надеется найти смерть от чужой руки. Как избавление. Стива не вернуть. Я не могу об этом думать.        — Романофф… — попытался что-то вставить Баки, но Наташа не оставила ему такой возможности, продолжая говорить.        — Т’Чалла, если и выживет, разбит и винит себя. Он так стремился быть хорошим правителем, старался стать мудрее, защищать свой народ. Хотел быть достойным. А теперь его невеста мертва, а страна разрушена. Ванда убита смертью Вижена, хотя и неплохо это скрывает. После гибели брата Вижен стал для неё всем. Теперь его нет. Ты жаждешь мести за друга. Что ещё хуже — тебя можно понять. От Брюса и Тора нет вестей так давно, что глупо надеяться, что когда-нибудь они появятся. Редкий случай, когда я могу только согласиться со Старком: игра закончена, миссия провалена.        — Нет. Ничего не закончено, — неожиданно уверенно возразил Баки, когда Наташа замолчала и безуспешно попыталась отстраниться, будто резко пожалев о своём порыве откровенности. — Слышишь меня? И если надо будет изобрести космический корабль, значит, изобретём. Вместе, Романофф. Потому что в особняке Старка я тоже на миг почувствовал, что ещё могу что-то исправить. Потому что я приму смерть Стива только тогда, когда увижу его тело с признаками трупного окоченения. Потому что я, конечно, врежу Старку от души, когда мы его найдём, но убить я его не смогу, даже если Стив действительно мёртв. Потому что мы не знаем, вернутся ли эти твари, но данность не поменялась — выстоять мы можем только вместе. Потому что мы, может, и проиграли бой. Но ещё не проиграли войну.        — Когда, — со странной интонацией повторила Наташа, словно услышав из всей речи только это, а потом долго смотрела Баки в глаза, едва ли замечая, как слёзы на щеках высыхают, оставляя лишь почти незаметные взгляду прозрачные дорожки, прежде чем едва заметно улыбнуться. — Клинт, Стив и Ванда зовут меня Нат. Возможно, им просто лень произносить больше букв, но мне нравится.        — А я всегда был просто Баки, — уголки губ приподнялись в ответной чуть неуверенной улыбке. — По крайней мере, в той жизни, которая была до войны. Мне нравилось.        — Полагаю, особенно нравилось в случае произнесения красивыми девушками, — уже открыто усмехнулась Наташа, как-то резко встряхнулась и направилась к бортовому компьютеру. — Пятница, проверь данные с камер наблюдения в лаборатории в промежутке между вторжением пришельцев и появлением Тони. Мне нужно знать наверняка — заглядывал ли кто-то из этих ребят в больничный отсек.        — Уже занимаюсь, мисс Романофф, — мгновенно отозвалась П.Я.Т.Н.И.Ц.А. — Возможно, вас заинтересует ещё одна видеозапись.        — Если ты так считаешь, — тут же согласилась Наташа, хотя и немного напряглась. — Запускай.       Едва увидев на экране Т’Чаллу, который стремительным шагом направился к основному помещению рабочего отсека, неся на руках тело Стива, Баки и Наташа, не сговариваясь, склонились ближе, стремясь не упустить ни одной детали. Даже не удостоив взглядом бессознательные тела, часть из которых и вовсе являлась трупами, неизвестный в облике Т’Чаллы подошёл к странному устройству и остановился. На его лице отразилась глубокая задумчивость.       Около минуты он стоял без движения, а потом бросил тело Стива на пол и направился к ближайшему рабочему столу. Ракурс камеры не оставил возможности рассмотреть осуществляемые манипуляции, но не прошло и двух минут, когда двойник Т'Чаллы резко развернулся, держа в руках обычный шприц. Наташа вздрогнула, когда он небрежно воткнул его в шею Стива, а потом невозмутимо вернулся к устройству и принялся что-то крутить. Результатом его действий стало возникновение голографической проекции.        — Точка прибытия? — предположил Баки.        — С высокой вероятностью, вы правы, мистер Барнс, — согласилась П.Я.Т.Н.И.Ц.А. — Перекрёстное сравнение данных видеонаблюдения выявило, что по тем же координатам отправился и мистер Старк.        — Боже, — выдохнула Наташа, наблюдая, как тело Стива неожиданно дёрнулось. Двойник Т’Чаллы мгновенно склонился над ним, приложил руку к шее и удовлетворённо кивнул будто бы сам себе. Легко закинув Стива, который явно дышал, хоть и неровно, на плечо, неизвестный нажал на рычаг и исчез. — Это…        — Пятница, я на тебе женюсь, — воскликнул Баки, в чьём голосе причудливо смешалась гамма самых разнообразных эмоций. — Не могла показать нам видео сразу?        — Ваше намерение не может быть осуществлено, мистер Барнс, — невозмутимо отозвалась П.Я.Т.Н.И.Ц.А. — Но я польщена степенью вашего восхищения моими возможностями. Я предоставила видео к просмотру, как только обнаружила его среди прочих данных. Момент являлся подходящим — вы закончили беседу.        — Это нормально, да? — как-то неуверенно поинтересовался Баки, обернувшись к Наташе.        — Её создал Старк, — слабо усмехнулась та в ответ. — Полагаю, рамки нормальности весьма размыты в принципе. Хотя порой мне кажется, что Пятница явно превзошла своего создателя, что, пожалуй, частично объяснимо отсутствием эмоционального фактора.        — Да, я, наверное, понял, — кивнул Баки, весь вид которого выражал полное непонимание, и резко вернулся к теме: — Только мне начинает казаться, что Старка с невероятной ловкостью загнали в ловушку?        — Координаты оставили явно специально, — кивнула Наташа, закусила губу на мгновение и опустилась в кресло. — Только нам они ничего не дают — покорять космос нам всё ещё не на чем. Но теперь мы знаем, что Стив жив.        — А Старк не знает, — мрачно заметил Баки. — И считает себя убийцей.        — Что чревато проявлением глупости с его стороны даже в большей концентрации, чем обычно, — согласилась Наташа и сжала переносицу пальцами. — Ладно. Этот факт мы пока исправить не можем. Значит, нам остаётся сосредоточиться на том, что мы сделать можем.        — Ты с самого начала усомнилась в смерти Стива, — Баки оставил её слова без внимания, задавая, очевидно, важный для него вопрос. — Почему? Искала зацепки, чтобы оправдать Старка или?..        — Или. Однажды на моих глазах умер Фьюри. Просто на операционном столе. А через некоторое время он бодро шутил при встрече. С тех пор я верю в чью-то смерть, только убедившись, что трупное окоченение началось, как, похоже, и ты, — нехотя пояснила Наташа, слегка пожала плечами и сухо добавила: — Тут слишком много всего выглядело странным. Напоминало пьесу, поставленную неумелым режиссёром.        — Знаешь, в ситуации что-то в принципе не сходится, — Баки кивнул, показывая, что услышал ответ, и нахмурился. — Для инопланетян эти твари слишком хорошо ориентируются в нашем мире. И, похоже, слишком много знают о Мстителях. Если сопоставить все их действия, то складывается впечатление, что немалая их часть направлена на то, чтобы выбить из колеи, деморализовать. Причём с использованием подлых приёмов, которые…        — … свойственны людям, — задумчиво закончила за него Наташа, явно уловив общую мысль. — Согласна. Конечно, они, судя по всему, сотрудничали с Гидрой, но сомневаюсь, что это достаточное объяснение их осведомлённости и поведения. Впрочем, не вижу смысла зацикливаться на построении гипотез по этому поводу сейчас. Нам это ничем не поможет.        — Скорее всего, нет, — хмуро согласился Баки. — И раз уж у нас нет идей, как добраться до этих инфузорий, нам остаётся только сделать так, чтобы они пришли к нам сами.        — И это, по-твоему, осуществить проще? — Наташа выгнула бровь. — Мне всё-таки задать Пятнице поиск способов призыва нечистой силы?        — Это ты тоже можешь попробовать. Вдруг Старк отзовётся, — усмехнулся Баки в ответ, но быстро стал серьёзным. — У меня есть немного безумная идея, — он как-то неуверенно пожал плечами. — Честно сказать — совсем безумная. И на подготовку потребуется некоторое время.        — Ну, — Наташа чуть склонила голову к плечу, а в её глазах на доли секунды промелькнуло веселье, — после общения со Старком такие фразы меня больше вдохновляют, чем настораживают. Особенно, когда ситуация кажется безвыходной. Так что, излагай.

***

      Сознание вернулось как-то неожиданно, словно совсем рядом раздался слишком громкий звук, который способствовал резкому возвращению в реальность из смутного тумана. Стив машинально попытался открыть глаза, что ему не удалось, и проанализировать свои ощущения. Боль, казалось, заполнила каждую клеточку тела. Попытка сделать глубокий вдох только привела к тому, что горло обожгло пламенем. Стив попытался шевельнуть пальцами руки, но и они отказались подчиняться. Где-то внутри начал зарождаться страх.       Он даже не сразу смог вспомнить, когда последний раз чувствовал себя абсолютно беспомощным. Мысли то стремились разбежаться, подобно испуганным тараканам, то будто обретали физическую форму и казались неподъёмными глыбами. Нечеловеческим усилием воли Стив заставил себя сосредоточиться. В первую очередь он должен понять, где сейчас находится и вспомнить, что случилось до того, как он потерял сознание. Обе задачи казались невыполнимыми — глаза открываться всё ещё не желали, что исключало возможность осмотреться, а в памяти было абсолютно пусто.       Стив мысленно скрипнул зубами и попробовал напрячь слух, справедливо полагая, что звуки могут помочь составить хотя бы приблизительную картину. Действие неожиданно увенчалось большим успехом, чем попытки шевельнуть хоть какой-нибудь частью тела. Поначалу мир оглушил какофонией звуков, но постепенно Стив смог их разделить. По всему выходило, что он находится в какой-то лаборатории. Знакомо пищали и гудели приборы, хотя звуки и казались более тихими, чем обычно. Кто-то вёл беседу на повышенных тонах. Стив заставил себя абстрагироваться от почти невыносимой боли и вслушаться.        — Эстелла, умерь свою кровожадность, — холодный мужской голос звучал недовольно. Складывалось ощущение, что спор происходит уже какое-то время. — Если ты не можешь найти, кого поставить на рабский аукцион, это только твоя проблема. Этот экземпляр останется здесь для изучения.        — Да что можно изучать в очередном примитивном человеке? — низкий женский голос прозвучал грубо и не менее холодно, чем её собеседника. — Пытаешься прикрыть благими целями своё милосердие, Кьювас?        — Мне не знакомо это слово, — на этот раз в голосе того, кого назвали Кьювасом, скользнула насмешка. — Но, в отличие от тебя, я всегда просчитываю не только собственную выгоду, но и общую.        — Ты пытаешься меня оскорбить предположением, что я ставлю собственные интересы выше, чем наше великое дело?        — Это не предположение, это утверждение, — казалось, ещё более похолодевшим тоном поправил Кьювас. — Просто напоминаю, что на С-53 погибли мои воины. Свою армию ты в атаку отправлять не пожелала, прикрываясь надуманными причинами.        — Довольно, — вмешался ещё один мужской голос, который звучал намного мягче, но почему-то будил чувство опасности. — Дорогая Эстелла, без злого умысла хочу уточнить, что мы принимаем совместные решения. И если вопрос является спорным, мы голосуем.        — Я прекрасно помню наш устав, Тарин, — на этот раз ответ некой Эстеллы прозвучал ещё грубее, и Стив решил, что эта конкретная дама ему определённо не нравится. Суть разговора он пока улавливал слишком смутно, но забрезжившие на краю сознания догадки абсолютно не обнадёживали. — Твоё слово, Тарин? — продолжила тем временем Эстелла, и Стив вновь обратился в слух.        — Я выступаю за сохранение этого представителя человечества для изучения нашими учёными, — последовал спокойный ответ. — Его организм весьма необычен. Он обладает возможностями, несвойственными его виду. Разумеется, я не подразумеваю тех людей, кто когда-то подвергся экспериментам моей великой империи, и их потомков.        — Стоило ли сомневаться, что ты поддержишь Кьюваса? — пренебрежительно бросила Эстелла вопрос, который прозвучал утверждением. — Что же, я голосую за передачу его на рабский аукцион. Маджеи, твоё слово.        — Соглашусь с тобой. У нас нет времени заниматься экспериментами, а в этом бессознательном примитивном я не вижу ничего уникального. Ему самое место на аукционе. Его сила и выносливость могут заинтересовать потенциальных покупателей, но не наших учёных, — добавился к беседе новый голос, звучащий с непонятным акцентом.       Стиву стало совсем нехорошо, к горлу подкатила тошнота, а секундная потеря концентрации стоила полноценного ощущения боли во всём теле, от которой на считанные минуты удалось абстрагироваться. Больше сомнений, что присутствующие решают его судьбу, не осталось. И хотя в мыслях воцарился окончательный хаос, одно Стив понимал отчётливо — ни на какие рабские аукционы ему попадать нельзя. А понять, где он всё-таки оказался, кто его похитители и как отсюда выбраться, просто необходимо.        — Моих учёных, — недовольно поправил голос, который Стив уверенно идентифицировал, как принадлежащий Тарину. — Моих учёных, Маджеи, — с нажимом повторил тот. — И, полагаю, мне виднее, что может представлять для них интерес.        — Но мы принимаем совместные решения, Тарин, — с ледяными интонациями коварно напомнила Эстелла. — Так что, нам стоит дождаться прихода Джокью и Криксона.        — Они должны были уже вернуться, — хмуро заметил Кьювас, чей голос Стив уже легко узнавал. — Я проверю.        — Только со мной, — почти пропела Эстелла, вызывая у Стива уже неконтролируемое раздражение. — Не хочется думать, что ты способен воспользоваться общением наедине с ними для убеждения в своей правоте, но прецеденты располагают.        — Что тут происходит? — новый голос понравился Стиву ещё меньше, чем контральто Эстеллы. — Почему пленник ещё жив?        — Уважаемый Криксон, голосование решает его судьбу, — с готовностью пояснил Тарин. — Мнения разделились между рабским аукционом и сохранением для проведения опытов.        — Мы уже получили все образцы препаратов из его организма, которые представляют для нас интерес. Я считаю нужным убить его. Как и того железного клоуна, который угодил в нашу ловушку. Мы с Джокью проконтролировали его перемещение и забрали наш телепорт.        — Отрадно слышать, Криксон, — с нотками довольства отозвался Кьювас. — И убить их обоих, без сомнения, является здравым решением. Но у меня есть другое предложение.        — И какое же? — ещё один незнакомый голос, очевидно, принадлежащий названному ранее в беседе Джокью, заставил Стива мысленно вздрогнуть — слишком он походил звучанием на голос Баки. — Предлагаешь и второго изучать? Он бесполезен и неинтересен. И даже эта железная броня, которой он, очевидно, гордится, всего лишь примитивные доспехи.        — Нет, Джокью, изучать я его не хочу, — по голосу казалось, что Кьювас торжествующе сверкнул глазами. Стив в очередной раз попытался поднять веки, стремясь оценить ситуацию полнее, но попытка и сейчас не увенчалась успехом. Смутная догадка, что они говорят о Тони, заставила похолодеть. — Но мы недопустимо увязли в разборках с этими Мстителями. Я потерял много своих бойцов. Однако конечной цели мы так и не достигли. Мы не смогли уничтожить их полностью.        — Мы убрали с пути половину. Оставшиеся члены разобщены, деморализованы и не смогут оказать сопротивление, — высокомерно отозвалась Эстелла. — Этот ваш Росс закончит с ними.        — Звучит превосходно, — теперь тон Кьюваса стал недобрым и выражал отрицание произнесённой им фразы. — В таком случае, моя ненаглядная Эстелла, ты не станешь возражать, если во время следующего нашего визита на С-53, который, как уже стало ясно, неизбежен, мы задействуем твою армию? Ведь нет никакого риска, что немалая часть погибнет. При условии, что Мстители нам больше не помеха.        — Это не я утверждала, что мои воины самые непревзойдённые бойцы, разлюбезный Кьювас, — масляным тоном, от которого Стива одолел очередной приступ тошноты, начала отвечать на провокацию Эстелла, но закончить ей не дали.        — Довольно, — холодно оборвал Криксон, чей голос, казалось, въелся Стиву в мозг. — Не время для бессмысленных дискуссий. Кьювас, в твоём понимании эти жалкие Мстители ещё представляют собой какую-то угрозу?        — Определённо да, — уверенный ответ последовал незамедлительно. — Мы не можем быть уверены, что тот экземпляр в костюме животного действительно мёртв. За время нашего отсутствия они соберутся с силами. И хотя это никак не влияет на то, что мы одержим верх и получим необходимое, но усложняет процесс. Вновь погибнут наши воины. Мои воины, — недобро уточнил Кьювас.        — И что же ты предлагаешь? — вопрос неожиданно последовал от Тарина. Стив запрещал себе любые размышления, боясь упустить что-то важное. — И почему ты опасаешься только Мстителей? На С-53 есть и другие бойцы.        — Не весели меня, — в голосе Кьюваса скользнула надменная насмешка. — Что нам их ракеты и прочее оружие? Примитив. Но Мстители доказали, что могут противостоять нашим воинам. Мы добились своих целей, но какой ценой?        — Твоим воинам, — ядовито поправила Эстелла. — И кто же виноват, что они глупы и ограничены, как и бесполезная раса древоподобных существ?        — Осторожнее, Эстелла, — предупредил Кьювас. Стив различил в его голосе затаённую ярость. — Тебе не понравится, если я начну…        — Ты ничего не начнёшь, — припечатал Криксон, перебивая. — А ты прекратишь, — реплика, очевидно, адресовалась Эстелле. — Но немедленно озвучишь своё предложение, Кьювас.        — Железный клоун смешон для нас. Я даже не расцениваю его как угрозу. Но для своих соратников он грозный противник, — теперь в голосе Кьюваса скользнуло предвкушение. Стив машинально попытался дёрнуться от страшной догадки, что именно хотят сделать с Тони, но тело всё ещё не подчинялось. — Так пусть уничтожит их. Хороший враг — мёртвый враг.        — И как ты собрался заставить его это сделать? — с явным интересом осведомился Криксон.        — Мы создали ловушку для него с помощью силы камня, — Кьювас уже не скрывал откровенного торжества в голосе. — Его рассудок уже под её влиянием. Одно чётко рассчитанное воздействие, конкретная установка, — и нам останется только отправить его обратно на С-53 и дождаться плодов нашего замысла.        — Твоего замысла, — резко поправил Криксон. Стив с ужасом уловил в его тоне согласие. — Но мне он нравится. Конечно, осечка может случиться, но люди достаточно слабы, чтобы этого не произошло. Джокью, Маджеи, проверьте ловушку. Я нагоню вас и лично проведу внушение. Тарин, с твоей точки зрения, есть ли смысл в изучении этого экземпляра?       Стив вздрогнул, когда понял, что разговор вернулся к обсуждению его участи. Абстрагироваться от услышанной информации получалось всё хуже. Никаких особых воспоминаний о том, что предшествовало его попаданию в это странное и, очевидно, незнакомое место, не всплыло, но в том, что ведущие беседу никак не люди, Стив уже не сомневался. И это повергало сознание в некоторый ступор. Мозг отказывался выдавать даже неправдоподобные объяснения, каким образом его могли похитить пришельцы, которые ещё и заманили в непонятную ловушку Тони.        — Безусловно, Криксон, — заверил Тарин, вновь привлекая внимание Стива к беседе. — Его организм имеет способность к регенерации на среднем уровне. Это, разумеется, не единственное отличие от обычного человека, но то, что может оказаться полезно нам. Я согласен с тобой в том, что в итоге его ждёт смерть. Но несколько опытов не займут много времени и могут принести нам интересную информацию.        — Что же, пусть будет по-вашему, — неожиданно согласился Криксон. Стив в очередной раз мысленно вздрогнул. — Но я не считаю нужным привлекать учёных. Ты займёшься им лично, Тарин. Кьювас понаблюдает за процессом, раз уж так заинтересован в идее. Эстелла, будь любезна, проверь, как продвигаются поиски второго камня. Процесс непозволительно затянулся.       До слуха Стива донеслись удаляющиеся шаги. Судя по всему, Криксон счёл, что раздал все необходимые указания и направился осуществлять обещанное внушение. Сомнений, что речь шла о Тони, не было. При мысли о последствиях Стиву хотелось завыть от собственного бессилия и невозможности предотвратить грядущее, но голос не подчинялся в числе прочего. Отчаянное понимание, что необходимо хотя бы попытаться что-то сделать, разбивалось о невозможность шевельнуть даже пальцем.        — Я запомню вам это, — предупредила Эстелла прежде, чем, судя по звуку шагов, покинуть помещение вслед за Криксоном.        — Помни, это полезно, — холодно усмехнулся Кьювас. Стив машинально отметил, что реплика слегка запоздала. Впрочем, кто знает, насколько хороший слух у инопланетян. — Тарин, ты действительно хочешь заняться его изучением?        — Только проверю способность органов регенерировать и возьму несколько дополнительных образцов для анализов. Мои извинения, Кьювас, если ты рассчитывал на большее.        — Нисколько. Если твои запланированные анализы позволят выявить, что именно отвечает в его организме за удивительную универсальность восприятия даже несовместимых препаратов, то можешь избавиться от него, как только возьмёшь необходимые образцы.        — Именно это я и собираюсь сделать, — голос Тарина напомнил Стиву урчание довольного жизнью кота. — Только по кусочку разных органов и немного их скучной красной крови…       Смысл услышанной фразы ещё доходил до сознания, когда Стив неожиданно понял, что может двигаться. Правда первая же попытка поднять руку отозвалась прокатившейся по всему телу волной слабости. Ярко напомнила о себе и повсеместная боль, заставив стиснуть зубы. Стиву казалось, что его как минимум использовали вместо мяча в регби на протяжении длительного времени. Но страх за Тони, желание выжить самому и выбраться из этого странного места упрямо толкали к попыткам движения. Он должен помочь.       Резкая острая боль заставила захрипеть. Стив краем сознания отметил, что связки, похоже, сорваны, иначе из горла рванулся бы полноценный крик. Несколько секунд Стив пытался определить источник боли, пока не сообразил, что ему разрезают брюшную полость. Паника взметнулась волной от понимания, что даже если он сможет вырваться, то не сможет идти. А это значило, что Тони отправят обратно на Землю, чтобы убить остальных. Мгновенно вспыхнула ярость. Стив как-то неуместно подумал, что устал от того, что его друзья оказываются в лапах сумасшедших маньяков.        — Кьювас, он в сознании, — с удивлением бросил Тарин, не отвлекаясь от своего занятия. Стив задохнулся от усилившейся боли, растерянно отмечая, что операции без наркоза ему переживать ещё не доводилось, и запоздало сообразил, что может открыть глаза. Только действие уже не виделось таким желанным, как ещё несколько минут назад. Сейчас самым важным казалось не позволить себе отключиться от сумасшедшей боли, после чего он уже совершенно точно не сможет предпринять ничего. — Пожалуй, этот случай и впрямь заслуживает изучения.        — Меня больше беспокоит, что он мог слышать нашу беседу, — мрачно заметил Кьювас.        — Если и так, то он не мог понять наш язык, — без малейшего опасения отозвался Тарин и спокойно начал надиктовывать информацию, видимо, на какое-то записывающее устройство: — Опыт первый. Одна пятнадцатая часть печени будет отрезана с целью выявления регенерации или отсутствия таковой. В случае положительного результата размер отрезаемой части органа будет увеличен в рамках этого же опыта.        — Тарин, мне порой кажется, что ты упускаешь из сферы внимания всё, что не представляет лично для тебя хоть минимальный интерес, подразумевается — выгоду, — почему-то зло проговорил Кьювас, пока Стив рванулся после услышанного, но быстро понял, что прикован к поверхности, на которой лежал. — Мы внесли в наши переводчики универсальный язык людей, когда наладили сотрудничество с Россом. Твоя память не сохранила этот факт? И если этот индивид слышал нашу беседу…        — То рассказать об этом уже не сможет, — невозмутимо перебил Тарин. — Мёртвые не разговаривают, Кьювас. Не мне тебе напоминать столь простые истины.       Стив воспринимал диалог так, будто его участники находились на расстоянии в несколько десятков футов. Уши словно заложило ватой, и даже боль чуть притупилась. Правда в последнем Стив был убеждён ровно до того момента, как почувствовал прикосновение холодного металла где-то внутри, после чего боль стала невыносимой. Леденящий кровь холод мешал дышать. Сознание отчаянно тянулось к спасительной тьме, и приходилось прикладывать нечеловеческие усилия, чтобы не провалиться в обморок. Отчаяние захлестнуло мощной волной, ещё больше ослабляя сопротивление.        — Хорошо, — согласился Кьювас, но едва заметное сомнение в его голосе Стив каким-то чудом расслышал. — Есть тенденция к регенерации органа?        — Согласно показаниям приборов ещё с момента надреза, — задумчиво отозвался Тарин. — Причём, уровень регенерации выше, чем фиксировался до этого.        — Это может быть связано с тем препаратом, который вколол ему железный клоун? — уточнил Кьювас. — Ты ведь именно этот Экстремис, кажется, рвался получить, задействовав это тело как переносчика. Ради этого погибли наши воины.        — Никогда раньше не замечал, чтобы тебя настолько беспокоили потери, — задумчиво отозвался Тарин. — Дело в задетом самолюбии? Не можешь смириться, что твоих великолепных бойцов победили примитивные люди?        — Среди Мстителей обычных людей можно пересчитать по пальцам одной руки, — уязвлённо огрызнулся Кьювас. — Но эту проблему мы решили. А ты не ответил.        — Да, полагаю, воздействие может присутствовать до сих пор, — прокомментировал Тарин всё тем же задумчивым тоном. — Думаю, имеет смысл отложить проведение опытов до полного выведения из организма посторонних препаратов.        — На это понадобиться время, — сухо заметил Кьювас. — Ты уверен, что мы можем себе это позволить?        — Да. Я поговорю с Криксоном и отдам распоряжение выставить охрану у двери. Даже если этот экземпляр восстановится настолько, чтобы встать на ноги, ему не справиться с трёмя моими воинами в одиночку.       Стив, балансирующий на самой грани провала сознания во тьму, воспринимал смысл услышанного со значительным опозданием. Слова об охране ещё доходили до его измученного мозга, а брюшную полость уже обожгло такой болью, словно к месту разреза приложили раскалённый металл. Из горла вырвался отчаянный хриплый вой. Тело разом охватила мелкая дрожь. Стиву показалось, что на какие-то мгновения он всё-таки отключился. Провал был почти незаметным, а потом глаза распахнулись сами по себе.       Впрочем, оценке обстановки это ничем не помогло. Как Стив не пытался сфокусировать зрение, комната казалась одним огромным размытым пятном, в котором угадывалось многообразие оттенков. А вот боль, казалось, на этот раз действительно уменьшилась, хотя Стив не спешил радоваться этому факту, понимая, что это может быть лишь эффектом от снижения накала. Попытка сесть на кушетке, как воспринималась поверхность по ощущениям, неожиданно увенчалась успехом, хотя и принесла новую вспышку боли и понимание, что мышцы напоминают кисель.       Невыносимо хотелось рухнуть обратно и провалиться в беспамятство, даже с осознанием, что из него уже не будет возврата, но в голове упрямо крутился ненароком подслушанный разговор. Стив заставил себя сделать глубокий вдох через боль и усиленно заморгал, стараясь прояснить зрение. На лбу выступила испарина, но уже через несколько секунд помещение начало видится чётче. Стив моргал до тех пор, пока предметы не перестали расплываться, обретая единственную правильную для каждого форму. Оказалось, что он находится в очень просторном зале, который назвать лабораторией можно было весьма условно.       Ещё несколько секунд понадобилось, чтобы осознать, что его оставили в одиночестве. Взгляд цепко сканировал окружающее пространство. Стив заставил себя прекратить, когда почувствовал головокружение и сообразил, что ничего из оружия тут никто хранить бы не стал. Нервно сглотнув, он опустил взгляд на свой торс. Длинный свежий багровый рубец, который казался воспалённым, многочисленные уже побледневшие синяки и капли крови на бледной коже заставили вздрогнуть. Убеждение самого себя в том, что он бывал в переделках и хуже, разбивалось об адскую боль, которая, казалось, заставляла кровь в венах вскипать.       Стив решительно сжал кулаки, что потребовало приложения значительного усилия, и попытался встать. Боль стрелой пронзила грудную клетку, но Стив только крепче сжал губы. Он должен выбраться отсюда сам и вытащить Тони. Где бы они не находились и как бы здесь не оказались. Должен вернуться к команде. Вместе они смогут со всем разобраться. Первый шаг едва не обернулся падением, и Стиву пришлось ухватиться за кушетку. В голове всплыла фраза Тарина об охране. Трое. Взгляд самостоятельно скользнул к столу, стоящему в нескольких футах.       Обилие пробирок на нём пугало, но и внушало слабую надежду на то, что среди них найдётся что-то, что сможет вывести из строя стражей. Стив всегда старался оценивать ситуацию максимально реалистично, и сейчас это вело к признанию простого факта: драться он не в состоянии. Стиснув зубы, Стив медленно двинулся по направлению к столу, делая совсем мелкие шаги и заставляя себя останавливаться после каждого, чтобы восстановить равновесие и дыхание. Собственная затея начинала казаться безумной, но только усилившийся страх за Тони и желание выжить упрямо толкали вперёд.       Стив хрипло рассмеялся, когда всё-таки схватился обеими руками за край столешницы. Прикосновение к ледяному металлу неожиданно отрезвило. Мысли резко прояснились. Словно наяву вспомнилось избиение в бункере в Сибири. Укол в шею, темнота. Стив напрягся, но память не желала выдавать ничего из того, что было в промежутке до его возвращения в сознание уже здесь. Решив не тратить драгоценное сейчас время на бесполезные попытки, Стив внимательным взглядом окинул колбы, в изобилии стоящие перед ним.       Разноцветные жидкости в них, конечно, ни о чём не говорили, но наклейка, предупреждающая не трогать вполне универсальным знаком, на стеклянном кубе привлекла внимание. Внутри находилось четыре пробирки в держателе, заполненные чёрной жидкостью. Стив позволил себе на мгновение устало прикрыть глаза, и абстрагировался от предупреждений здравого смысла. Адекватная оценка ситуации уже привела к очевидным выводам: из плена инопланетян их спасать некому, помощи ждать бессмысленно.       Стив решительно схватил куб и швырнул его об пол, надеясь, что расстояние до выхода не позволит охране услышать звук бьющегося стекла. Но контейнер не разбился, что немало удивило. С трудом наклонившись, Стив задохнулся от новой волны острой боли и на ощупь схватил куб. В глазах потемнело, голова закружилась слишком сильно в этот раз, и пришлось сделать несколько медленных вдохов, отказавшись от любого движения, чтобы прийти в себя. Металл, холодящий руку, навёл на здравую мысль. Собравшись с силами, Стив с размаху ударил контейнер о край стола. На стекле не появилось даже трещины.       Одна неудачная попытка следовала за другой, загоняя Стива в пропасть отчаяния всё глубже. Он осознавал, что тратит и без того немногочисленные силы зря. Понятия не имел, сколько успело пройти времени, но отдавал себе отчёт, что каждая секунда промедления приближает Тони к становлению марионеткой в руках сумасшедших безжалостных пришельцев. И Стив с ужасом думал, что едва ли те ограничатся только установкой на ликвидацию остатков команды. Если исходить из их логики, они вполне могут отдать приказ о самоустранении после выполнения поставленной задачи.       Мрачные мысли неожиданно придали сил. Очередной удар получился намного сильнее, но проклятый куб оставался безупречно целым. На его гранях не появилось даже царапины. Стив стиснул зубы, заставляя себя прекратить бессмысленные действия. Осмотрелся. На мгновение мелькнуло понимание, что он совсем не уверен, что содержимое пробирок действительно нейтрализует охрану. Но других дельных мыслей в голову не приходило, а упрямство не позволяло отступить на половине пути. Почти неуловимая идея скользнула по краю сознания.       Стив заставил себя сосредоточиться. Если преграду нельзя уничтожить одним способом, надо просто попытаться найти другой. Взгляд рассеянно скользнул по пробиркам в очередной раз, и внезапно в голове что-то щёлкнуло. Стекло, или же что-то очень на него похожее, не получается разбить, но можно попробовать воздействовать на него другими веществами. Несколько секунд Стив с отчаянием изучал пробирки, что нисколько не добавило знания об их содержимом, а потом начал брать их одну за другой и принюхиваться, осторожно вынимая пробки.       Резкий запах из очередной пробирки заставил Стива мгновенно отодвинуть её от лица. С некоторым сомнением он идентифицировал содержимое как кислоту, мысленно сетуя на свои скудные познания в химии. В видах биологического оружия он разбирался намного лучше, хотя здесь, вероятно, не помогло бы и это. В груди защемило, когда вспомнился Лагос. От понимания, что с Наташей и Вандой могло уже случиться что угодно, как и с остальными, словно открылось второе дыхание. Стив решительно выдернул из держателя ещё несколько пробирок, идентичных той, что была зажата в его руке.       Установив куб на металлической поверхности, Стив отошёл на расстояние вытянутой руки и вылил содержимое пробирок на стеклянную поверхность одной за другой. Около минуты ничего не происходило. Стив уже почти уверился в мысли, что затея была глупой изначально, когда раздался похожий на шипение звук. Игнорируя возобновившееся головокружение и слезящиеся глаза, Стив рассмотрел, как одна из стенок контейнера растворяется просто на глазах. Судя по всему более чем ядовитые капли неизвестного вещества теперь падали внутрь.       Плывущее сознание всё же оценило угрозу для пробирок с чёрным содержимым, которые и являлись целью, и Стив, не раздумывая, подался вперёд и протянул руку, быстро вынимая их из держателя. Кожу точечно обожгло адской болью. Попавшие на руку капли казались маленькими кинжалами, которые безжалостно ввинчивались глубже, стремясь проесть плоть до кости. Едва не выронив заветные пробирки, Стив бросился к емкости с прозрачной жидкостью, похожей на воду. Здравый смысл подсказывал, что может стать ещё хуже, но было уже всё равно. Глубокие точечные ранки горели огнём.       Отложив пробирки на край стола, Стив мгновенно опустил пострадавшую руку в прозрачную жидкость, которая, похоже, и впрямь являлась водой, почти по локоть. Большого облегчения это не принесло, но позволило волевым усилием перестать воспринимать чуть уменьшившуюся боль. Держа руку под водой и уже не считаясь с возможными последствиями, Стив поспешно осмотрелся, ища шприц или его подобие. В том, что охранники добровольно согласятся выпить сомнительную жидкость, Стив справедливо сомневался.       Но приспособление, весьма похожее на автоинъектор, нашлось только через несколько минут в одном из странного вида шкафов, к осмотру которых Стив приступил, осознав безнадёжность поиска на открытых поверхностях. Какая-то смутная мысль при виде компактного устройства в его руке почему-то вызвала мимолётную волну подлинного ужаса. Стив решительно тряхнул головой, отгоняя неуместные ощущения. Ему необходимо сосредоточиться на действиях. Вязкую жидкость из пробирок он набирал очень медленно и осторожно — травмированная рука сильно дрожала.       Не ощущая двух пальцев, Стив всё-таки заставил себя закончить и медленно направился к выходу, запоздало осознавая, что дверь наверняка заперта. Впрочем, он надеялся, что сил её вышибить ему хватит. Многим больше Стива пугало понимание, что охранники могут среагировать молниеносно, не оставив ему необходимых нескольких секунд. Но к его удивлению, дверь не только оказалась вполне обычной, хотя и металлической, но и была прикрыта неплотно. Стив насторожился. Его либо сильно недооценили, либо нарочно оставили иллюзорную надежду на освобождение.       Последняя мысль показалась несколько абсурдной. Странные пришельцы не походили на тех, кто будет тратить время на глупые игры с жертвой, которая и без того полностью в их власти. Не оставляя себе времени на очередные раздумья и сомнения, Стив сделал глубокий вздох, параллельно пытаясь мобилизовать остатки сил, которых ощущалось катастрофически мало, и распахнул дверь резким рывком. Уколы куда-то в область шеи двум подобным людям существам с синей кожей Стив успел всадить раньше, чем они опомнились. Третий мгновенно бросился на него, и игла вонзилась ему куда-то в грудь.       Стив замер на несколько секунд, пытаясь выровнять сбившееся дыхание и с долей ужаса наблюдая, как скручивает охранников. Их глаза мгновенно налились кровью, а тела, казалось, перестали им подчиняться. Стив стряхнул мимолётное оцепенение, когда конечности стражей начало ломать под самыми неестественными углами. Не оборачиваясь, Стив направился вперёд по коридору, развивая всю скорость, на которую сейчас было способно измученное тело. Запоздалое понимание, что он представления не имеет где искать Тони, не добавило оптимизма ни на йоту.       Однако упрямство и медленно разгорающаяся злость на ситуацию в целом заставляли продолжать путь. Мысленно обещая всевозможные кары тому, по чьей милости он сам и Тони здесь оказались, Стив тщательно следил за дыханием, которое никак не желало выравниваться, и напрягал слух, опасаясь столкновения с кем-либо и одновременно надеясь услышать что-то, что поможет определить местонахождение Тони. Но в бесконечном, как казалось, коридоре царила тишина, изредка нарушаемая лишь лёгким звоном, природу происхождения которого Стив не мог даже предположить.       Он машинально свернул направо, прошёл через арочный проём и оказался на лестничном пролёте. Настороженно осмотревшись и не обнаружив угроз, Стив аккуратно начал спускаться по вполне обычной с виду каменной лестнице, уходящий вниз разве что под непривычным углом. В голове шумело, и почему-то чудился голос Тони, который что-то яростно ему кричал. Стив моргнул, отгоняя наваждение. Мелькнула растерянная мысль, что пары неизвестного вещества, опознанного им как кислота, могли оказаться ядовитыми. Впрочем, Стив не был уверен, что его состояние ещё что-то может ухудшить.        — Кьювас, на нейтральную территорию только что прибыл Росс. Говорит, что это срочно, — донёсся до Стива голос Тарина, мгновенно возвращая в реальность.       Вздрогнув от неожиданности, Стив машинально отшатнулся к стене и только потом сообразил, что голос доносился из коридора, расположенного как минимум на пару уровней ниже. Ступая неслышно, Стив приблизился к перилам и бросил взгляд на лестницы под ним. Слух выхватил ответ Кьюваса, но слова Стив разобрать не смог, а в следующую секунду ему пришлось быстро отклониться. Тарин и Кьювас стремительно спустились по лестнице, продолжая негромко переговариваться. Стив максимально напряг слух, понимая, что может упустить важную информацию.        — Чтобы там не случилось, ответ Россу будет один, — разобрал Стив речь Кьюваса. — Он утверждает, что проблема связана с Мстителями? Мы отправим их железного клоуна обратно, и больше об этой проблеме никто не вспомнит.        — Криксон с ним уже закончил? — с удивительным безразличием осведомился Тарин, голос которого неожиданно прозвучал громче.        — Да, — с непонятным удовлетворением отозвался Кьювас. — Я как раз настраивал телепорт для его отправки, когда поступил сигнал о визите Росса.        — Полагаю, мы разберёмся с ним быстро, — теперь голос Тарина прозвучал приглушенно и начал стремительно удаляться, но Стив уже перестал вслушиваться.       Мозг с неожиданным рвением обрабатывал новую информацию. Кьювас сказал, что настраивал телепорт для отправки Тони, что с высокой вероятностью означало, что тот находился неподалёку. Забыв о необходимости соблюдать осторожность, Стив стремительно преодолел несколько лестничных пролётов и остановился у арочного прохода на тот уровень, с которого вышли Тарин и Кьювас. Здравый смысл напомнил о необходимости хотя бы осмотреться. Длинный коридор, идентичный тому, по которому Стив покинул своё место заточения, оказался пуст.       И всё же теперь Стив шёл намного медленнее, вслушиваясь в каждый посторонний звук. Позабытое осознание, что к драке от не готов на физическом уровне, резко отрезвило. Приглушённые голоса в отдалении заставили Стива замереть на мгновение и попытаться найти источник звука. Чуть прищурившись, он заметил открытую дверь в нескольких футах. Подозрение, что именно в этом помещении и находится Тони, которого едва ли оставили бы одного, быстро перерастало в уверенность. Стив лихорадочно размышлял, медленно подбираясь ближе.       Пальцы машинально сомкнулись на аналоге автоинъектора, оставленном на всякий случай в кармане больничных брюк, напоминающих пижамные штаны. Мимолётно пришло понимание, что едва ли инопланетяне одевают своих подопытных так же, как врачи пациентов на Земле. Стив замер на мгновение, пытаясь вспомнить, мог ли он оказаться в какой-нибудь больнице после случившегося на базе Гидры в Сибири. Но ответа не было. Память не выдавала никаких подробностей, а на построение гипотез не было времени. Оставив неуместные мысли, Стив подошёл совсем близко и осторожно заглянул в помещение.       Первым в глаза бросился камень, неоднократно виденный во лбу Вижена, а сейчас находящийся в прозрачной сфере, зажатой в длинных пальцах того, кто предположительно являлся Криксоном. Стив прижался к стене, опасаясь, что его заметят, и вздрогнул. В голову приходило единственное объяснение, каким образом камень мог оказаться у пришельцев. Верить не хотелось. Тони ведь утверждал, что Вижен в полном порядке. Стив напряжённо сглотнул и попытался оценить картину более полно, выглянув из-за дверного косяка повторно.       Застывший, затуманенный взгляд Тони отозвался чувством отчаяния. Стив устало прикрыл глаза, вновь прислонившись к стене. Вспомнилось, что творил Клинт после воздействия Локи. Какое-то интуитивное понимание, что эти пришельцы явно знают о камне больше и обращаются с ним увереннее, чем взбалмошный брат Тора, только усилило недоброе предчувствие. Отбросив волевым усилием любые размышления на эту тему, Стив попытался составить хотя бы подобие плана. Помимо Криксона в помещении находилось ещё двое, не считая Тони. И это делало практически бесполезным использование единственной имеющейся дозы яда.       Стив едва сдержал желание ударить кулаком стену. В голову не приходило ни единой путной мысли, а сожаление о том, что он не в форме для полноценного боя, перешагнуло все пределы. И только осознание, что он не может бросить тут Тони, не может позволить себе погибнуть, потому что должен его вытащить, заставляло продолжать попытки найти выход. Неслышно вздохнув, что отозвалось очередной вспышкой боли, Стив решительно заглянул в помещение ещё раз, сосредоточившись на оценке деталей. Устройство, о котором, по всей видимости, постоянно говорили Тарин и Кьювас, стояло в нескольких футах от Тони.       Стив всмотрелся внимательнее, пытаясь понять, что приводит его в действие. Взгляд тут же приметил массивный рычаг. Над устройством мерцала голограмма из сходящихся линий, которые весьма напоминали заданную точку координат. Стив почувствовал секундное облегчение, сообразив, что Кьювас успел закончить с настройкой. Это означало, что главной задачей оставалась необходимость устранить троих противников, не имея сил на бой или хоть какого-то оружия. На последней мысли Стив едва удержался от того, чтобы застонать в голос. Очевидно, его состояние было даже хуже, чем ему казалось. Иного объяснения собственной глупости он просто не находил.       Ступая как можно тише, Стив стремительно направился к выходу с уровня и преодолел несколько лестничных проёмов почти бегом, не считаясь с нехваткой воздуха и острой болью в груди. Мёртвые тела его стражей лежали на прежних местах. Стив позволил себе выдохнуть с облегчением, убедившись, что их ещё никто не обнаружил. Быстро выхватив из рук двоих оружие, чем-то отдалённо напоминающее автоматы, Стив двинулся обратно. Путь дался тяжелее, приходилось останавливаться, чтобы просто вдохнуть, но перспектива обрести свободу придавала сил.       Оказавшись возле нужного помещения, где ровным счётом ничего не изменилось за несколько минут его отсутствия, Стив отбросил любые планы, не чувствуя в себе никаких сил на проработку стратегии, и открыл беспорядочный огонь. Отдачей, о которой он даже не задумался, его отшвырнуло к стене напротив входа, но выстрелы достигли цели: Криксон и стоящий неподалёку от него соратник рухнули на пол, хотя и не лишились сознания. Единственный устоявший на ногах бросился вперёд, но Стив безжалостно выпустил в него очередь энергетических зарядов, с трудом поднялся на ноги и крикнул:        — Тони, нам надо уходить, немедленно.       Затуманенный взгляд карих глаз сфокусировался на нём, и Стив вздрогнул, невольно попятившись назад, пока не упёрся в стену. Чувство дежавю словно ударило наотмашь, лишая остатков сил. Слишком живы были воспоминания о том, как Баки не узнавал его, считая лишь очередной миссией. Стив никогда не относил себя к числу тех, кто из-за эмоций теряет контроль в бою, усомнившись в этом только после столкновения в Сибири, но сейчас он обречённо прикрыл глаза. Силы находились на борьбу с врагами, но биться с другом Стив был не готов. Оружие выскользнуло из ослабевших пальцев.        — Ты представляешь угрозу, — голос прозвучал настолько механически, что Стив не сразу сообразил, что фраза произнесена Тони. Он заставил себя открыть глаза. — Уничтожить.        — Боже, — пробормотал Стив, выпрямился и стиснул зубы при виде Тони, который опустил лицевую панель, явно привёл боевые системы костюма в полную готовность и теперь стремительно приближался к нему. — Старк, послушай меня. Это не ты. Слышишь? — Стив едва успел увернуться от струи репульсорного огня, которая ударила в стену, выжигая на ней пятно. — Тони, ты должен остановиться. Даже если ты действительно хочешь меня убить, сделай это осознанно, а не из-за чужого приказа. Старк!       Удар железного кулака, в который была вложена чудовищная сила, угодил точно по свежему рубцу. Стив рухнул на колени, не в состоянии даже закричать — горло сжало спазмом, а сумасшедшая боль вновь толкнула к краю, за которым была только тьма. Сделать судорожный вдох удалось только с третьей попытки, но воздух рванулся обратно вместе с кровью, которую Стив сплюнул на пол. В глазах помутнело. Не иначе как чудом Стив успел перекатиться по полу, уходя от следующего удара. В груди что-то подозрительно заклокотало.        — Тони, я не буду с тобой драться. Не стал бы, даже если бы мог. Только не снова, — короткие фразы прозвучали нечётко, говорить удавалось с огромным трудом. Сплюнув очередной сгусток крови, Стив попытался собраться с силами, но их не осталось. — Вместе, Старк. Против Альтрона, против всего мира, помнишь? Тони, остановись.       Очередной удар, на этот раз железной ноги, достиг своей цели — колено с громким хрустом взорвалось адской болью. Желание умереть немедленно стало практически нестерпимым и на мгновение показалось единственным верным решением. Стив понятия не имел, каким чудом оставался в сознании, но испытывал всё меньше сомнений, что в этот раз организм не справится с травмами. И всё же совесть не позволяла так поступить. Даже если это будет последним, что он успеет сделать в своей жизни, он должен вернуть Тони домой. Оставшиеся члены команды общими усилиями смогут справиться с воздействием камня.       Неожиданный прилив сил едва не спровоцировал приступ истерического смеха. Стив машинально припомнил что-то о том, что у тяжелобольных людей перед смертью может наступить улучшение. Агония. Сколько раз он видел подобное на войне? Резким перекатом Стив ушёл от железного кулака, летящего ему прямо в лицо, поднялся на ноги, уже не чувствуя ни боли, ни собственного тела и кинулся на Тони, который замешкался на неуловимое мгновение, когда его кулак впечатался в каменный пол. Этого хватило. Стив вцепился в грудную пластину мёртвой хваткой и резко толкнул, заставляя Тони шагнуть назад.       Не обращая внимания на оказываемое сопротивление, Стив с упрямством тарана продолжал движение, вынуждая Тони отступать обратно в зал. Боковым зрением Стив ещё заметил Криксона, который наблюдал за разворачивающимся действом странным взглядом, уловил какое-то шевеление на полу, а потом в его поле зрения оказался замеченный ранее рычаг. Тони схватил его запястье и попытался оторвать руку от костюма, но Стив не отпустил. Хруст кости, очевидно, означал очередной перелом, но боль уже не ощущалась.       Не видя больше ничего вокруг, Стив отвёл здоровую, если не считать ожогов, руку в сторону и дёрнул рычаг, отчаянно надеясь, что это сработает и приведёт их домой. Секундное парение в невесомости резко закончилось ударом об асфальт. Стив не сделал даже попытки подняться, только испытал сумасшедшее облегчение, когда взгляд узнал главную площадь Ваканды. Миллион вопросов взорвался в голове, но сознание резко поплыло и в одночасье ответы вдруг показались абсолютно ненужными. Он достиг цели, смог. Они дома. Тьма уверенно утянула его в свою незыблемую вечность.