Огонь и лёд / Fire and Ice

Бриенна то и дело поглядывала на настенные часы в зоне для спортсменов, нервно переступая с одного конька на другой, одновременно беспрестанно оттягивая купальник своего костюма: то слева, то справа, и, наконец, сердито одёргивая расшитую блёстками невероятно короткую сине-белую юбку. Кому-то не помешало бы поставить костюмеров в известность, что у высоких женщин не только ноги длиннее, но и само тело, ворчливо подумала она, растягивая вставку на своём платье уже раз десятый за последние несколько минут. – Бриенна, – донёсся до неё обманчиво вальяжный голос Джейме, сидевшего возле бортика и наблюдавшего за Дейенерис Таргариен и Джоном Сноу, которые первыми исполняли на льду свой великолепный номер. – Что? – Бриенна снова принялась оттягивать лайкру, кое-как покрывавшую её ягодицы. – Прекрати, пожалуйста, – мягко попросил Джейме, окинув её взглядом с головы до ног, после чего вновь сосредоточил своё внимание на выступающих. – Что прекратить? – поинтересовалась она и, аккуратно ступая лезвиями коньков по резиновому покрытию, подошла к Джейме и встала с ним рядом, придерживая юбку за края. – Прекрати теребить свой костюм, это сильно отвлекает. – Ой, прости, – пробормотала она, при этом осторожно просунув палец под эластичный материал, чтобы поправить его. – Он слишком короткий, правда. Извини, если тебя это раздражает, но, поверь, меня это бесит ещё больше. – Бриенна, прошу тебя, уймись, – Джейме перехватил её руку, растягивавшую материал, и его ладонь ненамеренно приземлилась на её ягодицу, – перестань. Бриенна, застыв, выразительно уставилась на его руку, которую Джейме тут же убрал, криво улыбнувшись. – Почему? – спросила она его. – Потому что, – ответил он. – Потому что — почему? – Бриенна беспокойно поджала губы, нахмурившись. – Этот костюм чертовски неудобен. Что угодно бы отдала взамен на свою приносящую удачу лыжегоночную форму, мысленно добавила она. – А из-за тебя становится неудобно мне. – Каким это образом? – гневно отозвалась Бриенна. – В отличие от моего плохо подогнанного платья, как я заметила, у тебя прекрасно сшитый костюм с идеально сидящими брюками. И сколько же раз эта костюмерша звала тебя на примерку, чтобы измерить твой внутренний шов, Джейме? – Твой костюм — результат того, что значит предоставить другим угадывать твои размеры, горнолыжница, – протянул Джейме. – Конечно, тебя-то не обвинить в пускании дел на самотёк, да? – пробурчала Бриенна. – Ты больше времени проводил в примерочной, чем со мной на тренировках. – Полегче, горнолыжница, ты как будто ревнуешь, – заметил он, неспешно поднявшись. – И ты ведь не хочешь поставить меня в ещё более неудобное положение, чем то, в котором я уже нахожусь, не так ли? – Почему нет? Издав протяжный мучительный вздох, Джейме распахнул свой красивый двухцветный оранжево-красный пиджак, открыв её взору элегантно скроенные брюки, облегающие его стройные бёдра, плоский живот и то, что можно было охарактеризовать не иначе как явно выраженную эрекцию. Рот Бриенны, вытаращившейся на Джейме и его брюки, округлился в беззвучном восклицании. – О, – прошептала она, – выглядит немного…гм…неловко. – Именно, – Джейме неуютно заёрзал, – поэтому, если ты просто прекратишь…себя трогать, то это весьма…поможет. – Да-да, – Бриенна вспыхнула почти в цвет его огненного пиджака, усиленно стараясь не пялиться и вместо этого устремив взгляд в пол, прежде чем задать ему свой вопрос. – Будет ли…будешь ли ты в порядке перед…перед тем как… – Уверен, что перспектива моего скорого появления в прямом эфире «Атлетов на льду» окажет соответствующий отрезвляющий эффект на каждую клетку моего тела в ближайшие несколько минут, если только ты перестанешь теребить себя сзади, – язвительно посоветовал он. – Ты прав…разумеется, – Бриенна, устроив руки на бёдрах, начала расхаживать взад-вперёд, стуча коньками, чтобы привыкнуть к их ощущению на своих ногах, после чего затрясла руками для разогрева. Взглянув на Джейме, она увидела, что он смотрит на неё со страдальческим выражением лица. – Что? – Не помогает, – изрёк он отрывисто. Бриенна опустила взор на переднюю часть своего костюма, где синий атлас и телесного цвета сетка покрывали её смехотворно маленькую грудь. – Почему, теперь в чём проблема? – Твои…я вижу твои… – Джейме коротко взмахнул рукой перед собой и затем еле уловимо указал на её грудь и отвернулся. Ошарашенная, Бриенна оглядела свой костюм. Естественно, холод ледовой арены и ожидание в соседстве с самым сексуальным мужчиной во всём зале привели к тому, что под синим атласом лифа явственно обозначились её соски. – В самом деле, Ланнистер, – отчитала она его, немедленно повернувшись к нему спиной и возобновив свою разминку — стуча ногами и потряхивая руками. Через пару минут Бриенна бросила на него взгляд украдкой через плечо, обнаружив, что он не сводит глаз с её покрытых блестящим серебряным люрексом ног, но выражение его лица она понять не могла. Джейме Ланнистер — однозначно самый странный человек из всех, кого я встречала, недоумевала она про себя. После их размолвки и состоявшегося между ними разговора, когда Бриенна предприняла вторую попытку сняться с соревнований пять дней назад, Джейме стал тренироваться едва ли не усерднее её самой, чтобы довести до совершенства их выступление. Бриенна до сих пор не могла решить, явилась ли такая перемена в его поведении результатом их откровенной беседы, или же в нём наконец пробудился присущий ему пылкий соревновательный дух. Какова бы ни была причина, сэр Джейме Ланнистер продемонстрировал, на что он был готов пойти, чтобы достичь успеха. К его трудовой дисциплине нельзя было придраться. Джейме упорно и неутомимо добивался оттачивания их программы под строгим надзором тренера Фореля и отправлял своего брата Тириона подглядывать за другими парами, а потом использовал полученные сведения, чтобы убедиться, что их номер ничем не уступает остальным. – Нам нужно больше поддержек, – сказал Джейме Сирио Форелю, посовещавшись с Тирионом во время завтрака. – Зачем? – просто спросил Форель. – Потому что и у Дени, и у Лораса в их программах больше поддержек в отличие от нас, а я должен показать, что могу выполнить то же, что и любой другой, — в этом и суть. – И как ты собираешься поднимать Бриенну? – Сирио Форель окинул её взглядом от макушки до пят. – Она крупная и высокая девушка. Что хорошо для горнолыжницы: высокая скорость, отличный центр тяжести…но для парного фигурного катания? Тренер критически и неодобрительно покачал головой. – Бриенна слишком большая даже для того, чтобы её без труда смог поднять мужчина двумя руками… – произнёс он, поведя плечами и закончив фразу на валирийском. Бриенне не требовался перевод, чтобы уловить смысл слов Сирио Фореля. Очевидно, что мои размеры — не меньшее препятствие, чем отсутствующая рука Джейме, поняла Бриенна, покусывая губу и с завистью вспоминая миниатюрную фигуру Дени Таргариен, ничего удивительного. Удивил же её резкий ответ Джейме, тоже на валирийском, вслед за которым он уже явно для неё добавил пояснение. – Нам требуются поддержки, если мы хотим иметь шанс на этих соревнованиях. Я намерен сделать всё как следует, поскольку никогда больше этого не повторю, – он улыбнулся им обоим. – Никогда. Больше. В жизни. – Ничего личного, горнолыжница, – бросил затем Джейме в её сторону, проскользив мимо. Тем не менее, было обидно это услышать, подумала Бриенна. И вот, наконец, их пару вывели на лёд в центр катка. Настал их черёд. Одно дело — репетиции, совершенно другое — реальное выступление. Осознавая это, Бриенна смотрела на стоявшего напротив Джейме при полном затишье трибун. Их программа была рассчитана всего на три минуты, но эти три минуты разверзлись перед Бриенной зияющей бездной. Они должны были воплотить столкновение льда и огня. Джейме, как она понимала, являл собой красно-золотое пламя, стремившееся одолеть синеву льда в её лице. Как только они начали своё выступление, двигаясь по кругу друг к другу лицом и держась за руки, Бриенна уловила блеск в глазах Джейме, который подразумевал, что они вели не просто сражение или битву, это была война. Именно так выглядит Джейме Ланнистер, верящий, что у него есть шанс вернуться на Северные Игры, подумала Бриенна, когда он с лёгкостью ухватил её руку своей сильной левой рукой, отправив её описывать спираль — ухватил настолько крепко, что, прежде чем разжать хватку и откатиться, он предварительно убедился, что она снова твёрдо стоит на коньках. Бриенна молниеносно бросилась вдогонку, уже научившись повторять его быстрые и изящные скрещённые шаги, в то время как они мчались по льду арены. Она завершила быстрый второй круг, предварявший поддержку из приседа. Бриенна задействовала все свои скоростные навыки, рассчитав нужный ход и подходящую позицию, что позволит им исполнить предстоящий сложный элемент. Её природное ощущение равновесия не подвело её даже на коньках, и она приготовилась поднять Джейме и перебросить его через плечо. Это был достигнутый ими компромисс; Джейме хотел включить в их номер поддержки, Форель же настаивал, что это невозможно, пока Джейме не убедил Бриенну исполнить ключевые из них вместо него. – Это будет неожиданно, – признал Форель. – Спонсоры будут под впечатлением, – сказал ей Джейме. – И мы оба убьёмся, – возразила Бриенна, закусив губу. – Подниму тебя неправильно, лезвиями коньков ты рассечёшь мне артерию, а затем я уроню тебя, и ты расшибёшь свою безмозглую голову. – Всего две поддержки, – со вздохом ответил он, – и я доверяю тебе, Бриенна. Две поддержки. Одна из приседа, а другая прелестно именуется «вертушка». Бриенна выполнила поддержку, столь усиленно сосредоточившись на успешном перераспределении своего веса с одного конька на другой во избежание падения, что не сомневалась, как грозно и хмуро выглядело её лицо, когда они миновали судейскую бригаду. Джейме с такой уверенностью перемахнул через её плечо, что она лишь слегка дрогнула, когда он обхватил её, чтобы перекинуться назад и аккуратно приземлиться обратно на лёд. Он откатился от неё и поехал спиной вперёд, торжествующе улыбаясь, и Бриенна последовала за ним. – Я же говорил, что мы справимся, – отчётливо читалось на его лице. В пекло тебя, Ланнистер, ругнулась Бриенна, ощутив, как становятся влажными её ладони при тревожной мысли о следующем элементе, проклятой вертушке. Два круга спустя он подъехал к ней, задрав ногу словно для удара, и Бриенна должна была обхватить его за лодыжку и закружить их обоих во вращении, в то время как Джейме поднял бы вторую ногу, расположив её поверх первой крест на крест. Проблема заключалась в том, что мысок его конька смотрел вверх, а не в сторону, как её обучали на тренировках. Уже после первого оборота Бриенна поняла, что поддержка не получится, и, вместо того чтобы дать Джейме с триумфом завершить элемент откатом от неё во вращении, она по нисходящей спирали благополучно опустила его на лёд к своим ногам. Зрители взорвались бурными овациями, ничего не подозревая об изменениях в их программе. На каток со всех сторон сыпались поздравления, пока они стояли рядом и раскланивались, но Джейме был разъярён. – Какого чёрта, Бриенна? – набросился он на неё. – Твоя нога была неправильно повёрнута… – ответила она, снова поклонившись, надеясь, что зрители сочтут багровый румянец на её пылающем лице за следствие низких продолжительных поклонов, а не от стыда за сорванный коронный элемент их номера. – Плевать, дай ты мне время, я мог бы развернуть конёк… Ей столько всего хотелось сказать: ты дурак, лёд слишком твёрдый, я могла бы сломать тебе шею, ты не можешь поднять голову, если мыски находятся под неверным углом, это очень страшно, хоть что-то пойдёт не так — ты окажешься в отключке или того хуже, но она произнесла лишь: – Это было опасно, Джейме, я едва тебя не уронила. – В пекло безопасность, – рявкнул он. – Это был твой шанс…который ты проворонила по своей же дурости, горнолыжница. Они покинули каток. Бриенна держалась слегка позади, продолжая стоять на своём невзирая на его гнев. – Это было опасно, – повторила она. И это я себя считала амбициозной, упрямо размышляла Бриенна, тогда как Джейме Ланнистер готов разбиться в лепёшку ради победы, а при сильном ударе лёд мягко не стелет. Она предоставила Джейме говорить за них обоих во время стандартного интервью после проката, попросту согласно кивая и улыбаясь (разумеется, не забывая при этом держать рот плотно закрытым). Заиграла музыка, и на лёд вышли Санса Старк и Лорас Тирелл, их костюмы украшали пёстрые разноцветные перья и стразы. Бриенна, хоть и сметённая в сторону под напором группы поддержки выступающей пары, с интересом следила за их прокатом; она надеялась, что у них всё получалось. Лучшим раскладом на финал стало бы противостояние пар Сансы и Лораса, Дейенерис и Джона и, возможно, Станниса и ослепительной Мелисандры. Несмотря на то, что программа Станниса и Мелисандры уступала в скорости и наборе элементов их с Джейме номеру, не было никакого сомнения, что отточенные дорожки шагов Станниса Баратеона в сочетании с техническим совершенством прекрасной Мелисандры превращали этот необычный дуэт в очень сильного соперника. Бриенна призналась себе, что даже перспектива увидеть самодовольную физиономию попавшего в финал Станниса Баратеона была для неё предпочтительнее, чем повторно испытать на себе ярость Джейме. Внезапно по трибунам пронёсся разочарованный гул, и после небольшой заминки люди вокруг Бриенны закопошились, когда Лорас Тирелл в бешенстве сошёл со льда, по дороге теряя перья со своего костюма. Бриенна увидела Тириона, предложившего Сансе помощь, пока девушка, лицо которой было залито слезами, хромая, покидала каток, цепляясь для опоры за бортик. – Его точно дисквалифицируют, – сказал кто-то, – нельзя так просто взять и уйти. – Она упала и повредила лодыжку, что ещё им оставалось делать? – отозвался другой. – Ты в порядке? – спросила Сансу Бриенна, когда та опустилась на сиденье рядом с Тирионом. Девушка мужественно кивнула, поджав губы и силясь не морщиться, в то время как Тирион начал расшнуровывать её коньки. – Отличная мысль, – однако, не успела Бриенна сесть на только что освобождённое Тирионом место, приготовившись снять коньки, как он остановил её, накрыв ладонью её шнуровку. – Нет, – произнёс он, – не думаю, что для тебя уже всё закончилось, Бриенна. Только что объявили финалистов, и вам с Джейме предстоит ещё одно выступление.