Библия в разрезе.

100 лет назад буддизм был едва известен за пределами Азии. Сегодня же он занимает положение мировой религии и исповедуется даже на Западе. Почему? Во-первых, из-за притока иммигрантов. В Западной Европе, Северной Америке, Австралии и других местах образовались многочисленные азиатские диаспоры. Так все больше и больше людей знакомятся с буддизмом. Во-вторых, многим претит дух вседозволенности традиционных церквей, поэтому они обращаются в эту «новую» веру. По данным Исследовательского центра Пью за 2010 год, во всем мире насчитывается около 500 миллионов буддистов, и большинство из них живут в странах Азии: Китае, Мьянме, Таиланде, Шри-Ланке, Южной Корее и Японии. В одном только Китае приблизительно 250 миллионов человек именуют себя буддистами. Как возникла эта религия? Что именно исповедуют ее последователи? Проблема первоисточника Наши знания о жизни Будды в основном почерпнуты из канонических текстов. Наиболее значительные и полные составлены на языке древней Индии — па́ли» (Parrinder G. World Religions—From Ancient History to the Present). Этот факт означает, что современники основателя буддизма — Сиддха́ртхи Гаута́мы (жившего, по-видимому, на севере Индии в VI веке до н. э.) — не оставили каких-либо письменных свидетельств, проливающих свет на его биографию, и это, бесспорно, усложняет дело. Но предстоит еще разобраться с тем, как и когда появились эти «канонические тексты». По буддийскому преданию, вскоре после смерти Гаутамы был созван собор из 500 монахов, чтобы выверить истинное учение Наставника. Проходил ли этот собор на самом деле — предмет бесконечных дискуссий среди историков и буддологов. Но стоит отметить: даже в буддийских текстах признано, что учение Будды, принятое собором за каноническое, не было письменно зафиксировано, но передавалось из уст в уста — до появления первых священных тестов было еще очень далеко. Согласно цейлонским хроникам IV и VI веков н. э., самые ранние из вышеупомянутых палийских «канонических текстов» были записаны при царе Ваттагамани в I веке до н. э. Другие свидетельства о жизни Будды появились, возможно, не раньше I или даже V века н. э., то есть почти через тысячу лет после его смерти. В одном словаре отмечается: «Эти житийные сказания появились довольно поздно, они преисполнены легенд и мифов; старейшие канонические тексты суть итог многовековой устной традиции; они, похоже, претерпели различные изменения». Один ученый даже заявил, что «ни одного слова из письменного учения нельзя с полной уверенностью приписать самому Гаутаме» (Abingdon Dictionary of Living Religions). Ниже приводятся переводы из Джа́таки, палийского канонического текста, повествующего о жизни Будды. Вот рассказ о том, как мать Будды, царица Махама́йя, зачала его во сне: «Четыре Локапалы-Махараджи, стражи мира, подняли ее ложе, понесли к Гималайским горам и опустили[…] Тогда приблизились к Майе их жены и отнесли ее к озеру Анотаттва, омыли ее, дабы очистить ее от всех человеческих недостатков[…] Неподалеку от того места находился Серебряный Холм, на нем же был золотой павильон: в нем-то и устроили они небесное ложе, изголовьем к востоку, и положили Майю на него. И тогда будущий Будда[…] принял облик превосходного белого слона[…] Взобравшись на Северный Холм[…] трижды поклонившись ложу матери, [он] нежно постучал в ее правый бок и как будто вошел в ее чрево. Так произошло зачатие[…] на исходе праздника Середины Лета.» Когда царица рассказала свой сон мужу, царь призвал 64 главных индийских священника, накормил их, одел и попросил истолковать сон. Их ответ был таков: «Не бойся, государь![…] У тебя родится сын. Если он останется жить во дворце, то станет вселенским монархом. Если уйдет в отшельники, то станет Буддой и разгонит тучи греха и несовершенства над этим миром». Предание гласит, что в подтверждение тому свершились 32 знамения: «Все десять тысяч миров враз содрогнулись и вострепетали[…] Угасли все адские огни[…] среди людей прекратились болезни[…] взыграли все музыкальные орудия, хотя никто не играл на них[…] в могучем океане вода стала пресной[…] все десять тысяч миров обратились в море цветочных гирлянд невиданной красоты. Вслед за этим произошло необычайное рождение Будды в роще саловых дерев, известной как Лумби́ни. Когда царица протянула руку, чтобы схватиться за ветвь самого высокого дерева в саду, оно покорно склонилось перед ней. Когда она стояла, держась за ветку, родился Будда. Вот как его рождение описывается в Буддхачарите, санскритском тексте II века н. э.:

Из правого он появился бока; Из чрева постепенно исходя… […] В себе сосредоточен, не стремглав, Украшен безупречно, выявляясь Блистательно, он, излучая свет, Возник из чрева, как выходит Солнце. […] Прямой и стройный, в разуме не шаткий, Сознательно он сделал семь шагов… Идя, как царь зверей, могучий лев, Смотря во все четыре направления… Он так сказал, и молвил достоверно: «Родившись так, родился Будда здесь. За сим уж больше новых нет рождений. Теперь рожден я только этот раз, Дабы спасти весь мир своим рожденьем». (Перевод К. Бальмонта)

Не менее подробно описываются детство Будды, встречи с его поклонницами, скитания и почти все события жизни. Поэтому неудивительно, что большинство ученых считает все эти истории легендами и мифами. Один сотрудник Британского музея высказал мнение, что «из-за великого множества легенд и чудес подлинный исторический облик Будды, похоже, безнадежно утрачен». Впрочем, в современной литературе чаще встречается традиционно упрощенный вариант его биографии. Ниже приводится выдержка из «Учебника буддизма», изданного в Коломбо (Шри-Ланка): «Майским днем 623 года до н. э., в период полнолуния, в Непале родился индийский царевич из племени шакья по имени Сиддхаттха Готама (Транслитерировано с языка пали. В санскритском написании — Сиддхартха Гаутама. В датировке рождения тоже встречаются расхождения: называют 567, 563 и 560 годы до н. э. Большинство авторитетов признают 560 год, или, по крайней мере, все они согласны, что это было в VI веке до н. э.). Его отцом был царь по имени Суддхо́дана, а матерью — царица Махамайя. Через несколько дней после рождения ребенка Махамайя умерла, поэтому взрастила его Махапраджпати Готами. Когда ему было шестнадцать лет, он женился на своей двоюродной сестре, дивной царевне Яшодхаре. Около тринадцати лет его счастливой семейной жизни прошло в роскоши и блаженном неведении о превратностях бытия за воротами дворца. Со временем ему постепенно стала открываться истина. На двадцать девятом, переломном, году у него родился сын Рахула. В рождении сына он видел лишь бремя, так как понимал, что все обречены на цикл рождения, болезней и смерти. Сознавая неизбежность страданий, он решил искать избавления от всех человеческих зол. Отрекшись от царского великолепия, среди ночи он покинул дом… срезал волосы, облачился в нищенские лохмотья и отправился искать Истину». (A Manual of Buddhism) Сразу видно, что эти основные события в его жизнеописании сильно отличаются от фантасмагорических историй из «канонических текстов». Этот вариант его биографии, за исключением года рождения, общепризнан. Просветление. Как оно произошло? Что же стало переломным событием его жизни? Он впервые увидел больного человека, немощного старца и покойника. Это заставило его глубоко задуматься о смысле жизни: почему человек приходит в мир лишь отмучиться, состариться и умереть? Легенда гласит, что он вскоре повстречал святого человека, который отрешился от мирской жизни в поисках истины. Это побудило царевича Гаутаму оставить семью, дворец и отправиться искать ответов у индуистских учителей и гу́ру. Но все было тщетным. Мы узнаём, что он погружался в медитацию, постился, предавался йоге и самоистязанию, но так и не обрел внутренней гармонии или просветления. В конце концов он понял, что крайнее самоотречение ничем не лучше его прежнего потакания собственным желаниям. И он выбрал Срединный путь, путь уклонения от крайностей — от сладострастия и самоистязания. Решив, что ответы надо искать в самом себе, он стал медитировать под баньяном, или индийской смоковницей. Противостоя нападкам и искушениям Ма́ры, предводителя демонов, он непрестанно медитировал в течение четырех (по другим источникам, семи) недель, пока не обнаружил, что достиг глубинного познания и просветления. Так Гаутама стал, по буддистской терминологии, Буддой, то есть Пробужденным или Просветленным. Он достиг конечной цели — нирваны, состояния абсолютного мира и просветления, отрешенности от желаний и освобождения от страданий. Также он получил прозвище Ша́кьяму́ни («мудрец [из племени] шакья»), а сам себя он называл Татха́гата («так [обретя просветление] пришедший»). Однако различные буддийские школы по-разному расценивают его личность. Некоторые считают его простым человеком, который нашел путь просветления для себя и научил ему своих последователей. Другие же рассматривают его как последнего из будд, который пришел в мир, чтобы проповедовать и возродить дха́рму (пал. дхамма), — учение или путь Будды. Есть и такие, кто считает его бодхисатвой, то есть тем, кто достиг просветления, но отложил уход в нирвану, чтобы помочь другим достичь просветления. Как бы то ни было, это событие — просветление — является ключевым понятием всех направлений буддизма. Достигнув просветления и преодолев некоторые начальные сомнения, Будда стал излагать свою новообретенную истину — дхарму — другим. Со своей первой и, пожалуй, важнейшей проповедью он выступил в Оленьем парке близ Бенареса перед пятью бхи́кшу — учениками или монахами. В ней он провозгласил, что необходимо избегать крайностей — наслаждения и аскезы — и придерживаться Срединного пути. Потом надлежит освоить Четыре благородные истины и держаться их. Эти истины можно резюмировать так: 1. Жизнь есть страдание. «И вот, о бхикшу, благородная, святая истина о страдании. Муками сопровождается рождение. Мучительна старость. Мучительна болезнь и смерть мучительна. Соединение с неприятным — страдание, и разлука с приятным, и всякое неудовлетворенное желание — также являются страданием.» 2. Причина страдания — желание и влечение. «И вот, о бхикшу, благородная истина о причине страдания. Воистину, это — жажда, причиняющая возобновление бытия, ведущая от рождения к рождению, сопровождаемая чувственными вожделениями, ищущая удовлетворения то здесь, то там: желание удовлетворения страстей, желание будущей жизни, жажда успеха…» 3. Избавление от желаний есть освобождение от страданий. «И вот, о бхикшу, благородная истина о прекращении, угасании страдания. Воистину… это полное освобождение от влечения к этой временной жизни, избавление от него, отречение от него, отделение себя от него.» 4. К избавлению от желаний ведет Восьмеричный путь, влияющий на поступки, мышление и действия человека. «И вот, о бхикшу, благородная истина о пути, ведущем к нирване, к преодолению страдания… Истинное воззрение, истинное намерение, истинная речь, истинное деяние, истинная жизнь, истинное усердие, истинное осознавание, истинное самадхи [созерцание]» (Сидоров С. Буддизм: история, каноны, культура). Эта проповедь о Срединном пути и Четырех благородных истинах кратко излагает суть просветления и всех буддийских учений. Гаутама не претендовал на вдохновленность свыше. «Это открытый Татхагатой путь», — говорил он, называя Татхагатой самого себя. По преданию, на смертном одре он завещал своим ученикам: «Будьте светильниками сами для себя». Таким образом, Будда утверждает, что просветление — не от Бога, но от добрых дел и личных усилий в развитии правильного мышления. Нетрудно догадаться, почему это учение было охотно воспринято в индийском обществе того времени. Оно осуждало жадность и разложение брахманизма (брахма́ны — жреческая каста в индуизме), не поощряло сурового аскетизма джайнов и других мистических школ и направлений. Оно также избавилось от жертвоприношений и ритуалов, мириад богов и богинь и от гнетущей кастовой системы, которая довлела над человеком во всех сферах его жизни. Одним словом, оно сулило освобождение каждому, кто пойдет по пути, предложенному Буддой. Буддизм расширяет сферу влияния Когда пятеро бхикшу приняли учение Будды, они стали первой са́нгхой, или монашеской общиной. Образовались Три Драгоценности буддизма (трира́тна), предназначенные, чтобы вести людей к просветлению: Будда, дхарма и сангха. Итак, подготовившись, Гаутама Будда отправился проповедовать по всей долине Ганга. Люди разных сословий приходили послушать его и становились его учениками. К концу своей жизни в возрасте 80 лет он был хорошо известен и пользовался уважением. Считается, что последними словами Будды были: «Все существующее, о бхикшу, преходяще и подобно иллюзии. Стремитесь неустанно к своему освобождению». В III веке до н. э., примерно через 200 лет после Будды, появился особо ревностный поборник этой веры — правитель Ашока, который подчинил своей власти бо́льшую часть Индии. Удрученный плодами своих завоевательных походов и кровопролития, он принял буддизм и оказал ему государственную поддержку. Он сооружал статуи, созывал соборы и побуждал людей жить по заветам Будды. Ашока отправил также буддийских миссионеров во все концы Индии, на Цейлон, в Сирию, Египет и Грецию. В основном именно благодаря усилиям Ашоки из маленькой индийской секты развилась нынешняя мировая религия под названием буддизм. Вполне справедливо некоторые считают его вторым основателем буддизма. С Цейлона буддизм распространился к востоку, на территорию современной Мьянмы, Таиланда и в другие части полуострова Индокитай. На севере буддизм достиг Кашмира и Средней Азии. Оттуда уже в I веке н. э. буддийские монахи, преодолев безбрежные пустыни и неприступные горы, принесли свою религию в Китай. А из Китая было рукой подать до Кореи и Японии. Буддизм проник также на Тибет, соседствующий с Индией на севере. Смешавшись с местными верованиями, он превратился в ламаизм, который по сей день влияет там на религиозную и политическую жизнь. В VI и VII веках н. э. буддизм укоренился в Юго-Восточной Азии и на Дальнем Востоке. Хотя буддизм укреплял свое влияние во многих странах, в самой Индии он постепенно выхолащивался. Уйдя с головой в философские и метафизические искания, буддийские монахи забыли про своих единоверцев-мирян. Кроме того, утрата царского покровительства и ассимиляция буддизма индуистскими учениями и обрядами ускорили его кризис в Индии. Даже буддийские святыни, например Лумбини, где родился Гаутама, и Бодх-гая, где он достиг «просветления», превратились в руины. К XIII веку буддизм практически исчез в родной стране его основателя. А в XX веке буддизм претерпел еще бо́льшие изменения. Политические потрясения в Китае, Монголии, странах Тибета и Юго-Восточной Азии нанесли ему сокрушительный удар. Тысячи храмов и монастырей были разрушены и сотни тысяч монахов и монахинь бежали, были заключены в тюрьмы и даже казнены. И все же буддизм по-прежнему оказывает огромное влияние на мышление и жизнь людей в этих странах. Многим в Европе и Северной Америке идея поиска «истины» в самом себе пришлась по душе. Медитация предоставляет возможность абстрагироваться от суетливого западного стиля жизни. Интересно, что написал в предисловии к книге «Живой буддизм» далай-лама Тензин Гьяцо, живущий в эмиграции: «Возможно, буддизм хоть отчасти напомнит современному западному обществу о духовной составляющей человеческой жизни» (Powell A. Living Buddhism). Разновидности буддизма Хотя о буддизме обычно говорят как о единой религии, на самом деле он разделен на целый ряд философских школ. Каждая школа по-своему толкует личность и учение Будды и имеет собственные доктрины, обычаи и писания. Эти школы, в свою очередь, поделены на множество групп и ответвлений, многие из которых находятся под сильным влиянием местных культур и традиций. В Шри-Ланке, Мьянме, Таиланде, Камбодже и Лаосе наиболее распространена школа тхеравада («учение старейшин»), которую также называют хинаяна («малая колесница»). Некоторые считают эту школу консервативной. Основной акцент в ней делается на достижении мудрости и личном спасении; достичь всего этого можно путем отречения от мирской жизни и ухода в монашество, познанием и медитацией. В этих странах нередко можно увидеть молодых мужчин, босых, остриженных наголо и облаченных в одежды желтого, шафранного цвета. Они носят с собой миски для подаяния, куда их светские единоверцы должны класть дневное пропитание. Принято, чтобы мужчины проводили в монастырях по крайней мере часть своей жизни. Конечная цель монаха — стать арха́том, то есть достигшим духовного совершенства и освободившимся от боли и страданий в циклах перерождения. Будда показал путь, и каждый решает, следовать этим путем или нет. Буддийская школа махаяна («большая колесница») распространена в основном в Китае, Корее, Японии и Вьетнаме. Это название указывает на то, что учение Будды есть «истина и путь спасения, доступный для каждого, независимо от того, живет ли он в пещере, монастыре или в доме… [Доступный] не только для тех, кто отрекается от мира». Главная идея махаяны: любовь и милосердие Будды настолько велики, что он никому не отказывает в спасении. Эта школа учит, что каждый из нас обладает природой Будды, а значит, все мы можем стать буддами (просветленными), или бодхисатвами. Просветление достигается не благодаря строгой самодисциплине, а благодаря вере в Будду и милосердию ко всему живому. Такой подход импонирует многим прагматикам. Однако либерализм этой школы породил массу толков и ответвлений. Среди многих ответвлений, появившихся в Китае и Японии, можно выделить следующие: чистая земля и дзен (дзэн). Вероучение первой из них сосредоточено вокруг спасительной силы будды Амита́бхи, который обещал своим последователям перерождение в «чистой земле», или «западном раю», — земле радости и света, населенной богами и людьми. А оттуда уже недалеко и до нирваны. Повторяя молитву «Верую в Амитабхи» — иногда тысячи раз в день, — верующие очищают себя, чтобы достичь просветления или перерождения в «западном раю». Название дзен-буддизм (в Китае — школа чань) произошло от медитативной практики. Китайское слово «чань» и японское «дзен» родственны санскритскому слову «дхья́на», означающему «медитация». Эта школа утверждает, что познание, добрые дела и обряды — не самое главное. Просветления можно достичь, медитируя над некоторыми неразрешимыми загадками, например: как звучит хлопо́к одной ладоши? Что можно найти там, где ничего нет? Мистическая природа дзен-буддизма нашла свое отражение в таких изящных искусствах, как икебана, каллиграфия, роспись тушью, поэзия, садоводство и так далее. Все это было восторженно принято на Западе. Сегодня центры медитации дзен действуют во многих западных странах. Наконец, существует тибетский буддизм, или ламаизм. Это направление буддизма иногда называется мантраяна («колесница мантр»), поскольку в нем часто используется многократное повторение мантр — наборов слогов, порой имеющих какой-то смысл, а порой и нет. Ламаизм обращает внимание не столько на добродетель и познание, сколько на обрядовую сторону: молитвы, магию и шаманство. Мантры читаются тысячи раз в день с помощью четок и молитвенных мельниц. Изучить сложные обряды можно только у ног лам, или настоятелей монастырей, среди которых особой известностью пользуется далай-лама и па́нчен-лама. Когда лама умирает, все ищут мальчика, в которого перевоплотился лама, чтобы стать новым духовным вождем. Впрочем, словом «лама» теперь зачастую называют всех монахов, которые, согласно одному подсчету, некогда составляли пятую часть населения Тибета. Ламы также исполняют обязанности учителей и врачей, они бывают политиками и землевладельцами. Все эти основные ответвления буддизма разделены, в свою очередь, на множество групп. Некоторые сосредоточены вокруг какого-то лидера. В Японии образовалась группа под руководством Нитирэна (он учил, что только махаянская Лотосовая сутра содержит подлинное учение Будды), а в Тайване — вокруг настоятельницы Цзинхай. Тут буддизм преуспел не меньше христианского мира с его многочисленными течениями и расколоучителями. Довольно часто люди, считающие себя буддистами, не сторонятся культа предков, даосских, синтоистских обрядов и даже обычаев христианского мира (Многие японские буддисты пышно отмечают Рождество). Приверженцы всех этих буддийских направлений утверждают, что основываются на учении Будды. Три корзины и другие буддийские писания Приписываемые Будде учения сперва передавались устно, а записаны были только через несколько столетий после его смерти. Так что учения и деяния Будды в лучшем случае дошли до нас в трактовке его последователей, живших несколько поколений спустя. Проблема усложняется еще и тем, что буддизм тогда уже раскололся на множество школ. Поэтому различные тексты представляют буддизм в довольно разных его вариациях. Древнейшие буддийские тексты были написаны в I веке до н. э. на языке пали (возможно, наиболее близком к родному языку Будды). Они были восприняты школой тхеравады как подлинные. Состоят эти тексты из 31 книги, объединенных в три сборника, известных как Трипи́така (пал. Типи́така), что означает «три корзины [сборника]». Первый сборник, Виная-питака («корзина наставлений»), в основном касается правил поведения монахов и монахинь. Второй, Сутта-питака («корзина текстов»), излагает проповеди, притчи и афоризмы Будды и его главных учеников. И третий, Абхидхамма-питака («корзина мудрости»), объясняет принципы этого учения. Что касается объемнейших текстов буддизма махаяны, то они составлены в основном на санскрите, китайском и тибетском языках. Одни только китайские тексты занимают 5 000 томов. В них содержится много того, чего не найти в древнейших текстах. Например, рассказы о многочисленных, «как песчинки в Ганге», буддах, живших на протяжении миллионов и миллионов лет и правивших каждый в своем мире. В одном труде без преувеличения сказано, что эти тексты «характеризуются пестротой, причудливостью образов, колоритными персонажами и хаотичными повторениями» (Abingdon Dictionary of Living Religions). Надо ли говорить, что понять эти замысловатые сочинения под силу далеко не всем. В итоге такой позднейший вариант буддизма оказался совсем не похожим на то, чему Будда учил в самом начале. Согласно Виная-питаке, Будда хотел, чтобы его учения были доступны не только высокообразованной элите, но каждому человеку. Поэтому он желал, чтобы его идеи проповедовались на простом, понятном языке, а не на священном, но мертвом языке индуизма. Впрочем, на подобную критику со стороны последователей тхеравады приверженцы махаяны отвечают, что Гаутама Будда прежде учил людей простых и несведущих, а для мудрых и разумных приберег свои учения на более поздние времена, когда составлялись книги махаяны. Нирвана: достичь недосягаемого? Поговорим теперь о взглядах Будды на спасение и просветление. В представлении буддистов спасение — это освобождение от законов кармы и сансары и достижение нирваны. Что же такое нирвана? В буддийской литературе говорится, что нирвану невозможно описать или объяснить, ее можно только испытать. Это не небо, куда идут мертвые. Это состояние, которое доступно для всех и которого можно достичь уже сейчас. Само слово «нирвана» означает «угасание, затухание». Поэтому некоторые определяют его как угасание всех желаний и страстей; бытие, лишенное всех ощущений, таких, как боль, страх, желание, любовь, ненависть; состояние вечного мира, покоя и неизменяемости. В сущности, это прекращение существования личности. Что это учение дает верующим? Несет ли оно им истинную веру и надежду? В книге «Живой буддизм» говорится, что в некоторых буддийских странах даже «монахи не придают большого значения идеалам своей религии. Нирвана многим представляется абсолютно недостижимой, они не часто предаются медитации. Лишь время от времени листая Типитаку, они посвящают себя тому, чтобы нести в общество добродетель и гармонию». Подобным образом японская «Всемирная энциклопедия», отмечая современный всплеск интереса к буддизму, говорит: «Чем глубже человек погружается в изучение буддизма, тем дальше он уходит от изначальной цели этой религии — дать руководство людям. С этой точки зрения за нынешней популярностью буддизма вовсе не стоит возрождение живой веры. Напротив, замечено, что когда религия становится объектом сложного метафизического исследования, то ее сила как живой религии постепенно сходит на нет». Основная идея буддизма заключается в том, что познание ведет к просветлению и спасению. Но путаные учения различных школ привели к тому, что идеалы буддизма стали, как было выше сказано, «абсолютно недостижимы», недоступны для многих его последователей. Буддизм для них сводится к добродетельной жизни, некоторым ритуалам и простым предписаниям. Просветление минуя Бога? Легенды о жизни Будды рассказывают, что как-то раз, оказавшись со своими учениками в лесу, царевич поднял охапку листьев и сказал: «Листья у меня в руке — это то, чему я вас научил. Прочие листья в лесу — то, чему я вас не научил». По сути, он дал понять, что открыл лишь крохотную часть своих знаний. Но, признаться, Гаутама Будда упустил нечто очень важное: он практически ничего не сказал о Боге. Себя он тоже никогда не выдавал за Бога. Наоборот, по преданию, он говорил своим ученикам: «Если Бог и есть, то для меня непостижимо, чтобы он замечал мои дела». Ему также приписывают слова: «Нет бога, который бы мог или хотел помочь человеку». В одной энциклопедии отмечается, что «ранний буддизм, похоже, никогда не стремился к Богу, во всяком случае, никогда не поощрял веру в него» (The Encyclopedia of World Faiths). Поскольку буддизм провозглашает, что каждый человек должен сам добиваться своего спасения, ища просветления в собственном разуме, получается, что эта религия носит агностический, если не атеистический характер. «Буддизм указывает путь к абсолютной добродетели и мудрости, но без личностного Бога; к высшему познанию, но без «откровения»… к искуплению, но без искупителя, к спасению, но твой спаситель — ты сам» (Bhikkhu S. The Message of Buddhism). Получается, что последователи Будды — атеисты? В книге «Что такое буддизм?», изданной Лондонской буддийской ложей, дается такой ответ на этот вопрос: «Если под атеистами вы разумеете тех, кто отрицает идею Бога как личности, то мы — атеисты». Дальше в этой книге сказано: «Уяснить идею Вселенной, управляемой постоянным Законом, для пытливого ума не труднее, чем вообразить себе некую далекую Личность, которую невозможно увидеть, которая живет неизвестно где и которая некогда из ничего создала Вселенную, где царствует вражда, несправедливость, неравенство, бесконечное страдание и раздор». Выходит, что, по крайней мере, на словах, буддисты не радеют за веру в Бога или Творца. И все же почти во всех странах, где практикуется их религия, в храмах и ступах [буддийских культовых сооружениях] верующие поклоняются, приносят жертвы и молятся изображениям и мощам будд и бодхисатв. Будда, который никогда не претендовал на положение Бога, стал таковым в полном смысле этого слова. Из-за такого антропоцентричного, самонадеянного мышления появился целый лабиринт легенд и традиций, трудных для понимания учений и толкований, в течение столетий развившихся в множестве школ и направлений. То, что призвано дать простое решение сложных проблем жизни, превратилось в религиозно-философскую систему, слишком сложную для большинства смертных. Рядовые буддисты погрязли в поклонении идолам и реликвиям, богам и демонам, духам и предкам; они совершают многие другие ритуалы, не имеющие почти ничего общего с тем, чему учил Гаутама Будда.