Путь короля

      Я не думаю, что вы когда-нибудь встречали настолько огромную крысу, что наращивала свою массу при помощи своих же детей. Я же видел ее около тысячи раз, но ещё ни разу она не пугала меня так, как когда я впервые её увидел после того, как игра ожила. Ее вид, повадки, умения, стратегия — все было то же самое. Все то, что я делал раз за разом один или же в команде. Но её глаза. Они были живыми. Впервые за три года я смотрел в ее большие красные глаза и мне было страшно. Страшно от того, что я видел огонь в её глазах, и его пламя было всецело направлено на меня. Ею двигал природный инстинкт самосохранения. Она хотела убить, разорвать на части и поглотить тех, кто пришел на ее территорию, загнал ее в угол и заставил обратиться к природному страху и желанию жить. Именно это читалось в её глазах. Именно это пугало меня, я словно перенимал часть ее страха на себя. А возможно, это новообретенная способность.       Но в данный момент я прекрасно осознавал, что-либо мы, либо она. Поэтому я повторял снова и снова одно и тоже действие. «Цепь вихря, теневая клетка, танец клинков, апперкот, подлый удар, шквал ударов, лунный круговорот». И все это под действием баффов от волшебницы. И все для того, чтобы пробить ее живую защиту, давая Розе возможность атаковать крысу. После удачной атаки я отступал, приготавливаясь отражать атаку крыс, что не вошли в число щита. С крысами было бы проще, будь это игрой.       Но из-за того, что система урона теперь не работала, нам приходилось всячески изворачиваться, чтобы убить этих мелких, юрких гадов, а плохое освещение играло им на руку. Именно это позволило одной из крыс ускользнуть от нас, и, как только я оставил волшебницу одну, она напала на нее со спины, укусив за плечо. Девушка вскрикнула и, схватив крысу за тушу, рывком оторвала от себя, сжимая свою руку и сжигая этого паразита. Я же в свою очередь никак не ожидал такой подставы от нее и, как только закончил с щитом, отступил, дабы не стать жертвой огненной магии, но ее не последовало. Бросив взгляд назад, я увидел, как девушка держится за плечо. Но в её глазах горел другой огонь. Это была ярость. Отпустив свой посох, девушка подняла обе руки вверх и начала читать заклинание, что я раньше никогда не видел. Над ее головой начал собираться большой огненный шар.       — Ты что творишь? Я же тоже могу умереть! — крикнул я, мечась между крысой и волшебницей. Нельзя было выпускать босса из игры. Но и помереть от рук союзника я тоже не горел желанием.       — Тогда беги! — ответила девушка, когда заклинание было готово. — Раскройся и пылай! Огненная роза!       После этих слов шар сорвался с места и полетел в сторону крысы, раскрываясь и закручиваясь вокруг своей оси, словно цветок, что распускал свои лепестки. Я чудом успел покинуть зону поражения магии. А вот крысе повезло меньше. Ее большое тело объяло пламя, что прожигало до костей, и мы услышали громкий и протяжный писк, после чего обгоревшая туша упала на пол. Воздух в комнате наполнился запахом палёной шерсти и сожжённого мяса.       Поднявшись и отряхнувшись, я посмотрел на труп босса. Хмыкнув, отрицательно покачал головой, поворачиваясь к девушке, и увидел, что она сидела на полу, тяжело дыша. Плечо все так же кровоточило. Подбежав к ней, я осмотрел рану. Место укуса превратилось в рваную рану. Все-таки не следовало вот так вырывать крысу. Она могла повредить связки, но раз девушка смогла поднять руку, то все не так плохо, как казалось на первый взгляд.       — Эй, ты как? — спросил я, доставая свою прошлую одежду и отрезая от кофты кусок для перевязки.       — Жить буду! Ну что, как тебе моя роза? — спросила девушка, тяжело дыша и доставая из инвентаря бутылки для хп и маны.       — Что это вообще было? Я не помню такого заклинания!       — Когда игра ожила, наша гильдия обнаружила одну новую особенность. Теперь ты можешь сам создавать новые умения или вещи. Если лезвие твоих клинков обработать ядом, то они будут наносить сразу два вида урона. Кровотечение и отравление, вот только система не будет сообщать тебе о том, что цель отравлена, поэтому ты должен полагаться только на свои познания этого яда. Маг может создать новое заклинание, если сумеет объединить несколько заклинаний в одно целое так, чтобы они не противоречили друг другу. Как, например, нельзя создать огненно-водный шар. Зато можно объединить воду и молнию. Теперь все зависит от твоих знаний, фантазии и экспериментов. Этот мир намного интересней того времени, когда он был игрой. Но, с другой стороны, он стал ещё опаснее, чем наш родной мир. А все из-за последних событий и нашего незнания, что ждёт нас после смерти тут. Да и, если честно, не особо хочется это проверять. По крайней мере мне!       — И почему ты мне это рассказываешь?       — Потому что ты один из нас.       После этих слов она опустошила несколько бутыльков и, поднявшись, посмотрела на дверь, ведущую в следующий мир.       — Пока мы не зашли… Постарайся далеко от меня не отходить. Все-таки паучьи гнезда — место довольно гиблое, никогда не знаешь, где эти восьминогие гады прячутся! — сказала девушка, стараясь скрыть лёгкое дрожание в голосе.       — Хорошо! — ответил я, списав дрожь на усталость. Я и сам слегка подустал, но надо было идти дальше и закончить это подземелье как можно скорее, так как завтра нас ждёт не менее насыщенный день.       Весь дроп с босса мы распределили между собой. Правда, ничего особо полезного мы не нашли. Забрав деньги и некоторые вещи для крафта, мы вошли в новый мир. И вот вроде как позади тебя дверь, что вела в катакомбы города, а впереди — небольшие дыры в твердой горной породе, покрытые паутиной. Закрыв дверь, я увидел, что позади находилась теневая область, что представляла из себя нечто похожее на телепорт между этими двумя местами, словно мы покинули тот мир и перешли в другой. Конечно, это может стать ещё одной темой для долгого размышления, но сейчас нам было не до этого.       Из-за того, что звук закрывшейся двери разлетелся эхом между проходами, что-то в темноте пришло в движение, о чем нам сообщали камушки, что начали сыпаться сразу из трёх проходов, а всего перед нами их было девять. Я же прекрасно знал, что пока мы не зачистим и не уничтожим все девять гнезд, мы не заставим показаться перед нами мать этих тварей, что спешили поприветствовать незваных гостей и заодно вкусно отобедать человечиной. И вот когда первая тварь показалась из прохода, я метнул в нее сразу три метательных кинжала, что также были покрыты пламенем, осветив тьму перед нами и эту жуткую тварь. Они и раньше были довольно криповыми, но сейчас, когда их глазки бегали, клыки двигались и челюсти слегка постукивали, это было в десятикратно криповее, отчего по спине пробежались мураши.       Я даже рефлекторно повел плечом, но больше всего я удивился тому, что Роза стояла как вкопанная на месте, сжав свой посох, словно это спасательный круг. Глаза ее были широко раскрыты, а дыхание быстрое и с каждой секундой все ускорялось. И только тогда я понял, что она объята ужасом и нарастающей паникой. Скорее всего, она страдала арахнофобией. Мне-то было страшно от одного вида этой твари, а что тогда испытывала девушка, я не могу представить до сих пор.       Но я прекрасно понимал, что нужно что-то делать, и быстро. Мои атаки обожгли тварь, заставив ее отступить и издать не менее противный писк. Но это была лишь одна из многих. И с каждой секундой они все приближались.       — Роза, возьми себя в руки или мы тут оба умрем! — сказал я, толкая ее в плечо, но она даже не повела взглядом. Ее тело стало как у куклы.       Поэтому мне пришлось отвесить ей пощёчину, так как меня самого уже начал одолевать ужас от того, что скрывается в тени. Пощёчина сработала, девушка широко открыла рот и, закрыв глаза, быстро произнесла заклинание, создавая огненный шар у себя в посохе.       — Уйди-и-и-и-и-и! — закричала она, посылая шар в один из проходов. Своим пламенем он осветил тьму, и тогда уже ужаснулся я.       Мы были окружены. Более двадцати тварей уже показались из своих нор и взяли нас в полукруг, так как позади нас была невидимая стена. Шар пролетел над их головами в нору и, взорвавшись, обрушил проход.       — Продолжай стрелять! Закрой все проходы! Быстрее! — крикнул я, пуская ещё три своих клинка полукругом.       Только теперь я не стал просто отгонять тварей, а, заметив последнюю цель из трёх, кинул в нее «Цепь вихря», после чего ворвался в кучу этих тварей и начал крутиться на месте, кромсая всех, кто был около меня. Мой «Огненный доспех» ещё десять минут будет поглощать часть урона и обжигать все вокруг меня, а клинки — нести боль и агонию паукам своим огненным уроном. А «Танец клинков» не позволял им атаковать меня.       Благо целей было предостаточно, и после этого я сразу же применил «Театр теней». Около десяти голосов сразу же полезли мне в голову, и все они в перебой друг другу твердили одно и то же: «Еда, еда, еда». От чего я на секунду ослабил бдительность, и меня окутала струя паутины, но огонь быстро ее сжёг.       Понимая, что расслабляться нельзя, я пытался найти хоть что-то в этой темноте, но самое страшное было то, что я потерял Розу из виду. Метнув очередную партию клинков, я заметил, как один из пауков потащил в туннель белый кокон. И я сразу понял, кто там.       — Не, не, не! Эй, ты! Паук-переросток! Стой, падла! — закричал я, пытаясь пройти через толпу этих тварей, но лишь сделал хуже, позволив им обойти меня со спины и снова замотать в паутину.       Только теперь не один, а сразу три паука пытались меня схватить, но у них ничего не вышло и в этот раз. Паутина сгорала, как только ложилась на одежду. Однако это сбило меня с ног. Ярость охватила меня. Вонзив клинок в одного из ближайших ко мне пауков, я воткнул в него ещё и кинжал «Цепи вихря», активируя «Теневую клетку». И, как только лучи разошлись по ближайшим целям, начал быстро резать уже полуживого паука. Я нанес около двадцати ударов уже по мертвому телу мутанта. Вместе с ним умерли и те, кто попался в клетку.       Другие же твари отступили, понимая, что пока я объят пламенем, меня им не заполучить. Да и у них уже был один трофей.       Поднявшись на ноги, я осмотрелся. Вокруг было полно мертвых тел, а также посох. Он подсвечивался как игровой предмет даже в темноте. Подойдя к нему, я опустился на колени, выронил свои клинки и закрыл лицо руками. Я бросил её. Она просила не отходить от неё, а я ее бросил. Это я виноват в случившемся. Я подвёл её, хотя она мне доверилась, она признала меня как одного из них. А теперь я тут, а она у них. Действие бафа подходило к концу. Пламя угасало, а я уходил в «Теневой шаг». Убрав руки от лица, я почувствовал теплую кровь этой твари. Мои руки, мой костюм и лицо. Все было в ней.       «Жди меня, Опасная роза! Я верну тебя в целости и сохранности, иначе как я смогу посмотреть в глаза Грому?» — подумал я тогда и, взяв посох, убрал его в инвентарь. Осмотрев свои клинки, я пошел в тоннель, куда утащили девушку.