Убейте это немедленно

Никто и не заметил фиолетовую беззвучную вспышку в углу бара, из которой появился чернокрылый ворон. Птица подлетела к бармену и тяжело опустилась к нему на плечо, вцепившись в ткань сюртука острыми когтями. Сам владелец бара и бровью не повел, продолжая натирать идеально чистые бокалы. За стойку опустился мужик, грязный как уличная дворняга. Раньше здесь не бывал, явно. Прошлой ночью было полнолуние, и бармен все понимает, но распугивать его клиентов вонью ближайшего болота все же не комильфо. — Лагера мне плесни, бледный. Перед оборотнем тут же возникает высокий бокал с напитком. Образина одним глотком выпивает пиво, и в помещении раздается звук бьющегося стекла. — Повтори, — кряхтит мужик, который только что испортил имущество бара будто он гребаный Тор из этих новомодных фильмов у смертных. Бармен и бровью не ведет, усталое выражение лица, серая кожа, лишь седые волосы на фоне темного костюма светятся в полутьме бара. — Ты что, не слышишь что ли? Может, оглох? — оборотень сверкает оранжевой радужкой глаз, все еще находясь под влиянием луны. В помещении становится подозрительно тихо, разговоры замолкают и в тишине раздается истеричный женский смешок. Ворон на плече бармена вдруг подпрыгивает и оборачивается молодым на вид парнем в черной мантии с капюшоном. На правой щеке метка Матушки в виде паука. — Ептить, ведьма, — оборотень медленно встает со стула, лихорадочно раздумывая из какой именно касты этот утырок, потому что если из высшей, то ему кранты, — слушай, давай мы разберемся по-хорошему. Ведьма наконец-то отмирает и ни слова не говоря щелкает пальцами, а после разворачивается и целует в щеку бармена. — Я голодный, покорми меня, а? Клиент был ужасный, ныл три часа, договор читал еще восемь по ощущениям, — парень продолжает рассказывать как прошел его день, бар возвращается к привычной жизни, — Обделался от страха, когда я его желание исполнил. Пришлось убирать за ним. Бармен ставит перед ведьмой тарелку с ужином и возвращается к натиранию бокалов, краем уха слушая рассказ своего парня и кивая в нужных моментах. — Привет, Юнги, Чонгук, — к стойке подходит ослепительно красивый юноша, приветственно хлопая по плечу ведьму, — Фу, что у вас тут на полу за мерзость?! — О, я не убрал нашего гостя, — голос бармена тих, но его слышат все в помещении, — ты наступил на оборотня, Тэ. — С каких пор существуют оборотни улиток? — Волк не умел себя вести подобающе своей форме, я помог подобрать новую, — Чонгук неприятно усмехается и возвращается к ужину, — Он хотел решить все мирно, я исполнил его желание. Это же моя работа. — Чонгук сегодня добрый, даже плату не взял, — Юнги будто из воздуха достает шот, наполненный густой красной жидкостью, и толкает его по стойке прямо в руки Тэхену. — Лапу? Зачем мне его лапа, блохастый же, — Чонгук быстро уплетает остатки мяса, из-за чего слышит еще меньше, чем всегда. — Плату, — Юнги перегибается через стойку и повторяет ведьме прямо в левое ухо. — А, извини, жую — ничерта не слышно. Тэхен решает вмешаться, пока они опять не начали спорить по поводу разговоров за едой. — Я зачем пришел-то. Хосок приглашает вас на годовщину своей смерти, — Тэхен медленно цедит свой небольшой шот с кровью, привычно наслаждаясь богатым вкусом, — сто восемьдесят лет прошло, юбилей. — Кто будет? — Юнги натирает рабочую поверхность, краем глаза следя за посетителями. В дальнем углу легкая потасовка, но среди них есть кельпи, с которым он знаком. Сами разберутся. Подвыпившая компашка вываливается из бара через пару минут. Хватило ума не злить ведьму, а тем более банши. — Мы с Хосоком, Сокджин обещал вырваться из своего рабочего ада, Намджун уже неделю капает на мозги Чимину, чтобы тот оставил этих умирающих и пришел к живым друзьям. — Технически, мы все не очень живые, — Чонгук как всегда начинает нудеть под вечер. «Спина, наверное, опять разболелась», — думает вампир. — Ты мне бокал починишь? — Юнги знает, что созидательная магия отвлечет его ведьму от боли, — Так вот, мы придем, конечно. Иначе Хосок нас со свету сживет себе на зависть. А куда именно? На работу к нему или к вам домой? — Вечеринка будет на работе, но кроме нас никого. Мы знаем, что ты не придешь, если там будут смертные, Юнги. Хосок расстарался в этом году — ухватил проект по похоронам человеческого мэра, потому будет красивое оформление с живыми красными розами. Для Чимина и меня он где-то раздобыл кровь девственниц. Для Намджуна вытащил из недавнего гроба шикарную подушку сантиметров тридцать высотой, представляешь? — А он землю-то стряхнул? А то Намджун нам мозги выест, если в его шерсть попадает хоть какая-то грязь. Помнишь, Чонгук, что было, когда на него смертный чихнул? — Тот случай? — Подает голос ведьма, он доел и теперь куда лучше слышит, — К нему пришел смертный за каким-то незначительным советом, но он оказался аллергиком на кошек. Ну и чихнул прямо Джуну в лицо, на уши попало. Так Намджун убедил беднягу, что он не человек, а дождевой червь. И довольно наблюдал как тот валяется в уличной грязи и кричит на людей, чтобы они на него не наступали. Тогда еще ливень шел, в общем, бедолага захлебнулся дождиком. Тэхен хихикая допивает кровавый шот и взмахивает своими светлыми локонами. — Ты опять косишь под «Интервью с вампиром»? — спрашивает Чонгук, не отвлекаясь от осколков посуды. Руки его окружены серой дымкой, старается, аж глаза щурит от напряжения. Тьма в вопросах созидания не сильно помогает. Первое время он пробовал так чинить вещи, но они потом пытались отхватить конечность своему владельцу. — Ну разве мне не идет? Я же вылитый Лестат! — Тэхен поправляет свой изысканный наряд и направляется к ближайшему углу.  — Auf Wiedersehen! — мгновение и вампир растворяется в тенях. Юнги качает головой, забирая тарелку у ведьмы. — Я же просил его не путешествовать тенями в помещении, хоть бы вышел на улицу. Невоспитанный вампир. — Ну чего ты ворчишь как старый дед? Пошли, поможешь мне со спиной, а то ворчать начну уже я. Юнги оставляет бар на своего помощника и выходит вместе с ведьмой через незаметную темную дверь. Два остроухих упыря в зале свободно выдыхают и вновь берутся за кружки с зеленым пойлом. — Слава Матушке, что у него сегодня настроение хорошее. — И не говори, а то заткнул бы свою ведьму и наорал на того идиота. — Да оборотень бы сдох, а нам опять в уши пиявок совать. — Пронесло. — Пронесло.