В тишине

      В этот раз они молчали оба. Никому из них не хотелось говорить, каждый думал о своём — драконикусу было жаль, что он так подставил своих друзей, а Флаттершай мысленно прокручивала события этого дня, пытаясь понять, сможет ли она и дальше доверять Дискорду. Пока что пегаска не плакала, у неё был безразличный взгляд, устремлённый непонятно куда, то ли на зажжённый камин, то ли в окно напротив. Дух Хаоса взял в лапы бутерброд с огурцом и что-то пробурчал себе под нос. Когда он осуществлял свой план, то думал, что действует из благих намерений, но, как сказала Рэйнбоу Дэш, тогда он руководствовался отсутствием ума. Жестоко, зато честно. Он даже согласился с ней. Дискорд положил бутерброд на место, не имея желания перекусить. Флаттершай сидела на диване чуть поодаль от Повелителя Хаоса, расположившегося в кресле. В этот раз скованные движения нельзя было списать на смущение. Она, кажется, и сама не понимала, хотела ли находиться с другом в одной комнате или нет.        — Это было неправильно.        — Отвратительно, — Флаттершай, шумно вздыхая, закрыла глаза, жмурясь, — это был отвратительный поступок.       Когда трио побеждённых врагов отправили в Кантерлотский сад для пополнения выставки каменных статуй, вся шестёрка отправилась в Понивилль, причём вместе с принцессами. Селестии и Луне Твайлайт предоставила лучшие комнаты в Кристальном замке. Другие пони отправились по домам, а Дискорд поспешил обратно в своё родное измерение Хаоса. Вот только он не мог там находиться спокойно — его, что неожиданно, вдруг начала мучать совесть. Его! Совесть! Сидя на мягком диване, драконикус разговаривал сам с собой, пытаясь оправдать свой ужасный поступок. И вдруг он понял, что те его слова в замке были уж слишком смешны и никак не тянули на оправдание. В тот момент Дискорд грустно оглядел гостиную, с горечью принимая ситуацию. Он понял, что ему нужно попросить прощение у лучшей подруги. И чем раньше, тем лучше.       Дискорду понадобился всего один щелчок пальцев, чтобы переместиться к дому Флаттершай. На небе красовались сумерки — на раздумья он потратил всю ночь, а в Эквестрию уже подкрадывалось утро. Понимая, что пришёл слишком рано, Дискорд уже хотел вернуться и немного подождать… но тут заметил свет в окне на кухне. Тогда он осторожно постучал в дверь три раза. Вскоре к нему вышла и сама Флаттершай. Она проводила его в гостиную и усадила на кресло, поспешно вернувшись на кухню, видимо, за чаем. Ради приличия.       Дух Хаоса заметил, что её красные глаза блестели от слёз. В тот момент Дискорд почувствовал неприятное давящее ощущение в районе сердца. Ноющая боль заставила его стиснуть зубы и отвернуться от бледной Флаттершай. Он подвёл её. Сильно. Пегаска быстро вернулась к драконикусу и села на диван, не проронив ни слова.        — Я…        — Ты, кажется, говорил, что хотел помочь Твайлайт, — Флаттершай шмыгнула носом, она поспешно отвернулась от своего собеседника, пряча мордочку в копыта. Давящее чувство в груди разрасталось, у драконикуса задрожали пальцы и когти. Он поспешно встал с кресла и подбежал к Флаттершай, что-то несвязно быстро говоря. Дух хотел успокоить пегаску, но не понимал, какие слова для этого подойдут и поэтому он вскоре замолк. Попытка обнять Флаттешай с крахом провалилась — она замотала головой.        — Пожалуйста, уходи, — прошептала Флаттершай, голос её был полон боли и разочарования. Громко всхлипнув,она подняла мордочку и, глядя в глаза Дискорду, повторила, — Наверное, нам нужно перенести наш, м, — её голос вновь дрогнул, — разговор.       Он, словно поражённый громом, продолжал стоять на месте. За две долгих секунды до Дискорда дошло, что ему уж слишком дорого стоила его ошибка. Она стоила ему доверия Флаттершай, единственной, которая согласилась дать драконикусу тот самый первый шанс для исправления шесть лет назад. И ведь она спасла его от заточения в камне. Ни Селестия, ни Луна, ни Твайлайт, ставшая вскоре принцессой Дружбы. Она.       Прежде чем щёлкнуть пальцами и материализоваться у себя дома в измерении хаоса, Дискорд обратил внимание на огонь в камине. Только треск щепок и наполнял помещение звуком, пока они играли в молчанку, сидя рядом, словно неродные.        — Прости. Я хотел как лучше.        — Хотела бы в это верить.       И после этих слов Дискорд покинул дом Флаттершай.

***

      Прошло три дня с тех пор, как Коузи, Кризалис и Тирек оказались повержены. Три дня понадобилось маленькому Понивиллю, чтобы встать с колен и прийти в себя. Многие могли уже и забыть о нападении, если бы разрушенный королевский замок вдали не мозолил глаза, причиняя боль ценителям искусства кантерлотской архитектуры. Флаттершай знала, что к концу месяца и Кантерлот придёт в себя и оправится: всё починят. Но пегаска не появлялась в городе, проведя эти три дня в заповеднике с кроликом Эйнджелом и помощницей доктором Фауной. Она не знала, сколько времени ей потребуется, чтобы справиться с той душевной раной, которую ей нанёс её лучший друг. В её голове не укладывались произошедшие события. Флаттершай не могла поверить, что Дискорд оказался виновником разрушения Кантерлота и появления Виндиго, хотя он не сделал этого сам — но выпущенные им существа посеяли смуту и разгромили королевство. А самым ужасным было то, что Флаттершай не знала, говорил ли он правду, действительно ли Дискорд хотел помочь Твайлайт или же это было очередное его глупое оправдание. И это недоверие, поселившееся в её душе, терзало день изо дня.       Всё это время Дискорд ни с кем не общался, за исключением Луны. Днём он ошивался в столице, помогая разбирать обломки комнат — к сожалению, восстановить замок магией было слишком сложно и практически невозможно, учитывая витающие в воздухе разряды магии разрушения; своими силами пони и Дискорд вытаскивали из-под обломков ценные вещи и пострадавших королевских слуг. Многим из них уже не была нужна помощь.       Вечерами дух Хаоса сидел в предоставленной комнате, никуда не выходя. Твайлайт вскоре начала думать, что тот и вовсе не жил в замке, но Луна, выслушивая предположения ученицы, отрицательно качала головой.        — Мы должны дать ему время.        — Он исправно отбывает своё наказание? — поинтересовалась Рэйнбоу, посмотрев на старшую принцессу. Селестия кивнула.        — Да, но, думаю, оно не сильно его тяготит.        — Тогда почему…        — Совесть, милая Рэйнбоу, у него тоже есть совесть. Ему предстоит повторить огромную кучу уроков дружбы, кажется, он усвоил их не все и чуточку перестарался.       Когда принцесса сказала «чуточку», Спаркл нахмурилась и что-то пробормотала себе под нос, а Флаттершай хмыкнула, смотря в окно на разрушенные башенки столичного замка. Луна отреагировала спокойно, повторив свои слова.        — Ему нужно немного времени, чтобы принять ситуацию.       Твайлайт внимательно рассматривала карту — даже на ней был отражён разрушенный Кантерлот. Принцесса с грустью покачала головой, ведь в день той ужасной битвы у неё должна была быть коронация. Её голову эти три дня занимала лишь одна мысль — могла ли она справиться с «испытанием» от Дискорда? Или бы растерялась, показывая всей Эквестрии, что правитель из неё так себе? Твайлайт всё же была рада, что у них имелось в запасе время для подготовки к атаке и бой прошёл без других мирных жителей во время празднования — в таком случае, многие невинные пони могли распрощаться со своими жизнями. Они же свели потери к минимуму, но и без них, увы, не обошлось. На плечо Твайлайт опустилось чьё-то копыто. Рэрити приобняла подругу, мягко улыбаясь.        — О, дорогая, всё будет хорошо. Мы ведь победили.       Твайлайт коротко кивнула, она попыталась улыбнуться, но вот в голосе принцессы проскальзывали грустные нотки:        — Да, но какой ценой?       Никто не ответил. Сёстры-принцессы переглянулись между собой, а Твайлайт тем временем продолжала:        — И ведь из-за чего? Из-за какой-то глупости. Я не виню Дискорда, — Твайлайт шмыгнула носом, прижимаясь к подруге, — я виню себя. Если бы мы сразу отправились на поиски Кризалис, если бы контролировали и Дискорда…        — Мы не знали, — осторожно произнесла Рэрити, однако Спаркл её перебила.        — Я, как принцесса, должна была об этом подумать. Должна была хотя бы попытаться принять меры! И что мы имеем в итоге?       Тогда Рэйнбоу Деш принялась успокаивать подругу. Пегас продолжала винить во случившемся драконикуса, Пинки пыталась отшутиться… А сам Дискорд, в тот момент как некстати проходящий мимо приоткрытых дверей зала, остановился. И заглянул внутрь одним глазком, чувствуя, как совесть разрывала его сердце по кусочкам. Все эти три дня она безжалостно терзала его душу и мысли, но теперь окончательно разбила существо. Подумав пару секунд, Дискорд с серьёзным видом направился прочь из замка, чтобы во второй раз попробовать поговорить с Флаттершай. В конце-концов, она могла дать ему дельный совет, да и их ссора далась ему уж очень тяжело, так что он хотел побыстрее с ней покончить и всё прояснить. Только дошёл драконикус до конца коридора, как услышал скрип открывающейся двери. После послышался и приглушённый всхлип с чьим-то удивлённым шёпотом:        — Ты ведь сама говорила, что всё наладится, — Дискорд обернулся, заметив возле дверей зала ЭпплДжек, та успокаивала Рэрити. Она изъявила желание забрать какую-то важную вещь из дома, а ЭпплДжек, заметив, что взгляд у подруги был крайне встревоженным и опечаленным, вызвалась пройтись вместе с ней. Твайлайт осталась с принцессами. И ЭпплДжек не прогадала — стоило им выйти за дверь, как Рэрити разрыдалась.        — Говорила! — драматично воскликнула она. — И я знаю, что всё будет хорошо. Но мне так грустно смотреть на страдания Твайлайт. Ведь она права — мы могли предотвратить всё гораздо раньше!       ЭпплДжек покачала головой.        — Никто не знал. Но мы выиграли, впредь мы будем осмотрительнее.       Дискорд пешком дошёл до дома Флаттершай. Из-за гула мыслей в голове он совершенно забыл, что не любил ходить вот так, на своих двоих, но дошёл драконикус быстро. Он решительно постучал в дверь три раза и принялся ждать.       Прошла минута. Две. Дискорд нахмурился.       Никто его внутрь не пригласил, а за дверью никаких звуков он не услышал. И драконикус уже хотел постучать снова, как увидел, что подлетевшая к домику колибри залетела в приоткрытое окно, а вернулась уже с лентой в своём маленьком клювике. Тогда Дискорд понял, где находилась Флаттершай. Он осторожно прикрыл окошко.

***

      В заповеднике было необычайно тихо. Обычно внутри животные резвились друг с другом, как-то общались, а хищники рычали на травоядных, но только рычали, не ели — они понимали, что на территории заповедника им было строго запрещено питаться другими животными, вне зависимости от положения в пищевой цепи. В этот же день животные вели себя скромно и тихо, а волки даже не рычали на крольчат. Эйнджел везде ходил рядом с Флаттершай, хотя обычно терпеть не мог, когда пегаска уделяла внимание другим животным. Кролик терпеливо прыгал следом и молча наблюдал за действиями хозяйки, иногда подпрыгивая ближе и осторожно дёргая ту за гриву или хвост, чтобы попросить кусочек моркови.       Флаттершай сидела у пруда с птицами — у лебедя пегаска осматривала шею, поправляя спавшие, мокрые от воды бинты.        — Милый, сейчас тебе не должно быть больно, — мягко проговорила Флаттершай. Тут к ним подлетела колибри, птица из клюва выронила ленту прямо под копыта. — О, спасибо! Филс, надеюсь, теперь ты не будешь унывать из-за бинтов, — и Флаттершай осторожно завязала вокруг шеи покалеченной птицы красивый зелёный бантик. Лебедь крякнул в знак благодарности и клювом легонько щёлкнул уставшую Флаттершай в щёку. Она тихо засмеялась, но в глазах её искр смеха не было, скорее наоборот, у неё был очень задумчивый взгляд, бирюзовые глаза даже казались из-за этого блеклыми и не такими яркими. Пегаска хотела сказать, какой красивый бант… Хлоп!       Перед ней оказался Дискорд. Она понятия не имела, откуда он взялся, но место для телепортации драконикус выбрал не самое удачное — он громко плюхнулся в воду, напугав лебедей и напугавшись сам. Не повезло, бывает.        — Ф-флаттершай!       Пегаска ойкнула от неожиданности. Перемещение, плюх и лебединый гогот случились в один момент и она не сразу поняла, что именно произошло. Она нахмурилась — она сидела слишком близко к пруду и тоже намокла от всплеска воды.        — Привет, д-р Фауна, — поздоровался Дискорд, выскакивая из пруда. С его носа стекали крупные капли воды. — Ты можешь пока присмотреть за другими животными? — Дискорд опустил взгляд на траву, заметив недовольного кролика Эйнджела, который всем своим видом показывал, что не может того терпеть. Эйнджел недовольно барабанил лапкой. — И ушастика прихвати, так, на всякий случай.       Фауна с пониманием кивнула, посмотрела на смущённую Флаттершай и отошла, поманив за собой Эйнджела, кролик пошёл с ней только из-за моркови, что была у неё в кармане. Но по пути за доктором Фауной он всё время оборачивался и пристально смотрел на драконикуса. Дискорд покачал головой.        — Прости меня, Флаттершай. Я долго думал насчёт твоих слов, — начал дух Хаоса. Дискорд подошёл ближе к Флаттершай, он был настроен решительно, взгляд его был как никогда серьёзен. Пегас редко видела его таким — обычно драконикус подшучивал над окружающими, он всегда был бодр и весел. — И пришёл к выводу, что действительно сглупил. Я этого не отрицаю. Понадеялся, что смогу удержать под контролем ситуацию, я думал над последствиями, честно, но в итоге подвёл всех. Вчера…        — Дискорд, — прервала его Флаттершай, встав с мокрой травы, но тот не слушал и продолжал:        —…когда я был в Кантерлоте и разбирал с остальными завалы, я…        — Дискорд.        —…это одна из самых дорогих моих ошибок, я пойму, если ты откажешься от общения со мной, но…        — Дискорд! — повысила голос Флаттершай, а драконикус прервал извинения. В этот момент он будто замер, ожидая её ответа. И ему казалось, что она его прогонит и отвергнет. Что же, он почти был к этому готов. — Если тебя попросили извиниться передо мной, то не стоит, я уже простила тебя.       Драконикус открыл рот, чтобы возразить, но промолчал, переваривая её слова в голове. Он не мог поверить в сказанное!        — Но ты должен ответить, идут ли твои извинения от того Дискорда, которого я знаю и люблю. От того, кто защитил всех нас несколько лет назад от Кризалис не из-за личной выгоды, а из-за преданности нашей дружбе.       Хмурый драконикус сел рядом с Флаттершай.        — Я не могу дать слово, что подобное никогда не повторится, потому что я бессмертен, мне хочется искать что-то новое, часто ищу самые трудные пути для решения задач, но не по геометрии, а жизненных, — она еле заметно улыбнулась, посчитав забавной эту слабенькую шутку, — но я буду стараться, чтобы мои поступки не смогли причинить вред другим существам. То, что я видел… Эти три дня были очень тяжёлыми, давно я не видел такого количества жертв.        — Ты не ответил на мой вопрос, — тихо произнесла пегас, заправив за ухо светло-розовую прядь гривы.        — Да, милая Флаттершай. Эти извинения искренни, я мог бы дать Пинки-клятву, да у меня нет под лапой кексика. Я очень хочу, чтобы ты была счастлива, так что улыбнись, дорогая, и скажи, когда ты навестишь Твайлайт. Поверь, ей очень не хватает поддержки элемента Доброты.       И после этих слов Флаттершай подошла к Дискорду и уткнулась в его мокрую шёрстку, мягко улыбаясь и пряча мелкие слёзы, появившиеся на глазах из-за пережитого за эти три дня стресса. А драконикус осторожно приобнял её, поглаживая львиной лапой взлохмаченную сахарную гриву.