Miss Pretty Face

7 июля, 11:20 Поток людей, вываливающих из аэропорта, практически вынес Джоану наружу, позволяя глотнуть свежего воздуха. Не сравнимый ни с чем аромат города Росарио, с самого раннего детства знакомый девушке, тут же окутал её лёгкие, заставляя вдохнуть поглубже, чтобы насладиться им в полной мере. Она дома. Бианчи, простояв под открытым небом всего пару минут, сразу же сделала для себя вывод, что от любимой чёрной одежды днём придётся отказаться, – аргентинское солнце не пощадит того, кто прогуливается по местным улицам в тёмной футболке. Хвала небесам, сегодня у неё долгожданный восемнадцатый День Рождения, и она сможет немного побаловать себя яркими обновками. «Раз новая жизнь, то и вещи должны быть новыми!» – воскликнула про себя брюнетка. Она подтянула лямку потрёпанного рюкзака, на котором корректором было выведено «f*ck you», и направилась к австоянке, где всех прибывших членов семейства, что шагали чуть поодаль, уже выжидало такси, отправляющее гостей в любую точку города за двойную плату. Совсем скоро она обнимет своих бабушку и дедушку, которых не видела больше года. Тогда можно будет полностью расслабиться и нормально отоспаться после бурной встречи.

***

Кристина с трудом разлепила свинцовые веки. Голова раскалывалась после вчерашнего – очередная летняя вечеринка дала о себе знать, – а во рту, казалось, иссяк запас слюны. Сото потёрла опухшее лицо ладонями и приподнялась на локтях, рассматривая всё вокруг. К счастью, она всё же находилась в своей комнате, правда, обстановка не радовала. Впереди девчонку, судя по всему, ожидала генеральная уборка. В пропитанной токсинами памяти всплыла ссора с мамой, из-за которой стул, что сейчас валялся на полу, полетел в зеркало. А ведь она знала, что когда вернётся домой, всё станет только хуже. Например, раньше Кристина никогда не применяла физическую силу по отношению к своим родным, но уже около месяца, с тех самых пор, она вообще не вывозит, так что может приложиться и к матери. Не по лицу, конечно, но частенько женщину в прямом смысле отталкивала её собственная дочь. Кристина Сото Пена не справлялась. Блондинка попыталась нащупать что-то на своей груди, и вскоре в её руках оказался кулон – пара ангельских крыльев – единственная память о той, что смогла разбить сердце девочке, которая сама привыкла манипулировать чужими чувствами. Пусть Крис и завладела подвеской случайно, из-за простой забывчивости, но всё-таки она много значила для неё, изо дня в день напоминая об их расставании. Школьница прекрасно знала, что сегодня за дата, но всё же не осмеливалась взглянуть на экран телефона, потому что каждый раз соблазн открыть галерею и вновь утонуть в запечатлённых на камеру воспоминаниях был слишком велик. Она допускала мысль о том, чтобы поздравить Джоану и тем самым напомнить ей о себе, но силы хватило лишь на то, чтобы открыть её страницу в Инстаграме. Да, они всё ещё были подписаны друг на друга. Заметив первую за всё это время историю в профиле Бианчи, светловолосая смело кликнула на неё без страха, что девушка заметит её в списке просмотревших. Кристина хотела дать понять, что никуда не уходила.

Простое фото неба, светлеющего всеми оттенками рубинового, в иллюминаторе. Бумеранг, на котором знакомые пальцы, правда, уже без привычного «маникюра», выводят в тетради, покоящейся на хрупких коленях, что-то непонятное оранжевой ручкой. И наконец, третья сторис: короткое видео с участием самой Джоаны и её родных, снятое, судя по всему, на выходе из аэропорта. Семья улыбалась, щурясь от солнечного света в то время, как Акоста привычно высунула язык.

Было очень странно видеть её счастливой, той самой Джо, в которую по уши втрескалась в один из погожих майских дней Крис. Такой её хотелось наблюдать всегда, лучезарной, взбалмошной, дерзкой, но Сото удостоилась редкой чести узреть и тёмную сторону этого большого ребёнка. Она мечтала вернуть всё происходящее между ними совсем недавно и переписать сценарий, чтобы остаться рядом, но что делать теперь, Кристина не представляла. Сото рухнула лицом в подушку, пропуская волосы на затылке сквозь пальцы и снова разрыдалась.

***

Казалось, что сегодня в именинницу не влезет больше ничего. Встреча с любимыми стариками прошла сытно и калорийно. Джоана не планировала столько есть, можно сказать, на завтрак, но сбежать от бабушкиного желания накормить – это что-то сродни феномену. Сейчас она валялась на кровати в отдельной комнате, запершись изнутри, чтобы никто не пытался прорваться к ней, и просто слушала музыку. Не ту, что привыкла слушать раньше, депрессивную, мрачную, тяжёлую, а ту, на которую ей порекомендовала перейти психотерапевт. Ту Лан положительно отозвалась о шансах восстановления ментального здоровья Джоаны и прописала ей курс лекарств, что помогут её психике быстрее окрепнуть. Доктор посоветовала девочке проводить больше времени с семьёй и на время ограничить контакты с малознакомыми людьми, но её они и не интересовали. Именно сейчас Джоана Бианчи Акоста поняла всю ценность семьи и тех, кто по-настоящему заслужил её доверие. Звонок в мессенджере немного испугал теперь уже совершеннолетнюю барышню, погруженную в удивительно светлые для себя мысли и релаксирующую мелодию. Но имя, мигающее на дисплее, заставило её моментально отложить все дела и с улыбкой встрепенуться. Её палец скользнул по экрану – на экране тут же появилось знакомое лицо, такое родное, неподдельно сияющее. – Привет, красавица! – воскликнула девушка по другую сторону. – Лисë-ë-ëнок мой! – звонко рассмеялась девчонка. Хантер поздравила её первой, ещё в полночь, но позвонила только сейчас. – Я не умею речи с пожеланиями толкать, честно... – неловко замялась девушка. – Тебе и не надо. Я очень рада тебя видеть. Уже соскучилась. Вальдеррама улыбнулась, оголяя ряд белоснежных зубов, встречая ответную улыбку своей бывшей пациентки. – Я тоже, Ежонок. Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? – Нет, мам, всё отлично, – покачала головой младшая. – У меня был замечательный доктор. – Не мамкай. Я переживаю, между прочим. Тебя выписали всего пять дней назад. – Поверь мне, у меня всё замечательно. Как никогда. Ты там как? – Всё по-прежнему. Мало сплю, много работаю и купаюсь в крови. – Я приеду и дам тебе пиздюлей за то, что ты мало спишь. Вы не одна на всё отделение, госпожа Вальдеррама. Врач начала смешно играть бровями: – Госпожа? Мне это нравится. – Фу, бессовестная, – расхохоталась Джо. – Я надеюсь, ты сможешь выкинуть лишнее из своей головы и отдохнуть от всего, что произошло с тобой за последнее время, малыш. – Я тоже надеюсь, Терри. Тем более, что теперь у меня нет напоминания на шее. – Что? Ты о чём? – Мой кулон – крылья ангела – всегда напоминал мне о моей болезни, служил маленьким грузиком, а сейчас я от него избавилась. – Ты выбросила его? – Нет, он у Крис. – Что?! Ты встречалась с ней? – Нет, Мэделин сказала, что отдала его ей, чтобы Крис передала мне, но она забыла, видимо. Это к лучшему, так ведь? – Всегда всё к лучшему, Джо. Помни об этом каждый раз, когда оказываешься в глубокой заднице. Посторонние звуки в ординаторской отвлекли Хантер от разговора. – Прости, ежонок, должна идти, – сказала она, мило улыбаясь, – опять зовут на помощь. – Беги, СуперЛис. – Я наберу тебе вечером, когда смогу спокойно выдохнуть, ладно? – Конечно, буду ждать. В тот момент, когда азиатка отключала камеру, в поле зрения Джоаны попал рисунок, что она подарила своей спасительнице в день выписки – большая чёрная лиса с раскосыми глазами в развевающемся плаще, – и улыбка засверкала на счастливом лице Бианчи. Сейчас она хотела лишь одного: пару часов поспать, а потом отправиться на прогулку по родному городу с семьёй. Слишком простое желание, чтобы отказывать себе любимой в нём. Совсем скоро усталость после перелёта взяла своё и утянула латинку в сиесту. За окном шумели машины и пели птицы – всё было хорошо.

***

– И-и-и, – послышался приглушённый голос со стороны, – снято!